Мяу

ВЕЛИКОЕ УТРО

Короче, проснулся Марк ели как. Его хуй чето побаливал... Парень посмотрел на кошку, которая лежала около него. В этот момент у него появились мысли и подозрения на счет того, а не шизоид ли он.. — Машк... Маш!!! — Он потряс рукой кисю. Та открыла глаз, посмотрела на него, закрыла глаз и отвернулась. Какого хуя такая шикарная дама стала какой-то кисей? — Бля, Маш, это как у тебя превращение в кошку работает?... Мария все таки открыла глаза и с недовольной рожей промяукала чето на своем. Марк нихуя не понял. Короче, по его догадкам, Марусич только по вечерам великой тян становилась, а так она киська-миська. Парень поднялся с кровати, понял что он голый и натянул на себя рандомные стринги. Потом он пошел на кухню, бутербродики делать. Кися Марися лежала на кровати... Скучно. Она все таки через полчасика встала и потяпала на кухню. Там сидел ее Маркусик и пожирал очень странные бутеры. — Мяу.. — Она опустила кошачий взгляд на его стринги и подняла обратно на его лицо. — Чето не нравится? — Марк жувнул черный, сгоревший на плите, поджаренный бутербродик и запил его колой. — Фу блять, — Единственный, что сказала кошко Маша четко и подошла к своей миске. — Э? — Маркусик не понял чо такого в его шикарный стрингах. Красивые же.. А кошко Маша сидела около миски и сверлила его взглядом типа «Долбаеб?» — А. Бля. Ну сготовь себе сама, — Маркушик зевнул. — У меня лапки. — Пон. Короче, пошел Марк и Машеньке накладывать бутеров в мисочку. Жестко наклонился, а кися Мария ели как устояла перед его смачной жопой. — Жри. И резко киса толкнула его к кормушке, а сама села за стол. — Нахуй пошел, чмырь. Я тут богиня. У нас матриархат~ ... — Ну и ладно. Пришлость Маркусику жрать как свинтусу. ( Из кормушки тоесть) Через некоторое время он все таки оделся адекватно и пошел собираться куда-то. — Ты куда пошел? — Мария ахуела. Она не разрешала ему никуда идти. — На работу... — Какая, нахуй, работа? Ебнулся? — Кажется, с момента того как она увидела Марка в стрингах, она даже в обличие кошки говорить научилась на чистом русском. — Стоять нахуй...- Но резко Марк выпрыгнул в окно...