Никогда

Аманда

Прошла неделя. Чертова долгая и тяжелая неделя. Я уже давно переехала в общежитие и самостоятельно справлялась со своим положением. Конечно, Саша мне тоже помогала, но все основное я делала сама. Больничный я брать не стала, чтобы совсем не впасть в депрессию. И, знаете, я чертовски собой горжусь! В тот день, что мы провели вместе с Эрвином, я все же написала Леви. Я спросила его в чем дело и даже извинилась, хоть и не чувствовала своей вины. Как думаете, что он мне ответил? — «Мы слишком часто видимся. Это напрягает.» Вот и весь его ответ! Меня это разбило. Только-только я начала что-то чувствовать к человеку, к кому ни разу не испытывала, и меня так жестко опрокинули! Впервые, мать его, в жизни! И вновь мне пришлось надевать маску жизнерадостного человека и носить ее весь день, и так всю неделю. Но каждую ночь меня душила такая дикая боль и обида, что было трудно дышать. Тогда-то я и решила воспользоваться советом Райнера и начала заниматься репетиторством по математике. Брала я в два, а то и три раза меньше, чем профессора, но тем не менее, на платье мне удавалось откладывать. И вся эта дополнительная работа, встречи с друзьями, домашка отвлекали меня, но чертов дьявол настырно возвращался в мою голову. И что касается его… Всю эту неделю мы даже не разговаривали. Только иногда на лекциях, но думаю, это не в счет. В свободное время он меня избегал, а после всех моих попыток вывести его на разговор, я опустила руки и сама дала ему полную свободу действий. Хотелось ли мне бросить все и и позвонить ему или написать? Безусловно! Но скрипя зубами, я сдерживалась как могла. И вот сегодня настал тот день, когда я пришла к врачу на прием, чтобы показать ногу. Он очень удивился моему состоянию и решил снять мой яркий гипс, к которому я уже даже привыкла. После врач сделал снимок, который очень долго рассматривал. — Зажила, — тихо сказал он, — Так быстро! Это очень похвально! — Я делала все по Вашим рекомендациям, док! — сказала я, улыбнувшись. — Чтобы полностью зажила стопа, нельзя сразу давать ей большую нагрузку, — сказал врач. — Костыли пока оставить? — спросила я. — Да. Разминайте ступню и только постепенно увеличиваете нагрузку, — сказал он, — Делайте массаж, ходите чаще босиком по земле и сбалансировано питаетесь! Обувь должна быть удобной. Через неделю снова увидимся. После приема я сразу же уехала на такси в кампус, где меня уже ждали друзья. Еще в дороге я написала, что у меня сняли гипс, поэтому встречали они меня, радостно вереща на всю территорию университета. Конни даже достал где-то хлопушку с конфети, но не учел того факта, что многих студентов напугает этим звуком, после чего он долго и упорно извинялся. — Спрингер! — громко крикнул Эрвин. — Простите! Я не подумал! — тут же залепетал Конни, заметно покраснев. — Как себя чувствуешь? — уже намного спокойнее спросил брат, обнимая меня за плечи, — Что сказал врач? — В целом, быть осторожной, — ответила я, улыбнувшись, — Через неделю мне снова нужно будет показаться ему. — Рад это слышать! Когда полностью избавишься от костылей, наконец сходим в ресторан. Победу-то мы так и не отметили! Черт! Совершенно об этом забыла… — Конечно! — быстро ответила я. Услышав знакомый звук мотора, по моему телу пробежал табун мурашек. Я тут же обернулась, замечая машину Леви. Поэтому я быстро попрощалась с Эрвином и ускакала прочь. Первая лекция была у Зика и я, как и всегда, заняла место рядом с Армином и Эреном. Йегер старший до сих пор выглядел, как огурчик! Видимо, он окончательно бросил пить. И это стало сказываться на их отношениях с Эреном. Они будто стали намного ближе, чем раньше. И именно по этой причине я не понимала, почему в другое время Эрен ведет себя как-то отстраненно со всеми нами. И Микаса была точно такая же. Наверное, наша парочка просто поругались. А вот в парах Армин/Энни и Саша/Николо было все просто замечательно. И я была очень рада за них. Даже завидовала в хорошем смысле. Хоть кто-то из нашей компании должен быть счастлив, не так ли? Занятия тянулись, как резина. Но когда закончилась последняя пара, я уже радостная хотела вернуться в общежитие, как меня остановил голос Эрвина. Когда я обернулась к нему, я заметила его в компании Ханджи и как вы думаете кого еще? Конечно же, Леви! — На сегодня все? — спросил брат, улыбнувшись. — Да, а что такое? — спросила я в ответ. — Нам нужна твоя помощь! — И в чем же? — удивилась я. — Мы хотим обговорить, как лучше украсить библиотеку в честь Фиолетового бала, — начала говорить Ханджи, — Скорее всего нам понадобится очень много ткани, ты знаешь кого-нибудь, кто может заниматься этим? — Да, Хитчи! — тут же ответила я, — Я даже знаю, где она сейчас. — Я буду очень рад, если ты скажешь! — сказал Эрвин, улыбнувшись. — Конечно! Поскакали! — сказала я и пошла вперед. Услышав странный звук передвижения профессоров и ректора, я остановилась и обернулась на них, замечая, что эти трое так же скачут на одной правой ноге, как и я. — Вам что, по пятнадцать? — возмутилась я, а эти трое тут же рассмеялись. — Это была идея Эрвина! — залепетала Ханджи, и я перевела свой взгляд на брата, с лица которого не сходила довольная улыбка. — Так хочется треснуть тебя этим костылем! — смеясь, возмутилась я. — У тебя не поднимется рука на родного брата! — рассмеялся Эрвин. — А давай проверим! — Пойдемте уже! — сказал Леви, тяжело выдохнув. Мы пришли к Хитч, которую я официально познакомила с профессорами и ректором, и они сразу начали обсуждать Фиолетовый бал. К Хитч постоянно ходят девчонки и просят сшить им какой-нибудь наряд. Знали бы вы сколько у нее заказов на один Фиолетовый бал! Многие еще летом начинают записываться к девушке. Как только я собралась уходить, я поймала на себе взгляд Леви. Он не просто смотрел, а будто пытался прожечь меня взглядом. Я тут же отвернулась и оставила взрослых в кабинете, который оборудовала Хитчи, пытаясь скорее добраться до общежития. — Аманда, постой! — послышался голос Леви. Я остановилась и тяжело выдохнула. Когда я обернулась, я заметила, что профессор уже не выглядел таким, каким был в кабинете. Сейчас в его глазах была эмоция, которую я не смогла разобрать. — Прости, — тихо сказал он, — Прости меня за все. — Хорошо, — быстро ответила я и снова пошла вперед. — И это все? — возмутился он, заставляя меня вновь остановиться. — А чего ты ожидал? — в ответ возмутилась я, когда повернулась к Леви, — Ты сам ведь сказал, что мое присутствие в твоей жизни тебя напрягает! — Я сказал это, потому что был зол. — И поэтому молчал всю гребанную неделю? — снова возмутилась я, — Ты серьезно? — Я… — Леви, ты скоро? — послышался голос Ханджи. — Давай поговорим потом, ладно? — тихо спросил профессор, — Я позвоню тебе. Я ничего ему не ответила. Фыркнув, я оставила его и наконец пошла прочь из кампуса. С чего ты вообще решил, что я хочу с тобой разговаривать? Думаешь, стоит тебе только извиниться и я тут же побегу к тебе? Черт, конечно же, побегу... Ненавижу не только тебя, но и себя за это! Выйдя наконец из кампуса, я прошла на поляну, где мы обычно валяемся с друзьями после обеда, и наступила вывихнутой ногой на мягкую траву. Боже, как же приятно… Так приятно, что я даже глаза от удовольствия закрыла. Кажется, я уже забыла, каково это. Стоять на двух ногах и чувствовать себя так хорошо. Я чуть прошла по поляне и села к дереву, оперевшись на него спиной. Даже не смотря на то, что я только что сцепилась с Леви, настроение почему-то было очень хорошее. Такие мелочи в виде хождения на своих двух, доставили мне нереально удовольствие. — Одна тут отдыхаешь? — послышался знакомый голос, заставляя меня открыть глаза и увидеть Конни. — Да, хочешь присоединиться? — спросила я, улыбнувшись. Конни молча скинул рюкзак и сел рядом со мной, а я тут же положила голову ему на плечо. — Как ты, коротышка? — спросил друг. — Вроде хорошо, — ответила я, — У тебя как дела? Так давно не общались… — Ну так у тебя теперь репетиторство, а по утрам обычно нам некогда, — сказал Конни, — Да у меня все нормально, устал только от тренировок. — Как на личном? — спросила я. — Помнишь ту девчонку, которая хотела меня убить? — Какую из? — рассмеялась я. — Да ну тебя! — возмутился Конни, а я рассмеялась еще сильнее. — Первокурсница? — Да, — ответил друг, — В общем, мы опять сошлись, но уже как-то все по-другому. Мне кажется, я даже к ней что-то испытываю. — Ого! Вот это новость! — удивилась я, — А она? — Вроде тоже… — Тогда это очень даже хорошо! — сказала я, улыбнувшись. — Да, круто, когда это все взаимно. И не говори, Конни. Хотя откуда мне знать, да? После того, как я вернулась в общежитие, я переоделась и пошла до того самого магазина, где до сих пор висело мое будущее платье. На него мне не хватало совсем немного, и поэтому я решила рискнуть. Тем более, с учетом того, что Фиолетовый бал был на носу. — Добрый день! — поприветствовала меня консультант, — Чем могу помочь? — Здравствуйте! — сказала я, обернувшись к женщине и она меня сразу узнала. — Пришли наконец купить? — спросила она, улыбнувшись. — Нет, но я хотела бы внести половину, — сказала я, — Чтобы забронировать, так сказать! — Извините, но у нас так не положено, — сказала женщина, грустно улыбнувшись. — И мы ничего не можем сделать? — Мне очень жаль... Тяжело выдохнув, я покинула магазин и уселась на скамейку, что была рядом. Конечно, я не злилась на нее. Да и какой смысл? Лишь бы мне собрать уже оставшуюся сумму и купить платье, чтобы все только и делали, что пускали слюни на Фиолетовом балу!

Леви

Я и подумать не мог, что эта неделя выдастся такой тяжелой без присутствия ведьмы в моей жизни. Нет, она была, конечно, в кампусе, на лекциях, но не рядом со мной. Не так, как мне этого хотелось. И безусловно я был сам в этом виноват, когда написал ей то самое сообщение и повел себя, в очередной раз, как тупой подросток, который не умеет мыслить здраво из-за пубертата. Тупое ребячество, ведьма, не так ли? Причем с обеих наших сторон. Пора уже с этим заканчивать и наконец обсудить все с тобой, как взрослые, адекватные люди. Этой недели было достаточно, чтобы прийти к выводу, что нужно двигаться дальше. Если без тебя, то я переживу. А если с тобой, то я тебе обещаю, что никогда в жизни даже не подумаю обидеть тебя. Каждую чертову ночь мне снились кошмары, где была моя мама, либо где на меня пытались напасть. Я просыпался в холодном поту, в надежде, что ты снова начнешь меня успокаивать, но тебя не было рядом. Мне безумно хотелось прижимать тебя к себе и снова ощущать это спокойствие и тепло. Твое тепло. И меня непременно задел тот факт, что ты выглядишь такой непринужденной в университете. Ты вся такая лучезарная со своими друзьями. Стоит только вспомнить первые пару дней, как ты хотела поговорить со мной, ты казалась разбитой. Сейчас ты выглядишь совершенно иначе. Скорее всего, тебя уже отпустило. Наверное, Эрвин все же ошибся, когда подумал, что у тебя есть чувства ко мне. Хотелось ли мне все бросить и украсть тебя из этого гребанного общежития и оставить рядом с собой? Ты даже не представляешь насколько, но... Сперва ты повела себя, как последняя истеричка, а потом и я не отличился от тебя. Мы, наверное, все же стоим друг друга, ты так не думаешь? То, как ты разговаривала со мной сегодня, заставило меня вновь почувствовать себя ничтожеством и убедиться в том, что у нас ни черта не взаимно. Поэтому давай закончим это сегодня, чтобы потом не было еще хуже... Не знаю, зачем Эрвин меня вообще позвал таскаться с ним и четырехглазой, мысли все равно ведь были далеко не о Фиолетовом балу. Да и не разбираюсь я в этом. Проще было назначить эту самую девчонку, к которой нас привела Аманда, на оформление мероприятия и не колупать никому мозги. Но наш ректор решил по-другому. С его слов этим вообще должны заниматься старшекурсники, а почему-то занимается он и Ханджи. Какой-то бред... И после всех этих обсуждений тканей и прочей ерунды, Эрвин наконец решил меня отпустить и я покинул территорию кампуса. Я долго решался позвонить ведьме, и кое-как сделал это, набрав ее по видеозвонку. К моему удивлению, она сразу же подняла трубку. — Привет! — сказала она уже намного спокойнее, чем в университете. Да и выглядела какой-то уставшей. — Ты где? — сходу спросил я, замечая, что ведьма находится где-то на улице. — Я ходила до магазина, немного нагружала ногу, — ответила девушка, — Сейчас сижу на скамейке около этого самого магазина. — Это тот, около которого я тебя высаживал? — спросил я. — Да-да, именно он, — ответила она, улыбнувшись. — Я подъеду? Поговорим. — Хорошо, я тебя подожду. Сбросив вызов, я увеличил скорость и минут через десять уже был около этого магазина, замечая Аманду, сидящей на скамейке. Она выглядела такой... Черт, правда уставшей. Хотелось загрести ее в объятия и никуда не отпускать больше. Я вышел из машины и сразу же подошел к ней. Она почему-то вдруг улыбнулась и не выглядела такой, какой была в кампусе. Эта улыбка была очень искренней, заставляющей меня так же улыбнуться ей в ответ. — Не хочешь прокатиться? — спросил я. — Да, давай! — ответила она. Я помог ей встать и сесть в автомобиль, убрав ее костыль на заднее сидение. Мы отъехали немного дальше, где была нормальная парковка и я сразу повернулся к ней, чтобы начать уже этот тяжелый для меня разговор, но ведьма вдруг решила начать первая. — Прости меня, — сказала она, тяжело выдохнув, — За то, что тогда тебе наговорила... Я порой бываю слишком истерична и я, наверное, привыкла, что только Эрвин об этом осведомлен и уже не удивляется моему поведению. — И ты меня прости, — наконец сказал я, улыбнувшись, — Я не должен был тебе говорить о том, что тебя стало слишком много в моей жизни. Это не так. Вернее это так, но я совсем не против. — Мир? — спросила она, улыбнувшись и протянула свой мизинчик. — Конечно! — ответил я, рассмеявшись. Мы сплели свои мизинцы и нас снова ударило током. — Ауч! — возмутилась ведьма, — Вот с тобой всегда так! — На самом деле, я хотел с тобой серьезно поговорить, — сказал я, замечая, как Аманда меняется в лице. Кажется, она будто поняла меня с полуслова. — О чем же? — В то утро, когда я пришел вместе с Эрвином... — Боже, он мне сказал о чем вы подумали, — сказала ведьма, перебивая меня, — У нас ничего не было с Жаном! — Я знаю, — ответил я, коротко улыбнувшись, — В общем, я приехал тогда, чтобы все закончить. — Что? — тихо спросила ведьма, — Из-за того, что я тебе наговорила? — Нет, ты меня немного не поняла... Пойми, я был уверен, что меня тянет к тебе только из-за нашего секса, но... Для меня это стало чем-то большим. Я знаю, это не взаимно, и именно поэтому больше не могу быть с тобой. Просто секс мне не интересен, как оказалось. Я проговорил это так быстро, что у меня сбилось дыхание. Наконец глянув на девушку, я увидел, что в ее глазах скопились слезы. Да, мы договаривались только на секс, а меня занесло. И знаю, что расставание — это в любом случае тяжело, каким бы оно не было. Но наблюдать то, как ее глаза наполняются слезами, было слишком для меня. Я не могу на это спокойно смотреть, когда ведьма мне так не безразлична. Сердце сжимается просто невероятно сильно, причиняя такую боль, которую я прежде не испытывал. — Можно задать вопрос? — спросила Аманда, тихо всхлипывая. — Конечно. — С чего ты вообще решил, что это не взаимно? Я смотрел на нее, выпучив глаза. Мне не послышалось? Не послышалось же? — Что? — так же тихо спросил я, как девушка до этого. — Для меня тоже это стало чем-то большим, — сказала она, — Ты стал чем-то большим и я... Она не успела договорить, так как я сразу же придвинул ее к себе и завлек в поцелуй. Ведьма плакала и целовала меня, тяжело дыша. Клянусь, я сам чуть не разревелся, чувствуя это облегчение. Я не потеряю ее... После поцелуя, мы прижались друг к другу лбами. По ее щекам продолжали литься дорожки слез, которые я сразу же вытирал. — И что нам делать? — спросила Аманда, — Если кто-то узнает, нас ждут не очень приятные последствия. — А мы и никому не скажем! — сказал я, улыбнувшись, — Продержимся этот год, и потом уже всем будет наплевать. — И мы сможем? — вновь спросила она, — Скрываться до конца года не так-то просто! — Главное, просто не зажиматься на территории кампуса, а остальное я все решу, — сказал я, после чего поцеловал ведьму в лоб, — Мы должны быть очень осторожны. — Давай больше не будем скрытными друг с другом, — сказала Аманда, — Я хочу знать все, что тебя беспокоит или что не устраивает. — Я всеми руками "за", — ответил я, — Поехали ко мне? — И как мне завтра добираться до университета? — спросила она, смеясь, — Теперь-то я так не побегаю, как раньше! — Значит будем раньше выезжать из дома. — Но это уже значит, что мы будем меньше проводить в постели! — Черт, и правда... — сказал я, — Но на выходных сможем наверстывать! — Идет! И мы поехали ко мне, разговаривая в дороге обо всем на свете, словно этой ссоры длинной в неделю и не было вовсе. Клянусь, сейчас мне даже не нужен был секс с этой чертовой ведьмой, достаточно было просто держать ее за руку, пока она рассказывала мне о том, как Конни сегодня напугал всех студентов хлопушкой. После долгих разговоров за ужином, мы были в гостиной. Аманда расположилась у меня на груди и я лишь убедился в том, как мне ее не хватало. Даже не знаю, почему с ней было так спокойно. Голова отдыхала и не думала ни о чем. Я бы даже уже уснул рядом с ведьмой, но у нее были другие планы. — Тебя не смущает наша разница в возрасте? — вдруг спросила она. — Первое время смущала, — ответил я, — Но когда у нас был просто секс, я стал относиться к этому как-то проще. — А сейчас мы..? — начала говорить Аманда, но потом замолчала, будто обдумывая вопрос. Собравшись, она все же продолжила, — Сейчас мы встречаемся? — Да, — твердо произношу я, замечая, как Аманда улыбается, — Здесь возраст не так имеет значения, как последствия, что нас могут настичь. — Да уж... — говорит ведьма, тяжело выдохнув, — Нам будет тяжело. А если узнает Эрвин, он убьет нас обоих! — Брось, тебя он не тронет, — сказал я, — А вот я могу остаться без головы... — Может, просто не будем думать об этом? — спросила ведьма уже каким-то сонным голосом, — Пускай идет все своим чередом. Я не хочу забегать вперед. — Я тоже, — ответил я, целуя девушку в макушку.

Аманда

Я проснулась от какого-то странного звука. Сперва мозг вообще не хотел работать, но как только я отошла ото сна, я поняла, что проснулась из-за звука грома. На улице шел сильный дождь, ударяя большими каплями по окнам, что были в спальне Леви. И почему я здесь? Как я уснула? Помню только, что мы были в гостиной и разговаривали о наших отношениях, а потом... Скорее всего я именно там и уснула, а Леви принес меня сюда. Посмотрев на спящего Аккермана, который лежал в свете полной луны, меня заставило это улыбнуться. Я прижалась к нему крепче и даже почти уснула, если бы не очередной звук, заставляющий меня открыть глаза. Клянусь, я слышала мяуканье в этом шуме от дождя. Прислушавшись, я лишь убедилась, что где-то на улице плачет котенок. Мое сердце тут же сжалось, понимая, что маленькое создание сейчас, возможно, переживает огромный стресс из-за такого ливня. Я подскочила с кровати, даже забыв, что моя нога уже не такая сильная, как раньше, и открыла окно, запуская прохладу в спальню Леви. Высунув голову, я снова услышала мяуканье и уже не сомневалась в том, что котенку нужна моя помощь. Я закрыла окно и вновь забралась на кровать, пытаясь разбудить своего профессора. — Леви, — начала шептать я, — Проснись, пожалуйста! В ответ я услышала только непонятное мычание, которое заставило меня вновь улыбнуться. — Леви, — снова прошептала я, проведя тыльной стороной ладони по его щеке, — Мне нужна твоя помощь. Аккерман наконец соизволил открыть глаза и уставился на меня, не понимая, что я от него хочу. — Что случилось? — спросил он еще хриплым ото сна голосом, — Опять кошмар? — Нет-нет, — так же тихо говорила я, — Я слышу мяуканье! — Чего? — удивился мужчина, — Какое еще мяуканье? — Прислушайся! На улице кричит котенок! — Какой к черту котенок? — возмутился Леви. — Откуда мне знать?! — в ответ возмутилась я, — Нужно сходить посмотреть. — Ты сама, как котенок, — пробубнил Леви, вновь проваливаясь в сон, — Спи. — Леви! — прошипела я, но мне так и не ответил. Я толкнула его, но реакции так и не последовало. — Да ну тебя! — прошипела я, вставая с кровати. Надев на себя то, что первое попалось под руку, я пошла вон из спальни. — Вернись в постель! — возмутился Леви. Так и знала, что не спит! Но раз уж решил меня игнорировать, то я поступлю так же. Даже не обернувшись к мужчине, я покинула его спальню, а после и квартиру, сразу же забегая в лифт. Да уж, теперь особо не побегаешь, поэтому я аккуратно наступала на носок левой ногой, чтобы сильно не напрягать ее. Выйдя из дома, я тут же съежилась от холодных капель дождя. Будет смешно, если этот кот просто остался у кого-то на балконе и я зря вышла на улицу. Еще и Леви разбудила... — Кс-кс-кс, — начала я звать котенка, — Иди сюда! — Какого хрена, Аманда? — послышался сзади меня голос Леви, заставляющий подпрыгнуть на месте. — Твою ж! — выругалась я, обернувшись к мужчине, — Ты чего делаешь? — Что я делаю? — возмутился он, — Ты серьезно? Сама ведь меня разбудила! — Но ты же ясно дал понять, что никуда не пойдешь! — в ответ возмутилась я. — И отпустить тебя одну на улицу посреди ночи?! В очередной раз раздалось мяуканье и мы оба замолчали. Я состроила такое лицо типа: "Я же говорила!", на что Леви закатил глаза. Я вновь позвала котенка и вот из-под какого-то окна, что вело в подвал рядом стоящего дома, высунулась черная мордашка. — Э-э-эй! — запищала я, — Иди сюда, малыш! И котенок бросился ко мне бежать, сразу же вытираясь о мои ноги. Я тут же подняла его на руки и прижала к себе. Котенок был полностью черным, он весь промок от дождя и трясся от холода. Взглянув на Леви, моя улыбка сразу сошла на нет. — Даже не думай! — возмутился он. — Что? — Мы не вернемся с ним в квартиру! — Леви, ну посмотри какой он маленький! — захныкала я, — Он весь дрожит, еще и явно голодный! — Это ничего не меняет, — снова возмутился Леви, — Я не пущу его в свою квартиру! — Тогда я останусь с ним здесь! — сказала я и состряпала невозмутимую мину. — Ты серьезно? — усмехнулся Леви. И как только он понял, что я и с места не сдвинусь, он закатил глаза в очередной раз, — Аманда, нет! — Леви, да! — сказала я, улыбнувшись, после чего пыталась сделать уже милое лицо. Тяжело выдохнув, мужчина подошел ближе ко мне. — Убери эти чертовы щенячьи глаза! — прошипел он, но я не собиралась этого делать, — Ненавижу это твое выражение лица! — Давай хотя бы покормим его и отогреем, а завтра после учебы найдем ему хозяев! — И почему ты так влияешь на меня? — спросил Леви, завлекая в поцелуй, — Чертова ты ведьма! — Эй! — возмутилась я, стукая профессора по плечу. — Одна ночь! И не больше! — Обещаю! — Идите в квартиру, я схожу до круглосуточного, — сказал Леви, протягивая мне ключи. — Я не пойду одна! — возмутилась я. — А, то есть теперь ты боишься? — усмехнулся Леви. Взявшись за руки, мы пошли до ближайшего круглосуточного магазина, чтобы купить все необходимое для этого маленького черного комочка, которого я так и держала у своей груди. Котенок прижимался ко мне и с интересом наблюдал за всеми огнями города, пока мы шли промокшие до нитки. Повезло, что кошелек Леви не промок и деньги были невредимы, но сотрудник магазина все равно на нас странно посмотрел, сводя брови к переносице. Да уж, представляю как мы выглядели... Когда мы вернулись в квартиру, первым делом мы начали мыть котенка, который исцарапал мне все руки. Леви на это лишь громко фыркнул. Уверена, он так и хотел сказать: "Я же говорил, что это плохая идея!", но к счастью профессор гордо молчал. Затем мы отнесли котенка на кухню, где Аккерман уже поставил ему миски с едой и водой, и наблюдали за тем, как жадно он поглощал еду. Неужели этого малыша никто не кормил? Стоит только подумать об этом, как сердце сжимается с невероятной силой. После мы так же решили вымыться каждый по очереди, чтобы наблюдать за маленьким комочком, который до сих пор был напуган. И когда я вышла после душа, я заметила, как эти двое спят на кровати. Леви уткнулся лицом в подушку, а котенок лежал у него под боком. Я осторожно легла к ним, чтобы никого не побеспокоить, но стоило только чуть пошевелиться, как котенок все же проснулся и залез мне на живот. В тишине раздавалось его довольное мурчание и стоило мне только его начать гладить, как эта вибрация растеклась по всему моему животу, заставляя молниеносно расслабиться. Сейчас котенок не выглядел уже таким напуганным, а наоборот. Будто его место было тут по праву. Пролежав несколько долгих минут на спине, я решила перевернуться на бок, взяв с собой котенка. Он так же устроился рядом, прижимаясь ко мне ближе. Леви во сне нащупал меня рукой и крепко обнял, только вот нашему постельному соседу это не понравилось и он начал кусать руку профессора. Аккерман чуть привстал на кровати, наблюдая за всем этим цирком, после чего тяжело выдохнул и снова лег лицом на подушку. Меня же это начало веселить и я тихо хихикала. — Если он не перестанет, я снова вышвырну его на улицу, — пробормотал Леви. — Тогда тебе и придется меня вышвырнуть! — возмутилась я. — Думаешь, не смогу? — усмехнулся мужчина. — Ах ты! — снова возмутилась я, пытаясь поколотить Аккермана, но он быстро перехватил мои руки и начал щекотать. В итоге у нас все переросло в шуточную драку. Я верещала от смеха, в то время, как котенок, смотрел на нас, как на идиотов. Или коты всегда так смотрят на людей? Я слышала что-то такое. Леви прижал меня к кровати, нависая надо мной. Только одной своей рукой он обхватил два моих запястья и крепко держал их над моей головой. Мы тяжело дышали, смотря друг на друга, и Леви сдался первый, когда наклонился для поцелуя. Наши языки быстро сплелись в диком танце, выпуская из нас стоны и вздохи. А когда Леви вдруг остановился, я проследила за его взглядом, замечая, что они с котом смотрят друг на друга. — Он немного мешает, — недовольно произнес Аккерман. — А я не уверена, что смогу сегодня, нога что-то заныла. Мужчина тут же подскочил и осторожно начал мять мою ступню, заставляя почувствовать мгновенное расслабление. — Не нужно было так много ходить, — возмутился Леви, — Говорил же идти домой. — Да, нужно было тебя послушать... — грустно произнесла я. — Нам нужно поспать. — Согласна. А вот котенок так не считал. Он увидел, как Леви массирует мою ногу и решил, что пора играть. Аккерман же, как самый взрослый мужчина, начал беситься с ним. Наблюдать за этими двумя доставляло мне максимальное удовольствие. Давно я так много не смеялась. Больше мне нравилось, как котенок прыгает на руку Леви и начинает жадно ее кусать, а задними лапами царапать. До чего же смешное зрелище. Утром я кое-как открыла глаза, когда услышала противный звук будильника на телефоне. Ненавижу это невыспавшееся состояние... Будто ты проснулся уже уставшим. Перевернувшись на другой бок, я заметила, что рядом нет ни Леви, ни котенка. Я надеюсь, профессор не вышвырнул его?! Эта мысль заставила меня соскочить с кровати и тут же зашипеть от нарастающей боли в ступне. Я неделю проходила с гипсом и ни разу не наступала на ногу, а теперь только и делаю, что доставляю сама себе такой дискомфорт. Вновь встав на одну ногу, я поскакала до кухни. И первое, что мне бросилось в глаза — Леви сидит за столом, уткнувшись в телефон, а на его коленях вверх пузом спит котенок. Это выглядело одновременно мило и удивительно! — Будешь так громко скакать — разбудишь ребенка, — пробормотал Леви, даже не подняв на меня глаза. — Ну прости, папа! — возмутилась я, смеясь. Мужчина осторожно поднял котенка, который даже не проснулся, и положил его на подоконник, куда падало утреннее теплое солнышко. Надо же, на улице, кажется, так тепло. Будто ночью не было того ужасного ливня. Леви подошел ко мне и обнял меня за талию. — Как котенок? — спросила я. — Сносно, — ответил Леви, — А как этот котенок? — спросил он, подняв пальцами мое лицо за подбородок. — Тоже сносно, только нога опять немного болит, — ответила я, улыбнувшись. — Завтракать будешь? — Нет, я не голодна. — Тогда собираемся и едем в университет, — сказал Леви, после чего завлек меня в поцелуй. И он отличался от всех наших предыдущих. Такой нежный, что подкашивались ноги. Хотелось раствориться в нем и никогда не выбираться. — Знаешь, за что я полюбил утро в последнее время? —вдруг спросил Аккерман, а я выгнула бровь, — За то, что просыпаюсь с тобой рядом. — Леви-и-и-и! — протянула я, — Как это мило! — Да иди ты! — рассмеялся он. Друг от друга нас отвлек какое-то странное мяуканье котенка. Обернувшись к нему, мы заметили, что он словно мечется из стороны в сторону. — Тащи лоток! — сказала я, быстро сообразив, — Срочно! Леви тут же ринулся в коридор и мигом притащил то, о чем я его попросила. Я взяла котенка на руки и усадила в лоток с наполнителем. И о чудо! Я оказалась права! — Охренеть, — удивился Леви, — Как ты поняла? — Сама не знаю... — Я же сказал, ты сама, как котенок! — Нет, я просто мать котов! — сказала я, поднимая руки вверх, — Знаешь, есть мать драконов, а я мать котов. — Ну, конечно! — рассмеялся профессор. — Неужели он всю ночь терпел? — удивилась я. — Ну, судя по тому, как долго он сидит, думаю да, — сказал Леви, — Но если я хоть где-то найду лужу или кучу, ты знаешь, что я с тобой сделаю? — Боюсь представить! — сказала я, поднимая руки в капитуляции. — Иди уже собирайся, мать котов! А мне надо очистить брюки от шерсти этого гаденыша. Дорога до кампуса у нас тоже поменялась. Не в плане маршрута, а в плане нашего поведения. Леви не отпускал мою руку всю дорогу. Черт, он и правда милый! Ну, когда не смотрит на тебя исподлобья... А на меня он время от времени продолжает так смотреть. Что ночью, когда я упрашивала его оставить котенка, что перед выходом, когда отказывалась от его помощи выйти из дома. Конечно же, он меня не послушал, а просто молча закинул на плечо и спустился со мной вниз, а затем усадил в машину. С этим человеком, кажется, вообще бесполезно спорить. Но сейчас, в эту самую секунду, он совершенно другой. Держит меня за руку и большим пальцем гладит мои костяшки пальцев. Не хочу, чтобы этот промежуток времени заканчивался... Когда мы подъехали к магазину, у которого Аккерман меня постоянно высаживает, он снова сразу потянулся к моим губам. И снова такая нежнятина... — Не забудь о своем обещании, — сказал он, — После учебы ищем тому черному исчадию ада хозяев! — Я помню, — сказала я прямо в губы Леви. — Может прямо сейчас развернемся и уедем назад? — спросил мужчина, усмехнувшись. — Было бы здорово, но потерпи несколько часов. — Как теперь ходить по кампусу и делать вид, что мы друг другу никто? — возмутился Леви. — Раньше же у тебя получалось! — в ответ возмутилась я, смеясь. — Но тогда ведь было все намного проще, — сказал он, а я заткнула его поцелуем, — Все иди, иначе я тебя точно не отпущу! Я засмеялась и выбралась из его машины. От помощи я снова отказалась и теперь профессор почему-то меня послушал. Когда машина Аккермана отъезжала от магазина, он несколько раз мне посигналил, заставляя смеяться. Я же просто в ответ помахала ему рукой и провожала взглядом уезжающий автомобиль. — Охренеть! Вот это новости! — послышался сзади меня знакомый голос, от которого я вся сжалась от ужаса. Медленно повернувшись к нему, в глаза сразу же бросилась его безумная улыбка. — Ты и профессор? Гонишь, Аманда? — никак не унимался он, улыбаясь во все зубы. Только этого мне не хватало. Чертова ты жизнь, настолько ты меня ненавидишь?! — И что, как трахается этот коротышка? — спросил парень, складывая руки у груди. — Флок...