«Подождите, у меня 2-ая линия»

***

      Пожалуй, с неделю они практически не разговаривали. Максимум по инициативе Дотторе переброситься парой фраз, да и всё. Непонятна была сама затея ограничить друг с другом общение, но не нам их собственно судить.       И так день за днём, закрепляя ещё парой дней, работа стала спокойнее, но в то же время в разы скучнее. Панталоне не жаловался на скуку, он изначально топил за отсутствие коллеги при работе, но всё же внутренне осознавал, без чокнутого француза, он сам намеревался стать чокнутым.       И, когда неделя унылых дождей прошла, Панталоне вызвался лично начать диалог. В кои то веке. — Доброе утро, - говорит, а у Дотторе глаза по пять копеек. Стоит, молчит, но вскоре и сам решается сказать. — Доброе-доброе, - под конец таки лыбу давит, да опирается о ближайшую стену, - Спал твой депресняк?       На вопрос Панталоне отвечает привычным себе кивком. Не был он сильно разговорчивым. — Тогда слушай, мне сегодня такой сон помпезный приснился, вот ты бы знал, - были бы у него силы, он бы посмеялся, а так из уст выдалась лишь усмешка, но и её для собеседника-энтузиаста было достаточно.

***

      Вновь работа уступила место светской беседе, в которой Дотторе лично выступал пересказчиком своих снов, мелких, но реальных, происшествий, и более незначительных историй, скорее из прошлого. Затесалась среди них однако история одного клиента Аякса, который был ещё до вступления Панталоне на должность финансового менеджера. А клиент тот был... Необычной, для молчаливого народа, личностью. — Ну и вот, звали этого Арсений, а он как я, только хуже, - куда уж хуже, хотелось возразить, но перебивать монолог Дотторе занятие неблагодарное от слова совсем, в том плане, что он и ваш вопрос продолжит, и предыдущую тему не забудет, - Задалбывал нашего рыжего вопросами по горло, он пол часа нам этот список вопросов озвучивал, - глаза Панталоне лишь слегка округлились, - Он его чуть ли не про личную жизнь спрашивать начал, ну ты представляешь! Беспредел полнейший.       Менеджер покивал для вида, да продолжил выслушивать. — В конце концов этот Арсений вообще ничего не сделал, назадавал своих вопросов и ушёл, - Панталоне пробубнил вроде что то про негодяя Арсения, но всерьёз таки не говорил, - Всем коллективом Аякса откачивали в тот вечер, представляешь? — Представляю, - теперь уж и Дотторе кивать начал, взаимопонимание во всей красе. — Потом Аякс ещё минут десять истерил, так этого Арсения оскорблял, я думал, что в начальную школу попал, - на непонимающий взгляд пояснить решил, - Ну, в наше время начальная школа - место для отпетого быдла, - и заявление это вызвало больше шока у Панталоне, чем все рассказы до этого, - А ты не знал? — Честно говоря, даже не догадывался, - а Дотторе, что б его, посмеиваться начал. — Боже, совсем в интернете не сидишь что ли?, - угрюмое лицо напротив было очевидным ответом, - Ладно, извиняюсь, у каждого свои интересы, - да руки в мирном жесте поднял.

Молчание со стороны Панталоне посудило продолжением монолога.

***

      Спустя некоторое количество бесценного, по словам многих людей, времени, Панталоне вернулся в своё обыденное состояние заёбанности, от ненавидящего молчать Дотторе. С одной стороны здорово, идёт на поправку, а с другой - это походило на своеобразные качели. С ним ты его трёп на дух не переносишь, а без него ещё хуже. И ему подобная тенденция определённо не пришлась по душе. Если и привязываться к кому то, то однозначно к близкому, а не к сумасбродному коллеге по работе. Причём, работе абсолютно неожиданно взявшейся. Панталоне мог себя прокормить и без какой либо работы, зря он свои, доставшиеся от почивших родственников, квартиры сдаёт, что ли? Одного человека подобные суммы потянуть точно смогут.       Так вот, ближе к сути, он осознал, что постепенно начинает к этому раздолбаю эмоционально привязываться. Крепко так, чтоб наверняка не отвязаться. А последнее ему было, как никогда необходимо. Не хватало ещё влюбиться по глупости, уж точно. Хотя данный вариант Панталоне даже не рассматривал, приравнивая к бреду сумасшедшего. Он довольно рано понял, что каких либо романтических отношений из принципа иметь не хочет.       Гордое одиночество, волк-ауф и всё такое. Друзья с привилегиями - максимум. Хотя, когда дело доходило до влюблённостей, он был готов переобуться, но яро это отрицал. Однако, даже если бы он переобулся в то время, уже с ним никто бы не захотел иметь отношений. Ибо все влюблённости его были безответны. Раньше это было сродни разбитому сердцу, сейчас же Панталоне, вспоминая это, сможет лишь посмеяться. Над самим собой, естественно. То ли от жалости, то ли от осознания своей подверженности к подростковому максимализму. Оба варианта, в принципе, были где то в одной весовой категории для него. Уж ему ли себя не знать.       Застряв в собственных размышлениях, особо не вслушиваясь в бубнёж на фоне, Панталоне не заметил, как на часах пробило восемь вечера. По работе он успел только... Да толком ничего, чудом на работе держится. Хотя, достаточно много он работал прошедшую неделю, отчёты заполнял, прогнозы прогнозировал, и далее по списку, что у него почти за месяц уже засело в печёнках. М-да, ситуация позитивом не радует, конечно... — Приятель, ку-ку, ты меня слышишь вообще?, - махает резко перед его глазами Дотторе, всматриваясь в его, ничего не выражающее, лицо. Панталоне столь же резко дёргается, начиная смотреть на, якобы, собеседника, - О, очнулся, доброе утро, домой уже пора. — Уже?, - часы на стенке полностью поддерживали предыдущего оратора, - Оу. — Да, можешь не извиняться, типичная ситуация уже, - звучало относительно грустно, но вдаваться в подробности он не стал, - Так вот, я тебе предлагал всё таки сходить в то кафе... Только оно через часа два закроется.       Вскинутые брови дали зелёный свет разъяснению. — В этот раз никаких устриц и, эм, я оплачу не треть половины, а половину, идёт?, - хотел было уже от бесконечного повтора данного предложения согласиться, но резко понял, налички у него для оставшейся половины не было. — У меня нет наличными, - Дотторе покачал головой, да продолжил. — Ладно, хрен с тобой, я оплачу, - теперь это было весомым поводом согласиться, даже если придётся травиться устрицами. — Идёт, - впервые за долгое время уголки губ приподнимаются, приятно, когда с тебя не вымогают деньги, а оплачивают самостоятельно. Коллега отворачивается к выходу, показывая рукой, мол, пошли. Он и пошёл.       По бежевому коридору проходя, Панталоне по своей своеобразной традиции погрузился в размышления. О самой ситуации в целом. Сам говорил о нетерпимости к вечным монологам своего, вроде как, приятеля, а в итоге вышагивает с ним в кафе... Его навевало непонятное дежавю. И суть была в том, что самому Панталоне это похождение казалось попросту нелепым, бессмысленным... Неправильным? — Что, снова завис?, - махание знакомой ладони перед глазами выводит из транса, когда они стоят возле металлической двери. О чём он только что думал? — Есть такое, - кивает на дверь, так и говоря "Открывай, чего стоишь?".       С лёгким скрипом врата в иной мир отворяются, а перед глазами предстаёт нетипичная картина. Полнейшая тишина. А в самой комнате была лишь, как же её звали... Колумбина, точно. — Вижу, вы уже помирились?, - Дотторе фыркнул, молча проходя к общей вешалке. Практически все уже ушли, что странно. — Мы и не ссорились, - на удивлённый взгляд девушки дополняет, - Вроде. — Да, лёгкий застой в отношениях, с кем ни бывает, - коллега поддакивает с умным видом, пока взгляд Панталоне так и сверлит его затылок. — О, поняла, - Колумбина кивает, завязывая свой привычный белый шарф, - То есть, вы, ребята, в отношениях?, - добавляет скорее в шутку. — Нет. — Естественно.       Одновременно произносят, непонимающе уставившись друг на друга в итоге. Дама на заднем плане хихикает. — Ладно, не хочу участвовать в выяснениях отношений, поэтому до завтра, - быстрой походкой выбегает из помещения, будто её тут изначально и не было. Что ж... — В смысле, естественно?, - первым задаёт вопрос Панталоне, причём первый на удивление. — Ну, дружеские отношения, всё такое, а что?, - на последних словах глаза прищуривает, строя на губах ухмылку. Харизма так и прёт, даже завидно.       Первый, по идее от облегчения, вздыхает, мотнув пару раз головой, мол: "Ничего". Дальше лезть с этим вопросом собеседник, на том спасибо, не стал. — Так вот, - начинает Дотторе, пока застёгивает пуговицы пальто, - Насчёт кафе, может из дома закажем, ценник меньше будет.       Второй раз за день Панталоне усмехается, решая таки спросить. — Жаба душит?, - коллега, пару раз хлопнув район бедра, так же усмехается. — Да-да, вроде того, с меня много за отлынивание вычитают, - за расспросом в карман лезть не приходится, собеседник сам продолжит, - Знаю-знаю, почему тогда отлыниваю, ну западло мне всё это делать, неинтересна финансовая тема, но выбора мне, к сожалению, не предоставили в своё время, а уйти я по некоторым причинам не могу. — Сочувствую, - Панталоне кивает один раз, но по крайней мере искренне. — Не стоит, я привык, - всё таки, личность у него совсем не весёлая, больше наигранная. А прошлое, видно, забавами не пестрит, - У каждого свои проблемы, вот и всё, давай лучше вернёмся к теме еды?

Очередной, приевшийся кивок.

— Вообщем, я так понял, ты далековато живёшь, раз на такси добираться надо, - на языке вертелся вопрос, зачем он запомнил эту информацию, но спросить он не решился, - Я живу буквально через два дома отсюда, можем у меня посидеть, захочешь - уйдёшь, захочешь - останешься со мной рассуждать о теории, которую я с утра в паблике одном вычитал. ...Определённо из интереса, Панталоне соглашается.