Вопреки

Проходит год. Деткам уже почти четыре месяца, и Энт нарадоваться ими не может. Эйвон тоже рад, хотя поначалу боялся даже подходить к ним. Роды прошли не так уж тяжело, как для первых родов, с учетом того, что на свет воспроизводилась тройня. И какое же было для всех удивление, когда родились они в виде волчат… Все трое оказались оборотнями! Лишь потом они обрели свою человеческую форму… Теперь у них трое прекрасных малышей. Двое альфочек и один омежка. После их рождения стая черных волков таки приняла Эйвона, как пару вожака, пускай он и другого подвида. Поэтому Энт счастлив. Альфа подходит к своему супругу и берет его руку, целуя пальчики и обручальное кольцо. Они таки вступили в брак, правда, тогда Эйвон был уже на седьмом месяце беременности, и деваться ему было некуда. И все равно омега на свадьбе выглядел таким гордым и независимым, словно он все еще свободен, никому не принадлежит. — Я тут вспоминал нашу брачную церемонию… — усмехается Энт и сжимает его ручку. Целует в шею, прямо в метку. Эйвон меченый, это произошло прямо во время брачных клятв. Метка эта не исчезнет никогда. Они навеки связаны. — Мм? — усмехается Эйвон. Блаженно закатывает глаза от поцелуя в шею, тихо хихикнув. — Я иду к детям, не приставай ко мне. — Ты как обычно, — альфа не пускает омегу, держит его в объятьях. Характер Эйвона не поменялся. Разве что, омега стал взрослее, из него получается хороший папа. — Пошли вместе… — идет с ним в соседнюю комнату, где лежат в кроватках дети. Они довольно спокойные, редко просыпаются по ночам. Поэтому родители справляются с ними вдвоем, и Энт еще успевает выполнять свои обязанности вожака. Иногда им на помощь приходит папа Энта, или же Фэйн. Эйвон фырчит, обходит мужа стороной и идет в детскую комнату. Хотя на лице расцветает улыбка, он счастлив рядом с Энтом и со своими малышами. Но омега после родов сильно смущается своего тела. Он еще больше набрал в весе, появились растяжки на животе. Он каждый день занимается спортом, но привести себя в порядок после родов тройни… Сложно. И именно поэтому у них с Энтом давно не было секса. Энт как только не пытался подкатить к своему милому, но Эйвон ни в какую не дается. А силой его брать совсем не хочется. Как бы его уговорить? Энт уже не может, когда рядом ходит такой сексуальный омежка… у него уже рука стерлась о член. Может, связать его и соблазнить? — Милый… — сглатывает альфа, положив руку ему на задницу. — Ты очень вкусно пахнешь… — Энт, — строго смотрит на альфу, косит взгляд на него, от чего мужчина убирает руку. А то еще откусят. Омега берет одного из тройни — омежку — на руки и целует его в лобик. Это самый младший их ребенок. Последний родившийся. Альфочки смотрят на папу, после омега поочередно берет их и уделяет внимание. Он чувствует себя полноценным рядом со своими детьми. Он готов любому глотку перегрызть, кто сделает им больно. Энт вздыхает, посмотрев на этого льдышку. Потом смотрит на деток и невольно улыбается. Такие славные… И все трое оборотни. Вечером Энт опять подходит к супругу со своими поцелуями. Целует в шею, трогает руками, и снова получает отказ. — Что, мне теперь даже целовать тебя нельзя? — Энт, я занят, ты же видишь, — ворчит омега, нанося крема на лицо, осматривая себя в зеркале. Эйвон словно охладел к нему, хотя на деле это не так. — Скажи честно… я перестал тебя привлекать? — не понимает Энт. Он вроде остался таким же, как был. Да и Эйвон раньше, во время беременности очень охотно занимался с ним сексом, сам просил. А теперь отказывает… — Почему ты стал так холоден ко мне? — Не выдумывай, — омега поворачивается к альфе. Осматривает его. — Просто я устаю с малышами, мне некогда нежничать. — Я уже не раз говорил, давай наймем помощника, — настаивает Энт. Он задумывает, что так и сделает. — Нянь поможет справиться с детьми, ты не будешь так уставать, у тебя останется время и на меня… — Я не доверяю им, — омега стоит на своем. Эйвон все еще считает, что его не любят здесь, что найдутся люди, которые захотят навредить ему и их детям. — Лучше сам буду следить за малышами. Давай не будем говорить об этом, — он оттягивает кофту вниз, скрывая свой все еще обвисший живот. Даже тайные голодовки не спасают его положение: тело все еще выглядит ужасно. — Милый… Я выберу такого, которому доверяю я, — стоит на своем Энт. И на следующее утро альфа приводит в дом молодого омегу, у которого уже есть подросшие дети. Который точно знает, как себя с ними вести. Омежка выглядит прилично, Энт хорошо знает его. Правда, до брака этот омега бегал за ним, но у них тогда ничего не вышло, и это не считается… — Мой супруг немного против этой затеи, но думаю я переубежу его, когда он попробует, каково это, когда ему помогает кто-то еще кроме меня. Омежка же осматривается в доме и усмехается. Хитрец уже решил, что это отличный повод сблизиться с вожаком и таки затащить его в свою постель. Кто из их стаи вообще не мечтает стать любовником Энта? Это большая честь… — Знаете, я многое умею, — уверяет будущий нянь. — Многое знаю. Вы сделали верный выбор, — кладет руку ему на плечо, нежно поглаживая. Энт же не придает этому касанию значения. А вот Эйвон это видит, он сжимает челюсти и прячется за углом. Замену решил ему найти?! Ах, кобель! Ну он им обоим устроит! Эйвон заходит в детскую, и когда же приходит нянь, омега тут же дает ему задание разогреть молоко. А после начинает его гонять, то молоко перегрел, то не догрел, то все испортил и нужно переделать. Так раз сто. Но омежка по имени Оливер все выполняет, старается, терпит скверный характер папочки детей. Энт приходит и видит эту занимательную картину. — Эйвон, милый, не гоняй его, ты слишком строг. Оливер шустрый омега, у него есть дети и он прекрасно знает, что ему делать. — А это мои дети, и я лучше знаю, что они хотят и что им надо, — рычит на Энта Эйвон. Он очень ревнивый. Осматривает Оливера, как заклятого врага. Он же видит, как тот флиртует с его мужем! Одним только взглядом! — Оливер, принеси, будь добр, пеленки. Они на улице висят, — подсказывает Энт. — На заднем дворе. Омежка уходит, кинув игривый взгляд на Энта. Альфа же ничего не замечает. Поворачивается к своему сварливому супругу. — Ты привыкнешь… я же хочу облегчить тебе жизнь. — Пусть он уйдет отсюда, не хочу чтобы мне помогали! Мой брат и то лучше справляется, чем этот… папочка нескольких детишек. — Твой брат не сможет у нас жить, пусть устраивает свою личную жизнь со своим омегой. У него скоро будут дети, его Рейн беременный вон ходит который месяц. Не отказывайся от помощи, я же вижу, тебе тяжело… А Оливер ловко справляется с детьми. — Пусть он уходит, мне не нужна помощь, — недовольно ворчит Эйвон. — Нужна, — Энт продолжает упираться, все же, он тут главный, а омежка постоянно пытается им командовать. — Давай он побудет недельку, а потом решим, если он мешает тебе, то уйдет, если нет, останется. Но ты увидишь, насколько проще тебе станет. — Хорошо, неделька так неделька, — Эйвон нехорошо щурится. Он его замучает! Омега складывает руки у груди и выходит из комнаты. Снова поссорились… В последнее время они часто цапаются. И Оливер остается аж на целую неделю. Омежка стойко терпит все придирки своего «начальника» в виде Эйвона. Выполняет поручения. Он готов на все, лишь бы добраться до Энта. Тем более, за время прибывания в этом доме он понял, что между супругами разлад, они не спят вместе. Отличное время, чтобы взять ситуацию в свои руки и наконец переспать с Энтом, стать его любовником. Он то и дело флиртует с вожаком, но тот его не замечает, как омегу. И один такой раз застает Эйвон, благо в гостях был папа альфы и он следил за детьми. Оливер как раз подкатывал к альфе, сладким голоском о чем-то с ним заговаривая и строя глазки. Эйвон тут же встревает между этой сладкой парочкой. — Энт, можно тебя на минутку? — складывает руки на бока и уставился на эту ходячую кость по имени Оливер. — Да, милый, — Энт идет за омегой, видит, что тот пылает от гнева. Они попадают в первую комнату на их пути, гостевую спальню. — Ну что опять не так? Оливер же справляется, разве нет? Несмотря на все твои придирки, он выдержал аж шесть дней… — Он тебе нравится, да? — напрямую задает вопрос злой как черт Эйвон, он обходит комнату, проводит пальцем по подоконнику, чтобы успокоиться. — Нравится, поэтому ты держишь его здесь? Нашел мне замену, да?! — рычит Эйвон, развернувшись на месте. — Не смей мне врать! Иначе кастрирую тебя, кобель! На другого смотреть вздумал?! — Ты сейчас серьезно? — Энт в шоке смотрит на омегу. Он даже подумать не мог о другом… А тут ему предъявляют такое! — Эйви! Я ни разу не посмотрел в его сторону, о чем ты вообще?! Ты обвиняешь меня без повода! Скажи, что между нами происходит? Почему ты такой? Что с тобой случилось? — спрашивает Энт, скривившись. Подходит к нему и хватает на плечо, смотря ему в глаза. — Ты меня больше не любишь? — Это тебе надо задать этот вопрос! Привел сюда этот скелет, тот только ходит глазки и строит! Постыдился бы хотя бы! При живом супруге, да и при малышах! Не трогай, иди лучше трогай своего нового омегу. Я не такой красивый, как он, поэтому нашел замену?! Я страшный для тебя, да? — шипит Эйвон, на глазах появляются непрошеные слезы. — Ну да… У него же нет таких растяжек, как у меня, он же не мучился с лишним весом после родов… Энт видит его слезы, и его пыл поссориться сразу спадает. Альфа мгновенно сдает назад. — Ну ты чего, какие растяжки, где ты их нашел? Нет у тебя растяжек! — берет его за плечи и держит, смотрит прямо в глаза. — Я даже не думал тебе изменять! Мне интересен только ты, ты что, не видишь, как я постоянно к тебе пристаю?! Только ты для меня сексуальный и желанный! На других я не смотрю, понял меня?! Я вообще-то тебя пометил, мы истинная пара! — Нет, я тебе не верю… — Эйвон дает слабину. — Я столько раз просил тебя выгнать Оливера, а ты не слушал меня! Постоянно с ним болтал, флиртовал! — Я не флиртовал с ним, говорил только по делу, — Энт обнимает омегу крепко, прижав к себе, несмотря на его попытки вырваться. — Глупенький! В каком это месте ты некрасивый? Когда ты успел внушить себе, что я тебя не хочу? Ты красив любым для меня, и плевать я хотел на растяжки, даже если они есть! Ты очень меня возбуждаешь, очень, и я тебе это докажу… Энт приподнимает его зареванное лицо и властно впивается в губы. Не дает ему времени на продолжение истерики. Эйвон хнычет, сначала дает отпор, а после все же переменяется и неуверенно отвечает на поцелуй. Омега не признается в этом, но он боится потерять своего альфу… — Я еще не привел свое тело в порядок. Лучше не смотри… — Шутишь со мной? Говорю же, меня ничем не напугать, я люблю тебя, глупыш, ты мне нравишься любым… — Энт целует его, спускаясь руками к заднице. Поднимает выше, задирая пальцами его кофту. Пробует ее стянуть. — Покажи мне, что ты там так упрямо прячешь от меня. — Я не могу, Энт… — омега пытается убрать его руки со своего тела, сбито дышит. Эйвон все еще ярко реагирует на запах альфы и на его касания. Он все еще хочет его. Любит. — Дай, я посмотрю на тебя, — упрашивает Энт, он сам поднимает кофту, стягивает ее с омеги. Опускается вниз на колени, расстегивает штаны на нем. Смотрит на слегка выпуклый и обвисший животик. Но это его не пугает. Совсем. Его омега совершенный для него. В паху сразу начинает теплеть, у него встает. Энт припадает губами к животу, почувствовав, как омега втягивает его. — Расслабься… — просит альфа, держа его крепко за задницу. Продолжает целовать живот, мимолетно спускаясь все ниже. — Ты у меня самый красивый, самый желанный, ты подарил мне троих малышей, и твое тело стало еще сексуальнее, запах еще слаще… ты сводишь меня с ума, я устал уже дрочить на тебя, болит рука… — Хватит такое говорить, придурок… — шепчет омега и тяжело дышит, прикусив нижнюю губу. Прикрывает рот рукой. — Энт, скажи правду… Я же не такой, как раньше. Ты найдешь мне замену… — Я не буду искать тебе замену никогда, это невозможно, я люблю только тебя, — Энт начинает целовать там все страстно, приспускает штаны, белье, а у омеги уже стоит. Значит, хочет… — И ты серьезно внушил себе, что меня напугает все это? На деле меня напугало твое безразличие… твоя холодность ко мне. Не делай так, — он приближается к паху омеги и без раздумий берет омежий член в рот, начинает сосать. Омега стонет, откидывая голову назад. Ему очень приятно. Он так давно не трогал себя, даже не ласкал. — Я не хотел, чтобы ты видел мое тело, поэтому не подпускал к себе… а когда увидел этого костлявого… Хотел убить тебя и его, — все еще злится Эйвон. Энт выпускает член изо рта и смотрит вверх. Руками трогает упругую задницу. Пробирается между ягодиц. — Так ты все же ревнуешь меня, — довольно констатирует факт Энт и приближается к паху снова. — Ну как видишь, твое тело вызывает во мне лишь желание… — снова берет в рот, услышав вздох омеги, а после стон. — Только желание? А как же любовь? — издевается над ним Эйвон и закрывает глаза рукой, тяжело дышит и стонет. — Ах, Энт… Ты правда все еще любишь меня, тебе правда нравится мое тело? Я не хочу, чтобы у тебя появился другой… Услышав это, альфа сразу подхватывает его и несет на кровать. Кладет туда и шустро раздевается сам. Наконец! — Теперь ты отсюда так просто не выйдешь, даже не проси… Я покажу тебе, насколько сильно я «не хочу» тебя и «не люблю», — пародирует его слова. Нависает над ним и страстно целует в губы. Омега лежит под ним и отвечает на поцелуй, обнимает его, крепко. — Докажи мне… — Обязательно, — рычит властно Энт и начинает покрывать все, что видит, быстрыми поцелуями. Альфа очень сильно хочет его, так, что перед глазами аж искры, он словно в гоне, настолько яркое его желание. Ему даже все равно, что в доме еще есть люди… Он спускается снова вниз и закидывает его ножки себе на плечи, целует его бедра, пах, и опускается ниже, подхватив омегу под задницу. Начинает вылизывать его между ног. Эйвон закатывает глаза от наслаждения, снова закрывая рот ладонью и изгибаясь. — Энт, черт… — омега чаще дышит, посмотрев на альфу. — Я так скучал по тебе… По ласкам… Ах… — он сдерживает себя, чтобы не издавать лишних звуков. В доме папа альфы. — Почему же ты тогда отказывал мне? Я столько за тобой бегал, глупыш… я хочу тебя очень сильно, — говорит Энт и снова лижет дырочку, проникает в нее языком, а после и пальцами. Растягивает, хотя омега сейчас так потек, что легко растягивается и под три пальца, и под четыре… — Энт, — смотрит вниз и двигает бедрами навстречу. — Давай уже, быстрее… — Я и не собираюсь тянуть, — альфа достает пальцы и напоказ облизывает, потом проводит этой рукой по члену, распределяя смазку. — Я сейчас взорвусь, так хочу тебя… — Энт наклоняется над ним и целует. Попутно входит в его тело, наконец оказавшись внутри. Блаженно стонет, толкаясь по яйца. — Да-а, ты все еще можешь принять меня полностью… Эйвон томно выдыхает, широко раскрыв глаза от желанного ощущения заполненности. Обнимает мужчину за шею, тяжело дышит и блаженно закатывает глаза. — Энт, — стонет омега. Как же ему приятно, как же хорошо… — Мой милый… — выдыхает альфа, прекращая двигаться. Гладит его лицо ладонью. — Я не прекращал тебя любить, я был с тобой во время родов, видел тебя, и мое желание никуда не делось. Ты мой омега, моя пара, мой истинный… это навсегда, — целует его и снова начинает двигаться. — Теперь скажи мне, что любишь меня… — Я люблю тебя… — шепчет омега ему в губы и стонет, не отлипает от его губ. — Ты мой любимый и единственный альфа. Никто мне больше не нужен кроме тебя… — Наконец ты сказал это… — Энт счастлив это все слышать. Он чувствует, как омега обвил его ногами и руками. Они прижимаются близко к друг другу и занимаются любовью. Энт не спешит, несмотря на всю свою жажду. Теперь он точно не отпустит своего Эйви, и будет делать это с ним постоянно. — Прости меня… — шепчет Эйвон и целует его. — Но прошу тебя, давай никто не будет следить за детьми кроме меня. Я справлюсь сам. Уделю время и тебе и им… Но только никакого омеги в доме! Ну или же… Можно пожилого… — Эйвону не хватает дыхания, он хватает ртом воздух, изгибаясь, ему очень и очень приятно. — Да, я скажу ему, чтобы он ушел… — говорит Энт и делает более резкие движения. Срывается, все быстрее и быстрее входя в задницу большим членом. В этот раз не избежать сцепки… и когда член у основания начинает увеличиваться, он не останавливается. — Энт! Нет, нельзя! Они не подумали о защите. И вот, Эйвон уже ощущает внутри себя разбухающий узел. Омега дрожит сильнее и кончает себе на живот. — Да чтоб тебя, Энт! А если я… — запинается омега, посмотрев в глаза альфы. Что будет, если он забеременеет еще раз? — Не понесешь… — тяжело дыша, говорит Энт, щурится от удовольствия. — Ты не так давно рожал… Второй раз сможешь забеременеть через год минимум. Так обычно происходит у омег, так будет и у тебя… Не волнуйся ни о чем, — альфа поудобнее располагается, чтобы переждать сцепку. — Если все же я забеременею… знай, я тебя придушу своими же руками! Энт хрипло смеется, он даже не думает, что у них так быстро получится ребенок. У омеги еще не было новой течки, а значит, понести не сможет. Можно пока что не предохраняться. — Не думай ни о чем, мой милый, тебе не придется меня душить… *** Но через несколько недель Эйвону вдруг становится плохо, он падает в обморок. Энт сразу относит его к Уиллу. А лекарь начинает спрашивать про их постельные дела. А что тут говорить? После того случая секс у них регулярный, каждый день. — Ты на что это намекаешь? — приподнимает бровь Энт. — На то и намекаю, — говорит Уилл и просит Йенси принести ему настойку пырника. — Спасибо, золотце, — берет из рук любимого омеги настой и приносит к постели, на которой лежит пришедший в себя Эйвон. — Я возьму кровь, — Уилл прокалывает ему палец и капает в раствор, а сам качает головой. На поверхность всплывает один пузырек. — Беременный наш Эйви. Не опять, а снова. Эйвон раскрывает широко глаза и поворачивается на Энта, потом снова на врача. — Уилл, ты уверен? У меня не было течки после родов, и года даже не прошло. Может, проверим еще раз? Уилл проводит процедуру еще раз. Результат тот же. — Ну вот, есть пузырек, да и кровь растворяется медленно. След нечеткий, значит, ребенок слабенький, скорее всего, родится он у вас не оборотнем, не сможет обращаться. Или омега или бета, — определяет Уилл. — Это не точно, но обычно пырник не ошибается. Беременность стопроцентна. Энт стоит с отвисшей челюстью и переводит взгляд на Эйвона. А Эйвон сжимает челюсти и вздыхает. — Ладно, Уилл, спасибо, — омега собирается и слезает с кровати, смотрит на Энта. — Думаю нам нужно поговорить с любимым мужем. Пойдем, милый, — хватает его за ворот рубашки и ведет к выходу. И тащит его так через часть поселения к из дому. В их общую спальню. Благо с детьми сидит папа Энта… — Энт, и что ты мне скажешь на этот счет? — Эйвон складывает руки у груди и сжимает челюсти, с его стороны исходит такое напряжение, словно в альфу сейчас что-то полетит. — Я не специально, — оправдывается Энт, ощутив гнев своего супруга. Он чует, что Эйви сейчас и правда открутит ему яйца за содеянное. — Это случайно вышло… — и что, что он кончал внутрь и вгонял в него узел через день? — Случайно? Да ты мне даже передышки не давал! — омега хватает первую попавшуюся вещь — штаны Энта, лежащие на кресле, и тут же замахивается на альфу. Начинает его лупить со всей дури. Где это видано? Вожак в стае подвергается домашнему насилию со стороны своего супруга омеги… — Я же сказал, что может что-то пойти не так! Что нужно быть аккуратным, а ты все стоял на своем! Мол, течки нет, значит, не залечу! Ну конечно, течка не пришла! Потому что я уже залетел от тебя! Энт уклоняется, но позволяет омеге лупить себя и сгонять свой пыл. Ему становится смешно, хотя смех сейчас неуместен. — Ну прости, любовь моя! Каюсь, виновен! Значит, у нас будет еще один сыночек, — пытается смягчить его, но получает штанами по лицу. — Милый! — Я тебя кастрирую! Кастрирую, ты меня понял?! Отведу к ветеринару и тебе отрежут твои яички! — ругается омега и бьет его, пока не попадает в плен объятий. Пытается отдышаться. — Господи, да за что мне все это… — Мои яички еще тебе пригодятся, — начинает смеяться Энт. Ну кто же знал, что у них снова получится ребенок? Альфа крепко обнимает его и делает попытку поцеловать, рискуя остаться без нижней губы. — Разве это плохо? У наших тройняшек появится младший братик… Да не переживай ты за фигуру, ты честно нравишься мне любым, даже если наберешь в весе, ты все равно будешь меня заводить… Ну что, успокоился? — Энт обнимает своего строптивца. — Мы же его оставим? — Я не знаю… он родится человеком, который не сможет обращаться. Ты думаешь, что стоит? Вдруг его не примут здесь? — Эйвон становится серьезным и смотрит на альфу. Вздыхает и прижимается к нему, кладет голову тому на грудь. — Как нам быть? — Я не позволю, чтобы его прогнали, и не позволю, чтобы он был изгоем. Это мой ребенок, и я сделаю все, чтобы защитить его, — говорит альфа, успокаивающе гладит по спине своего милого супруга. — Пожалуйста, давай оставим… — Энт, я действительно сильно переживаю за сына. Что если он будет страдать и мучиться? Я не хочу этого… — Наши тройняшки тоже могли родиться без обращения, но это же не оправдалось, они оборотни, может, и этот малыш родится волком? — вздыхает Энт. — Да, в нашей стае всего несколько людей без обращения, но и они полезны, работают, как все. К ним не очень хорошее отношение, но я стараюсь это контролировать, чтобы их не ущемляли. А за сыном нашим тем более буду следить. — Хорошо… — вздыхает омега. — Это последний наш ребенок, понял? Иначе будешь пользоваться услугами своей руки, и только попробуй взглянуть на другого омегу! — трясет кулаком перед лицом мужа. — Понял, — смеется Энт. — Зачем же так радикально? Ты просто будешь пить противозачаточную настойку, и все будет нормально. Без последствий. А вообще, нам везет, что мы так легко можем зачать, другие пары вон годами пытаются и ничего… — Помолчи, виновник торжества, — огрызается Эйвон, но все же прижимается к груди мужа. Прикрывает глаза. — Я рожу его… — Спасибо… — выдыхает Энт и обрадованно прижимает его и кружит вокруг себя. — Поверь, я защищу его, он не будет чувствовать себя отбросом, — обещает альфа. — Я сделаю для него все… — Хорошо… Поверю тебе. Но только тебя снова ждут девять месяцев моих капризов, ты готов? — Я же выдержал твой характер, когда ты носил троих, что, не выдержу одного? — смеется Энт, целует омегу очень трепетно. Он безгранично его любит. Просто безгранично. — Мой милый, спасибо тебе… мы обязательно будем счастливы. — Мы и так счастливы… — вздыхает омега. Его муж же лезет рукой к животу. — Он еще маленький, — Эйвон опускает взгляд вниз. — Но я уже его чувствую, — Энт наклоняется к омеге, целует его, поглаживая живот. Ему никогда не надоест Эйвон. Это невозможно. Они остались вместе несмотря ни на что, вопреки всему, что им мешало. И так будет всегда.