all from the beginning

Когда хейли узнала, что она беременна от беспощадного, ужасного, злобного гибрида Клауса Майклсона, она была в ужасе. Ей хотелось кричать и метать от того, что происходило внутри. Только ей могло так «повезти». Целую тысячу лет Клаус спал со всеми подряд, и только она с могла залететь от него. Запись Хейли в дневнике. Пришел Элайджа, брат Клауса. Точнее, его привела Софи Деверо, которая похитила меня. Я плохо слышу, о чём они говорят, но вроде как Софи хочет, чтобы Элайджа привел Клауса и они помогли ей свергнуть Марселя взамен на мою жизнь. Стоп, на мою жизнь? Мне не послышалось?! Они собираются шантажировать Клауса. Уверена ли она, что я именно то, чем можно шантажировать? Как она ошибается, если так думает. Спустя какое-то время Элайджа привёл Клауса к ведьмам. — Нет. Это невозможно. — Прокричал Клаус. — Сначала я так и подумал… — ответил ему Элайджа. Клаус не верил им и собирался уходить, но тут одна из ведьм привела Хейли. — Клаус, выслушай их. Я знаю, это невозможно. — Да вы все спятили, если считаете, что связь после бутылочки крепкого, уж прости, милочка, для меня что-то значит. — Клаус не дал ей договорить. — Может, ночь и не значит, но после этой ночи она забеременела от тебя, и ребёнок должен значить. — ответила ему Софи. — Это ложь. Вы все врёте. Вампиры не могут иметь детей. — Зато оборотни могут. Марсель, может, и запрещает нам заниматься колдовством в городе, но, как хранители баланса, мы всë равно чувствуем, когда природа готовит что-то новое. Например, у меня есть особенный дар чувствовать, когда девушка беременна. Магия сделала тебя вампиром, но ты был рождён оборотнем. Ты первородный гибрид. Первый в своем роде, и эта беременность — одна из лазеек природы. — Ты переспала с кем-то другим, признайся. — Меня несколько дней держали у озера, потому что они думают, что я вынашиваю какого-то волшебного ребенка. Не думаешь, что я бы призналась, не будь он твой? — Моя сестра отдала свою жизнь, чтобы проверить её беременность. Благодаря заклинанию Джейн Эн жизнь девушки и её ребенка теперь контролируем мы. Если ты не поможешь нам убить Марселя, Хейли не доживёт даже до того момента, когда вырастет её живот. — Что? — перепуганно спросила Хейли; видимо то, что она услышала, было правдой. — Довольно, если нужно убить Марселя —он покойник, я сделаю это сам. — влез Элайджа. — Нет. Нельзя. У нас есть план, которому нужно следовать, и есть особые правила. — Как ты смеешь помыкать мной? Угрожать мне тем, что ты ошибочно считаешь моей слабостью. Я не буду слушать это враннье. — Никлаус, послушай. Клаус включил вампирский слух. Когда он услышал сердцебиение Хейли, он подумал, что его обманывают, но тут он услышал ещё одно, под сердцем Хейли, он испугался. На секунду он задумался. Иметь ребенка впервые за тысячу лет — это чудесно, но потом его радость ушла. «Ребенок — это слабость» — твердил он себе в голове. — Убейте её и ребенка. Мне плевать. — После этих слов Клаус ушёл. — Если вам нужно свергнуть Марселя и вам нужен Клаус, позвольте я поговорю с ним — сказал Элайджа. — Можно я поговорю с ним? — влезла Хейли — Попробуй, — ответила Софи, — но если ты вернёшься одна, я убью тебя. Она еле догнала его. — Клаус! Стой! Пожалуйста! — кричала ему Хейли. — Что тебе нужно? — Клаус, послушай… — Хейли, если ты собираешься нести мне чушь про семью и детей — можешь даже не пытаться. Мне плевать. — Нет, я не про это хотела тебе сказать. — А что же? — Клаусу стало интересно, что она ему скажет. — Этот ребенок может быть твоим наследником, если ты сможешь отвоевать квартал. И я не сомневаюсь, что ты сможешь сделать это один, никто не сомневается, но Марсель сейчас гораздо сильнее, чем ты думаешь, и помощь ведьм тебе будет нужна. — Что мне даст этот наследник? — Даже тебя когда-нибудь убьют. И что после тебя останется? Клаус хотел ответить, но не смог. — Правильно, — ответила за него Хейли. — Ничего. Все забудут про тебя. Слова Хейли немного задели Клауса. — Ты хотя бы дослушай их, прежде чем делать выводы. — Ладно, пошли, выслушаем их. Хейли спокойно выдохнула после того, как Клаус сказал "Ладно, пошли, выслушаем их." Если честно, она сама не верила, что сможет его убедить вернуться.