Оборванная морская история

В порту стояла духота и суматоха. К отплытию готовился торговый галеон «Бесстрашный», вокруг него суетились матросы. Посреди толпы стояли двое, он и она. — Пообещай, что вернешься! - по её щекам катились крупные слёзы. - Иначе я тебя не отпущу в это плавание! — Конечно, вернусь, милая, даже не сомневайся. До того, как вновь наступит новолуние, мы снова встретимся. Веришь мне? Улыбнись, если веришь! Она дрожащими губами попыталась улыбнуться, и слёзы крупнее прежних заструились по её лицу. - Тише, милая, тише... Давай сделаем так, - он снял со своей шеи шарф и обернул его вокруг её тонких плеч, - всякий раз, когда начнёшь скучать по мне, кутайся в этот шарф. Я тебя согрею, сколько бы миль между нами ни было. Его окликнули - пришла пора подниматься на борт. Он крепко прижал её к себе, что-то скороговоркой прошептал на ухо, спешно чмокнул и рванул прочь. Его быстро поглотила толпа, а она осталась стоять, с лёгкой тревогой глядя на корабль. — Ты только вернись…

***

*** Месяц медленно нарастал, тусклым светом освещая пристань. Она стояла в порту около линкора, слушая, как волны мерно бьются о штевень. Шух-шух, шух-шух… — Сегодня на небе такие яркие звёзды. Видишь ли ты их, любимый? — она то ли всхлипнула, то ли усмехнулась. — Конечно, видишь, твоё зрение всегда было острее моего… Помнишь, ты мне показывал созвездие Водолея? Я снова забыла, как оно выглядит, как выглядят все звёзды. Вернись, пожалуйста, покажи мне их снова… Я так скучаю по тебе… Подул ветер: она задрожала от холода и закуталась поплотнее в шарф, хранивший его терпкий, мускатный запах.

***

В ночь полнолуния небо заволокло грозовыми тучами, стеной лил дождь. Она пряталась от непогоды в храме. Стоя на коленях у алтаря, она молилась: «Господи, пошли ясное небо моему любимому! Помилуй его от бури и шторма, пусть ветер будет ласков к нему. Молю тебя, боже, сбереги моего любимого!» Храм осветило вспышкой, гром оглушительно грянул: она вздрогнула от неожиданности, и с её плеч соскользнул шарф.

***

— Эй, ты слышал? Говорят, «Бесстрашный» затонул! — Да ну! — Правду тебе говорю! На рифы напоролся. Она, побледневшая, стояла посреди порта, и слёзы сами собой текли по её щекам. Всё её тело трясло крупной дрожью. Она попыталась закутаться в шарф, но он больше не согревал её.

***

Убывающий месяц слабо освещал гребешки тёмных, почти чёрных волн. Она стояла на утёсе, и ей было совсем нестрашно смотреть вниз. — Ты обещал, что мы встретимся, любимый. Прости меня. Я иду за тобой… Вдох и выдох. Она улыбнулась и шагнула в пустоту. Морской ветер стёр последние слезы с её лица. Под луной медленно расплывались круги по воде, разбиваясь о ленту шарфа, которому уже некого было греть.