Вопросы доверия

      С каждым шагом он погружается в большую тьму. В этих коридорах не так уж и много освещения, лишь изредка попадающиеся свечи на каменных стенах дают хоть какой-то жалкий клочок света.       Ло не помнит, когда последний раз так нервничал. Вспоминая события на Дресс Розе, кажется, будто там было совершенно по-другому. Не было места страху и волнению, была лишь ненависть, чистая ненависть. А теперь всё было иначе. Они навредили его команде. Они, чёрт возьми, навредили его друзьям – его семье. Всё та же, уже несколько лет знакомая беспомощность, вновь накрыла его своей волной с новой силой. Когда на его глазах убили его сестру, родителей и всех, кого Ло когда-то знал, он ничего не мог сделать. Когда пули разрывали грудную клетку Кора-сана, он ничего не мог сделать. И вот снова.       Выбор, безусловно, был. Но не было правильного. Поэтому, пойти по пути меньшего вреда для других, Ло посчитал верным. Страдать самому уже не впервой, да и команду от себя ограждать тоже. Пусть они никогда к этому не привыкнут, пусть им от этого больно, но зато они в безопасности. Больше ни единый человек, который по-настоящему дорог для Трафальгара, не умрёт. Он не позволит. Больше не позволит. Лучше умереть самому, чем снова ощущать ту пустоту, разочарование и боль. И плевать на чувства тех, кто тебя любил: Ло не помнит, чтобы умерших это волновало. Мёртвым плевать на всё.       Любовь… Стоит ли она того? Каждый раз эти эмоции выходили Ло боком. Но он действительно хотел чувствовать что-то подобное. Коразон дал ему ту любовь, которой в тот момент и не хватало тому озлобленному ребёнку. И где он теперь? Семья Трафальгара тоже любила его. И родители, и Лами любили его беспрекословно и очень сильно. И где они теперь? Ло привязался к Пиратам Сердца. Он привязался к этим трём парням, которых знает уже половину своей жизни. Их четверых объединила дерьмовая жизнь. А ещё полное недоверие к миру и совершенно не присущая детям их возраста жестокость. В этом плане только Бепо, пожалуй, отличался от своих человеческих друзей. Минк был слишком добрым и до абсурда доверчивым, что по началу неимоверно раздражало. Ло не помнит того момента, когда полностью доверился трём новоприобретённым друзьям. Но он искренне верит, что именно тогда вновь почувствовал себя живым. Именно тогда Трафальгар Ло полюбил кого-то сам. Полюбил настолько сильно, что теперь был готов отдать жизнь за тех, кому доверился.       И где он теперь? А где они теперь?       Когда-то, в один из холодных вечеров, тогда ещё несформированные Пираты Сердца решились поделиться друг с другом историями о своём прошлом. Именно тогда был первый и последний раз, когда Ло рассказал кому-то всё о своём прошлом: о Флевансе, о болезни, о Дофламинго, о Коразоне. Единственное, о чём он тогда умолчал – о своих чувствах. Однако, взглянув на лица своих друзей, стало понятно, что они и так всё это прочувствовали. Весь тот гнев и отчаяние, что наполняли маленького Ло, и то ужасное горе после смерти Коразона. Как же сильно тогда расплакался Бепо, сразу же заключив Ло в крепкую цепь мягких объятий, хоть Трафальгар и неоднократно упоминал, что терпеть не может прикосновения. Но тогда, в тёплых и любящих лапах белого медведя – его новой семьи, Ло почувствовал себя… в безопасности? Доверие вновь зародилось в его тысячу раз израненном сердце. Тогда, когда Трафальгар уже успел поверить, что больше никого и никогда не полюбит, именно тогда его сердце переполнилось любовью к таким же несчастным мальчишкам, прошедшим через слишком многое в непозволительно малом возрасте. А ещё в тот вечер Ло успел понять, что у Пенгвина с Шачи на самом деле довольно легко читаемые эмоции. Несмотря на то, что глаза у обоих были скрыты, их сочувственный взгляд ощущался вполне чётко. Им было действительно не всё равно. Да… Похоже, именно тогда Ло вновь смог довериться кому-то всем сердцем. И он чувствовал, что это взаимно.       Капитан Пиратов Сердца слишком часто отстранялся от своей команды. Главным приоритетом всегда была именно их безопасность. Безопасность самого Ло обычно не учитывалась. Он слишком много рисковал сам и редко позволял рисковать им. Моменты, когда капитан уходил куда-нибудь совсем один решать какие-то проблемы, со временем стали восприниматься командой как норма. Однако меньше волноваться за него, никто не переставал. Напротив, обычно переживания лишь усиливались, ведь Ло уходил в абсолютном одиночестве, иногда на очень длительное время. Когда Бепо, Шачи и Пенгвин узнали о решении их капитана остаться на Панк Хазарде в полном одиночестве, они долго не могли найти себе место. Но переубеждать Ло – гиблое дело, а потому, пытаясь игнорировать ноющее сердце, они отплыли в тот день от берегов этого острова в составе двадцати из двадцати одного члена экипажа.       Их пребывание на Дзо всё это время больше походило на пытку. Никаких новостей от капитана не поступало, из-за чего каждый день, казалось, длился целую вечность. Ло никогда не признается команде, что планировал умереть на Дресс Розе. Умереть во имя человека, которого они никогда даже в лицо не видели. Он врал Бепо, Пенгвину и Шачи всё время, пока они двигались к Панк Хазарду: уверял, что будет в порядке, что обязательно вернётся, что это не займёт много времени. Истины в этих обещаниях не было. Да и сам Ло не верил в то, что говорит. Смерть от рук Дофламинго была закономерной. Он смирился с этим. Но никто из команды этого бы не понял.       «Ничего не поделаешь… Капитан ответственен за промахи своей команды, – пальцы крепко обхватывают рукоять Кикоку, вытаскивая её из ножен. Лезвие меча оказывается направлено в сторону противника. Хоукинс, кажется, не ожидал такого исхода. – Я убью и тебя, и их!». Ло снова врёт. Ло снова не верит в собственные слова. Да лучше он совершит самоубийство, чем хоть как-то навредит своим друзьям. Шачи и Пенгвин, кажется, тоже не верят в слова капитана, но вполне понимают, чего он хочет добиться. На спине снова ощущаются их взгляды, полные сожаления и будто говорящие ему остановиться. Нет, он не остановится.       «Вы трое можете быть свободны. Теперь ты доволен, Трафальгар?». Ло лишь молча разворачивается. Его друзья прекрасно понимают, что с ним будет потом; они прекрасно понимают, что это их вина. Бепо о чём-то его умоляет, но Трафальгар не хочет слышать. Не может. Последнее, что он говорит команде – не рассказывать Мугиварам. Бепо смотрит на него своими чёрными глазами и не может ничего понять. На его вопросы Ло не отвечает. Лишь молча уходит, пока его душу разрывают сожаление, а все невысказанные слова мешаются друг с другом в сознании. Он снова бросил их – свою семью. Оставил их, в этот раз даже не дав ни единой надежды на своё возвращение. Он снова предал их доверие.       Ло остановился. Что-то в его теле ощущалось не так. Он приподнимает свою руку, опуская взгляд на ладонь. Руки трясутся. Это самый настоящий тремор. Трафальгар не помнит, чтобы у него хоть когда-то было что-то подобное. В чём дело? Он же покидал свою команду уже много раз. Множество раз заставлял их волноваться. Да чёрт возьми, он мог умереть на Дресс Розе. Почему сейчас? Неужели тогда ненависть настолько затмила его разум, что на чувства собственной команды Ло было абсолютно плевать? От подобных мыслей стало только паршивее. А достоин ли он всех этих людей? А достоин ли он вообще называть себя их капитаном?       – В чём дело? – точно, Ло и забыл, что был здесь не один. Хоукинс подошёл к нему сзади, бросив взгляд на его всё ещё дрожащую руку. – Чего-то боишься?       – Завались, – Трафальгар сжимает руку в кулак и опускает её. Дрожь вроде бы прекращается. А вот чувства, разрывающие душу Хирурга, по-прежнему на месте. Настолько паршиво он не чувствовал себя, наверное, со времён последней встречи с Дофламинго.       – Хм…, – Хоукинс положил руку на плечо Ло, подталкивая его вперёд. – Продолжай идти.       В этот же момент Трафальгар резко обернулся, ударив тыльной стороной ладони по чужой руке, тем самым сбросив её с плеча. Серебряные глаза не выражали ничего, кроме презрения.       – Сохраняй дистанцию, – Ло тихо цыкнул, продолжив идти вглубь здания по тёмным коридорам.       Он ненавидит прикосновения. *       Ло вернулся довольно быстро. Не прошло и трёх дней, как капитан Пиратов Сердца вновь увиделся со своей командой. Да, он был раненый и чертовски уставший, но он был жив. Бепо среагировал быстрее всех, бросившись обнимать Трафальгара, еле удержавшегося на ногах от силы, с которой его друг накинулся на него. Белый мех был мягким и очень уютным. Ло опустил расслабленные плечи, пока Бепо продолжал рыдать и что-то невнятно бормотать, всё сильнее прижимая капитана к себе. Он похлопывает навигатора по спине в попытке успокоить. Его собственная кровь начинает пропитывать одежду Бепо, пачкать его мех. Ближе подходят Шачи и Пенгвин. Они нервничают, это чувствуется. В этом плане Ло не может ошибаться.       – Бепо, отпусти капитана! Что если ты навредишь его ранам? – пытается вразумить своего друга рыжий, потягивая его за ткань кимоно.       – Капитан, ты в порядке? Помощь нужна? – Пенгвин выглядывает из-за спины медведя, одновременно с этим пытаясь помочь Шачи.       Наконец Бепо отпускает капитана, пробормотав сквозь слёзы тихое: «Простите». Извинения уже стали настолько привычными, что Ло просто поглаживает своего друга по голове в знак того, что всё хорошо. Он окидывает этих троих взглядом. Большинство их ран скрыто под бинтами и пластырями, но Ло прекрасно понимает, что это далеко не всё, и ему предстоит большая работа. О своём собственном состоянии он сейчас не думает. А всё же стоило бы. Его кожа заметно побледнела, а руки с огромной силой сжимали нодачи, которое стало единственной опорой для ослабевшего тела. Ноги ощущались ватными и еле как продолжали удерживать его. Это не ускользнуло незамеченным от взгляда его обученной команды. Воспитал же целый отряд медиков на свою голову… Трафальгар ещё раз поднял взгляд на Бепо, Шачи и Пенгвина, которые с каждой секундой начинали выглядеть всё более взволнованно. Усталость уже начинала брать своё, а потому действовать надо было быстро.       – Пенгвин, остаёшься за главного, – Ло поймал на себе удивлённые взгляды всей команды. – Возвращайтесь на Полярный Тан. Это приказ. А мне нужно немного… отдохнуть…       Ло качнулся на ватных ногах, потеряв сознание в то же самое мгновение. Пенгвин и Шачи мигом подлетели к своему капитану, поймав его в свои руки. Где-то рядом Кикоку с грохотом упала на пол, немного выпав из ножен, обнажив тем самым проклятый клинок. На лицах всех Пиратов Сердца застыл шок и волнение.       – Ребята! – решительно окрикнул всех присутствующих Пенгвин. – Быстро собираемся и выдвигаемся к Полярному Тану! Действуем тихо! Никто не должен нас заметить!       Ужас всех членов команды сменился твёрдой решимостью. Все двадцать человек начали выполнять каждый свою функцию, ловко маневрируя между друг другом. Бепо взял на руки ослабевшее тело Ло, а Шачи направился собирать медикаменты, которые они притащили сюда со своей подлодки. Пенгвин, захватив с пола Кикоку, что-то бормотал себе под нос, явно разрабатывая стратегию. Не прошло и полчаса, как вся команда была готова выдвигаться.       – Будем двигаться группами! Разделимся по семь человек и направимся к Тану тремя разными путями! Шачи, поведёшь первую группу. Жан Барт, на тебе вторая. Я пойду с третьей, – Пенгвин раздал названным людям карты с уже выделенными красными линиями маршрутами. – Бепо, пойдёшь со мной. Цель моей группы – защитить капитана, если что-то вдруг пойдёт не так! Все поняли план действий?       Утвердительные кивки и возгласы говорили о том, что Пираты Сердца всё прекрасно поняли. Они больше не должны подвести их капитана. Больше они не будут обузой.       – Выдвигаемся! *       Когда Ло открыл глаза, ему в лицо ударил знакомый белый свет. На теле ощущалась мягкая ткань одеяла из его лазарета. В воздухе пахло спиртом и лекарствами, а в комнате было прохладно и свежо. Да, это определённо был его лазарет. Он на Полярном Тане. Он в безопасности. Трафальгар облегчённо выдохнул. Никогда ещё холодные металлические стены Тана не казались настолько уютным. Повернув голову вправо, Ло заметил Пенгвина, что-то колдовавшего в шкафчике с различными препаратами. На лице появилась слабая мягкая улыбка. Ничего нового. Как бы хороши не стали Пираты Сердца в своих познаниях анатомии и оказании медицинской помощи, а в препаратах до сих пор разбирался лишь сам Хирург. И в их местонахождении в этом злополучном шкафу тоже.       – Пенг, – голос Ло был хриплым и тихим, что было довольно необычно для него.       Названный человек вздрогнул, явно не ожидая чего-то подобного. Пенгвин обернулся и расплылся в улыбке, переполненной облегчением. Он тут же подбежал к двери, вылез в проём и крикнул что-то наподобие: «Шачи, бери Бепо и бегом в лазарет!». Ло не мог не усмехнуться. Его друзья иногда вели себя забавно. За ними и правда было интересно наблюдать. Он приподнялся в кровати, приняв сидячее положение. Что-то в груди больно кольнуло, заставив Ло поморщиться.       – Что ты искал? – Трафальгар кашлянул, пытаясь избавиться от хрипоты в голосе. Перед лицом тут же появился стакан воды, любезно протянутый его другом, который Ло с благодарственным кивком взял в руку.       – Обезболивающие. У тебя рёбра сломаны, так что думаю одна-две таблетки не повредит.       – Левый ряд ящиков. Третий снизу, – Ло оставил немного воды, чтобы запить лекарство. Теперь его голос действительно звучал лучше.       Пенгвин тут же открыл указанный ящик и взял оттуда нужный препарат. Он достал две таблетки и протянул их Ло, который беспрекословно выпил предложенное лекарство. Стакан был отставлен на тумбочку рядом с его койкой. Взгляд серебряных глаз падает на забинтованные запястья. Трафальгар поднимает руку внимательно разглядывая бинты. Качество работы поражает. Ещё месяц назад он бы и подумать не мог, что его команда будет способна оказать медицинскую помощь настолько качественно. Появилась ещё одна причина гордиться ими.       – А у вас стало хорошо получаться, – Ло улыбнулся Пенгвину, когда тот на него вопросительно посмотрел. – Почти что мой уровень.       – А… Ты про бинты, – парень скромно скрестил руки на груди. – Брось, нам до тебя ещё далеко. Благодари Иккаку. Это она завязала все эти аккуратные узелки.       Наконец в дверном проёме показался запыхавшийся Шачи, который чуть не споткнулся о порог, пока забегал внутрь. Сразу за ним внутрь лазарета залетел Бепо. Оба парня чуть не заплакали, когда увидели очнувшегося Ло.       – Капитан! – воскликнули они вместе, после чего тут же бросились обнимать их дорогого капитана. Пенгвин тоже не смог остаться в стороне. Все они волновались в одинаковой степени. Ло позволил им обвить своё тело тёплыми руками. Он всегда позволял им это делать. Они были в порядке, а это единственное, что было важно.       Но что-то снова было не так. Почему его руки снова трясутся? Почему все эти люди всё ещё с ним? Почему он не может сказать им правду? Они заслуживают знать. Но слова застревают комом в горле, и Ло ничего не говорит. Зато он чувствует их вину, ощущает её всем своим телом. Когда эти трое наконец отпускают своего капитана, улыбки пропадают с их лиц. Они встают прямо перед его кроватью и виновато склоняют головы.       – Ло, нам правда жаль, – начинает Пенгвин, взяв на себя инициативу. – Мы допустили ужасную ошибку, дав себя поймать.       – Мы осознаём, что подвергли опасности весь план и, в частности, тебя, – продолжает за своего приятели Шачи. – Мы виноваты и готовы понести наказание.       – Я понимаю, что… что не могу просить о подобном, но…, – Бепо продолжает шмыгать носом. Его попытки собраться кажутся неудачными, – прошу, поверь нам, Ло! Мы не сказали ни слова. Как ты и просил, мы бы приняли свою смерть! Но ты имеешь полное право сомневаться в нас и больше не доверять.       – Нам очень жаль! – закончили они все вместе, и у Ло пошли мурашки по телу.       Сомневаться? Больше не доверять? Ло не хочет даже думать, что они правда верят в то, что говорят. Но понимает, что это действительно так. И подобное просто не укладывается у него в голове. Это был его просчёт, его ошибка. Это он не смог ничего сделать и вынужден был вновь бросить их. А они ещё и верят, что он бы стал в них сомневаться? Да, это действительно больно. Сердце Ло разрывает вина и сочувствие. Какой же он жалкий. Не может защитить собственную команду, не может сказать им правду. Да что он вообще может?       – … Знаете, – Трафальгар смотрит на своих друзей мягко и очень тепло, – они и правда сомневались в вас. Говорили, что это вы раскрыли наш план врагу, – Ло заметил, как все трое вздрогнули и подняли на него свои взгляды. – Они хотели, чтобы я оставил вас там, бросил на произвол судьбы.       Трафальгар смотрит им всем в лица. Мягкость взгляда сменяется непоколебимой решимостью. Никто из трёх Пиратов Сердца, видимо, не понимает, к чему ведёт их капитан.       – Но я ни на секунду не усомнился в вашей верности, – все трое шокировано взглянули на Ло. – Мне плевать, что там говорят другие люди. Я полностью доверяю вам и каждому вашему решению. Каждый из вас сделал то, что было в ваших силах. И я ни капли не злюсь ни на одного из вас.       На глазах Бепо наворачиваются новые слёзы, а Пенгвин с Шачи поджимают нижнюю губу, по-прежнему стараясь сдерживаться.       – Я хочу, чтобы вы запомнили одну простую истину, – Ло медленно встаёт с кровати, держась рукой за её спинку, всё ещё не в силах самостоятельно удерживать собственное тело на слабых ногах. – Даже если весь мир будет против вас, я останусь на вашей стороне.       Они не выдержали. Ручьи слёз потекли по лицам каждого из трёх друзей Ло. Его серебряные глаза теперь выражали лишь сочувствие. Он всё ещё не достоин этих людей, но хотя бы попытка быть с ними откровенным должна хоть как-то помочь. Ло медленными шагами подходит ближе к своим друзьям. Он аккуратно обхватывает Шачи с Пенгвином одной рукой и приобнимает Бепо другой. Они продолжают рыдать, вжавшись в капитана своими телами. В этот миг весь мир остановился ради них. Ло обязан этим людям многим. И пусть он не может быть с ними полностью честным, но он будет пытаться изо всех сил.       – Бепо, Пенгвин, Шачи, – они наконец разрывают объятия, устанавливая зрительный контакт, – я больше никогда не брошу вас, а вы не должны сомневаться в моём к вам доверии. Это не приказ на правах капитана. Это обыкновенная просьба. Друзья ведь могут просить о просьбе, верно?       Друзья… Верно, они в первую очередь друзья. А друзья доверяют друг другу и никогда не сомневаются в верности друг друга. Ло благодарен этим людям. Они спасли его от одиночества и жестокости мира, показав, что там есть хорошие люди. И для этих людей он был готов стать тем же спасением. Таким же лучиком света, которым они стали для него. Они знают друг друга тринадцать лет. Тринадцать лет назад четверо мальчишек нашли друг друга и сформировали какую-то особую связь, которую они готовы защищать ценой собственных жизней.       Ло не верил, что сможет полюбить кого-то после смерти Коразона, но эти люди смогли доказать ему обратное. Пробудить в нём то, что, он думал, потеряно навсегда. А для Бепо, Шачи и Пенгвина Трафальгар стал тем самым необходимым лидером, который смог бы провести их через этот жестокий мир. И он правда смог. И сомневаться в его к ним доверии спустя столько лет, теперь, действительно, кажется глупым решением.       Они не станут сомневаться друг в друге больше никогда. Потому что они – семья. А члены семьи должны доверять друг другу.       – Ну так, – начал Ло, скрестив руки на груди, – что я пропустил, пока был в отключке?       На лице Трафальгара Ло появляется та редкая, но такая тёплая и мягкая улыбка, которую очень любят его три близких друга.       – Мы, конечно, расскажем, –Пенгвин убрал руки в карманы, – только…       – Возвращайся в кровать, Ло! – Шачи агрессивно указал на койку.       – Верно, Капитан, ты ещё не до конца восстановился! – Бепо аккуратно обхватывает Ло за плечи, намереваясь отвести его обратно к мягкой кровати.       Трафальгар тихо усмехается, и на лицах всех его друзей тоже появляются улыбки.       Он выбрал правильных людей.