Нет права на ошибку

Глава 7

Затишье или оглушающий гром?

«И всё меняется в один миг… мы оставляем прошлое позади и на бешеной скорости несёмся в неизвестность — наше будущее. Мы уезжаем как можно дальше в попытке найти себя или потерять себя, исследуя удовольствия дома. Проблемы начинаются тогда, когда мы не хотим перемен и цепляемся за старые привычки, но если мы цепляемся за прошлое так сильно — будущее может и не наступить... пока смерть не разлучит нас.».

Сплетница

Время – интересная вещь. С годами мы лишь набираем возраст, но при этом становимся мудрее и накапливаем больше опыта. В нужные моменты, кажется, быстро истекающий ресурс превращается в тягучую жидкость, оттягивая невозвратное и заставляя прилично напрячься. А в совсем не подходящие временные промежутки истекает горькими слезами. Годы идут, а душевные раны, оставленные в далёком прошлом, так и продолжают ныть, напоминая о себе с бо́льшей болью. И так, раз за разом жизнь наносит всё новые и новые увечья, не прекращая напоминать о старых ранах. Эта боль хорошо заглушается каким-нибудь табаком или алкоголем, при этом гася своё воображение и заставляя апатии заполнить твой разум и тело. Новые люди, новые краски на холсте памяти, новые движения и мысли. Это также способствует забыть о потерях в далёком прошлом. Но, как уже и упоминалось выше, новая алгия сыпет соль на заглушённые контузии, медленно и не щадя расковыривая их. И новая боль напоминает о старой жизни, казалось бы, давно забытой. Глупцы те, кто говорят, что время лечит. Это ложь. Время – плохой доктор. Совсем неопытный специалист, что, казалось бы, должен спасать жизни и лечить заболевания. Но, делая свою обязанность "на отстань", губит человека, заставляя того медленно умирать, мучаясь в собственных агониях как тела, так и разумы. Мы все живём с туго закрытыми глазами, ориентируясь на поставленные обстоятельства. Время не любит тех, кто плывёт против течения. Для таких смельчаков сама судьба бросает вызов, преподнося на голубом блюдечке с золотой каёмочкой новые препятствия. Только сильные люди готовы пройти через все трудности, добраться до того, чего они так сильно желали и хотели. Хотите скажу правду? Сильные люди – сломанные души. Эти словосочетания, казалось бы, совсем разные по смыслу, но невероятно походящие друг к другу синонимы. Разбитые вдребезги сердца ищут клей – свой путь, что поможет им склеить воедино все те мелкие осколки, что продолжают впиваться в плоть, разрывая на мелкие кусочки и без того окровавленную изнанку. Но такие же сломленные судьбы продолжают плыть по течению, не веря в то, что можно изменить свою жизнь. Мы все разные, но и в тоже время такие одинаковые... К кому же ты себя относишь, маленькая душа?

***

Одна из таких душ медленно прогуливается по тёплому летнему деньку. Яркое солнце обжигает бледную кожу, заставляя владельца столь хрупкого покрова ходить под тенями домов и деревьев. Различные лица мелькают в её поле зрения, но они совсем безразличны девушке. Она одета в топ с бретельками чёрного цвета, такой лёгкий, но в то же время притягивающий обжигающее пламя звезды. На ногах трикотажные шорты свободного пошива и цвета ликориса. На стопах белые кроссовки на высокой платформе. Лёгкий ветерок играет с её игривыми волосами. Неторопливо бродя по людным улицам Токио, она была погружена в свои мысли. Сейчас в её сердце твориться не пойми что. Буря эмоций и воспоминаний, что ведут ожесточённую войну внутри её израненной души. Её секреты так и просятся вырваться наружу через уста, но она так и продолжает жить с туго завязанными руками. Что же она утаивает ото всех на протяжении всей своей долгой жизни? Неужели она и сама боится этой правды? Насколько же горька истина? Боюсь, даже сама девушка не знает этого. Сколько же ей ещё хватит сил на то, чтобы сдерживать все свои слёзы внутри себя? Её психика подверглась невероятно сильному стрессу, и теперь она хватается за всё, лишь бы не сойти с ума. Она не любила изливать свою душу другим людям, даже самым близким. Из-за этого у девушки и появились эти различные маски, что она меняет с явной жадностью. Лишь бы никто не смог прочитать её. Из заднего кармана шорт она достала новенькую упаковку сигарет. Выпустив те из некой темницы, девушка потянула одну и, поднеся к губам, зажала между ними. Также достав зажигалку, она пыталась зажечь курево. И вот, спустя пару секунд, лёгкий дым потянулся к светлому небу. Иногда она любила забирать у своей тётушки упаковки, чтобы в какие-то моменты расслабиться под одурманивающим запахом дыма. Девушка сама не любила заниматься этим, но попробовав один раз, теперь, чтобы заглушить непогоду внутри себя, она раз за разом скуривала сигареты. И всегда количество использованного товара варьировалось от одной штуки до целой упаковки разом. То тратила по одной сигарете в неделю, то всю пачку сразу за пару дней. Она обещает себе, что когда всё закончится, она обязательно бросит курить. Ну, а сейчас пускай делает то, что считает нужным. Молодой организм, новые свершения, идеи. Она ещё слишком молода, но уже прошла через то, что даже обычный человек в возрасте не проходит.

***

Подойдя к назначенному месту, девушка затушила сигарету об урну и выкинула бычок. Неторопливо бродя, она искала каменную табличку с нужными ей инициалами. Найдя нужный ряд, она села между двумя надгробными плитами. Саито Мария Викторовна и Саито Исао. – Здравствуйте, мама, папа. Давно я не навещала вас, – начала говорить девушка. – Простите меня за это. В последние годы времени становится крайне мало, а обстоятельств - всё больше. Немного потянувшись вперёд, она легонько смахнула мох, что за всё время осел на их могилах. – С чего бы стоит начать? А, точно. Я совершила убийство. Смешно, неправда ли? – она улыбнулась глупой улыбкой, а сердце предательски сжалось. – Вы, наверно, не ожидали такого от своей любимой дочери. Честно, я и сама не ожидала такого от себя. Раньше подобного не было. А что же случилось сейчас? Даже вспомнить не могу. Что она чувствовала? Эта улыбка - лишь защитная маска, скрывающая боль, что разъедает её уже который год внутри души. Пальцем она водила по асфальту, как бы отвлекая своё внимание от вновь подступающих слёз. Эта прогулка, словно кошка на сердце, медленно по кусочкам терзает его. – Простите меня, я совсем плохая дочь. Надеюсь, вы не сильно злитесь, – она встала с места и бросила взгляд на две могилы. – Обещаю, как только всё закончится, я брошу курить и буду вести здоровый образ жизни. Ну а также, обязательно выйду замуж за того, кого действительно люблю, – с её глаза скатилась слезинка и она горько усмехнулась, – как вы и хотели. Развернувшись, она пошагала в другом направлении. Ходя между рядов, девушка искала имя человека, перед которым ей хотелось бы извиниться. Курокава Изана. – Привет, Изана, – снова усевшись на горячий асфальт, она продолжила говорить, – надеюсь у тебя всё хорошо, – девушка тяжело вздохнула, пытаясь взять себя в руки. – Прости меня. Я обещала тебе, что в случае чего буду следить за Какучё, а в итоге избивала его сама же. Стыдно ли мне? Безусловно, – она сжала ладони. – Я натворила много бед. Очень много. Теперь, захлёбываясь в собственных слезах, я стараюсь не кануть в бездну. На её глазах выступили слёзы, а тело начало предательски трясти. – Ой, чего это я? – девушка в спешке начала дрожащими руками смахивать слёзы. На лице вновь появилась улыбка, – Мне нельзя плакать. Я сама виновата во всём, а теперь хожу и ною. Какая же я всё-таки дура, – она опустила голову. – Ладненько, сейчас не об этом. Я очень надеюсь, что вы смогли поговорить с Эммой о всех интересующих вас проблемах. Как никак, вы родственники друг другу, хоть и не чистокровные. Семья Сано… Сколько же у девушки воспоминаний об этой семье. И ассоциируется она у неё с болью. Все, кто хоть как-либо был связан с ней, теперь умиротворённо лежат в гробах или же продолжают страдать, вот-вот готовясь к последнему танцу своей жизни. – Прости, долго задержаться я не могу, – она вздохнула, – ещё со столькими поговорить нужно… Она вновь поднялась с битума и похрустела пальцами рук. – Знаешь, когда я впервые встретила тебя, я вовсе не думала, что жизнь свяжет нас снова. Хотя… Я должна была уже привыкнуть, – усмехнувшись, она развернулась, но уходить пока не собиралась. – Если у меня будет возможность, я спасу всех вас. Да, звучит как бред, но вы не заслужили такой смерти, – тяжело вздохнув, она повернула голову в сторону надгробной плиты. – Надеюсь там, на небесах, тебе спокойно. И снова она пошла искать надгробные плиты дорогих людей. Ей даже страшно было считать их. Здесь слишком много могил её друзей и родственников. Ища следующие буквы, она глубоко дышала, ведь вот-вот и с её зенитов польются горькие слёзы. Она снова хотела потянуться за сигаретой, но решила оставить этот момент для ещё одного человека. Но сейчас она идёт к другому. К тому, за чью смерть она отомстила убийством. Та же расплата, но боль совсем другая. Кен Рюгуджи. – Здравствуй, Кенчик, вот и пришла очередь говорить с тобой, – уже по привычке она вновь усаживается напротив надгробной плиты в позу лотоса. – Как там Эмма? Надеюсь, вы вместе счастливы. Как бы мне хотелось увидеть вашу свадьбу и посидеть с детишками, – глубоко вздохнув, она быстро выговорила, лишь бы не разреветься на месте, – но я не смогла спасти вас, простите! – тщетно. Слёзы полились большим ручьём, а болезненный стон сорвался с губ. – Я слишком слаба! Почему я вижу столько смертей?! Успокойся, пожалуйста, – тихие всхлипы слышатся вокруг. Она даже рада, что никого нет рядом. – Вдох, выдох. Как там поживает Баджи? Надеюсь, у него всё хорошо. Сжав ладони, она понимала, что сейчас речь должна пойти о том человеке, ради которого они жили, любили и пытались спасти. Он для всех значил многое. – Манджи… Он до сих пор стоит на пути тьмы. Я обещаю, я спасу его! – она сорвалась на крик. Больше она не может сдерживать своих слёз. Она могла дать слабину перед теми, кто теперь навсегда будет молчать. – Ваш труд не будет напрасным! Я сделаю всё ради спасения Майки! И даже если мне придётся умереть, то я без каких-либо колебаний прыгну в неизвестность, – немного успокоившись, она продолжила говорить тихим голосом. – Я помню наш с тобой разговор. Правду говорят, что ради того, кого действительно любишь, ты готов пройти через девять кругов ада. И да, как бы я не отрицала этого, ты всё равно был очень проницательным. Я и в правду люблю Сано… Девушка долго не понимала своих чувств. Впервые в кого-то влюбилась, поэтому и не знала как реагировать. В добрые деньки она попросту не обращала на это внимания. Однако, в определённые моменты она всё же задавалась вопросом: «Что это за ощущение?». При его виде сердце сразу ускоряло темп. Когда он смеялся, девушка лучезарно улыбалась и весело подхватывала. Когда он её в первый раз обнял, то на щеках появился румянец, а сердце бешено стучало. Она лишь думала, что это просто обычная неопытность и компания парней для неё считалось необычным. Это хорошо объясняется тем, что она росла без мужского внимания и заботы. Но став взрослее, она начала понимать свои чувства. И лишь тогда, когда Манджиро избрал другой путь, она осознала, что действительно любит его. – Прости, я должна сходить ещё к одному человеку, – кое-как встав, она слегка разогнулась, ведь за такие посиделки конечности ненароком затекают. – И да, не злись сильно за то, что я курю. Я уже всем дала обещание и тебе тоже скажу. Когда всё закончится, я обязательно брошу. Солнце уже скрылось за облаками, и поднялся небольшой ветер. Слегка поёжившись от приятного летнего холода, она искала следующие фамилию и имя. Этого человека любили и уважали все, кого она знала. Сано Шиничиро. Вновь усевшись в позу эмбриона, она тяжело вздохнула и подняла взгляд к небу. Начать говорить было тяжело, ведь эмоциональный всплеск перед могилой Рюгуджи хорошо давал о себе знать. Хороший момент чтобы закурить. И как раз перед его могилой ей совсем не было стыдно курить. Достав сигарету, она пыталась её зажечь. Вновь белёсый дым поднялся к верху. Сделав первую затяжку, она с облегчением выдохнула. – Здравствуй, Шиничиро, как твои дела? – теперь эмоции не так сильно бушуют и она может говорить спокойно. – Знаешь, Манджиро говорил, что Такемичи очень похож на тебя. Я согласилась, но когда все узнали о способности Ханагаки – прыгать во времени, я подумала, а была ли у тебя такая особенность? – девушка сама же усмехнулась со своих слов. Сделав очередную затяжку, она продолжила. – Да, звучит как бред, но мне почему-то хочется верить этому. Наверно, я даже знаю почему. Где-то вдалеке слышатся раскаты грома. Погода портится. Не так много времени и ненастье придёт сюда. Её глаза были обращены к небу. Словно через пелену, она глядела на всё с некой безразличностью. Но внешность бывает обманчивой. Сердце начало бешено стучать. Это не предвещает ничего хорошего. Ветер разыгрался сильнее, из-за чего сигарета начала тлеть быстрее. Сделав ещё несколько затяг, она потушила сигарету. Положив рядом с могилой, она потянулась за новой. Почти проделав привычные процедуры, до её слуха вдруг доносится до боли знакомый голос. – Вайва? Она повернула голову в сторону и подняла к верху. Справа от неё стоял человек, которого она совсем не ожидала увидеть. Сано Манджиро. Глаза расширились от удивления, а губы слегка открылись, но не сильно, ведь в них всё ещё находилась сигарета. В один миг ей стало плохо и девушка чувствовала, что вот-вот упадёт в обморок. Но нет. Только не перед ним. Что-либо сказать было страшно. Вай ещё не отошла от той битвы. Она не была готова к каким-либо разговорам с теми, кто попался под горячую руку импульса. Стоявшее молчание всё-таки решил нарушить сам Майки: – Что ты здесь делаешь? Тяжело вздохнув, она достала курево изо рта, и, повернув голову обратно, Вай, смотря на могилу, ответила: – Как видишь, навещаю тех, с кем больше не удастся поговорить. Сано молча присел рядом с Саито. Смотря на надгробную плиту своего брата, он сплетал свои пальцы друг с другом. Видимо, ему тоже было тяжело что-либо говорить. К удивлению Вайвы, он выглядел иначе: спокойный, без какой либо ненависти и тьмы внутри себя. Возможно, она догадывалась из-за чего он вдруг изменился. Он ведь никогда не видел неба после поражения. Однако, это лишь не больше, чем перемирие. Майки в скором времени погрузится в темноту. А сейчас, Саито даже рада, что с ним можно будет поговорить обо всём, что можно сказать. Всё же она зажгла сигарету и начала курить. Манджиро посмотрел на неё, в его глазах читался вопрос. Всё же, он решился задать его: – И давно ты куришь? – Честно? Уже не помню. Но, наверно, тогда, когда началась тёмная эра, – она горько усмехнулась со своих же слов. Майки без единой эмоции выслушал её, а затем опустил голову на свои ноги. Что он чувствовал? Снова понять было сложно. Но лишь Вай понимала, что в его глазах виднеется беспокойство. – Неужели беспокоишься за меня? – он поднял голову в удивлении, думая, что она посмотрит на него с каким-либо смехом, однако на лице было лишь привычное спокойствие. – Даже не знаю, но думаю, что да, беспокоюсь, – теперь пришла её очередь удивляться, так ещё и заливаться лёгкой краснотой на щеках. – Когда собираешься бросить? – Тогда, когда всё закончиться, – она выдохнула дым. Они оба понимали, что грядёт следующая война, которая станет финалом этой многочисленной аномалии. Тяжело было осознавать, что вероятнее всего не обойдётся без убивающих последствий. Да что уж там – любая война не заканчивается без последствий. Однако девушку беспокоило совсем другое: Вайва молилась, что бы ценой за победу не стали смерти. Теперь это главный вопрос её жизни. В прошлой битве она сама сподвигла расплату за победу. Манджиро посмотрел на Саито. Девушка полностью поникла, погрузившись в свои мысли, периодически выпуская дым с сигареты. Он прекрасно понимал какого ей сейчас. Сано ведь и сам был готов убить Сауса, но Вайва опередила его. Он лишь жалел об одном: Майки был готов взять это ношу на себя, но никак не вешать её на ту, кто был ему небезразличен. И это убивало парня. Как бы отвратительно он себя не вёл, Манджиро желал лишь лучшего для Ви. Сано уверен, что Вайва пошла бы за ним, встав на тёмный путь. Однако, он этого не хотел. Манджиро попытался испортить все отношения и разорвать связи, сделав себя врагом. У него получилось – он больше не с кем не общался и ему было проще окунуться в пучину ненависти. Но Сано был уверен, что Вайва всё поняла, хоть ей и было очень больно от его слов. Как бы он не старался скрывать все чувства и эмоции, Саито всегда читала его, как открытую книгу. Но лишь одно чувство она так до сих пор не прочитала. Докурив сигарету, она вновь положила бычок рядом с могилой. Две штуки. Лёгкая слезинка полилась с её щеки, но девушка быстро смахнула её. Вайва не хотела плакать перед Майки. Ни за что. И вот, она собиралась потянуться за новой сигаретой, как чужая рука легла на пачку. – Хватит. Много курить вредно, – он посмотрел строгим взглядом в её, казалось бы, прозрачные глаза. Вай опешила от такого действия со стороны парня. Его ладонь касалась её тонкой и бледной кисти. Обратив на это внимание, сердце девушки начало трепетать от нахлынувших чувств. Как же давно она не чувствовала его тепла… Слёзы подступили к глазам, а ком в горле предательски засел в глотке по самое не хочу. Тяжело вздохнув, она всё же смогла хоть что-то выдавить из себя: – Последняя на сегодня, – его рука слегка сжала трясущуюся руку девушки. Краска подлилась к щекам, а слёзы вот-вот готовы идти в пляс. – Обещаю. Тяжело вздохнув, он убрал руку, а Вайва в спешке начала искать зажигалку. Но как оказалось, в кармане шорт её не было. Да что же за проклятье такое? Почти потеряв все надежды на адекватное нахождение здесь, она была готова убрать сигарету. Но в тоже мгновение Майки поднёс руки к её лицу. Одной он прикрывал физию от ветра, а второй пытался зажечь курево. Дым отправился к верху, а Вай с хрипотой в горле выдохнула. Это действие со стороны парня сказалось на состоянии девушки. В конечном счёте слёзы полились по лицу вниз. Чёрные тучи уже находились над кладбищем, а ветер вовсе не жалел своих сил. Только Саито хотела сделать очередную затяжку, как на сигарету упала капля, гася её. – Н-да, сегодня явно не мой день, – положив окурок рядом с другими, она перевела взгляд к небу. Одна за другой, капли падали вниз, разбиваясь о землю. Прикрыв глаза, она наслаждалась потоком воды с эмпирея. Но и как в предыдущий раз, перед битвой, она лишь ощущала жжение от, казалось бы, холодных капель. На сердце снова не пойми что, а воздуха как будто не хватало. Прерывисто дыша, Вайва пыталась успокоиться. Сильный ливень скрывал её слёзы. Вся одежда уже успела промокнуть. Под таким наслаждением она и вовсе забыла о рядом сидящем парне: – Может, пойдём куда-нибудь? Так и заболеть недолго. Саито повернула голову в его сторону. И снова это внимание со стороны парня. Ей, конечно же, было приятно, однако она понимала, что это лишь разовая акция. Но он был прав. Как-никак, а можно было простыть из-за ливня и ветра. – Да, лучше пойти в тёплое место. Она начала вставать, но, вдруг, до слуха обоих доносится оглушающий звук. Не удержавшись на месте, Вайва начала падать назад, но Манджиро успел подхватить тело девушки. В любой другой момент она начала бы смущаться и глупо себя вести, но сейчас… – Что… Что это было? – спросила Саито дрожащим голосом. Всего лишь раскат грома? Нет… это был явно не гром. Однако девушке хотелось верить лишь в звуки природы. Но она слышит слова, что прошлись по ней, как ножом в спину. – Выстрелы, – строгим голосом сказал Майки. Его тоже это напрягло. Пожалуйста… Ви молилась, чтобы это оказалось лишь вымыслом и просто обычной игрушкой, но сердце явно намекало на совсем другой исход. Она начала быстро дышать, а глаза заслонили слёзы. Тело девушки начало трясти, а ноги стали совсем ватными. – Успокойся, Вайва, – Сано сжал плечо девушки, второй рукой взял ладонь. – Дыши. Не дай эмоциям взять верх над собой. Словно пропустив его слова мимо ушей, она высвободилась из хватки и побежала в сторону сквера, откуда и были слышны звуки. Ливень бил по лицу девушки, но ей вовсе было наплевать на это. Больше всего она боялась увидеть то, что находиться за кладбищем. Она боялась огнестрельных оружий. Особенно, когда ими убивают твоих друзей и близких. Страшный звук, который не предвещает ничего хорошего. Она уже выяснила это на своём опыте. Видя столько смертей от пулевых ранений, она приходила в отчаяние, не в силах что-либо делать. И сейчас она боится увидеть труп, который пал от смертельных выстрелов. Пускай это будет незнакомый человек, ей всё равно станет тошнотворно от вида круглых отверстий в теле.

***

Манджиро последовал за ней, ведь ему было страшно за Вайву. Непонятно как она поведёт себя, а ещё хуже, если там находится убийца, который захочет убить и её. Нет. Он не позволит случиться этому. Волнение разыгралось внутри его тёмной души. Чего он боялся больше? Увидеть мёртвое тело? Вовсе нет. Он больше боялся за девушку, что всю жизнь служила для него источником света и путеводителем по такой нелёгкой штуке, как жизнь. Он никогда не задумывался над тем, что чувствовал к ней. Манджиро всегда считал Ви своей подругой. Но когда они были только вдвоём, его сердце начинало ныть. Сано не понимал этого и попросту не обращал внимания. Но сейчас, когда девушке стало плохо от этих звуков, он невероятно сильно начал беспокоиться за её состояние. Майки всегда беспокоился за Вайву. – Неужели я влюбился…? – почти шёпотом сказал Сано, не веря своим словам и чувствам. Но сердце знало точно – да, он любит Ви. Решая оставить все розмыслы на потом, он следовал за Вай, что уже успела скрыться за кустами и листьями деревьев. Он услышал звук падения. В тот же миг его шаг ускорился, а дыхание стало прерывистым. Саито… Манджиро надеялся, что с ней всё будет хорошо. Идя быстрым шагом, он всё также находился в раздумьях, но уже более сосредоточено шёл к месту, где были слышны выстрелы. Почти пройдя всё кладбище спокойным шагом, он слышит крик. Этот тембр принадлежал Вайве. Его сердце начало разъедать от боли, а мокрые дорожки потекли по бледным щекам. Нет, нет, нет… Пожалуйста! Он сорвался на бег. Быстро пробираясь сквозь ветви, что не щадя царапали его кожу, он выбрался на более открытую местность. У него перехватило дыхание, а воздух из лёгких словно вышел разом, заставляя Сано быстро дышать. То, что увидел Майки, заставило его смотреть на всё по другому. На его лице читался только ужас, непринятие и отчаяние. Руки лихорадочно тряслись, взгляд был мыльным из-за собиравшейся истерики, а дыхание и вовсе нарушено. Он не верил тому, что видел. Может это просто дурной сон? Но реальность жестоко била по его и без того израненной душе. В какой момент он перестал понимать свои действия? В какой момент он полностью погрузился в бассейн с чужой кровью? В какой момент его захватил чёрный импульс?