Оглядываясь назад

      Последняя игра сезона окончена. Команда Пальметто вновь смогла одержать победу, благодаря финальному броску Нила Джостена. Тот всю игру носился по полю как угорелый, не упускал не единой возможности перехватить мяч, подпрыгнуть повыше, подставиться под удар, вдарить как следует по чужим воротам, а сокомандники беспрепятственно позволяли ему это сделать. Потому что это был последний матч капитана в стенах родного университета. Уже прогремели последние экзамены, диплом защищён, билет в один конец куплен, а заключительная игра запечатлена блестящей победой.       Лисы ликовали, Ваймак не сдерживал одобряющей улыбки, Дэн с Мэттом скандировали имя друга с первых рядов, а Нил не мог сдержать давно гнетущего его чувства печали. Вот уже несколько месяцев Нил находится в состоянии ранней ностальгии. Он осматривает свою комнату, которую когда-то делил вместе с монстрами, заглядывает в ту, что стала его первым пристанищем с заботливом Мэттом и бесячем Сетом. Не спеша прогуливается по тем тропам, на которые раньше во время бега не обращал внимание. Задерживается на корте после тренировок, вспоминая как первый раз ступил на поле, как начал тренироваться по ночам, как провёл тут первый матч, как лежал на поле после рождественских каникул, проведённых в Эверморе, как встретил первокурсников в качестве капитана и как жаловался по телефону Эндрю, что не справляется. Часами тупит в стену в раздевалке, вспоминая как порой задерживался там в компании Миньярдов или Кевина, как вся команда собиралась в холле, чтобы сделать очередные ставки, поругаться друг с другом или оплакать проигрыш. А потом настало, пожалуй, самое тяжелое прощание, прощание с крышей. Здесь он впервые открылся, смог почувствовать себя в безопасности, узнал настоящего Миньярда.       Когда тот выпустился, Нил часто поднимался покурить в одиночестве, прокручивая каждый разговор и поцелуй, вспоминая жаркие объятия и уроки астрономии, которое устроил ему Эндрю в свою последнюю ночь в общежитии, после крупной попойки.       Воспоминания прошедших университетских лет не давали Нилу покоя, адреналин бурлящий в крови мешал даже просто вздремнуть на пару часов, беспокойство за ребят, которых он покидал, набатом терроризировало мозг, а потом началась ломка по Эндрю. За последний год они виделись всего раз двадцать. Долгих два последних месяца Нил не мог найти себе места, то ли потому что жутко скучал, то ли потому что нервы были оголены до предела из-за предстоящего переезда.       Когда Эндрю выпустился, он почти сразу подписал контракт с новой командой и переехал в Миннесоту. Джостен не понимал, почему Миннесота от Южной Каролины находится так чертовски далеко. Вместе с новыми игроками Миньярд поселился в комплексе с небольшими квартирками. Им не надо было много места, да и сам парень не хотел тратиться тогда на полноценное жильё, такой вариант его устраивал, а на выездных играх он разумеется селился в гостиницах и отелях. Первое время Нил сбегал на несколько дней в этот небольшой закуток, лишь бы увидеть Эндрю. Хоть перелёты и утомляли, а одноместная кровать была дико неудобной, Джостен не выдерживал наедине с собой больше пары недель. И по вполне предсказуемой закономерности у него полетели оценки. Преподаватели жаловались и грозились его отчислить, Кевин из другого штата устраивал истерики по поводу халатного отношения к тренировкам, новенькие презирали и высмеивали непутёвого капитана. Когда угрозы отстранения от игр, ссылки на прислуживание к младшекурсникам и километровые марафоны не возымели никакого действия, Ваймак обречённо набрал код другого штата.       Эндрю запретил парню приезжать. Это не выносилось на обсуждения, Нила просто поставили перед фактом, а после пообещали не появляться в Колумбии в перерывах между матчами, если рыжий не возьмётся за ум. На следущий день Джостен появился на тренировке вовремя, отпахал все три часа ни разу не огрызнувшись на игроков, а все последующие вечера проводил в библиотеке за изучением источников, сбором материалов и написании штрафных докладов.       Не то чтобы учёба давалась парню так уж сложно. Он достаточно быстро усваивал материал, просто на обдумывание некоторых задач у него уходило куда больше времени, чем у остальных, а из-за пропущенной большей части школьной программы, базовые знания требовали первичного освоения. Изнуряющие тренировки, общение с раздражающими новичками, которые обязательно хотели ткнуть его в дерьмовое прошлое, а теперь ещё и значительное ограничение общения с Эндрю совсем его не мотивировали на прилежную учёбу. Однако Нил не отчаивался. Каждый раз он повторял, что сбегать от отца была в разы труднее, чем химия, поэтому ради Эндрю он сможет вытянуть себя на подобие хорошиста. И спустя чуть больше чем через месяц, но он смог закрыть просроченные работы, наверстать хвосты и даже заслужить похвалу от какого-то напыщенного лектора, чем сразу же похвастался Миньярду в обмен на скупое «пофиг». Нил знал, что если бы Эндрю действительно не был заинтересован во всём бессвязном потоке информации от него, то даже не стал бы читать, не то что отвечать на огромные сообщения.       У Нила было жутко много дел, он с трудом отыскивал время на сон и еду. Он совершенно точно не собирался выяснять с Миньярдом, почему тот вдруг решил установить ежедневный созвон, периодически стал писать в сообщения знак вопроса, выпытывая из Джостена всю информацию за день или два, хотя сам на встречную манипуляцию отвечал скупо и переводил тему, ну или просто игнорировал любопытного идиота. А зная о неприязни Эндрю к толпе и самолётам, особенно о боязни высоты, Нил удивлялся, когда стабильно 2-3 раза в месяц тот появлялся у общежития и увозил парня в Колумбию.       Игровой сезон был в самом разгаре, оба дико уставали и просто засыпали во время разговоров, а для переписок никогда не находилось ни времени ни стоящих тем. Но, несмотря на это, обоюдное молчание перед сном стало новой традицией. Когда со дня последней весточки от Эндрю прошло несколько дней, Нил не просто затосковал, он разволновался не на шутку. Ники подарил им одинаковые смартфоны, и теперь его экран по нескольку раз за час появлялся в руке и без известий исчезал в кармане. Сперва он ещё писал, но, когда перестал получать ответы, просто сохранял небольшие послания в черновиках или стирал до того, как отправить очередную глупость, вроде «те сосиски, что я пытался пожарить, чуть не оставили весь кампус без жилья» или «ненавижу лужи, скорее бы всё высохло и оставило мои кроссовки в покое». Выработанная привычка немного раздражала, но стоит признать, что использование Эндрю в качестве личного дневника хорошо помогало разгрузить мозг. Молчание на том конце затянулось.       Нил не мог жаловаться на подобные пропажи вратаря. В сборной были нереальные нагрузки, даже для Эндрю, который, если уж быть честным, часто отсиживался во время тренировок в университете. Джостен удивился, когда спустя столько лет чистого отрицания блондин выбрал продолжение карьеры спортсмена. Должно быть ненависть к экси была не такой уж невыносимой, как и «ненависть» к Нилу. Но чтобы рыжий параноик не сходил с ума, Эндрю всегда объяснял причину своего отсутствия, чаще в двух словах «был занят». Нилу этого было достаточно, потому что после он слышал через динамик почти невнятное злобное бормотание и изредка был тем, кто заставал момент засыпания партнёра. Обязательно перед этим убедившись, что парень находится в безопасности, за закрытой дверью.       И вот, несколько месяцев назад Эндрю в первый и последний раз сам позвонил по face time. Миньярд ненавидел общаться через видеокамеру, поэтому сразу сбрасывал, когда видел рыжую проблему или собственное помятое лицо на весь экран. Уставший после отыгранного полуфинала Джостен ожил в секунду и, чуть не навернувшись на пустом месте, ответил на входящий вызов, садясь на кровать и отодвигая экран от себя подальше, чтобы Эндрю мог его видеть. Парень уже и не надеялся услышать, что Эндрю думает по поводу сегодняшней игры. Даже смайлик с пальцем вверх сделал бы Джостена самым счастливым нападающим в мире экси, а тут целый звонок.       Хмурый взгляд, направленный чуть ниже камеры, сдвинутые брови и неподвижные губы, короткий ёжик на голове и высланная на день рождения блондину майка, сползающая с левого плеча, открывающая вид на крепкий бицепс парня. Нил не мог не засмотреться, хотелось протянуть руку через экран, хотя бы учуять родной запах сигарет или шампуня, но ничего. Просто пиксельное, временами расплывчатое и молчаливое изображение. - Ну и? – Немного раздражённо спросил Эндрю. Нил собирался как минимум его поприветствовать, поэтому, когда разговор пошёл не по плану, он растерялся. - Что? – Эндрю тяжело вздохнул и облокотился на спинку потрёпанного дивана. - Сообщения. Я разрешил Ники затащить себя в этот мир навороченных гаджетов не только для того, чтобы на твою глупую рожу палится.       «Значит и для этого тоже?» - хитро ухмыльнулся Нил, но промолчал. Он не проверял новые сообщения в социальных сетях, возможно он пропустил что-то важное, чем расстроил и без того тревожного в последние недели Миньярда. - Забыл? – Попробовал оправдаться Нил, на что блондин дёрнул бровью, мол «Теперь вспомнил?». – Извини, секунду.       Из-за того, что Эндрю не прилетал уже почти месяц, рыжий чувствовал какое-то напряжение и поэтому двигал пальцами немного заторможено. Открыв сообщения, он увидел несколько ссылок от Эндрю, полученные ещё три дня назад. Больше тут ничего, к сожалению, не было. Щёлкнув на первую, он увидел объявление о продаже квартиры. Оу. Эндрю ищет квартиру?       Нил помнил, что сейчас Миньярд видит его через камеру, поэтому постарался придать своему лицу самый посредственный вид. Та комнатушка действительно неудобна, не удивительно что Эндрю захотел чего-то более просторного, с двумя этажами, дубовыми дверями, дополнительной защитой, домашним спорт залом и мини баром. От богатства квартир и домов перед собой у рыжего разбегались глаза, они выглядели помпезно.       Просмотрев последнее объявление, он вернулся на вкладку с ожидающем блондином. Тот слишком пристально разглядывал что-то в камере, но как только Нил посмотрел в ответ, вратарь зевнул и потёр лицо. До Нила дошло, что все эти пол часа молчания, Эндрю разглядывал его. Неловко...       Сосредоточенное веснушчатое лицо с закусанной губой, пальцы, наматывающие кудри в несколько слоёв и медленно меняющиеся эмоции от недопонимания до восторга, привлекали Эндрю. Он тщательнее всматривался в экран, силясь запомнить каждый кадр. Блондин не признавал своей зависимости и стойко проходил через новый синдром отмены. Ему снова не удалось прилететь навестить чёртова Джостена. Он знал, что выпускной год Нила достаточно тяжёлый из-за ряда обстоятельств, он много учится и тренируется, его сегодняшняя игра была потрясной, но завтра у него снова экзамены, поэтому тот должен больше отдыхать. Однако заставить себя прекратить желанное общение не мог. Ему катастрофически не хватало баритона через телефон, не хватало глупых неуместных смайликов и пожеланий хорошо провести день. Хотелось видеть, трогать, чувствовать, чтоб его. Однако Нил не подавал признаки жизни больше трёх дней, иногда заходя в сеть, что-то печатая и исчезая. И Миньярд ни за что не признается, что позвонил, потому что переживал. Он хотел просто убедиться, что идиот всё ещё жив, не более. К щекам рыжика притекла кровь. Почему-то Эндрю подумал, что это немного мило. - Ну? Нил вздрогнул и перевёл взгляд с манящих губ на карие глаза. - К-красивые. Они все очень красивые. – Эндрю слегка закатил глаза. - Я бы не стал просто так показывать тебе уродливые картинки. Я в курсе. Я спрашиваю, что ты думаешь. - О, ну, думаю первый и второй не очень тебе подходят. Они слишком... тёмные. Тебе не нравится, когда много бетона, потому что ноги мёрзнут, а у второй ещё и душевая кабинка отстойная. Кухня маленькая, а в четвёртой слишком узкая. Пятая слишком высоко, вид конечно красивый, но зачем 23 этаж, когда ты боишься высоты? Думаю, третий самый подходящий. Дерево хорошо обработано и есть система отопления, подцветка классная. Окна... н-низко, в смысле тебе просто будет удобнее! Диван огромный и лампа рядом, сможешь читать, с приходом сумерек и не портить глаза. Даже Кевин не возразит против такого зала, ты видел какая там дорожка? В общем, думаю третья тебе подойдёт лучше всего.       Нил закончил свой монолог громким взглатыванием, от которого захотелось дать себе в лоб. В голове он представил чёткие и объективные описания, а промямлил самое очевидное. Ещё и этот взгляд... Может показаться, что Эндрю всегда смотрит безэмоционально, но это никогда не было так. Нил научился идентифицировать большинство взглядов парня, этот говорил прямо «ты идиот». - Ты идиот.       Эндрю не понимал, почему иногда такой проницаемый Нил, который может прочитать его как открытую книгу, бывает таким тупым. А ещё блондин бесился, потому что и сам не мог просто взять и сказать всё по-человечески. - Я спрашиваю какая квартира подойдёт нам. Если бы я захотел купить квартиру себе, то твоё мнение никого бы не интересовало. И можно было обойтись без сочинения и просто сказать цифру. - О!       Это большее на что хватило Джостена. Эндрю ищет им квартиру? Это из-за того, что совсем скоро он закончит университет? Они ни разу не обговаривали своё будущее, которое Эндрю от случая к случаю отрицал. Нил был счастлив, что их не отношения сохраняются на определённом уровне, после того как блондин покинул стены университета, и только мог мечтать не потерять с ним связь через год или два. Сильное чувство, тянущее его навстречу к Миньярду вот уже четвёртый год, скручивалось в комочек при мысли о том, что в какой-то момент всё прекратиться. Нил знал, что не станет останавливать Эндрю, если тот действительно скажет «нет», и от этого порой становилось невыносимо. Но блондин ни разу не дал повода в себе усомниться. Любые страхи рядом с ним становились глупыми, словно после ночного кошмара за окном рассветало и всё плохое терялось в исчезающих тенях. Нил так хотел остаться в этих нежных лучах спокойствия и тепла на всю жизнь, что забывал о конечности всего хорошего.       Сейчас, как и несколько лет назад, Эндрю снова находит его, даёт надежду, возможность остаться рядом. И Нил так боится потерять это, понять неправильно, показаться глупым, разрушить. - Абрам.       Нил поднял глаза и увидел настороженность во взгляде напротив. Телефон в руках немного трясся, поэтому парень отложил его, крепко сжал кулаки и снова направил камеру на себя. - Ты хочешь переехать в Миннесоту? – Жить со мной, так и осталось не сказанным. - Или будем играть в гости и купим себе по дому? Эндрю не заставляет, Эндрю понимает. А Нил боится. - Ты же не будешь в следующем году играть за Львов. Сам говорил, они жутко скучные ребята. А мне предложили контракт в Барсах. Там и для вратаря место найдётся, особенно для такого как ты. - Не держи меня за идиота. Третий дом находится недалеко от их корта, поэтому ты сейчас и решил согласиться на тот тупой контракт. Мастер спонтанных решений. – Нил усмехнулся, его раскрыли. – Склоняешь меня сменить цвет формы только чтобы с комфортом ездить на тренировки. Это да? - Я не виноват, что купил тебе такую крутую машину. – Нил лукаво улыбнулся. -  Да, Дрю, это да.       Эндрю незаметно выдохнул. Он был почти полностью уверен, что Нил без промедлений скажет да. Миньярд потратил несколько дней на поиск самых выгодных по местоположению и содержанию квартир и домов. Вряд ли в этот хвалённый продавцом и Кевином спортзал Эндрю когда-либо зайдёт, да и двойные замки он выбрал для успокоения отнюдь не своей паранойи. Но парень не думал, то этот идиот снова чего-то себе понапридумывал. Однако блондин был всё же рад что в выборе окончательного варианта они сошлись. - Почему ты не спросил меня раньше? – Нил знал, что Эндрю наверняка очень хорошо обдумал идею приобретения квартиры и держал в себе эту мысль больше нескольких дней. - Твой вкус всё ещё отвратителен. И ты бы точно провалил все свои тупые тесты, потому что твой мозг не способен обрабатывать информацию как у нормальных людей. - У нормальных или таких же идеальных, как ты? – Джостен определённо его бесил. - Перестань нести чушь и иди перемотай ногу, - заворчал Эндрю, когда поймал на себе пристальный взгляд и отключился. Всего ничего и этот рыжий дурак снова будет рядом. Волноваться о нём на расстоянии довольно утомляет.       Нил опустил телефон и открыто улыбнулся. Блондин знал, что в конце последнего тайма он потянул лодыжку, значит смотрел матч до конца.       С тех пор Нил каждую свободную минуту тихо и мирно придумывал новые проблемы. Переезд — это очень серьёзно. Он понял, что совершенно не умеет готовить и плохо ладит с техникой. Его вещи больше не помещаются в одну спортивную сумку, то есть придётся отправлять багаж отдельно. А если его начнут обыскивать? Или в аэропорту выяснится, что у него есть поддельные документы? Он уже давно является официальной личностью, но форс мажоров никто не отменял. А ещё он давно никуда не уезжал и этот переезд напомнил ему бега, из-за чего участились ночные кошмары.       Он не хотел расставаться с Пальметто. Выпуск каждого из первых лис заставлял его грустить, особенно тяжело дался отъезд Эндрю, а в этом году он был совсем один. Некоторые ребята приезжали на его игры, все без исключения звонили и писали, особенно Никки, который больше всех волновался за Нила, и оказался прав в своих переживаниях. Парень не мог довериться новым лисам также, как когда-то, не смог больше найти преданных соратников, хотя каждого в команде ценил и уважал. Кошмаров становилось больше, тревожность росла, аппетита не было совершенно. Отвлекаться помогали тренировки и подготовка к последней игре, а на плаву держал спокойный голос Миньярда, благодаря которому рыжий ещё не умер от нервного срыва. И вот всё закончилось.       Получив меньше недели назад билет до нового дома, Нил осознал неизбежность приближающегося будущего. И все дни до отлёта он вертел в руках сумку с самыми важными вещами, которые не стал укалывать в коробки и чемоданы. Среди них было несколько снимков, которые он стащил со стены в холле, те что делала когда-то Дэн. Общее фото команды, после первой победы над Воронами, они с Эндрю в аэропорту, Эндрю на своём выпускном... В отдельном кармане хранился первый ключ от домика в Колумбии, его первого официального дома, ключи от Мазерати, а на самом дне чёрные повязки. Именно на них Нил в нерешительности смотрел перед тем, как навсегда покинет общежитие в качестве лиса. Выйти сейчас, казалось потерять всё, забыть. Будь рядом Эндрю, он точно прописал бы ему подзатыльник за очередную тупость. Но преодолеть этот порог одному было невозможно. На жалкую секунду мозг перестал работать здраво, захотелось просто бросить всё, вернуться в кровать, услышать препирательства кузенов за дверью, передразнивать ворчания тренера, ожидать вечернего киносеанса со старшекурсниками, чувствовать тепло Эндрю на груди. Нил медленно сходил с ума. - Чувак, тренер тебя всеми матами покрыл. Не хочешь поторопиться? – Парень, что стоял перед ним был заменой Нилу. Та же позиция, та же комната, те же нескончаемые проблемы, но совершенно другая история. В ней Джостен принял уже слишком много участия, ему надо двигаться вперёд.       Натянув на предплечья мягкую, обволакивающую своим теплом ткань, парень почувствовал прилив сил. Всё ещё ненадлежащий, чтобы перестать внутренне метаться из стороны в сторону, но достаточный для того, чтобы пошевелиться и не впасть в истерику.       Он одобряюще сжал юношеское плечо, окончательно прощаясь, закрывая эту потрёпанную годами дверь. Чтобы открыть новую, где его уже несколько месяцев терпеливо дожидается Эндрю.       Ваймак был очень недоволен своей ролью водителя, но, когда Нил предложил в альтернативу такси, разозлился ещё больше и вот уже пол часа ждал Джостена на парковке. Он по обещанию отписался Миньярду, что они собираются выезжать, и откровенно не понимал почему даже спустя годы эти дети продолжают вить из него верёвки в угоду своим прихотям. И почему он позволяет им это делать. Заметив в каких противоречивых чувствах парень плюхнулся на соседнее сиденье, Ваймак что-то съязвил по поводу его желания поскорее встретиться со своим не-парнем и поспешил в аэропорт. Нил напоследок бросил взгляд в боковое стекло, краем глаза улавливая горящие оттенки пылающего заката. Университет Пальметто стремительно удалялся за линию горизонта.

***

- Я знаю твой ответ, но всё же, если хоть раз подумаешь о том, что тебе некуда пойти или что у тебя никого нет, я за себя не ручаюсь. – Ваймак всё никак не выпускал парня из машины, вставляя напутственных подзатыльников. - Да, тренер. – Заученной, с лёгкой издёвкой фразой ответил Нил. Ваймак его передразнил. - Я серьёзно, парень. Может я больше не твой тренер, но личным старым ворчуном ещё могу побыть. Кстати, - сразу же откашлявшись начал он, чтобы Нил и слова вставить не успел, - Би тут кое-что передала Эндрю.       Ваймак вышел и направился к багажнику, Нил последовал за ним, хватая лямку на плече. Небольшой пакет, пахнущий чем-то сладким, отправился в спортивную сумку. Сейчас должен был случиться акт прощания, но парень не знал, что сказать. Тренер с первого дня был непомерно серьёзным и заботливым, иногда эти два качества в нём соперничали и Нил не понимал надо сейчас пустить слезу или пошутить на счёт излишней старческой сентиментальности. В конце концов Ваймак тяжело выдохнул и сделал большой шаг навстречу, а после, крепко обхватив чужие плечи, прижал к себе. - Можешь звонить мне в любой момент, малыш. Хорошо долететь. И не обижайте там друг друга, ясно? - Да, тренер, - немного хрипло протянул Нил, проглотив ком в горле. Своеобразные объятия каким-то чудом помогли хоть немного ослабить неподъёмный груз переживаний и вздохнуть с облегчением. Не задерживаясь больше, Джостен отправился внутрь, оставив Ваймака наблюдать за исчезающей рыжей макушкой.       До посадки оставалось меньше пятнадцати минут, но Нил смог каким-то чудом проскочить паспортный контроль, преодолев небольшую паническую атаку из-за досмотра, и одним из первых добраться по рукаву в салон. Подвинувшись к стене, он привалился головой к стеклу, старясь унять зарождающуюся мигрень и прикрыл глаза. Всего несколько часов, и он сможет увидеть Эндрю. Нил даже не подозревал насколько сильно было тянущее в груди чувство, пока не оставил все переживания из-за университета за бортом самолёта. Не верилось в то, что теперь он будет жить не просто с кем-то в одном доме, а с Миньярдом. Колючим, временами грубым и невыносимым, со своим пронизывающим взглядом, манящими губами и притягательным всем. Его хотелось касаться, прижимать ближе и растворяться в нём полностью. И мысли о том, что эти желания могут быть взаимными, ощущались нереальными.       Эндрю, по необъяснимым причинам вновь сделал выбор в его сторону. Так же, как и весь прошедший год. Вместо того, чтобы хоть раз нормально отдохнуть, он срывался к Нилу, просто чтобы втянуть того в самый желанный и страстный поцелуй, проверить каждый миллиметр его кожи, проверяя на наличие новых ран и отчитать за нарушенные графики питания и сна. Он словно лекарство, обезболивал, но не решал проблему, но теперь доступ к нему будет почти постоянным, ведь Эндрю предложил им жить вместе. Не потому что так сложились обстоятельства, и уже даже не потому что дал обещание. Это было нечто большее и значимое. Эндрю этого... хотел? Осознание такой, вроде бы простой истины отозвалось лёгким движение желудка, которое Нил интерпретировал как страх. Он не боялся блондина, но определённое чувство испуга от того, что они наконец останутся наедине, возможно очень надолго, не давало спокойно вздохнуть. Или может это было возбуждение?       Не желая развивать такую интимную цепочку размышлений в людном месте, Джостен постарался отключиться от стюардесс, пассажиров и остальных посторонних звуков. Он покрепче сжал сумку на коленях и попытался поспать. Однако нервная дрожь, появившаяся в каждой мышце и кости, не давала успокоиться, а сцены долгожданной встречи мешали погрузиться в большее чем кратковременный полудрём.       Нил переживал большинство перелётов в очень плачевном состоянии, когда всё тело истекало кровью, а боль была почти невыносима, с открытыми ранами, которые мать прикрывала курткой, в почти бессознательной горячке. Однако именно этот перелёт показалась самым ужасным, потому что каждая минута, проведённая в сидячем положении, отдавала колкой резью в ногах и спине, шея затекла от бесконечного ожидания необходимого сна, а мозг раскалывался на части, страдая даже от лёгкого движения глазами.       Прижав сумку поближе к телу, Нил поспешил покинуть душное шумное здание, как только выдалась такая возможность. Здешний климат действительно был более приятным, чем в Южной Каролине. Свежо и просторно, как любит блондин. Местный аэропорт стоял не совсем на отшибе, относительно недалеко уже виднелись магазины и палатки. Люди сновали повсюду, но чувства мельтешения или торопливости не было, и Нил наконец смог размять затёкшую тушку. Он конечно упоминал во сколько он прилетает, но Эндрю сказал, что будет занят и добираться тому придётся самостоятельно. Это немного расстроило, ведь и без того долгожданная встреча оттягивалась на неопределённый срок. Может на час или два. Но протянуть столько в сознании было пыткой, для истощённого организма.       Навыки в быстром и непринужденном общении с целью выгоды всё ещё работали, поэтому спустя пару попыток он нашёл попутку, водитель которой согласился подвезти его в обмен на сигарету.       Выслушивая пустой монолог о проблемах в жизни молодого мужчины, несильно, но всё же насторожившего его, Нил не мог перестать думать о надвигающейся встречи. Будет ли Эндрю дома или ему придётся немного похозяйничать и встречать его самому? Заговорить ли первым, а если да, то что сказать? Может стоить что-то купить в качестве подарка? Джостен просто мечтал оказаться в любимом тепле, в такой нужной безопасности и поскорее заснуть, а не пытаться придумать как справиться с трудностями после долгого расставания.       Чем ближе был спальный район, в котором находилась квартира Миньярда, тем больше Нил нервничал. Бубнёж на фоне перестал быть белым шумом и начал раздражать, пока резкое движение вовсе не вывело его из транса. Водитель припарковался возле какой-то многоэтажки, с внутренней стороны, а его рука что-то забыла на колене парня. Возможно тот что-то спросил, чего Нил не заметил, но такой грубый жест застал его врасплох.  - Простите?  - Говорю, может закинешь вещи и ещё немного прокатимся, красотка? Думаю, у тебя вкусные не только сигареты. Уверен, я смогу удивить эти сладкие губки. - Мужчина подмигнул и грязно облизнулся.       В голове у Нила появился скривившийся Эндрю с презренным «фу бля». Будь тут блондин, мужчина уже бы истекал кровью или хватал воздух от боли в переломанной кости, но Джостен не любил применять крайние меры.  - Я сделал вид, что не заметил твоих ублюдских подкатов и дал шанс показаться если не тупым, то хотя бы относительно терпимым мудаком. Жаль, что тебя в детстве не научили вести себя в обществе адекватно, потому что видимо из-за этого ты и являешься конченным неудачником, которого даже лютые отбросы обходят стороной. Если давка на жалость и, то что называешь достоинством, единственное из твоих рабочих схем, хотя на счёт работоспособности второго я бы поспорил, то придётся очень быстро научиться читать по моим „сладким„ губам. Не уберёшь руку через три секунды, и она окажется в твоей заднице. И я не уверен, что она всё ещё будет соединена с твоим телом.       Нил не заметил, как практически перешёл на рык, отчего боль в голове отдала вибрацией по вискам. Холодный огонёк в глазах судя по всему напугал мужчину, отчего его рука тут же взлетела в воздух в защитном жесте. - Благодарю за эту отстойную поездку. И просто блять надеюсь, что никогда больше тебя не увижу.       Захлопнув дверь, Нил поспешил удалиться, пока эта двухметровая накаченная шпала не оклемалась от шока и не решила проучить мелкого засранца. А Нил слишком любил роль засранца, в конце концов кто-то даже прозвал это его актёрской маской для публики, а парень ничего против не имел, лучше пусть сразу знают, что лезть к нему не безопасно для собственного ментального здоровья. И хотя в большинстве случаев он взвешивал риски и даже с радостью лез в драку, сегодня было не до того. Не хотелось снова встречать Эндрю в подбитом состоянии.       Выкинув почти пустую пачку сигарет и обойдя дом два раза, Нил понял, что он не в том районе. До нужного адреса по картам надо было пропетлять ещё несколько кварталов. Осознав это, ноги заныли с новой силой, но Нил проигнорировал их крик о помощи и двинулся вперёд, изучая местные красоты. Он уже заприметил где можно купить свежих овощей, а ещё несколько кафе, в которых наверняка найдётся сладкое убийство, от которого Эндрю будет в восторге. Заметив цветочный, на секунду у Джостена возникла самая отчаянная идея, которая только могла прийти в голову уставшему спортсмену, но усилием воли он сдержался от покупки букета. Хотя это должно было немного снизить сжимающую его грудь тревожность.       Эндрю конечно сказал, что это их совместное жильё, но Джостен не мог отделаться от мысли, что квартира принадлежит Миньярду. Это он купил её со своего первого гонорара, он её обставил и уже некоторое время в ней живёт. Эндрю буквально пригласил его переехать к себе на постоянную основу, осознанно согласился терпеть его 24 на 7, делить один воздух с ним и только с ним. Нил был содержанцем, как его и обозвала Элисон, и это резко оказалось таким правдивым, что Джостен смутился.       Он как минимум был одет с футболки до штанов в презенты от Эндрю, разве что кроссовки были его личной инициативой, вся сумка была забита вещами, так или иначе связанными с Миньярдом, да даже сама сумка была подарена им на двадцатилетие, после того, как Нил пытался в двухдневную поездку в Колумбию собрать старую, изношенную, с которой он прибыл из Милпорта. И вот он стоит с ключом, выуженным из почтового ящика, у своего нового дома, которым однозначно владел блондин. Нил немного подумал о том, был ли он единственным кто переживал по этому поводу, а после смог себя пересилить и, повернув ключ в скважине три раза, сделал желанный шаг внутрь.       Квартира пахла спокойствием с лёгкими нотками корицы. Из коридора было видно только часть гостиной и дверь в дальней стене. Встретила гостя умиротворяющая тишина и светлая пелена солнечных лучей из окон. Закрыв дверь погромче, Нил потоптался на месте. Обдумав всё как следует и решив ничего не трогать, Нил хотел прокричать имя блондина, но получился только напуганный сиплый шёпот. Ответом служила едва заметная акустика.       Потрепав ремень от сумки, парень стянул запылённые кроссовки и пинком откинул их ближе к стенке, где уже стояли две запасные пары обуви Эндрю. Значит он не ошибся и не влез в чужую квартиру, это не могло не радовать. Промелькнула мысль, что после двух сложных игр вратарь мог просто спать, поэтому Нил, стараясь неслышно ступать по дереву, отправился на разведку.       На первом этаже было достаточно окон, поэтому вся гостиная заливалась светом, а панели из обработанного дерева блестели. Кухонный гарнитур лаконично вписывался в небольшое пространство, на виду не было ни посуды, ни оставленных объедков, что немного расстроило, вообще ничего, что портило бы общий вид. Пустой стол, рассчитанный на двух человек, чуть дальше просторный диван с низким столиком и две высокие лампы с красивыми завязками, выполняющими роль их включателя. На журнальном столике, на самом краю лежала книга, судя по закладке Эндрю почти её дочитал. Нил бы рад найти хоть какой-то признак, что тут живёт человек. Может быть он рассчитывал увидеть лёгкий беспорядок, ведь у вратаря было не так много времени в последние дни, чтобы намывать всё вокруг, но идеальный порядок был так в духе Миньярда. Нил всегда знал, что бардак в их комнате разводил Хеммик.       Дальняя комната оказалась ванной, с раковиной и дешевой кабиной, а за другой дверью, которую Нил и не приметил, находился тот самый крутой домашний зал. Тут было всего три или четыре тренажёра, зато очень крутых и неимоверно дорогих. Зайти и потрогать их Джостен не решился, как и не отважился лезть в холодильник. Он не мог себе позволить нарушить какой бы то ни было порядок, установленный до него. Нила с детства хорошо выдрессировали не хватать чужое.       Резко раздавшийся позади хлопок заставил Нила подпрыгнуть и громко захлопнуть дверь. Позади него было пусто. На секунду Джостен подумал, что это мог быть звук с улицы, а метнувшееся через секунду коричневое пятно вдоль пола вырвало из парня вскрик. - Пушистик, чтоб тебя.       Мохнатый и полненький кот вышел из-под стола и важно стал обшагивать гостя. Несколько лет назад Эндрю подарил его Нилу ещё котёнком, но парень побоялся оставлять его в общежитии после выпуска старшего. Эндрю решил, что нападающий сам о себе позаботиться не в состоянии, поэтому оставлять животное на верную смерть посчитал неправильным и захватил с собой в Миннесоту, чему с первых экзаменов и усиленных тренировок Нил был рад. Теперь этот маленькой комок стал огромной и грациозной кошкой, которая очень недоверчиво относилась к чужому человеку, неудивительно что за год она его забыла.       Нил присел на корточки, расстёгивая лёгкую кофту и придерживая сумку, которую не решался снять. Вытянув руку перед собой, рыжий стал ждать, когда животное отважиться к нему подойти. Пушистик сначала недовольно шипела, потом виляя хвостом приблизилась, готовясь чуть ли не нападать. Нил усмехнулся про себя, удивляясь как многое питомец перенял от хозяина. Спустя несколько обнюхиваний, во время которых зверёк забавно фырчал, мордочка уверенно тыкнулась в ладонь и стала ластиться, потираясь о всю одежду, до которой могла достать. Потискав животного за все жирки, Нил осознал, что немного расслабился и решил продолжить поиски. Пушистик отправилась вслед за ним.       Лестница на второй этаж была пристроена единым пролётом, всё что там располагалось – три комнаты и выход на отдельно оборудованный балкон. Именно он и заинтересовал Нила в первую очередь. Замена крыше была по истине достойная, а Нил был уверен, что Эндрю выбирал эту квартиру и по этому параметру тоже. Не нужно было ютится на аварийных пролётах или крыше, обдуваемой со всех сторон. Балкон был крытый, с хорошими и сильными окнами, все из которых при желании можно было открыть. На утеплённом полу был постелен вязаный коврик – подарок Эбби, валялось несколько подушек, кресло мешок, два пледа и ещё один низкий столик, на котором скопились грязные кружки, обёртки от сладостей, огромная пепельница и стопочка из трёх книг. По одной из стен начинали карабкаться лозы винограда, которые вратарь терпеливо сажал несколько дней после переезда. Джостен захотел рассмеяться в голос. Кажется, именно тут всё это время обитал Миньярд. Сначала расположение логова сбоку показалось Нилу странным, и он присел рядом с инсталляцией волка одиночки. Окно напротив было самым большим и так как дом стоял полубоком, оно выходило на городской вид, большей частью на дорогу между домами, вдали которой виднелись сады и большая линия горизонта. Должно быть вечерами тут можно наблюдать шикарные закаты. А ещё всегда видно работает ли кофейня снизу и сколько там человек, наверное, это тоже был немало важный стратегический ход для своеобразного сталкерства.       Плотно прикрыв балконную дверь Джостен решил осмотреть комнаты. Первая слева была абсолютна пуста, всего несколько розеток и чисто поклеенные обои. Вторая довольна примитивна, односпальная старенькая кровать, заправленная лоскутным пледом, два деревянных комода и огромный дубовый стол. Из окна был виден соседский дом и немного парковки. Сбегать из комнат было неудобнее и опаснее всего, поэтому Нил остановился на запасных выходах в гостиной, ванне и спортзале, откуда можно было сигануть из окон, ну и балкон. Стандартная система составления ходов отступления была почти окончена, кроме последнего. Оставшаяся третья комната. Открыть её оказалось сложнее. Хоть Эндрю и переселился на балкон, это не мешало надеяться, что он хотя бы раз поспал на нормальной кровати. О, это была шикарная кровать. Огромная двуспальная, очевидно новая. Из-за дверного косяка Нил разглядел три одинаковых крупных шкафа, очевидно с одеждой, пустые стеллажи и широкий стол вдоль окна. Рядом с ним стояло несколько коробок, а из-под кровати выглядывал поношенный чемодан. Это были вещи Нила, которые приехали на место днём раньше. Пока Нил осматривался, Пушистик уже возникла под ногами и начала призывно мяукать. - Нет, это пока не наша комната, не заходи. - Пригрозил Нил.       Кошка не поняла высокоинтеллектуальных страданий человека и, гордо вздёрнув хвост, продефилировала к кровати. Не успел Джостен и шикнуть, как та уже развалилась на одной из подушек и замурчала. Удивившись такой наглости, рыжий злобно на неё глянул и, не поддавшись на искушение, спустился в гостиную. Близился обед. Нил сидел за столом, крутя в руках смартфон. Желание позвонить возрастало с каждой секундой, но в то же время парень не хотел опростоволоситься и позвонить в тот момент, когда Эндрю будет около дома.       Джостен отписался Ваймаку, что хорошо добрался, похвастался перед Кевином общим фото тренажёров и послал его в далёкие края, когда тот попросил показать их поближе. Послал он и Элисон, когда та решила узнать, какого это, когда твой парень миллионер, отстёгивающий огромные деньги по первой просьбе. После очередного пошлого анекдота от Ники телефон упал на стол.       Они с Эндрю не состояли в официальных отношениях. У них скорее был подписан бессрочный мирный договор, позволяющий испытывать границы друг друга. Конечно, во время университета они неплохо продвинулись, особенно в области касаний, но это был край. Нил был в шоке, когда увидел Эндрю на своём выпускном. Парень совершенно точно не собирался приезжать, считая подобную авантюру верхом сопливой мелодрамы. Да и Джостен не просил об этом, он знал график команды профессиональной сборной и даже не смел претендовать на одного из лучших вратарей экси в день перед полуфиналом. Но тот, как ни в чём не бывало, пришёл сам и притащил с собой новую версию тяжёлой клюшки с отговоркой, что спёр её у одного ублюдка чтобы отомстить, хотя от клюшки пахло совсем недавней обработкой дерева.       Эндрю почти всегда отзывался на поцелуи, предлагал себя и вдоволь пользовался Нилом. Раньше, стоило хоть кому-то намекнуть на их «отношения», тот снова закрывался, прятался в своей грубой оболочке и плевался ядом, стоило повернуться в его сторону. Но уже больше года Миньярд просто игнорировал все намёки и вопросы, касаемые тем отношений и привязанности. Он просто слушал монотонную болтовню Нила, отвечал с присущей ему язвительностью и закатывал глаза на глупые улыбки и неуклюжие попытки взяться за руки или обняться, подчиняясь его манипуляциям. Нил был готов гореть изнутри от каждого жеста внимания, от каждого вздоха, направленного в его сторону, от каждого жаркого поцелуя, когда было жизненно необходимо отстраниться и глотнуть воздуха. Просыпаясь по ночам он чаще вспоминал не кошмары из прошлого, а жаркие минуты, когда Эндрю заставлял его таять в нетерпении от желания, видел призраком лицо блондина, в минуты истинного удовольствия, или наслаждения от собственного экстаза.       Ненадолго Нилом овладело отчаяние. Почему он должен был сидеть здесь один и страдать от излишнего жара, поднимающегося от кончиков пальцев, образовывающего крепкий жгут в районе паха, чувствуя себя не на своём месте? Почему не мог успокоиться и расслабиться?       Несколько минут торга с самим собой всё же привели к решению набрать заветный номер и прекратить эту затянувшуюся пытку. Нервно постукивая пальцами одной руки по столешнице и дергая ногой от волнения, Нил прислушивался к тянущимся гудкам. Когда из трубки во второй раз раздался вежливый голос девушки, извиняющийся за непринятый вызов, Джостен пробуравил ненужный аппарат нечитаемым взглядом и тот погас. Ну конечно, батарейка.       Не удосужившись позаботиться о нём, Нил прилёг на свои руки и уставился в окно. Из-за солнечных лучей нечего было не видно, и он просто уткнулся в сгибы локтей, не замечая, как тепло и тишина понемногу его разморили. От стола исходил какой-то травяной запах, возможно моющих средств, которыми пользуется Эндрю. Ноги почти полностью касались пола, скорее всего Эндрю дотрагивается до дерева только кончиками пальцев, если постарается. Продолжая сравнивать себя с Миньярдом и вспоминать о его мелких бытовых привычках, Нил и не заметил, как погрузился в долгожданный сон.

***

      Эндрю гневно вжимал педаль в пол, успокаивая себя только тем, что не хочет разбить машину. Он должен был уехать в Пальметто ещё три дня назад, но из-за перенесённой игры только вчера к ночи добрался домой. Он должен был забрать Нила из аэропорта утром, а вместо этого был вынужден подорваться спозаранку к директору клуба из-за сбоев в документах и торчать там пол дня. Он должен был хотя бы встретить парня дома и засунуть в него всю ту еду, что нервно стряпал пол ночи, чтобы откормить спортсмена, а вместо этого сидел и разгребал бумажки, стараясь не прирезать канцелярским ножом офисных работников. Он должен был быть дома как минимум час назад, но вместо этого торчал в пробке, терроризируя свой мобильник, потому что рыжий позвонил ему два раза, как раз в то время, когда Эндрю пассивно агрессировал на своего начальника, и как обычно игнорировал ответные звонки.       Со времён университета, после того как Ники приучил Нила держать мобильник без панических атак, а Эндрю пытался привить навык никогда не оставлять собственные звонки без ответа, блондин никак не мог взять в толк, в чём сложность зарядить долбанный мобильник или просто написать сообщение, а не печатать и удалять их, а потом молчать в тряпочку. Нил так его бесил.       Эндрю с самого утра был на взводе. Он злился на всё подряд, слишком громкий звук кофемашины, внезапные неотложные дела, топливо для Мазерати, за которое вечно надо платить, людей в конце концов, которые дышат и что-то изрыгают из своего рта. Ни одна дыхательная практика не помогала успокоить нервы. Он бы с удовольствием вернулся в свою берлогу, закрылся на балконе и погрузился в чтение, пока сон не возьмёт над ним верх. Большой дом всё время напоминал о том, для кого был предназначен. Самому Эндрю для удобства было бы достаточно и каморки, но Нилу он хотел дать полноценно прочувствовать, что значит иметь свой дом. Миньярд не был защитником домашнего уюта, ни одна приёмная семья не позаботилась об этом для него самого, но он чёрт возьми прочитал слишком много статей, даже позвонил Ники и терпел все его восторженные крики, чтобы получить немного полезной информации. Но несмотря на идеальную чистоту, ковры и ёбанные мягкие тапочки, квартира казалось слишком пустой без рыжего идиота. И даже вьющиеся лозы дебильного виноградника не могли исправить сжирающиего одиночества, в котором Миньярд существовал не первый месяц.       Была ли его недельная злость последствием физических нагрузок или воздержания от нормированного полноценного питания, Эндрю отказывался признавать, что стал более чувствительным, в плохом смысле. Он терял власть над своими эмоциями, то злился, то в открытую показывал свою неприязнь к окружающим. Худшее что могло случиться – это потеря фирменного убийственного взгляда, который заставлял выпустить свои мозги всех, за исключением Нила, однако по жутко перепуганному кассиру в кафе возле дома он мог сделать вывод, что мимика пока работала безотказно. Сколько бы Би не говорила, что проявлять эмоции норма, Эндрю никак не мог освободиться от чувства чрезмерной уязвимости в такие моменты. Легче было ничего не чувствовать, легче было до всего этого ужаса под именем Нил Джостен. Однако по истечению четырёх лет у него ни разу не возникло желания вернуться к таблеткам или наркотикам, пусть трезвый мир и был максимально скучным и унылым, а кошмары и апатия и не думали уменьшаться. Нил так чертовски бесил его.       Эндрю злобно вглядывался в окна квартиры, находясь на парковке и набирая заученный номер пятый раз подряд, тщетно надеясь на что-то кроме звука отключенного мобильника. Теперь он имеет полное право прописать этому имбецилу один из своих сильнейших подзатыльников, главное, чтобы тот находился внутри. Блондин волновался за то, каким путём Нил доберётся. Всю дорогу до дома Эндрю старательно игнорировал мысль, что Нила могли снова похитить и сейчас тот валялся где-нибудь с новыми ранами или ещё хуже, отрезанными конечностями. Подобная картина не раз представала перед глазами блондина в кошмарах, после отъезда из университета, и больших усилий стоило прийти в себя и убедиться в том, что затянувшийся сонный ужас всего лишь жестокая игра расшатанной, убитой годами пыток психики. Кажется, если Нила не окажется в квартире, то Львам точно понадобится новый вратарь.       Медлить с проникновением Миньярд не стал. Закрыв за собой дверь, он прислушался, било тихо. Опиревшись о стену, держа в одной руке пакет с выпечкой, а другой стягивая обувь, Эндрю заметил два убитых жизнью кроссовка, валяющихся на своих ботинках. Раздражение быстро сменилось облегчением. Скорее всего после долгого перелёта Нил ушёл спать наверх, однако три последующих шага разрушили эту теорию. Перед Эндрю открылся прекрасный вид на спину парня, дрыхнувшего на стуле. Его руки занимали на столе малую часть, а рыжие кудри разметались по дереву. Телефон, валяющийся рядом, конечно же был в нерабочем состоянии.       Блондин положил пакет возле раковины и с недоверием покосился на холодильник. Вид Нила заставил Миньярда засомневаться в его умственных возможностях. Парень не снял куртку, хотя вешалку найти было не сложно, а сумку не пристроил даже рядом с собой. Значило ли это, что дурак, в полном обмундировании заснул голодным в самом неудобном положении, потому что даже не попытался заглянуть в холодильник или притронуться к новой мебели? Как же Эндрю надеялся, что напридумывал себе загоны Нила, но идеально упакованные контейнеры, стоящие в том же положении, в которых он их и оставил с утра, указывали на обратное. Эндрю закатил глаза.       Захлопнув холодильник, Эндрю приблизился к Нилу и присел напротив него, аналогично кладя голову на руки и смотря перед собой. Разглядывать в тишине рыжую макушку, светящуюся в лучах заходящего солнца, яркие веснушки и пухлые губы, забавно приоткрытые во сне, из которых медленно выходил воздух с тихим «фыр» было невероятно правильным. Миньярд не мог поверить, что сейчас рыжик находился на расстоянии меньше вытянутой руки. Он мог дотронуться до него, вновь ощутить свежесть чужих губ, вдохнуть непередаваемый, присущий только ему запах и наконец-то расслабиться. Столько желаний боролось внутри, но Эндрю не мог позволить себе двинуться. Тёмные круги под глазами и излишняя для спортсмена худощавость насторожили блондина, он догадывался, что Нилу пришлось не легко дожить до конца сезона, но что-то похожее на беспокойство кольнуло в груди. - Ты такой глупый, - едва слышно выдавил тот из себя, прежде чем подняться и обойти нападающего со стороны.       Аккуратный толчок в плечо и Нил покосился набок. Подперев его собой, Эндрю стянул достаточно тяжёлую сумку с вялого тела парня и поставил её под стол. Не заметив на сонном лице страха или неприязни, блондин устало выдохнул и медленно подхватил Джостена на руки. Эндрю прикусил губу, представив эту сцену со стороны, но потом отогнал лишние мысли, мешающие привычному спокойствию и донёс сопящую тушку до дивана. Никто не посмеет лечь в его кровать не приняв душ, и уж тут Нил точно не исключение. К тому же его надо накормить. Расстегнув куртку до самого конца, Эндрю запахнул её так, чтобы она не давила на тело, но в тоже время ощущалось как нечто тёплое и укрывающие, а потом направился в кухню. Разогреть еду было не долго, поэтому он просто вытащил несколько контейнеров и оставил их на столе, а сам поднялся на второй этаж.       Ручка балкона была повёрнута не до конца. Значит туда рыжее бедствие пробралось, а до холодильника нет, блондин снова немного разозлился. Ну почему тот был таким не пробиваемым тупицей?       В комнате вещи остались не тронутыми. Эндрю не стал разбирать чужие пожитки, пусть их наличие у Нила его и радовало, он не хотел трогать их без разрешения, а потом ненавидеть себя за то, что совсем немного грустил. Чемодан был надёжнее затолкан под кровать, коробки сдвинуты с прохода. Парень приоткрыл окно, чтобы выветрить накопившуюся за месяцы тяжесть беспросветной тоски и духоту, из-за которой он сам не мог дышать. В шкафу отыскалось чистое полотенце и набор новых ванных принадлежностей, купленный заранее. Всё в этой квартире жило в предвкушении живой жилки, которая мирно валялась внизу на диване. Дополнительный комплект собственной одежды вместе с остальными вещицами перекочевал в ванную. Миньярд был уверен, что не обладает этой странной хренью, по типу милого собственничества, но уже не раз представлял Нила с своей одежде и почему-то очень хотел наблюдать эту картину вживую, чтобы навсегда запечатлеть её в своей памяти.       Ни возня старшего на верху, ни громыхание посудой, ни писк плиты не потревожили обычно невероятно чуткий сон Джостена. Тот даже не пошевелился за прошедший час. Эндрю механически проделывал все движения, умножая их на два, пытаясь поймать вайб спокойствия и умиротворения, словно ничего не произошло, словно всё всегда так и было. Словно в его душе не проснулись затухшие бабочки, пытающиеся заново двигать крыльями, вспоминая технику полёта. С появлением на столе новых приборов, рассчитанных на вторую персону, Эндрю наконец перестал чувствовать гиперболическую брошенность, его действия снова обрели смысл, а страхи и не думали возвращаться. Он ни разу не вспомнил про сигареты. Да ими почему-то не пахло от Джостена, куда тот мог всадить всю пачку?       Передвинув все тарелки с места на место по нескольку раз, Эндрю отважился взглянуть на Джостена. Тепло, растёкшееся внутри, совсем немного приносило дискомфорт, он уже успел забыть, какого это, постоянно находится рядом и не воздвигать вокруг себя ледниковых скал. По правде, Эндрю даже немного нервничал, он не знал сможет ли произнести хоть что-то и будут ли его слова звучать достаточно безобидно. Последнее чем хотелось закончить сегодняшний день – это нековкий ужин.       Резкий довольный стон Нила вывел блондина из транса. Он снова слышит его голос, живой и здоровый, хоть и не осознанный. Решив подождать, когда еда немного остынет, Миньярд приблизился к дивану и, подумав пару минут, присел рядом с ним на пол. Наверное, он успеет дочитать брошенную на пол книгу, прежде чем будить наркомана.       Глаза три раза пробежались по одному абзацу, но так и не уловили сути, поэтому книга сразу же отправилась на стол. Пока Эндрю потянулся вперёд, на его макушку прилетела нелёгкая лапа Нила, наконец-то заворочавшегося. Миньярд тряхнул головой, и рука отлетела чуть в сторону, находясь на уровне подбородка блондина. Недолго думая, Эндрю наклонился к ней, осторожно приспуская знакомую тёмную повязку. От парня пахло потом и усталостью, а ещё родным теплом. Прежде чем осуществить свой коварный план, Эндрю пару раз, едва прикасаясь, провёл носом по запястью из стороны в сторону, а потом слегка прикусил кожу, надавливая сильнее, пока Нил не проснулся от неприятных ощущений.       Стоило рыжику проморгаться от приятной пелены сна, в которой он долго любовался лицом Миньярда на крыше, незнакомая обстановка начала давить, а тёмное пятно, которое являлась человеком, разбудило отработанные годами навыки. Бить или бежать. Но поскольку бил Нил редко, бежать было самым эффективным. Но сонный разум не просчитал пути отхода, потому что потенциальный противник находился прямо перед ним, куда парень и рванул, а внезапно вспомнив про сумку, руки стали блуждать по телу.       Когда перепуганный рыжий ураганчик, машущий руками, врезался в препятствие и повалил его на пол, Эндрю на автомате сжал брыкающиеся конечности в руках и подумал о том, насколько ухудшилось состояние Нила, по сравнению с теми успехами, которые они делали проживая вместе. Первым на Нила подействовал запах, знакомые нотки сигарет, насыщенный парфюм и что-то сладкое. Это Эндрю. Перед глазами ясно виднелись блондинистые волосы, а ногами он ощутил чужие кончики пальцев. По росту уж точно должен был быть он. - Засос на запястье не лучшая идея, - прошептал Нил. - Как и попытка раздавить меня, - почему-то также тихо ответил Эндрю.       Осознав в каком положении, они находятся, Нил немного смутился и поспешил слезть на пол, но крепкие руки, почувствовав неладное, притянули его обратно, находя себе место на чужой пояснице. - Я тяжёлый, - предпринял тот отчаянную попытку, хотя расставаться с таким желанным теплом любимого тела совершенно не хотелось. - Ага, и высокий. Но только в своих мечтах. Да или нет? -Да, - Эндрю мог почти натурально почувствовать то, с какой любовью и обожанием это было сказано, с какой силой отзывалось внутри него. Эти чувства был так глупы и невозможны, но очень сильны.       Нил прислонился лбом к полу, дыша блондину практически в ухо, пока тот уткнулся лицом в крепкое плечо. Накалённые до предела нервы обоих схлестнулись и объединились в одном направлении, уравновешивая друг друга. От сильнейшей мигрени ни осталось и следа. - Хей, - первым отошёл Нил, - ты меня обнимаешь. - Захлопнись. – Глупый, глупый Нил. - Мне нравится, - с улыбкой произнёс Джостен и постарался вжаться в тело под собой ещё сильнее, желая спрятаться в нём. - Я сказал захлопнись. - То есть обнять тебя в ответ?       Миньярд скинул с себя приятую ношу. Еда должно быть совсем остыла, пусть этот раздражающий рот займётся чем-то более полезным.       Однако еда быстро забылась, потому что произошёл зрительный контакт. Нил не предпринял попыток встать или отодвинуться, он лежал в том же положении у дивана, куда его кинул Эндрю и с невероятно-манящей улыбкой смотрел на него неотрывно. Возбуждённый медовый взор глядел прямо вглубь, вытаскивая всё настоящее Нила на поверхность, не давая возможности спрятаться или утаить чего-то, но Нил этого и не хотел. Он хотел снова оказаться ближе, дотянуться, ощутить, что между ними больше нет ничего и никого, что эти долгие страдания окончились. - Можно, Эндрю? Да или нет? – Рука Джостена поднялась вверх и наклонилась в сторону блондина, того затягивали драгоценные алмазы на вожделенном лице.       Эндрю подсел ближе и расположил руки по бокам от головы парня, не произнося ни слова. А потом он медленно наклонился ближе, изучая ямочки от чрезмерной улыбки, и их губы заискрились в поцелуе. Нил не мог прекратить задыхаться от чувства близости, он дотронулся ладонью до задней части шеи Миньярда, немного почёсывая загривок, поглаживая зубчики позвонков, ощущая отдачу в виде прерывистых вздохов и подрагивающих рук. Нил видел, как Эндрю сдерживал себя, тот старался быть нежным и чувствовать это было невыносимо приятно, до боли в груди, до звёзд из глаз.       Оторвавшись от Нила, как от водопоя после засухи, Эндрю закрыл глаза, пытаясь успокоить бешенный пульс, вытесняющий напускное спокойствие. Он наклонил голову вниз и Нил умело этим воспользовался, проведя дорожку бабочек-поцелуев от скул к ушам, а затем на шею, осторожно выдыхая. Сильнейший приступ дрожи прошёлся по телу блондина, непонятные ругательства на немецком стали срываться с его губ, но вопреки этому и вопреки всем ворчаниям, Эндрю прижался ближе к ненасытным устам, безостановочно шепчущим заветное «Дрю...». Оставив несколько неслышных чмоков на плече через ткань футболки, Нил потянулся вперёд и уложил свой подбородок во впадинку между плечом и шеей, прижимаясь к мягким волосам. - Я так скучал, - просипел тот, находясь на грани слёз. - Ты идиот, - ровным голосом отозвался Эндрю, - всегда занимаешься бесполезной ерундой. - Ты – не ерунда. – Серьезно проговорил Нил, отталкиваясь руками от пола и садясь рядом с блондином. – Да или нет? - Да, придурок.       Ладони, осторожными движениями улеглись Эндрю на плечи и Нил снова впился в него всем своим телом, нуждаясь стать одним целым. Ему было так всего много и так недостаточно этого одновременно, что подступившей истерике Эндрю бы не удивился. - Как я оказался на диване? - Скорее почему ты уснул за столом. Двух комнат не хватило, чтобы определиться с кроватью? – Одноместная кровать явно стояла для декора, поэтому выбора не было изначально. - Это твой дом, - как что-то простое кинул Нил, а Эндрю пожалел, что из-за объятий не может закрыть своё лицо или ударить Джостена. - А это, - блондин боднул парня в голову, - твоя тупая бошка. Что в предложении «поезжай в наш дом один» ты не понял?       Нил молча пожал плечами, неосознанно усиливая хватку на плечах. Сейчас смотреть Миньярду в глаза не хотелось, как в целом и огребать за свою неловкость в новой квартире. - То есть ты спокойно вламывался в чужие пустые квартиры, чтобы выжить, взламывал замки и коды в спортзалах и прятал информацию в банковских ячейках, а взять еду из НАШЕГО холодильника и лечь в НАШУ кровать ты не мог? - Эндрю почувствовал очередное подёргивание плеч и сжимающееся тело рядом, прикусывая мочку уха под рыжими кудрями. – Ты не можешь спорить с тем фактом, что ты непроходимый тупица, который по необъяснимой причине слишком много думает.       Спустя пару минут исследований чужого уха Миньярд строго проговорил в него, заставив вздрогнуть парня от неожиданно громкого голоса. - Мы буквально миллионеры, пусть ты ещё даже не начал карьеру. Перестань создавать мне проблемы своими финансовыми закидонами. И я не буду кормить твоё потное тело и в этих грязных обносках, - а потом ущипнул Нила за бок, чтобы тот от него отлепился.       Нил глухо рассмеялся, теребя руками глаза и поднимаясь на ноги. - Это твоя одежда, - с вызовом поспорил он. - Это не отменяет того, что она грязная, - справедливо рассудил Эндрю. - Тогда мне нужна другая, и... полотенце.       Нил внезапно подумал о том, что в любой момент Эндрю может зайти в ванну, когда он там будет обнажённый. И хоть Эндрю абсолютно не привык нарушать чужие границы, да и голым Нила видел ни раз, но подобные мысли мешали проглотить появившуюся вязкую слюну. Порой рядом с Эндрю парень чувствовал себя подростком с буйными гормонами. Но это не были пошлые фантазии, скорее неловкие опасения, заставляющие краснеть.       Блондин пробуравил его грозным взглядом, хотя казалось начинал понимать причины странно замкнутого поведения парня. - Будешь задавать тупые вопросы - останешься голодным. – И отвернулся.       Постояв на месте ещё какое-то время Нил удалился в ванную, сделав вид, что поверил в угрозу. К счастью всё необходимое нашлось на привычных местах, чистое, пахнущее миньярдовской заботой.       Эндрю отошёл к окну и вдохнул поглубже. Конечно же вся еда стала противно холодной и её снова пришлось разогревать, зато монотонные действия привели голову в порядок. Ему есть совершенно не хотелось, он мечтал о кровати и забывчивом сне, но зная, что рядом под боком будет находиться рыжая заноза, планы срывались один за другим. Вернув все тарелки на места, сбоку послышался хлопок и повеяло горячем паром. Нил быстро освоился с душем, расслабился под струями воды, смывающими усталость трудной недели, и впопыхах натянул одежду. Объёмные шорты с футболкой не стесняли его движений, а запах сладкого стирального порошка успокаивал вновь разволновавшегося паренька. Джостен пытался уложить мокрые волосы хоть как-то, чтобы те не капали на спину и не лезли в глаза. Поняв, что ничего не получается, Нил стал искать фен и вот именного его на видном месте не оказалось. Заглянув даже в мусорку под раковиной, он тяжело вздохнул и направился к выходу, убеждаясь, что нет ничего сложного, чтобы просто задать вопрос.       Эндрю обернулся, осматривая с головы до ног чистого Джостена, что неловко переминался с ноги на ногу в дверном проёме. Мокрая рыжая макушка роняла на пол остывшие капли, а разгорячённое тело немного покраснело, особенно набухли старые шрамы на руках. Прокашлявшись, он невнятно что-то пробормотал, но в тишине квартиры его голос прозвучал слишком громко. - У тебя есть фен? Миньярд ненадолго залип. Такая степень неподкупного доверия, даже спустя долгую разлуку прожигала чувствительные окончания блондина. Нил был... красивым, привлекательным, домашним. Домашним... Молча он удалился в прихожую, под недоумённый взгляд голубых сапфиров, и скоро вернулся, бросая что-то на пол у стола, разворачивая стул в сторону рыжика. Затем, в той же заговорческой тишине, приблизился к Нилу, осторожно подталкивая в спину, и вынуждая его перейти в кухню. Джостен чувствовал себя немного потерянно, но с Эндрю так было всегда, тому легче совершить действие чем объясниться, поэтому Нил доверился своему чутью и молча следовал немым указаниям, подогревая собственный интерес. Позволив себя усадить, он тут же получил по ногам. Посмотрел вниз, но ничего не понял. Получил снова. Раздражённо вздохнув, он принял правила игры и опустил взгляд на ноги, под ним лежало что-то странное и лохматое. Нагнувшись и покрутив предметы в руках, Нил догадался, что это. - Это теперь так гостям предлагают тапочки? – Весело усмехнувшись, Нил натянул их, ощущая приятную мягкость и тепло. В ответ на это прилетел новый толчок, но уже по голове. Не трудно было догадаться, что это за «гостя».       Миньярд снова удалился, на этот раз в ванную, а вернулся уже с феном в руках. Нил не в первый раз подумал о том, что его парень волшебник. Позади со стола раздавались чудесные запахи, но обернуться он не успел, крепкая хватка прохладной руки врезалась в скулы, и направила лицо прямо, так, что Нил смотрел Эндрю в грудь. Смотрел не долго, прямо в глаза ему направили сильный поток воздуха, который стал блуждать по макушке, а грубые пальцы уверенно массировали кожу головы, перебирая прядки, перекидывая их то влево, то вправо. Через несколько минут Нил настолько расслабился, что стал немного покачиваться и проваливаться в сон, поэтому Эндрю продолжал время от времени бить его воздухом.       Когда волосы имели достаточно подсушенный вид, блондин ещё немного поковырялся в них, отмечая сверхмягкость, а потом переплёл несколько прядок замысловатым образом, соединяя в своеобразную косичку. Прекратив ощущать убаюкивающую стимуляцию Нил неохотно разлепил глаза, как раз в тот момент, когда его крутанули к столу. Сон как рукой сняло. Он сам не обратил внимание на то, как громко урчал его живот последние минуты, но увидев еду, чуть слюнями не поперхнулся. Но прежде чем разрешить начать трапезу, Эндрю заставил забывчивого спортсмена отнести телефон на зарядку, ворча на его легкомысленность. - Ещё раз увижу твои грёбанные удалённые сообщения, а потом огромные телеграммы, отправленные мне по ошибке, и к психологу я потащу тебя за шкирку. Чтобы выдали штраф за ношение мозга, такого неисправного. - Нил поперхнулся слюной. Ну надо же было быть таким не внимательным, чтобы все свои переживания, от которых он старался оградить Миньярда, высылать ему же чуть ли не еженедельно. Представлять себя голого под взором Эндрю было не так стыдно, как это. - Здесь только то, что ты должен был съесть в обед, а не играть в мученика. Остальная половина холодильника определена под ужин. Пока не съешь, не встанешь. – Совершенно спокойно продолжил Эндрю и принялся накладывать себе салат. Он ещё успеет промыть этому гению мозги. - Если ты думаешь, что меня это должно напугать, ты очень сильно ошибаешься. – Все свои комментарии по поводу сброшенного нервами веса Миньярд держал при себе, периодически подкладывая сметающему всё на своём пути рыжему проглоту мяса или гарнира. Со стола исчезали даже ненавистные Джостену овощи.       Почувствовав знакомую лёгкость, Ним смог ощутить голод, он желал поесть, а не впихивал в себя продукты по необходимости. - Возможно я поторопился, предлагая тебе переехать. – Задумчиво произнёс Эндрю, про себя ухмыляясь удивлённому личику Нила, с набитыми едой за щекам. – Я разорюсь прокармливать тебя.       Кажется, что-то в лице всё же его выдало, потому что Нил широко улыбнулся, начиная терять изо рта еду, а, немного прожевав, промычал что-то напоминающее «переживёшь».  Меню рассчитанное на ужин, конечно же, никто вытаскивать не стал, потому что на третьей порции добавки Нил сдулся. - Это просто восхитительно! Столовская стряпня, даже из основного меню, и в подмётки не годиться. Ты сам всё это сделал? – Глаза Нила загорелись неподдельным восторгом. Всё же он дико раздражал Миньярда. - Нет, всего лишь обокрал ресторан и заставил рабов страдать ради тебя любимого, - с издёвкой произнёс Эндрю, в то время, как его щёки покраснели от похвалы, а потом к ним присоединились ещё и кончики ушей, потому что блондин понял, что сказал. А ещё вспомнил, что рыжий придурок имеет привычку цепляться к каждому слову.       Нил глупо улыбался, но благоразумно молчал. - Кстати! Би с Ваймаком что-то тебе передали. - Нил покрутился в поисках своей сумки, пока её под столом не пнул Эндрю. Почти тут же перед блондинов появился пакет, из которого прежде всего было выужено письма, а затем несколько ароматических свечей, с теми запахами, которые быстро успокаивали на приёме у Би. Эндрю жаловался на ухудшение состояния и вот, ему передали то что нужно. Было бы, если бы Нил не приехал.       Рыжий не обращал внимание на этот странный подарок и собирал со стола посуду.       Сумерки за окном создавали внутри квартиры особенную атмосферу приятной интимности. Темнота закрывала их от лишних глаз, ничто не отвлекало, только они вдвоём, достаточно близко, чтобы чувствовать тепло друг друга.       Пока Джостен поглощал еду, а затем отнимал посуду с криками «это моё! не отдам!» и намывал её, Эндрю вставлял фразочки, которыми описывал соседей, потом местные магазины, а затем рассказал, как прошёл его день. Предложения из односложных и злобно сухих превращались в длинные, красочные, может быть даже по меркам Нила эмоциональные. С каждым всё длиннее и длиннее, а Нил подавлял улыбку как мог и старался концентрироваться на информации, а не на мурашках, от глубокого и приятного голоса старшего. Под конец самого долгого монолога за, пожалуй, целый год, если не больше, Эндрю почувствовал лёгкую охриплость и боль в горле. Он не собирался сдаваться, но Джостен стал чаще зевать и Миньярд очередным пинком отправил его на второй этаж, проверяя все замки на дверях и выключая повсюду свет.       Этот вечер был таким необычным. Эндрю впервые не ел на балконе, пользовался всей посудой, не курил и не смотрел на закат, рассуждая о чём угодно с самим собой. Вместо этого, он был полностью измотан Нилом, тот вытащил из него всё что мог, даже не смотря на него и не говоря с ним вслух, но внутри осталась уютная пустота. Без одиночества, без страхов, словно всё наконец-то вышло наружу и больше не мешалось внутри. А Нил просто был слишком счастлив, чтобы думать о чём-либо.       Рыжий замялся у входа в комнату. На кровати всё в том же положении спала Пушистик, а в обстановке что-то немного изменилось, стало будто чуть больше места, или уюта с приходом Миньярда прибавилось, сложно было понять. Чего действительно не мог взять в толк парень, так это наличие коробок именно здесь. Была целая свободная комната, но блондин всё спихнул сюда. Внезапный тычок в спину протолкнул Нила внутрь. Он потёр ушибленное место и злобно оглянулся на Миньярда, который со спокойной миной зашёл, задёрнул шторы и одним взмахом перенёс кошку на мягкую подстилку в углу. На этом моменте Нил вдруг подумал, не так ли всего пару часов назад Эндрю и его перетаскивал на диван? У вратаря были очень сильные руки, должно быть для него Нил сущий пустяк. Джостен не был слабаком, он делал в зале жим в вес Эндрю, а то и больше, при желании и он мог закинуть парня на плечо, но... Мускулатура Миньярда всё равно гипнотизировала своей мощью и одновременно с тем аккуратностью, нежностью и заботой.       Внезапно в лицо прилетела подушка. - Ты отомрёшь хоть на секунду? Куда не пойдёшь, стоишь как вкопанный. Спать тоже стоя будешь?       Эндрю прекрасно понимал состоянии Нила, даже больше, он его уже наблюдал весь первый год после появления придурковатого чуда. Он мог загонять Нила по дому, чтобы у того не оставалось времени на всякую чушь, но уж очень хотелось, чтобы в это состояние он пришёл сам. Но не сегодня, Миньярд слишком устал. - Почему коробки стоят тут? – Внезапно ошарашил его Джостен. - Чтобы потом не таскать их из комнаты в комнату, - уж точно не потому что я тоже скучал, идиот, подумал Эндрю, закатывая глаза. - Ясно. – Нил снова застыл. – Ты уверен, что это хорошая идея? -Что конкретно? – Блондин присел на кровать, откидывая одеяло. - Эм... Ну ты и я, в одной кровати? – На лице рыжего появилась неуверенностью -Это нет? - Не нет, если это да от тебя, - парировал Нил. Эндрю долго смотрел перед собой. - Ты можешь не ломать мой мозг? Просто ляг или убирайся вниз.       Старший стал показательно готовиться ко сну, принимая удобное положение, оставляя перед собой достаточно место ещё для двух Нилов. Наблюдать за чёткими действиями Эндрю, за его уверенной грацией, видимо врождённой, было приятно, рыжий невольно залюбовался. Он подошёл ближе и сел на самый край, глядя прямо в карие глаза, что из-за освещения казалось отливали в чёрный. Миньярд подложил руку под голову. Он прислушался к себе, принимая нелёгкое решение. Он очень хотел, чтобы Нил никуда не уходил, но снова пнуть его в живот тоже не хотел. - Держи своё тело на той половине и ночь будет безопасной, - устало сообщил блондин и закрыл глаза. Всё хорошо, он рядом, теперь всё будет лучше, чем раньше, Нил не сделает ему больно. - Конечно. Тренер сказал не обижать тебя, - он ещё и издевается.       Миньярд злобно сверкнул огоньками из глаз и немного грубо притянул Нила на центр кровати, выбивая крепкими объятиями весь воздух из лёгких, а ногами заплетая узлы на чужих ступнях. С разрешения он ворвался в чужой приоткрытый рот с остервенением, немного пробегаясь кончиками пальцев по твёрдому прессу, а после кивка забрался рукой под футболку, пересчитывая заученные шрамы, радуясь тому, что не нашёл там новых. - У тебя нервный срыв, - довольно констатировал Нил, на что Эндрю прикусил его губу и Нил замолк.       Быстрые и дёрганные поглаживания стали плавными, резкая вспышка страсти притупилась общей усталостью и блондин, успокоившись, отстранился, шумно укладываясь. - Ещё слово и завтра ты без завтрака, самодовольный ублюдок. – Миньярд не смотрел на парня, но доля удовлетворения за этими словами точно скрывалась. - Одно из самых громких твоих признаний. – Раскрепостившись настолько, чтобы свободно улечься, Джостен расположил одну руку между подушками, ладонью вверх. И Миньярд с удовольствием впился в неё ногтями, выдавливая из рыжего недовольное шипение. – И вообще, раз уж на то пошло, я тоже хочу установить кое-какие правила НАШЕГО дома. - Например? – Вопрос потерялся в зевке, бледные веки уже смежились и Эндрю кажется не выдерживал больше этот день. - Я запрещаю выгонять людей из этого дома без завтрака. Не думаю, что МЫ пустим сюда нежелательных гостей, так что... - Я не пущу, это мой дом, забудь всю ту разумную хрень, что я говорил. Ты ужасен, я ненавижу тебя, ты просто невыносим. - Я знаю. – Нил наблюдал, как напряжённые плечи старшего опускаются, хватка на руке ослабевает, а дыхание выравнивается. Несколько резких подёргиваний и тишина, перебиваемая тихими хрипами и лёгкими судорогами. Эндрю уснул. Впервые за столько времени Джостен не воображал тепло чужого тела, чувствовал его всем своим существом. Он, держа за руку весь смысл своей жизни, боясь оказаться во сне.       Переживания прошлых недель стали глупыми, как рыжий и предполагал. Необъяснимая хандра растворилась в наступившей ночи, на смену голоду пришёл зверский аппетит, давящая трагичная грусть по прошедшим годам превратилась в тёплую ностальгию, с едва заметной печалью на дне, а переезд казалось уже завершился. Он лежит в одной кроватью с великолепным Эндрю Миньярдом, который стал его опорой и поддержкой, и не собирался его придавать ни при каких обстоятельствах. Он стал его домом, поэтому внешняя оболочка квартиры вместе с ним приобрела значимые характерные черты, будто рыжий не приехал сюда утром, а просто ненадолго отлучился и вот вновь вернулся.       Эндрю мог отрицать, но Нил чувствовал непривычно многое из того, что блондин раньше прятал ото всех. Он ощущал бесконечную любовь, которая росла с каждой секундой, не оставляя вредному вратарю и шанса.       Тело рядом резко встрепенулось и Нил испугался, что мог сильнее надавить и не заметить. Сонная блондинистая макушка оторвалась от кровати, а рука сжала чужую ладонь сильнее. - Как ты добрался из аэропорта? – Привычный тон и связная речь, не вязались со слипшимися глазами и дезориентацией. Будто блондин вспомнил что-то, не девающее ему покоя весь день. - Автостопом? - Я же передал тебе деньги на такси. Почему? Тебя никто не тронул? – Уже не работающий разум осознал проблему и причислил её к огромному багажу Джостена, с которым нужно было работать. Смешно сморщенные брови встретились друг с другом, а злобному возмущению не было предела. Джостен мог бы пристыдиться от этого взгляда, но только не при таких условиях. - Меня никто не тронул, засыпай. - Заткнись. - За ним, как за ребёнком, глаз да глаз. Переживания напрасными не были.       Миньярд выпутал свою руку и стукнул ей Нила по голове, жестко притягивая к своей груди, чуть ли не утыкая рыжего в неё. Стараясь не смеяться слишком громко по поводу нарушенного правила о частях кровати, Нил стал погружаться в сон, уже зная, что завтра блондин проснётся раньше. Они снова будут бесконечно долго смотреть друг на друга, возможно поцелуются. Эндрю сделает очередной восхитительный завтрак, а потом они разберут его вещи. И уже к следующему вечеру квартира наполниться глупыми фотографиями, приспособлением для экси, статуэтками и медалями, которые Нил вытащит ото всюду. Меньше чем через неделю Джостен почти спалит всю квартиру до тла, пытаясь устроить Эндрю романтик, а через месяц начнёт откладывать около дивана носки, помечая территорию, чему Миньярд рад не будет. С началом сезона начнётся короткое, но грандиозное противостояние Миньярд-Джостен. Первые неловкие потуги Нила в полноценный секс, и множество совместно пережитых панических атак и кошмаров. Ужасные пробы Эндрю в нежности, и подколы Нила по этому поводу. Потом Нил обязательно найдёт способ сбегать с тренировок, чтобы приглашать Эндрю в каждую кофейню в округе и поощрять просто за то, что он есть. Первые несколько раз Миньярд его бил прямо при людях. А уже совсем скоро они вышли на очередную тренировку вместе, в одной форме, высмеивая друг друга за её жуткий цвет.       Всё это будет потом, спустя часы и сутки непрерывной совместной работы над бытом и друг другом, незначительные ссоры, дни, проведённые в объятиях и поцелуи до беспамятства. А начнётся это через несколько часов, когда, разглядывая бесящую морщину на веснушчатом лице, Эндрю громко прохрипит. - Как же у тебя воняет изо рта, Джостен.