Последние галлюцинации

Дождливый, мрачный день. За окном тихо висели тёмные тучи, тем самым давив на настроение. Работать не хотелось совсем, но что не сделаешь ради любимого Дост-куна. Николай обещал ему, что выполнит всю работу в срок. На данный момент Достоевский отсутствовал в штабе. Он был на задании. И очень жаль, что его не было в нужный момент. Перебирая всякие нудные, по мнению Гоголя бумажки он заметил очень знакомое имя. По бледному телу пробежали сотни мурашек. Стало до жути страшно. Навалился страх. «Василий Афанасьевич Гоголь. Дело №Y.» «Что это такое? Откуда это здесь...» Он истерически улыбнулся. Откуда тут информация о его отце? Особенно о его ужасной смерти. *** Погода как всегда дождливая. Любимый Питер, что скажешь. Входная дверь заскрипела. От туда буквально чуть не упал мужчина в возрасте, явно в не трезвом состоянии. Все живые души тут же замолчали. В доме повисло напряжение. —Иш ты, припёрся он! Где ты только нажраться успел! Начался ор на весь дом. —Да что ты себе позволяешь, свинота пьяная! Удар. Сильный. Послышался женский всхлип, который со временем начал превращаться в крик. Страх окутывал Николая от головы до ног, но нельзя было так сидеть. Он вышел из комнаты, весь заплаканный. Ужасная картина, которая потом въелась ему, и преследует по сей день. Избитая мать пряталась в углу и прикрывалась руками и пьяный отец, который замахивался на неё молотком. Глаза округлились, всё тело начало дрожать. Он схватил нож, который лежал на кухонном столе, и воткнул его в спину отца. Брызнула кровь. Белая кофта забрысгалась. Отец обернулся на него, и тут же упал. —Вася... Васенька! Мать бросилась к телу. Он не дышал. Николай медленно опустился на пол, захлёбываясь в истерическом смехе. Он убил его, отца. Родного отца. В итоге мать взяла вину на себя, и её посадили на длительный срок. Но вскоре она не выдержала всех условий и мук. Она покончила жизнь самоубийством. *** Николай резко начал захлёбываться в смехе и слезах. —Коля! Коленька, сынок... Он обернулся и увидел мать с отцом. Счастивых и радостных, будто нечего и не было. —А пойдём с нами... Тут хорошо.. Опять галлюцинации. По телу пробежала дрожь. Николай стал искать на ощупь телефон, дабы позвонить Достоевскому. Он нашёл его, валялся он как раз рядом с документами отца. Гудок. ... —Номер не отвечает, перезвоните чуть поз- Женщине не дали договорить. —Коля, как ты не понимаешь, ты ему не нужен! Ты нужен нам! Пройдём к нам! Отец протянул руку. —Нет, нет, нет! Вы врёте! Он любит меня! Отстаньте от меня! Он в истерике отполз от них. —Коля, послушай папеньку... Мы ждём тебя! Неужели ты не хочешь той свободы, о которой ты так твердил... Мысли резко начали путаться. Началась паранойя. «А вдруг они правы?.. А если Фёдор больше не придёт... » —Х-хорошо... Только дайте письмо написать... Женщина усмехнулась. —Коля, ты очень наивен. Он бросил тебя! Николай просто не стал слушать. «Дорогой Дос-кун! Ты не представишь что со мной случилось! Сегодня ко мне пришли родители! Они навестили меня! Они зовут меня пойти с ними... Я решился! Вообщем я скорее всего уйду. Но ты не переживай, я обязательно буду навешать тебя! Я всегда буду с тобой, только если ты этого пожелаешь... Ладно, мне пора, они у меня не любят ждать. С огромной любовью к Фёдору Достоевскому! Живи в любви и в счастье, прощай, мой любимый Феденька.» В конце Гоголь нарисовал маленькое сердечко и рядом была птица. Он оставил на столе записку. —Ты всё? Пошли! Николай подошёл к окну, где стояли родители. Они исчезли. Штаб, а то есть квартира находилась вполне на высоком этаже. Он открыл окно. Внизу было много машин. Резко пошёл сильный ливень. «Коля, давай, прыгай!» Всё говорил голос в голове. «Коля, ты же хочешь к родителям? Всё будет как раньше! Вы будете снова счастливой семьёй!» Появилось ощущение, будто это сон, нечего такого не будет. Ноги резко подкосились. Тело само упало вниз. Сердце билось как сумасшедшее. Но было хорошо.. Он наконец смогу ощутить эту свободу птиц. Но во время полёта до него дошло, что это не сон. Это вполне реальность. Стало до жутт обидно и страшно. Он бросил Дос-куна. *** —Коля, открывай дверь! Коля! Достоевский колотил дверь, паралельно дёргая ручку. Коля не открывал. Фёдор в конечном итоге выбил дверь. —Коля, что произошло? Мне Сигма звонил, говорил что ты здесь кричал на весь шта- Он не успел договорить, как увидел картину: С открытого окна лился дождь, тем самым замочив весь пол, и не только. Было холодно. А на рабочем столике лежала бумажка...