река наших чувств

в деревне хорошо. особенно жарким летом, после изнуряющих контрольных и остальных капканов, поставленных системой образования. ты можешь спать до обеда. любоваться красивыми видами простирающихся полей. покупать дешёвые сладости в деревенском магазине. вечером, когда ты помог бабушке с дедушкой загнать весь скот из стада в загоны, наслаждаться видом красного заката. а после того, как все коровы уйдут с деревенских дорог, кататься с соседским другом на велосипедах. когда пойдёт дождь выйти на крыльцо и дышать свежим, прохладным воздухом, а после выйти и танцевать под холодными каплями летнего дождя. в деревне свободно, там ты дышишь. сынмин любил это время. здесь он чувствует себя собой. тебя мало, кто знает, ведь приезжаешь только два раза в году. а так же можно общаться с соседским пацаном — хенджином. живут они в одном городе, откуда приезжают сюда, но там они не пересекаются, а здесь не разлей вода. разница не большая, всего год, им интересно друг с другом. есть о чем поболтать, да и просто пошариться по лесам и заброшенным избам. лёгкая серая футболка с длинным рукавом скрывает худощавое тело, что так не нравится бабушке мина, а в кармане спортивок лежит телефон, с подключенными к нему проводными наушниками. уже вечерело. скоро должен быть закат. инди-рок в наушниках вписывается в атмосферу дня. жаркий июньский день, что радовал солнечной погодой. чьи-то собаки взъелись на прохожих, вот кони пасутся. костяшки пару раз ударяются о старую деревянную калитку, привлекая внимание. –о, ты уже пришёл, — хван подошёл к калитке, поправляя на плечах клетчтую рубашку поверх футболки и растягивая тонкие губы в ещё более тонкую полоску, уголками к верху, — куда пойдём? –пошли на дальнюю речку, — наушники были спрятаны в карман. парни любили это место. мелкая речка с холодной водой и красивыми камушками. если пройти через дебри кустов, то попадёшь на разветвление этой речки, там ещё красивей. небольшой лес, островок с теплым песком и огромными камнями, а вокруг холмы. всю дорогу до их места они рассказывали друг другу про школу, про друзей и про увлечения. выяснилось, что мин жить не может без музыки и наушников, а джин без рисования. у младшего с друзьями все не так хорошо, как у хена, общение ему не даётся. вот только человек в клетчатой рубахе рядом действительно разговаривает с ним, с интересом поддерживая диалог и не отталкивает его. парни пришли к речке и сели на уже прохладную землю. напротив них — огромный холм, а из-за него выглядывает красное солнце, подсвечивающее цветы и траву. где-то квакали лягушки, пили телята и летали бабочки. умиротворение. –знаешь, мне кажется, я никому не нужен, — тихий голос кима прерывает стрекотание кузнечиков. они часто говорили по душам. он знал, что ему можно доверить такое. иногда сынмину кажется, что он неправильно любит джина. они друзья. к тому же парни. они не должны так говорить по душам, он не должен о нем думать и беспокоится, он не должен его обнимать. он не должен. но делает. взгляд устремляется на холм, а точнее просто пусто на него пялится. –с чего ты это решил? — нет насмешки в этом голосе. только желание узнать и помочь. –ну, понимаешь, — он замялся, — у меня нет друзей, кроме тебя; я ничем не увлекаюсь, из-за этого я не интересен людям; я не привлекателен внешне; часто получаю оскорбления и многое другое, — минни теребит рукав своей кофты, а лучи солнца ласкают его лицо, — я, как эта речка, понимаешь, просто теку по тому пути, который уже есть, подстраиваюсь под те берега, которые мне выстроили, и меня ненавидят, ведь река — это опасно, можно утонуть или повредить себе что-то, меня так же остерегаются. а хенджин понимает. понимает и хочет помочь. вроде год разницы, а чувствуешь ответственность за младшего. в нем нуждаются. сынмина уносит по течению реки жизни. –минни, послушай меня, пожалуйста, — хен берет его за руку, пока ким вытирает солёные капли из глаз, — ты действительно, как река. только реки сами пробивают себе путь и сами определяют, где у них будет берег, если они захотят, то они их снесут. в тебе действительно можно утонуть, понимаешь, у тебя такая интересная точка зрения на многие аспекты жизни, ты затягиваешь на дно своего сознания, рассказывая свои мысли. ты такой же открытый как река, ты рассказываешь все, что думаешь и это так ахриненно, понимаешь, — сынмин смотрит, не моргая, и вникая в то, как о нем говорят, — ты, как река, следуешь по течению жизни, но задаёшь ей свои рамки, если что-то мешает тебе течь. ты сильный, как река. иногда думаешь, а где же начинается река? а она начинается вот тут, — хван указывает пальцем, в область сердца на чужой груди, — тебя интересно узнавать, а все идёт именно с этого начала, я не знаю, как остальным людям, но ты действительно интересен мне. на фоне яркого заката и появляющейся луны их губы соприкасаются в невесомом поцелуе. большие пальцы хенджина стирают солёные дорожки на щеках. и только их остатки красиво блестят на белоснежной коже. парни встают и отряхиваются, берутся за руки и идут вдоль длинного берега. где-то достают палки и рубят кусты крапивы, как в старые добрые. как когда-то, в первую встречу, в десять и одиннадцать лет. тогда было все по-другому… следом они решают снять обувь с носками и побродить по холодной воде. крупные камни приятно упираются в ноги, расслабляя, а парни брызгаются, как дети малые. длинноватые волосы младшего намокают и с кончиков капает вода, а футболки покрываются мокрыми пятнами, как и штаны. им слишком хорошо с собой и друг с другом. впервые за год сынмин чувствует спокойствие. вновь сцепившись за руки они идут обратно. солнце почти зашло за горизонт. а в ушах по одному наушнику и старший наслаждается музыкальным вкусом уже, кажется, своего парня. –во-о-оу, братан, а че это мы в пидоры заделались? — им навстречу идёт какой-то быдловатый друг джина, явно недовольный тем, что его «братан» держится с парнем за руку и спокойно так идёт. –ой, минхо, мне тебя в пидорстве не обогнать никогда, это просто задание в «правда или действие», две недели так ходить с кимом, — врет, как дышит, а сынмо усмехается, тому, как быстро хван нашёл отговорку этому, да ещё и такую, чтоб поверили и можно будет все время их прибывание здесь ходить за руки. –ну смотри мне, — он прищуривает глаза, оглядывая их двоих, — но ким точно пидор, отвечаю, так что не заразись. –не верь, нормальный ты, — когда посторонние уходят своей дорогой шепчет хенджин. –уверен? — он поднимает взгляд на него, поправляет длинные, мокрые волосы и крепче сжимает чужую руку, усмехаясь. сквозь тонкую подошву кед чувствуется каждый камешек, коих очень много, но это даже приятно. вскоре они видят знакомые дома и сворачивают к калитке семьи хвана. –люблю тебя, — тихий шёпот разбирает только хен и улыбается. сынмин прижимается к чужой груди, обнимая и ощущает ответные объятия. –и я тебя, спокойной ночи, — внезапно мин вспомнил об одном важном упущении, — можешь дать свой номер телефона? обмен номерами произошёл успешно и с чувством полного умиротворения сынмин идёт к себе, предвкушая следующие две недели. все же, деревни — это прекрасно.