Встретимся в сезон дождей

      Кое-как раскрыв глаза, Вэй Ин застонал от боли. Вместо слов из горла вырвался хрип и кашель, что заставило незнакомого заклинателю человека подойти к нему. — Молодой господин Вэй, вам лучше не шевелиться и не говорить, — говорит он, укладывая влажную тряпку ему на лоб. — С такими ранами вам следует больше спать.       Проморгавшись, Вэй Усянь мутным взглядом обвёл комнату, про себя отмечая, что он не на горе в своей пещере. Это место было ему абсолютно не знакомым. Что он здесь делает и как тут оказался? — Молодой господин, вам нужно выпить это, — очень тихо говорит он, приподнимая голову Старейшины и подставляя к его губам чарку с отваром.       Рвано выдохнув, заклинатель медленно выпил отвратительную бурду, что была похожа на ту, которой когда-то его поила Вэнь Цин. От воспоминаний о остатках клана Вэнь, раны вновь заныли, волнами судорог проходясь по всему телу. Стиснув зубы покрепче, Старейшина Илин нахмурился и с тихим выдохом лег обратно. Он все ещё не понимал, что он здесь делает, как долго он в этом месте и с какой целью его спасли. Вэй Ин конечно мог бы спросить этого мирного человека, что так заботливо залечивает его раны, но что-то подсказывало ему, что он не ответит. Или ответит, но уклончиво. Вариантов у заклинателя не было особо, поэтому кое-как повернув голову к незнакомцу, он медленно выдохнул и открыл рот, начиная говорить. — Где я? — голос звучал очень сипло, будто он очень серьёзно болен или у него повреждены голосовые связки. — Как долго я здесь? — Молодой господин, — вздохнул человек, поправляя рукав своих одежд. — Вы находитесь в доме блаженства уже третий день. Я думал, что вы проспите от недели и больше, но вы слишком упрямы и даже такие серьёзные раны вам не помеха. — Как я оказался тут? — Градоначальник Хуа принёс вас сюда, наказав мне позаботиться о вас. А сейчас, господин Вэй, отдыхайте. — Градоначальник Хуа? — подумал Вэй Ин       Сознание постепенно покидало его, а сам он погружался в вакуум и спокойствие. Похоже в отваре были успокоительные травы, которые помогли ему расслабиться и его начало клонить в сон. Ругаться на доброго молодого человека сил не было, поэтому он просто провалился в темноту.

***

      Открыв глаза повторно, Вэй Усянь уставился на бабочку, которая спокойно сидела у него на носу и расслабленно слегка двигала крыльями. Превозмогая боль, он поднял одну руку и пересадил бабочку себе на палец, мягко улыбаясь ей. Но не прошло и минуты, как она рассыпалась на мелкие частицы, а дверь в комнату открылась. Переведя взгляд на пришедшего, Вэй Ин улыбнулся и попытался встать, но боль пробила его тело с новой силой из-за чего темный культиватор скривился и со стоном откинулся назад на подушку. — А-Ин, — Хуа Чэн буквально подлетел к постели, укладывая ладонь на его перебинтованную грудь. — Прошу, не вставай. — Сань Лан, — прохрипел Вэй Усянь, кладя свою руку поверх его, сжимая.       Хуа Чэн улыбнулся ему, присаживаясь на край постели. — Я здесь, — ответил Непревзойденный культиватору. — Как самочувствие? Хотя нет смысла спрашивать, я и так всё вижу. — пристыженно вздыхает он.       Вымученно усмехнувшись, Старейшина смотрит на него, чем смущает Князя демонов. Его серые глаза настолько сильно переполнены нежностью, что Хуа Чэну стало стыдно и неловко. Опустив лицо вниз, он пытается вывернуть руку из хватки, но темный магистр не позволяет ему этого, сжимая её сильнее. — Я рад видеть тебя снова, — шепчет Вэй Ин.       Они давно не виделись, из-за чего владельцу Призрачного города ещё больше стыдно. В его владениях разбушевался Ци Жун, поэтому в самый неподходящий момент ему пришлось оставить Старейшину Илин одного в Курганах и к чему это привело? Вэй Усянь едва не умер от рук собственных мертвецов, которые обернулись против него. Он пришёл поздно. Однако Хуа Чэн всё же успел унести ещё живого, но серьёзно раненного Вэй Ина, пока никто не видел. Это его вина, это он не защитил его, снова. — Ну что за взгляд, Гэгэ, — слабо рассмеялся Старейшина.       Неловко улыбнувшись Хуа Чэн свободной рукой погладил его по щеке. Вэй Усянь, подобно коту, приластился к его ладони, прикрывая усталые глаза. Нежная улыбка сама собой вырисовалась на его губах, что побудило Непревзойденного отвести взгляд в сторону. Он был не достоин этой улыбки. Он снова облажался. — А-Ин, — тихо зовёт он заклинателя. — М? — Ты сам натравил на себя мертвецов или они вышли из-под контроля?       Это было важно для Князя демонов. Вэй Усянь был гением и потерять контроль просто так по собственной глупости не мог, он знал это как никто другой. Отведенный взгляд культиватора сказал сам за себя, из-за чего его мертвое сердце болезненно сжалось. Судорожно выдохнув, темный заклинатель отпустил руку градоначальника и положил обе ладони ему на щёки, притягивая ближе. От этого контакта его пробила дрожь. Ему было противно, что такой человек, как Вэй Ин трогает что-то настолько грязное как он. — Сань Лан, — серьёзным тоном заговорил Старейшина, игнорируя боль в горле и свой хрипящий голос. — Это сейчас не важно. Важно то, что я жив. И другие заклинатели в целости и сохранности. Нет смысла порицать то, что сделано, понимаешь?       Хуа Чэн не ответил, продолжая смотреть на серьезное лицо молодого мужчины, поджимая губы сильнее. Качнув головой, Вэй Усянь прикрыл глаза и переложив руки на плечи демона, сел, игнорируя острую боль. Непревзойденный не успел возмутиться как оказался прижат к чужой теплой груди. Нежные руки поглаживали его по волосам и спине в успокаивающей манере, из-за чего все напряжение, которое сковало всё тело, покинуло его. Культиватор оставил легкий, едва ощутимый поцелуй на его макушке, после чего зарылся носом в мягкие волосы градоначальника. Стараясь скрыть смущение Хуа Чэн уткнулся лицом ему в шею, вызывая нежный смех из груди заклинателя. — Этот мир недостоин тебя, — мысленно изрекает Непревзойденный. — Никто не достоин...