Багровые небеса

      Ребро все ещё болело – видать, всё же он его сломал, судя по тому, как трудно ему дышать и двигать руку. Хорошо, что это временно – завтра всё пройдет благодаря его способности. Он оборотень, у которого ещё и ускоренная регенерация. Если перетянуть грудь давящей повязкой, то кость срастётся за ночь.       Арчи закрыл холодильник и подошёл к Эсми, передав ей одну из бутылок пива. Он знал, что с Эсми спорить – это пустая трата времени, поэтому он добровольно отдал себя на лечение.       – Слушай, я думаю, врата Ада не могли открыться сами по себе. Они с той стороны не открываются. Значит, был кто-то, кто открыл с нашей стороны, – начал он разговор, присев рядом с Джонс, открывая пиво и делая пару глотков, в то время как она готовилась к процедуре. После того, как закончила раскладывать рядом с собой предметы, девушка тоже сделала пару глотков, во рту тут же появился слегка горьковатый привкус. Арчи сел перед ней. Джонс сняла его футболку и на секунду засмотрелась на его накаченное тело, но быстро отогнала невольно появившиеся мыли. Смочив ватку перекисью, Эсми принялась обрабатывать раны. Сначала те, которые были на боку в районе ребер, а потом уже перешла к лицу и руке. Девушка пыталась обрабатывать аккуратно, как можно меньше причиняя дискомфорт другу.       – Хм... Чëрт, не понимаю, у кого могло хватить опыта и мужества открыть врата? – начал парень, но почувствовав жжение на ране, поморщился, из-за чего у него дëрнулись уголки губ, оголяя клыки. – Я слышал разговор охотников на счет одной книги – Аль-Азир. Говорят, что она всему виной: в ней есть обряд для того, чтобы открыть врата.       – Терпи, Арчи. Ты уже взрослый. – Эсми улыбнулась, но уже через секунду вернулось серьëзное выражение лица. Она внимательно слушала его, больше не перебивая. Эс взяла повязку и начала обматывать его грудь. Они многое узнали о первой помощи, когда начался апокалипсис, но ради саморазвития девушка прочитала пару медицинских книг и видела, как однажды с одним парнем проделывали ту же процедуру. Она волновалась, что не сможет правильно наложить давящую повязку, но у неё все получилось.       После того, как девушка закончила с обработкой ран лиса, она передала ему аптечку. Сама же сняла с себя жилет, а ворот кофты спустила, открывая на обзор раны на шее и плече.       Арчи устроился удобнее напротив неë и убрал пиво в сторону. Парень стал так же аккуратно обрабатывать еë раны.       – Мы могли бы еë найти и попытаться закрыть эти грёбаные врата, – предложил Арчи, проводя ватой с перекисью по ключице Эс, едва касаясь, нежно, без желания причинить боль.       – И где еë искать? Есть хоть какие-то зацепки о еë местонахождении? – было бы великолепно, если бы они смогли закрыть врата. Тогда сражаться стало бы куда проще, но вот только где искать эту книгу? Эсми взяла свою бутылку с пивом и сделала несколько глотков, пока парень обрабатывал раны. Его пальцы иногда задевали ее кожу, и от этих прикосновений по телу пробежали мурашки. Она покусывала свои губы, терпя жжение от слишком долгого прикосновения ватки к ране. Но спустя несколько секунд парень задумчиво нахмурился, и его взгляд замер на ее ключице. Он посмотрел на неё влюбленным взглядом.       – Эсми... – начал он не очень уверенно. – Я давно хотел тебе это сказать... – вздохнув Арчи, убрал руку и бросил вату в коробку для мусора с остальным остатками ваты и бинтов.       В комнате повисла тишина.       – Арч...Что ты хотел сказать? – отозвалась Эс, после чего поставила бутылку на стол и снова посмотрела на Арчи.       – Я хотел сказать, что люблю тебя, – выдохнул парень. Их взгляды встретились. В еë карих глазах отражался его образ. Арчи осторожно коснулся шеи девушки, и, словно боясь напугать, притянул к себе. Их губы встретились в нежном поцелуе.       «Я люблю тебя» – эхом отозвалось в еë голове. Она смотрела на него, затаив дыхание. Он был ей очень дорог. Дороже всех на свете, но ей всегда не везло в отношениях. К тому же сейчас апокалипсис – не самое подходящее время для этого всего. Но с другой стороны... Если не сейчас, то когда? Любой из них может погибнуть... Они оба могут, но если от этого и будет больно, то останутся приятные воспоминания.       Он ещё раз нежно коснулся еë губ, которые тут же приоткрылись навстречу. Эсми отвечала на поцелуй осторожно, будто боялась разрушить столь нежный момент. Она прикрыла свои карие глазки.       «Он любит меня» – это всё, о чём могла сейчас она думать.