Заметь меня, ботан

Очако серьёзно впечатляло количество времени, которое потребовалось Изуку, чтобы задать ей этот вопрос. "Этот" в данном случае — внезапная потребность Бакуго носить как можно меньше одежды. Очако сама обратила внимание на происходящее достаточно быстро. Лично она не тратила время на разглядывание парней в классе (алло, существовала Мина), но многие другие девочки не стеснялись. И вот они-то брали максимум от недавно проявившейся у Бакуго аллергии на футболки. Подкатывать к нему всегда было занятием небезопасным, так что девушки класса 3-А на этот момент даже не думали в эту сторону. Бакуго интересовали драки, победы и то, кто оставил грязную посуду на общей кухне общежития. На этом всё. У их класса и так была сомнительная репутация… Так или иначе, у самого Бакуго репутация была еще хуже, и в основном его не трогали. По крайней мере, раньше. А всё из-за того, что когда он задался целью стать мужской версией Полуночи, он умудрился привлечь достаточно людей, чтобы класс 3-А снова стал рассадником любовных признаний. Обычно проблема была в Тодороки. Однако видимо сияние полуголого Бакуго каким-то образом затмевало его поганый характер. Теперь драма разворачивалась так часто, что Очако уже не могла переживать на эту тему. Ну честно, если кто-то достаточно свихнулся, чтобы признаться в любви Бакуго, этот человек заслуживал неизбежных последствий. Очако не могла сочувствовать всем вокруг. Единственное, что её хоть немного волновало в шести кубиках пресса Бакуго (или восьми? Это была целая тема для обсуждения отдельных групп людей), так это то, насколько часто её утро теперь портил чей-то плач за дверями кабинета, который раздавался прямо перед тем, как в класс мрачно заходил Бакуго. На это ей было в основном плевать. Совсем другое дело — Изуку. Изуку, который сидел, завернувшись в её плед и чуть ли не плакал. Поэтому у Очако не оставалось выбора, кроме как все-таки уделить время на такую ерунду, как тело Бакуго. — Всё дело в том, что у него такой пресс, — прохныкал Изуку, ворочаясь в её кровати. Она заправила кровать где-то с полчаса назад, а та уже выглядела как воронье гнездо. Значит, Изуку был её крошечным птенцом. И она о нём позаботится. Маме-вороне Очако просто надо скормить своему птенчику пару горьких истин. — Как и у тебя, — вздохнула Очако. У Бакуго был стандартный пресс любого качка, который хотел пойти путём героя. — Ничего необычного. — Ничего необычного? — возразил Изуку, поворачиваясь снова к ней и пронзая её взглядом зелёных глаз. — Это меня убивает! Ты представляешь, как тяжело не обращать на это внимания? Очако, я умираю. Я точно умру. — Изуку, ты слишком драматизируешь. — Нет, ты не понимаешь! Каччан заметит, как я на него пялюсь, и убьёт меня! Он сунет пальцы мне в глазницы и взорвёт мой пошлый мозг, и причём я это заслужу, потому что я просто не могу. Перестать. Смотреть. На его грудные мышцы. Почему они такие большие? Он в курсе, что с ними делает его костюм? — отлично, теперь на глазах Изуку действительно выступили слезы. Очако пододвинулась поближе к нему и призвала на помощь всё своё терпение. — Слушай, ему наверняка пофиг. Он же всё время без футболки, я уверена, что он в курсе, как десятки людей на него пялятся. — Но со мной совсем другое дело, — Изуку всхлипнул, собирая одеяло в комок и сжимая его в объятьях. — Я надеялся, что мы наконец-то становимся друзьями! Я так долго этого ждал, а теперь я всё испорчу, потому что я не могу удержать себя в руках. Я хуже всех и я себя ненавижу. — Ну брось, Изуку, — Очако обняла его. — Если он не захочет с тобой дружить из-за такой мелочи, он того не стоит, понятно? — Он всегда того стоит. — Тут я с тобой категорически не согласна, но понимаю, — Очако захихикала, — Слушай, ну всё же не так плохо. Вроде он раздевается, только когда тренируется? Можно избегать его в раздевалке. — Очако, ты не понимаешь. Я с нетерпением жду уроков, потому что на них ему приходится сидеть в униформе. Если я и вижу его в футболке, то только когда он её снимает, а это ещё хуже! — Эм… — Каждый раз, — давился слезами Изуку, — с самого начала года! Он что, больше вообще не носит одежду?! — Геройский костюм Киришимы тоже в основном оставляет всё на обозрение, а он более накаченный, чем Сучкуго, — Очако сама не понимала, что именно она хочет этим сказать, разве что Бакуго просто начинает вписываться в многочисленные ряды откровенно одетых героев-мужчин. Да даже Всемогущий носил обтягивающий костюм, оставляющий безжалостно мало простора фантазии. Очако оставалось лишь благодарить всех богов, что геройский костюм Бакуго включал в себя мешковатые штаны, потому что если бы ей пришлось слушать, как Изуку рыдает на тему его задницы, она бы с удовольствием отправила себя прямо в стратосферу. Навечно. — Вчера он пришёл в спортзал в одних компрессионных шортах, — сказал Изуку так, словно это было для него личным оскорблением. Говоря о задницах… Очако вздохнула, пока Изуку нервно продолжал, — В средней школе он сказал, что узкие штаны для геев! А теперь он щеголяет в коротких шортах напоказ! Я видел слишком много его задницы! — Получается, он гей, — сказала Очако, скрывая сарказм. — Случается, — уже слишком поздно отменить гравитацию и улететь прочь от этого разговора и планеты? Изуку чуть не упал с кровати, цепляясь за плед, чтобы не свалиться на пол. Со вздохом, Очако поймала его за руку и подтянула обратно на кровать. Изуку смотрел на неё серьёзно неадекватным взглядом, широко распахнув глаза. Его зрачки были крошечными. — Думаешь? — это что, надежда мелькнула у него в глазах? Очако надеялась, что нет. Бакуго — это сомнительная идея, а режим влюблённого Изуку ей уж точно не сдался. — Господи! Не знаю я, Изуку! Я хочу сказать, что это наверняка не единственная очевидно тупая и оскорбительная вещь, которую он выдал в средней школе, и придавать ей значение нет смысла. Это было давно, окей? Может быть, сейчас он просто стал эксгибиционистом ну или кем-то не менее мерзким. — М-м-м, ну да, — сказал Изуку. Судя по виду, он что-то мысленно рассчитывал. — Я должен знать такие факты о нём. В конце концов, мы так давно знакомы. Странно, что я не знаю, да? — Изу, он самый эмоционально недоступный козёл, что я видела за всю свою жизнь. Это более чем нормально, что ты не знаешь. — Ладно, — Изуку надулся, морща нос. Это было достаточно мило, чтобы раздражение Очако отступило. — Слушай, если тебя так это напрягает, скажи ему надеть футболку? — она залезла на кровать и ободряюще погладила Изуку по голове. Он уткнулся в её ладонь как крошечный кролик. — Это не сработает, — Изуку вздохнул, закрывая глаза, а затем неуверенно добавил, — но попытка не пытка, да? Попытка ещё как могла оказаться пыткой. Очако (не) повезло стать свидетельницей. У класса была дополнительная тренировка в одном из спортзалов, и Бакуго с Изуку сошлись в яростном спарринге. Она давно уже перестала переживать, пусть сегодня всё и выглядело особенно ожесточённо. После первого раунда Бакуго заявил, что ему жарко, и стянул с себя майку в явно грехотворной манере. Он снимал её как минимум тридцать полных секунд. У Очако аж глаза полезли на лоб. Он делал так всё это время? Обычно она не следила за Бакуго (слышать, как он орёт во весь голос уже было более чем достаточно, спасибо), но если он периодически уставал Изуку ебаный стриптиз, неудивительно, что Изуку так паниковал. Очако поначалу думала, что Бакуго просто завёл новую привычку, а Изуку как всегда придаёт слишком много значения этой ситуации. Но в этот раз? Изуку вовсе не придавал слишком много значения ситуации. Он придавал ей слишком мало значения. Тем не менее, каким-то чудом Изуку удалось лишь слегка покраснеть перед тем как вернуть хмурое выражение лица. Очако почему-то почувствовала прилив гордости. — Каччан, тебе стоит надеть майку обратно. Да! Так держать, Изуку! Очако чуть не подавилась, когда Бакуго наклонился к нему, слегка склоняя голову и не отводя от Изуку глаз. — Зачем? Тебя так отвлекает вид? — он даже не потрудился говорить потише. Остальные ребята, кто пришёл на спарринг, выглядели не менее потрясенными. Затем Бакуго сделал шаг назад и поиграл мышцами, которые гладко перекатывались под кожей. Господи, а он и правда серьёзно подкачался. От неожиданности Очако всё-таки подавилась слюной и закашлялась. Изуку был катастрофически не прав. Бакуго не просто раздевался, нет-нет, он очевидно и прямо флиртовал конкретно с Изуку, но её друг был слишком слеп, чтобы это заметить. Ей хотелось закричать. — Не отвлекает, — Изуку фыркнул, героически сохраняя пренебрежительный вид. — Просто не хочу, чтобы ты тут повсюду пот размазывал, — Бакуго выглядел куда злее обычного, и в ответ швырнул майку через весь спортзал, словно что-то доказывая. У Очако уже болели пальцы, так сильно она их прикусила, чтобы не закричать. Бакуго было что-то нужно от Изуку, хотя она не понимала, что именно. Представить его в отношениях было трудно, но не в его стиле было попытаться просто переспать с одноклассником. Очако глубоко вздохнула, пряча лицо в ладонях. Она могла бы рассказать Изуку об этом, но… крайне сомнительно, что от Бакуго можно было ожидать чего-то хорошего. А она никоим образом не хотела поощрять ничего, что может в итоге ранить Изуку. И честно? Не то чтобы это её вина, что Изуку ничего не понимает. Истина, вся в потных мышцах и голодных усмешках, находится прямо перед его глазами. Господи. Поэтому Очако промолчала, пусть даже ей и хотелось удариться головой обо что-нибудь, если она снова увидит стриптиз в исполнении Бакуго. Ей же хуже, ведь это даже не близко был конец попыток Бакуго устроить стриптиз. Очако подписалась на паблик с милыми картинками и понадеялась на лучшее.