Лучик света во тьме.

Спустя семь лет. Звуки смеющихся детей разносились по двору. Некоторые бегали и играли или просто разговаривали, а другие убирали территорию. Воспитатели стояли на крыльце и следили за детьми, обсуждая что-то своё. Некоторые дети уже закончили и занимались своим делами или разошлись по комнатам, чтобы отдохнуть. — Почему так долго? Ты до сих пор одно и тоже место подметаешь, неужели даже с лёгкой работой не можешь справиться? — строго отчитала одну из девочек воспитательница. Ребенок уже понимал, что, что бы она не ответила, ей влетит. Так было всегда. Девочка подняла голову и посмотрела на воспитательницу, которая сразу дала ей пощёчину. Щеку обожгло, а из глаз полились слезы. — Извините, мисс Маргарет, но я не убираюсь на одном месте, а весь свой участок подметаю. — Ребенок постаралась возразить, но получила только второй удар по другой щеке. — И что мне с твоих извинений? Двор уберётся, погода изменится или наконец-то тебя заберут?! — криком ответила Маргарет и покраснела от злости. — Быстро взяла метлу и начала нормально подметать или без ужина сегодня будешь! Девочка вытерла слезы и продолжила работать, она привыкла к такому отношению от воспитателей. Маргарет и её подруга часто насмехались над ней, били и издевались. Так было всегда: воспитатели тут не воспитывали их, а просто наказывали ради развлечения. Этим женщинам нравилось смотреть, как дети плачут. Хотя у них были и любимчики – те, кто выдаёт своих или просто подлизывается. Вот их не наказывали так сильно, наоборот, у них были привилегии. — Джинора, ты как? — Все нормально, а ты почему одна и без присмотра сестры? — Джинора посмотрела на девочку, которая к ней подбежала. — Моя сестра с Эмили в комнате что-то обсуждает, а мне скучно стало, и я к тебя прибежала. — девочка достала из кармана мел и начала рисовать на асфальте. Джиноре стало интересно, что такого могли обсуждать Эмили и Эшли. Может это будет очередной побег в деревню или вечерние посиделки в комнате? Джинора любила, когда Эмили что-то предлагала, эти идеи всегда были интересными. Если это будет вылазка в деревню, то они проведут прекрасную ночь в кругу друзей, где будут разговоры, шутки и просто приятная атмосфера. Посиделки в комнате будут наполнены больше разговорами или какими-то развлечениями и настольными играми. Внезапно из радио раздалось громогласное: — Хочу поздравить ещё раз с фестивалем звёзд! И зову всех на праздник сегодня вечером. Приходите семьёй, или в одиночку, и вы точно найдёте вторую половинку. Диктор закончил объявление, и снова заиграла приятная мелодия. Джинора понимала, что её не возьмут, как и половину детей, но они уже к этому привыкли и каждый год сбегали в самоволку. Главное: не попасться воспитателям и вернуться раньше них. — Так сегодня вечером ты сбежишь на фестиваль? — Луна посмотрела на Джинору, которая с улыбкой кивнула. — Ну, я надеялась, что ты мне принесёшь что-нибудь вкусное. — От сладкого зубы болеть будут, и ты ведь знаешь, как воспитатели относятся к сладкому. — Джинора посмотрела на Луну, которая умоляющим взглядом сверлила подругу. — Ладно, уговорила. Луна победно улыбнулась и убежала к своей группе, а Джинора закатила глаза и продолжила подметать. Когда она закончила, то отнесла метлу в подсобку. Джинора вошла в свою комнату и увидела, что её соседка уже лежит на кровати и кидает мяч в стену, ловля его, когда тот отскакивает назад. Девочка присела на свою кровать и упёрлась спиной в стену, закрыла глаза и стала ждать, когда Эмили расскажет о своём плане. Эмили улыбнулась и кинула мяч в плечо Джиноры, отчего девочка не довольно посмотрела на соседку. — Хватит спать, нам скоро убегать, или ты хочешь весь вечер провести в комнате? Я-то не против, выбор твой. — Я не собираюсь от скуки тут помирать, пока вы там без меня выселитесь, — Джинора кинула назад мяч в Эмили, и она его поймала. — Мы сбегаем, как всегда? — По старинке пойдем, ты только снова не навернись на заборе. Эмили подошла к шкафу, достала оттуда два черных плаща и кинула один Джиноре. Эмили была старше Джиноре на два года, и Эмили была одна из первых, с кем Джинора начала общаться. Сначала Эмили была снисходительна к Джиноре и считала её одной из тех, кто только говорит, а делать боится. Но Эмили это мнения изменила после того, как Джинора решила сбежать одна на фестиваль. Тогда Джиноре была пять лет, и это был её первый побег. Тогда Джинора чуть не упала и не сломала себя ногу, когда перебиралась через забор, но её спас тогда Макс, который успел поймать Джинору. Тогда друзья Эмили начали говорить, что Джиноре лучше вернуться, но Эмили их успокоила, присела перед Джинорой, усмехнулась и сказала: «Ты смелая, но опыта нет! Идёшь с нами, но слушаешь меня во всем и ходишь всё время рядом», после этого Эмили встала и пошла впереди группы, а остальные поплелись за ней. Пока Джинора это вспоминала, и не заметила, как Эмили ушла из комнаты. Джинора надела плащ и закрыла глаза, решив поспать, пока время побега не настало. Но сон к Джиноре не шёл, она ворочалась, и, чтобы отвлечься, начала мечтать о выходе отсюда, представлять, как найдёт свою семью, о том, что живут они возле моря и каждый день ходят купаться. Джинора и не заметила, как время пролетело, и тут в комнату вернулась Эмили, которая толкнула Джинору в плечо. Джинора поняла, что время побега пришло, и пошла за подругой. Когда они вышли, то увидела, что Джеймс подошел с улыбкой, развёл руки, обнял Джинору и потрепал её по волосам. Джинора недовольно фыркнула: теперь волосы были взъерошены и лезли в глаза. Эмили подошла к забору и начала перебираться. После Эмили все полезли по очереди, и, когда настала очередь Джиноры, она полезла и услышала Макса: «Если ты упадешь, я поймаю тебя». Джинора перелезла и толкнула Макса, на что он только рассмеялся и схватил руки Джинору. Эмили пошла вперёд с Эшли, а Джинора с Максом, а Джеймс был замыкающим. Когда они зашли в город, то накинули капюшоны, и пошли в центр. Джинора шла и наблюдала, как дети ходят с родителями и улыбаются, порой она представляла, себя вместе с родителями. Как бы они ходили на праздники, смеялись и просто приятно проводить время. Но это были только мечты. Дети дошли до сцены, и Эмили повернулась ко всем. — Так, встречаемся тут через час! А пока можете разойтись. Эмили и Эшли тут же скрылись из виду, а Джеймс и Макс побежали на рынок, чтобы что-то что-нибудь прикарманить. Джинора же решила пройтись по торговой площади и посмотреть, что там продают. Убрав руки в карманы, она пошла по дороге, с любопытством рассматривая витрины, которые уже были пустыми. Она остановилась возле одной лавки, где лежал блокнот. — Почему юная леди гуляет одна так поздно? Где твои родители? — Эм… ну… я из приюта, — Джинора повернулась к нему и сняла капюшон. — Понятно... С праздником тебя. Вот, держи, — продавец протянул блокнот и мешочек конфет. — Спасибо, и вас с праздником. Джинора разложила блокнот и мешочек по карманам и пошла дальше. До сих пор Джинора не могла поверить, что ей просто так что-то дали. Она привыкла, что все относятся к детям из приюта, как ворам и изгоям. Для неё было привычным делом, когда продавцы или жители деревни толкали ребенка или ударить его, но, чтобы просто так подарить что-то, такое было впервые. Джинора решила вернуться к центру деревни и, когда вернулась, то увидела, что тут уже людей собралась целая толпа, которая окружила сцену. Джинора осмотрелась и поняла, что через толпу ей не пройти. Внезапно кто-то схватил Джинору за руку и потащил в сторону, а, когда она обернулась, то увидела Эшли. Джинора освободилась из её хватки и пошла за ней сама. Эшли привела её к лестнице на крышу. Эшли полезла вперёд, а Джинора последовала за ней. Когда они поднялись, то увидели остальных ребят, которые наслаждались видом на сцену, Макс и Джеймс держали в руках разные сладости. Джинора подошла к ним и, облокотившись на парапет, смогла увидеть сцену, где выступала певица. — Снизу нифига не видно, а тут – всё как на ладони! И даже слышно немного. — Макс протянул Джиноре шоколадку и улыбнулся. Она взяла шоколад, развернула упаковку, и застыла, увидев, что на крышу кроме них и другие забрались сюда, чтобы посмотреть на концерт. Песня не была визитной карточкой программы, самое главное должно быть в конце, когда звезды сблизятся и можно будет увидеть великолепное созвездие, по образу напоминающее большую звезду. Такое редкое событие должен увидеть каждый. Джинора закрыла глаза и начала тихо подпевать. Ради таких редких и коротких моментов стоило иногда нарушать правила. Когда песня закончилась, друзья спустились с крыши, и Джинора решила вернуться приют. — Я пойду обратно. — Ты уверена? Сейчас будет самое интересное, — спросила Эмили, но, увидев, что Джинора настроена серьёзно, сдалась. — хорошо, спокойной ночи. Джинора кивнула и ушла. Девочка шла по лесу, и смотрела на небо. Звезды начали выстраиваться в незамысловатое созвездие. Джинора вроде уже была свидетелем этого, но дух захватывало от красоты как в первый раз. Она мало что видела и редко бывала за стенами приюта, поэтому, наверное, для неё это было самым красивым событием. К тому же, она не верила, что станет свидетелем чего-то большего. Даже если её не удочерят, а она сама вырастит и выпустится, то куда она пойдет? Она так и останется в этой крошечной деревни, и навряд ли когда-то выберется в большой город. Что уж говорить о встрече с родителями... Джинора уже дошла до детского дома, пока думала об этом. Девочка перелезла через забор и только собралась заскочить внутрь, как услышала шуршание в траве. Она решила посмотреть, что там, как вдруг на неё выпрыгнул кто-то. Джинора покатилась по земле и испуганно уставилась на незнакомца. Это была Луна. Джинора выплюнула едкую фразу и подскочила к подружке и занесла руку, чтобы дать ей щелбан. Но Луна ловко увернулась, сдавленно хихикая над испуганным лицом Джиноры. — Я теперь понимаю, почему тебя Луной назвали. – недовольно сказала Джинора, поправляя испачкавшийся плащ. - Ты ночью не спишь, а людей пугаешь! — Ой, я всего на год младше тебя! — Джинора закатила глаза едва услышав ответ. Достав из кармана мешек конфет, она протянула его Луне, которая тут же схватила его. — А теперь пора спать, спасибо за конфеты! Луна убежала в свою комнату, а Джинора покачала головой: «Порой она не выносима» - проговорила себе под нос Джинора и пошла к себе. Когда она вошла, то подошла к шкафу и начала переодеваться. Затем из нижнего шкафчика достала баночку снотворного. Джинора открыла её, чтобы достать одну таблетку, но быстро обнаружила, что они закончились. Джинора сразу занервничала, уронила банку, руки затряслись. «Нет! Не может быть» - Джинора помнила, что совсем недавно баночка ещё была полная. Джинора глубоко задышала, пытаясь успокоиться, затем села на кровать и легла. Раньше ей удавалось засыпать без снотворного, если её не побеспокоит кошмар, то и сегодня всё обойдётся. Джинора закрыла глаза и постаралась расслабиться, но что-то постоянно отгоняло дрёму. Она привыкла спать со снотворным, и без таблеток она уже не представляла нормальный сон. Её вечный спутник – кошмары, которые не давали выспаться, были сродни пыткам, и только, когда Джинора начала принимать лекарство, она узнала, каково это – высыпаться. Джинора стояла в кромешной тьме. Она огляделась в попытке понять, уснула ли она, но всепоглощающая пустота была её единственным спутником. Внезапно откуда-то прозвучала фраза: «Найди родителей, найди родителей». Она повторялась снова и снова. Джинора побежала, но все время казалось, что она ходит кругами. Ничего вокруг не менялось, пока вновь не прозвучала фраза, но уже с другим посылом: «Ты никому не нужна, лучше бы тебя убили родители, или ты умерла при родах. Чем жить никем, нелюбимой и ненужной». У Джинора навернулись на глазах слёзы, но она продолжила бежать. Она сама не понимала, куда движется, вперёд или назад, но вдруг впереди возник мужской силуэт, стоящий к ней спиной. Она побежала к нему, но казалось, будто она движется через поток. Каждый шаг становилось делать всё тяжелее и тяжелее, пока она не погрязла в невидимой преграде. Джинора закричала, просила незнакомца о помощи, но когда мужчина повернулся, – она поняла, что у него нет лица, – и он сказал: — Ты никому не нужна.        Джинора с криком вскочила, размахивая руками, пока её не обняла Эмили и не стала успокаивать. В её голове роились самые разные мысли: Почему ей снится этот сон? Почему она видит этого человека? Почему эти фразы преследуют её? Эмили начала гладить её по волосам и сильней прижала к себе. Джинора уткнулась в плечо Эмили, пытаясь успокоиться. Эмили уже привыкла к этому. Такое повторялось из раза в раз. Сон, кошмар, и крики со слезами. Прошло не больше получаса, когда Джинора перестала плакать. Она виновато подняла на соседку опухшие глаза: — У меня таблетки закончились, и я решила без них спать лечь. — Завтра этим займёмся, а сейчас давай спать. — устало сказала Эмили и приободряюще похлопала её по плечу. Джинора недовольно выдохнула, спать после такого кошмара ей не особо хотелось, и она ещё долго ворочалась. Она начала думать о кошмаре, почему он ей снится: «Да и что это за мужчина?» Во снах она никогда не видела его лица. Она была уверена, что ни разу не видела его, но тогда почему он ей снится? Почему говорит такие жестокие фразы? «Почему? Неужели этого хотели родители?» В голове у неё всё перемешалось, и уснуть ей удалось лишь через час.