Тёмное Сердце

Через двое суток Тикки и Мария были в ковчеге и пробыли там неделю, а после отправились в поместье Тикки, где полностью отдавали свое внимание детям, а так же друг другу, но Тикки ухаживал за Марией, так как и она уставала. Со временем, Граф под влиянием детей отказался от идеи уничтожения людей, но с Чёрным орденом они разобрались, чтобы не мешал, акумы продолжали появляться, но уже не в таком количестве, так как некоторых приходилось уничтожать, а Сердцу сохранили жизнь, так как та являлась матерью их Сердца, но не подпускали к Марии и детям, а Нои ничего против прекращения цели не имели, так как их жизнь изменилась, они приобрели бессмертие при помощи своего Сердца и не старели. А жизнь продолжалась. Роад занялась своими отношениями с Алленом, с которым все-таки смогла сойтись, но сложно было с Шерилом, так как он был против этого, а в свадьбе вообще отказывал, пока не узнали все, что Роад беременна и отец конечно же Аллен и свадьбе пришлось дать зелёный свет, а Шерил в тот день в основном ревел из-за этого, что вести к алтарю Роад пришлось не Шерилу, а Тикки, как младшему брату и дяде. Все остальные не стремились искать вторую половину, а просто жили, хоть и все вместе и иногда в разных местах, из-за путешествий, но это им не мешало, так как они были семьёй. А вот у Тикки Мария была вновь беременна, правда, эта беременность проходила и спокойнее и в какой-то мере нервнее, по его мнению почему-то. На последней недели беременности Мария в основном находилась у Шерила, так как Граф на пару дней отправил Тикки на задание и сегодня тот должен был вернуться и забрать жену. Несколько часов спустя, когда Марии уже надоело стонать и стенать от боли, у неё отошли воды. Ложные до этого схватки плавно перетекли в настоящие, а Шерил, поспешил на помощь бедной рожающей, которая должна была рожать только через неделю, как все думали, но оказалось, что раньше положенного на неделю. Мария, которая была милой и нежной с мужем и семьей ставшей такой через какое-то время до безобразия и невинная, стоило начаться схваткам во второй беременности во время родов, преобразилась. Вцепилась мертвой хваткой в руку Шерила, сдавливая до синяков, отказалась отпускать его от себя и в приказном тоне потребовала, чтобы он был с ней рядом, раз Тикки отсутствует в данный момент. Сейчас же. На все время родов. Тогда еще старший Камелот не знал, на что обрекла его судьба. - Паскуда! Я тебе весь твой хвост-то повыдергиваю, гнида! Да никогда больше! Не поведусь! - Мария орала в голос, не жалея ни собственные голосовые связки, ни ушей всех присутствующих, и даже не стеснялась ничего, что было для всех удивительно, - Сам рожать будешь, мразина. "Это не будет больно, ничего страшного, ведь это уже третий раз", "хочу еще детей, Мария, ". Да пошел ты, ублюдок! Тикки, услышав вопли из акушерской был в шоке, а некоторые из семьи Ноя задрожали. Недавно собравшаяся семья Ноя и Граф, им же и вызванные, взволнованно топтались на месте перед дверьми палаты. Тикки барабанил пальцами по коленям, каждую секунду смотря то на окно, то на акушерскую, многие из семьи Ноя вслушивались в крики Микк, как и Неа с Алленом и Кандой, которые хотели поздравить Тикки, ведь они его встретили как раз на задании и он им рассказал, а Аллен в нетерпении и каком-то ужасе стал переминаться с ноги на ногу, после появления в больнице стоя около акушерской, а рядом была Роад. Его жена, Роад, должна рожать через каких-то четыре месяца. Перспектива оказаться на месте бледного, как полотно, Тикки его совершенно уже не радовала. Рядом стоящий Канда, повинуясь не ясно никому порыву, положил руку на плечо когда-то бывшему противнику. Сам Канда, прибывший в больницу вместе с Алленом и Тикки, стал выглядеть еще пришибленнее, чем обычно, после услышанных криков. Под глазами залегли тени, губы мелко подрагивали то ли в ухмылке, то ли в истеричной улыбке, а сам он изредка шептал что-то напоминающее "никогда не женюсь" и "страшная женщина". Тикки, прибывающий в прострации от обилия матерных слов, одой названных в его честь любимой женушкой, шокировали самого несчастного, как и остальных ноев, вместе в компании с Тысячелетним Графом. Тем временем в акушерской все подозрительно затихло и это пугало Тикки. Из акушерской вновь раздался пронзительный крик: - Чтобы ты сдох, ублюдок! - завопила Мария. - Нервы у неё в последнее время были в спокойном состоянии, но такие именно моменты были очень редко, - капля пота прокатилась по виску мужчины, плавно огибая скулы и переходя на шею. - Даже я таких слов не знаю. - Оно и заметно. - произнес Канда мрачно оглядел Тикки. То, что в акушерской сейчас находился старший брат Тикки Шерил, и продолжил, - Запиши, может в будущем пригодится. Если захочешь еще ребенка. - Нет! - слишком поспешно отозвался Тикки и поежился. Акушерская вновь затихла. В полном молчание прошло не более пяти минут, когда двери отворились и появился старший брат Тикки Шерил. Весь бледный, с кровоподтёками на руках и лице, в некоторых местах даже полосками от ногтей, брюнет буквально выполз на волю. К нему тут же подскочили остальные нои, расспрашивая, на что мужчина лишь отмахивался, попросив лишь воды. Усадив того на лавочку, Роад скрылась за углом, а Шерил, булькнув что-то под нос, отрубился. Двери акушерской вновь отворились. - Заходите. У вас мальчик, - произнесла медсестра с улыбкой, ассистирующая главному врачу. Легкий темный пушок на макушке, красноватая кожа и пухлое тельце. Тикки чуть не хлопнулся в обморок рядом с братом. А зайдя в акушерскую, Тикки увидел Марию, которая устало улыбалась и светясь счастьем, лежала донельзя уставшая, и качала на руках их третьего ребенка - мальчика, от чего Тикки за улыбался. И понял, вот оно счастье, его семья с женой и детьми, подойдя взял на руки своего третьего ребёнка, который заулыбался у него на руках беззубым ротиком, но с такими же глазами, как у него и цветом волос, а также стигматами и поблагодарил жену за это, а после зашли и все остальные запоздравляли их и с ребёнком.