Прости, но я женат

      Так странно было ощущать под собой твердое спортивное тело парня вместо мягких изгибов своей жены. Но Крису было хорошо сейчас. Чонин был податлив и горяч, как лава в пекле вулкана, внутри него было очень узко. Голова была запрокинута назад, обнажая лебединую шею, кадык дергался в попытках вздохнуть, с губ срывались тихие зовущие стоны, светлая челка липла к мокрому лбу. Мужчина с восторгом ощущал, как внутренние мышцы его нутра сжимались вокруг ствола – это доставляло ему такое неописуемое удовольствие, что хотелось выть! Хотелось удержать его и взять быстро и грубо так, как велели инстинкты и чистый восторг, испытываемый от близости между ними. Чонин кончил и задёргался под ним, выкрикивая его имя, мышцы захватили ствол мужчины в свои крепкие объятья, массируя своими конвульсивными содроганиями. Чан оторвал рот от его горла и почувствовал, как раскалённый добела туман оргазма пронизывает всё тело. Он наполнил презерватив глубоко внутри и упал на локти, удерживая свое тело, которое еще дрожало от сладких мучений наслаждения. Пытаясь отдышаться, Крис покинул тело младшего, напоследок чмокнув его горькие от пота губы, поднялся с постели и огляделся вокруг в поисках хоть чего-то похожего на салфетки. — В первом ящике тумбочки влажные салфетки. — словно прочитав его мысли проговорил Чонин, присаживаясь на постели.       Его волосы были взлохмачены и лежали в беспорядке, на губах была сытая улыбка. Он спокойно протянул руку к ящику и достал пачку, вытаскивая несколько влажных кусочков, подал их Крису. Они почти синхронно обтерли каждый своё тело, выкидывая салфетки в урну вслед за использованным презервативом. Крис дернулся к вещам, натягивая на себя штаны и футболку, и уже сделал несколько шагов к выходу из комнаты, но был остановлен младшим. — Ничего не скажешь, Крис? — Это было ошибкой и больше не повторится. Прости, но я женат. — Повторится. Ты сам ко мне придешь.       Последние слова Чонина были из ряда невозможного. Крис был уверенным в себе. Это минутное помутнение не может случиться снова. Он брел по коридору и считал себя самым низшим существом на планете. Медленно до его разгоряченного наслаждением сознания дошло - он только что целенаправленно изменил жене. Более того, направляясь к спальне, где спала Юнми, он продолжает думать о своем студенте. Как он там один? Не слишком ли Крис был резок с мальчишкой? Почему его сейчас терзает чувство вины не по отношению к Юнми, а по отношению к Чонину?       Сейчас он стоял на пороге своей спальни и смотрел на спящую на постели девушку. Его разъедало отчаяние и чувство предательства. Он любит свою супругу и не откажется от нее добровольно, но почему же ему так хорошо было с парнем еще каких-то десять минут назад?       Чонин грустно смотрел на дверь своей спальни, которая закрылась за Крисом. Хотелось кричать! Хотелось умолять, чтобы только он остался с ним хотя бы до утра. Но жаловаться было не на что: Ян получил то, что хотел, и даже сполна. Как и ожидалось секс с ним был невероятным, и то, что произошло сейчас, превосходило всё, что когда-либо случалось в его жизни. Он был его небом и адом, его наркотиком, опьяняющим все чувства и разум, его ночными мечтами и горячими снами. Всё, что Чонин когда-либо знал об удовольствии и наслаждении, сосредоточилось в этом харизматичном взрослом мужчине. Он никогда и не мечтал испытать такое удовольствие, пока не получил Криса, пока не отдался его власти, пока не утонул в его умелых руках.       "Он только мой, удержу его рядом с собой!" - это была последняя сознательная мысль, прежде чем парень провалился в темноту. Утро встретило его достаточно поздно. У него не было желания сталкиваться с кем-то из компании. Он собрал свои вещи и вызвал такси. Пока ожидал машину, успел умыться и полностью одеться. Чонин выскользнул незаметно с заднего входа и обошел дом, чтобы наверняка не попасться кому-то на глаза. Последнее, что он увидел перед тем, как сесть в такси, был растерянный взгляд Сынмина из окна гостиной. — Кажется твой донсен только что удрал. — именно это шепотом услышал Хёнджин на ухо от вернувшегося на кухню парня.       Слова Сынмина поставили в тупик, их смысл слишком долго доходил до еще спящего мозга. Джин обеспокоенно оглянулся на Кима и достал телефон. — С чего ты взял? — Я только что видел как он садился в такси.       Хван сразу же набрал номер брата, но тот сбросил. Потом еще, и еще. — Он скидывает меня. Может что-то случилось? — Джин явно нервничал. — Успокойся, Хённи. Давай я поеду домой и всё узнаю? — Нет. Мы уедем оба. — уверенно сказал он и встал. — Ребят, у меня кое что случилось, поэтому мы с Сынмином уезжаем. Домик оплачен до завтрашнего утра. Отдыхайте!       Оба парня тут же поднялись в их спальню, где провели жаркую ночь, сложили вещи, после чего спустились вниз и вышли к машине. Пока грелся двигатель, тихонько обсуждая прошедший вечер, к ним подошел Крис. — Ребят, что случилось? — поинтересовался парень. —Чонин уехал и не берет трубку. — посвятил его Джин. — С кем-то утром успел поругаться? — Я не знаю, Крис. Мне известно только то, что он в кого-то влюбился, а тот женат. Может ему позвонил кто-то, а может просто не в духе. Чонин очень закрытый, когда ему плохо. Из него и слова не вытянешь, если он сам не захочет, очень упрямый. — Пошли. Нам пора. — обратил на себя внимание Ким.       Дорога прошла в напряженном молчании. Джин отвез Сынмина и поспешил домой. Он превысил скорость, за что вероятно получит штраф, бегом кинулся к подъезду, дрожащими руками открыл квартиру и залетел в прихожую. Взгляд тут же наткнулся на высокие черные найки, принадлежащие брату. Вздох облегчения слетел с губ. Чонин нашелся в своей комнате. Он сидел в кресле, поджав под себя ноги, одетый в черные штаны и большое черное худи, на коленях ноутбук, на ушах большие наушники. На его появление и зов он никак не отреагировал. Хёнджин подошел ближе и присел перед ним, сдернув наушники с головы. — Хён, оставь меня, прошу. — Ян скривился и опять опустил взгляд на экран ноутбука. — Ты почему уехал? — Дай пострадать в одиночестве. — Я испугался за тебя. — Не стоит. — У тебя что-то случилось? — Да. — Ты с кем-то поругался? — Нет. — Что-то произошло ночью? — Да. — Тебя кто-то обидел? — Нет. — Ты был не один ночью? — Да.       Джин начал выходить из себя, недовольный односложными ответами. — Чонин, посмотри на меня. Ну же! — младший неохотно поднял взгляд. — Ты с кем-то переспал? — Да. — И потом он отверг тебя? — Нет, просто ушел. — Это тот, в кого ты влюбился? — Да. — Йени, помоги мне. Ты влюблен в кого-то из тех, кто был на празднике? — Да, хён. — Это Юнги? — молчание. — Крис? — снова молчание. — Хёнвон?       Чонин продолжал смотреть на него потухшим взглядом, не выражая ни единой эмоции. Джин был в растерянности. Что с этим мальчиком? Неужели кто-то из его друзей? Ведь брат фактически сознался в том, что переспал с кем-то из его женатых друзей. Но с кем? В их компании только трое таких. Хван даже помыслить не мог, что кто-то из них мог решиться на предательство. Все трое счастливы в браке. Может это только ему так кажется? Видимо Чонин сильно любит этого парня, раз решился на открытую ложь. — Чонина, ты его любишь? — Хёнджин предпринял еще одну попытку. — Люблю, хён, я его люблю. Настолько сильно, что на все готов только ради его взгляда в свою сторону. И за эту ночь еще долго буду ему благодарен. — вспылил младший. — Йени, я хочу тебе помочь. — Мне не нужна помощь. Я справлюсь сам.       Еще несколько наводящих вопросов рассыпались о глухую непроницаемую стену. Джин понял, что сейчас все без толку. Чонин закрылся и выковорить его из раковины будет теперь почти невозможно, пока он сам не захочет. С ним всегда так: брату нужно переварить проблему, переспать с ней, перед тем, как найти решение.       Крису было не по себе. Он винил себя за то, что обманул жену. Но и тот парень тоже не выходил из мыслей. Чан не только помнил все по картинкам, но и ощущал. Иногда, когда одежда слишком сильно прилегала к телу, он чувствовал прикосновения Чонина к себе. Словно парень был рядом и трогал его там, где обычным людям нельзя прикасаться. Он помнил всё: и тот сумасшедший взгляд младшего на него, и его длинные пальцы, что аккуратно гладили его, а затем до боли сжимали бёдра, дразнящий язык, обжигающий каждым движением. Почему вместо больших ореховых глаз своей жены Бан везде видел черные с лисьим разрезом. Это беспокоило его и пугало.       В понедельник стало еще хуже. На первой парте все также сидел его студент, но как будто другой человек. Больше не было соблазнительных нарядов, почти обнажающих тело. Теперь этот мальчик закрылся ото всех и даже взгляд не поднимает. На его голове широкий капюшон черной толстовки, глаза спрятаны под белой челкой. Крис лишь изредка ловил на себе его взгляды. Что с этим мальчиком? На него так подействовала их ночь или резкий отказ? Всю неделю он наблюдал за ним, но того как будто подменили. К пятнице Чан не выдержал и оставил его после своей пары. Он прикрыл дверь и прислонился бёдрами к своему столу. — Чонин, нам нужно поговорить. — предложил он младшему. — Да, хён, нужно. — согласился Ян. — Ты хороший парень, Йени, но ты должен забыть о той ночи. — Не получится. — Почему? — Потому что люблю тебя настолько, что самому страшно. — Ты же понимаешь, что это было ошибкой? — Как может быть ошибкой ночь с любимым мужчиной? Лично мне очень понравилось и я не хочу это забывать. — Значит тебя так сильно ранил мой отказ? — Да. Потому что я хотел бы повторить. Неужели ты тогда ничего не почувствовал? — Нет. — упрямо сказал Крис, отводя взгляд. — Врешь сейчас. — усмехнулся Чонин. — Что мне сделать, чтобы помочь тебе? — У меня есть просьба. Если когда-нибудь ты все же решишь, что у тебя есть хоть что-то теплое ко мне, дай мне знать.       И он ушел. Совсем. Всю следующую неделю его не было на парах английского. Крис связался с Джином, чтобы узнать причины пропуска пар одним из лучших студентов, но друг его заверил, что Чонин каждый день ездит в университет. Сынмин также подтвердил, что Ян присутствует на каждом его занятии.       Началась вторая неделя апреля. Крис не переставал думать о Чонине. Парень был повсюду: в его мыслях, во снах. Чан видел его мельком в коридорах, на стоянке, в кругу друзей. Он понял, что немного сходит с ума, когда зашел домой после тяжелой среды и увидел в прихожей конверсы младшего. Чан разулся, скинул ветровку и прошел на кухню, откуда слышались веселые голоса. Там за столом он обнаружил свою супругу и студента, склонившихся над ноутбуком. Около них стояли кружки с чаем, а обе макушки - фиолетовая и белая - низко склонились над монитором. Они улыбались и что-то обсуждали, не обращая никакого внимания на него. — Юни? Чонин? Что вы делаете? — Чани, мне тут Чонина помог немного с той программой. — весело прощебетала девушка, перекидывая свою длинную косу обратно за спину.       А вот Чонин сразу же вскочил с места. Улыбка сползла с его лица, руки опустились по швам. Он подхватил телефон и повернулся к его жене. — Нуна, благодарю за чай. Мне пора. — сказал младший и стрелой пролетел мимо него в прихожую.       Крис развернулся и последовал за ним. Мальчишка вот-вот сбежит. Он стоял уже обутым и держался за ручку двери. Чан схватил его за запястье. — Даже не поздороваешься? — Добрый вечер, хён. — Что ты здесь делаешь? — Юнми попросила меня помочь. — Почему прекратил посещать мои занятия? — Нет нужды. — Не будешь появляться и я не аттестую тебя. — Не имеешь права. Я могу отказаться от твоего курса в любой момент, он не является для меня приоритетным. И потом я просто боюсь не сдержаться. — В смысле?       Чонин развернулся и подошел так чертовски близко, что Крис почувствовал его сердцебиение. Он наклонился прямо к его губам и поднял на него свои темные как ночь глаза. — Я боюсь не сдержаться и поцеловать тебя. Как сейчас.       Парень опустил взгляд по его лицу и лизнул его губы, после чего легко поцеловал. Крис стоял стоял как завороженный. Голова шла кругом, сознание отказывалось функционировать. — После двух недель отсутствия ты появляешься в моем доме и целуешь меня! — прошипел Чан. — Иногда мне кажется что у тебя не все в порядке с головой. — Ну не твою же жену мне целовать! Хотя она к мои поцелуям относится не так критично. — выплюнул парень и рванул прочь из квартиры.       Крис так и остался стоять в прихожей. Его тело одеревенело от шока. Он сказал это от злости или просто придумал? Возможно его просветит сама Юнми? Мужчина сделал несколько глубоких вздохов, пытаясь утихомирить бушующую внутри бурю. Он медленно развернулся на пятках и вернулся на кухню и присел за стол напротив своей жены. Девушка сразу же выглянула из-за ноутбука и посмотрела ему в глаза. — Юни, что между вами было?       В глазах Юнми мелькнул испуг. Она крепче сжала мышку в пальцах, но взгляд не отвела. — Мы целовались на дне рождения Хенджина.