в тюрьме

Накахара попал в тюрьму по "невинная случайность, господин судья! Я всего-лишь выпил и сел за руль. Она даже не умерла! Подумаешь, лежит в больнице с множеством переломов. ". В тюрьме Чуя совсем не знал своих правил, потому и попал в неудобную ситуацию. Казалось бы, что такого в том, что он уронил мыло на пол, пока мылся, и наклонился за ним? Только вот заключённый Дадзай так не думал. С ехидной улыбкой он быстро, на цыпочках подобрался к парню, который, наклонившись, пытался поднять мыло, выскальзывающее из рук, резко взяв того за бёдра и прижимая к своему паху, пока в это же время остальные заключённые постарались удалиться из душа, ведь знали, что такое Осаму и делить с кем-то свою "добычу". Рыжик сначала не понял, почему его взяли за бедра еще и прижимают к паху! —Что ты делаешь? Это домогательство! Не трогай меня! - пытался докричаться парень, стараясь вырваться из рук мужчины. —Ты девственная дырочка или уже в твоей заднице был кто-то? ) - словно не слыша, спрашивает Саму. Его кодекс чести. Он не будет издеваться до последнего, если рыжий девственник. —В каком смысле? Ты совсем поехавший, что ли? все ещё изо всех сил старался докричаться до заключенного юноша, но понял, что просто так его не отпустят только после того, как почувствовал в своей заднице два пальца. После слов в ход пошли руки, которые старались освободиться от незнакомца, но после они были крепко зажаты одной рукой за его спиной. В это же время Осаму быстро двигал внутри парня длинными пальцами, часто задевая простату, от чего видел, что парень под ним от этого выгибается и дрожит в ногах. Не медля со своими двумя, заключенный вытащил пальцы, приставив головку к дырке парня. Он быстро вошел с шлепком, слушая сладкий громкий вскрик, переходящий в нечто стона. Наклонившись к уху того и чувствуя, как вокруг его члена сжимается плоть, медленно расслабляясь и пульсируя, Саму начал медленно двигаться, всё так же возбуждаясь от всхлипов и мычаний парнишки под ним. Рыжик уже понял, что остального не избежать, и осталось только терпеть, а точнее, как через время "поняли" его возбужденные мысли. с головой. Не терпеть, а получать удовольствие от того, что с ним делают. Мужчина через время ускорился, двигаясь в стонущем под ним парнем. Он перевернул юношу к себе, держа за ляшки, ведь тот чуть было не упал, дрожа под Саму. Сладкие плачущие стоны раздавались по всему душу, что сильно возбуждало мужчину, и он всё сильнее хотел вытрахать все эти звуки из Чуи. Каждый мокрый шлепок в сопровождении тихих рыков и рваных стонов отпрыгивал от стен. Только Накахара надеялся кончить после этих домогательств и вырубиться, как почувствовал на головке палец, не дающий это сделать, от чего он чувствовал каждый удар по простате пенисом мужчины сильнее и еще возбуждающе. Он сильно задрожал, извиваясь под заключенным и скуля в перемешку со стонами. Конечно, его не собирались отпускать после такого. Прекрасное зрелище: выгибающийся парнишка, стонущий и дрожащий от возбуждения, к тому же так беззащитно плача. Но батарейка Дадзая работала не так долго, и он всё же кончил, давая это сделать и Чу, пока тот, излившись на живот, быстро вырубился. Конечно, никто не собирался его домывать и куда-то нести, поэтому рыжеволосый так и остался лежать на полу, пока его не нашли, сопящего под струей душа. Через пару дней, спокойно обедая в столовой, Голубые глаза заметили улыбающегося ему Осаму, но парень быстро среагировал, показав тому средний палец и быстро доев, уйдя. Было б хорошо, если эта история двоих закончилась одним таким проишествием. Но это был не последний раз, как Рыжий ронял мыло, а Дадзай удачно оказывался рядом.