Страшная тайна обычных вечеров писателя

Обычно все мы говорим друг другу доброе утро, после чего чувствуем себя бодрее. Как бы печально не было, но Линч проснул очень напряженный, не отдохнувший, весь в слезах и с опухшими глазами. По Егору и не скажешь, что у него есть какие-то вредные привычки, но это не так. Конечно, журналист уже о ней забыл, да и не курит он больше, как это было в подростковом возрасте, но стресс и переживания за любимого человека заполонили всего Линча с ног до головы. Он хотел расслабиться. На ум ему пришла не самая хорошая идея, опять начать курить. Как только Егор проснулся, он встал и без каких либо раздумий пошел в ближайший продуктовый магазин. Купил пачку каких-то сигарет и вернулся домой. Зашел в дом, что бы посмотреть проснулся ли Джон или нет. Тот все еще спал, это было на руку журналисту и он вышел на крыльцо дома. Достал одну сигарету, поджег и втянул дым некотина. В легкие сразу ударила некая боль. Линч выдохнул дым и расплылся в улыбке наслаждения. Переживания и весь стресс ушли так же быстро, как дым из лёгких. Джон проснулся от невыносимой боли в голове. Сидел минут 5 и не вдуплял где он, что он и почему так болит голова. Но все же вспомнил, что нарушил обещание, а главное, что Линч был с ним. Страх волной нахлынул на Джона. Он не знал где Линч, он боялся потерять его. Писателю было жутко стыдно и больно от совершенного поступка. Джонантан стал тихо звать Егора. Ответа не последовало, поэтому писатель стал метаться по дому в поисках любимого человека. Обшарив весь дом и не найдя Линча, Джон в панике выбежал на улицу. В глаза бросился стоящий к нему спиной Егор. — Е-Егор, солнце… я… — подошёл к нему сзади и осторожно, будто он фарфоровый, обнял за талию. — Прости меня, пожалуйста… — парень уткнулся в плечо своей любви и тихо извинялся. Линч все так же выпускал дым из своего рта, наслаждаясь его полётом на верх. Джона он не отталкивал, но и не отвечал ему ничего. От этих действий изумрудноглазому было очень больно и по щекам полелись слезы. Истерики не было, криков тоже. Только тихое шептание Джона, такой же тихий плачь Линча и шум деревьев. С начала извинений прошло около 10-и минут. Джонатан был обеспокоен, ведь его парень ему не отвечает на все его извинения. — Солнце?.. — Джон поднял голову и увидел чёрный дым, исходящий из прекрасных уст журналиста. — Н-но, ты же говорил, что не куришь… — Курил, в детстве. — голос был слегка сиплым от того, что Егор не говорил на протяжение нескольких часов. — Сейчас решил продолжить. Свое обещание ты не выполнил. Д-джон, ты обещал… По щекам все еще стекали слезы. Линч невольно улыбался небу и продолжал курить сигарету. — Какой я придурок… если бы сразу рассказал, то все было бы хорошо. — Джон сильнее прижался к Егору. — Давай зайдем в дом и все обсудим, пожалуйста… Линч до курил сигарету и повернулся к Джону. Обхватил его за предплечия и нежно обнял, ложа голову на макушку провинившегося. — Знаешь, как я переживал за тебя… Ты не представляешь… — Егор улыбнулся и одарил макушку нежным поцелуем. — Линч, пожалуйста, прости меня придурка… Заставил волноваться любимого человека. Не рассказал о переживаниях… Какой я конченый придурок… — Джон очень хотел прощения, но понимал, что его не простят и, скорее всего, просто выставят за дверь дома. Ох, как же он был не прав. — Не нужно наказывать себя. Ты был в праве молчать, но у тебя была возможность получить поддержку от меня. Надеюсь, это послужит тебе хорошим уроком и ты поймешь, что нужно говорить мне, а что нет. — голос был ровный, ни одной запинки. Джон сильнее прижался к Линчу и разрыдался. — С-спасибо тебе… Ты л-лучший… — писатель уткнулся в грудь журналиста и продолжил плакать, а Егор медленно проводил своей рукой по спине Джона, целуя макушку и, иногда, говоря успокаивающие слова. На этом можно было и закончить нашу историю. Но будет ли у них все также гладко? Смогут ли они прощать оплошности друг друга, проявлять ласку и нежность, ничего не скрывать друг от друга? Возможно, а возможно и нет. Это покажет время. Сейчас для парней, стоящих в обнимку ранним утром на веранде дома, главное быть рядом.