Арам

      — Нет, мам, я не сижу тут голодный, — усмехается Тэхён, разговаривая по телефону и играясь со шнурками на штанах.       — Смотри мне, Тэхён. Вы когда прошлый раз приехали домой, ты будто похудал, — слышит беспокойство женщины на той стороне. — Вы вообще где сейчас находитесь?       Тэхён тихонько хихикнул. Он уже и сам сбился со счета, в какой стране они находятся. Предсвадебное путешествие затянулось с двух недель на второй месяц, но Тэхён не жалуется, ему нравится проводить время с любимым мужчиной.       Они с Чонгуком вместе уже год. Переехали в Дубай они спустя два месяца после их знакомства, когда папа Тэхёна окончательно убедился, что Чонгук питает к его сыну любовь и в обиду не даст. Конечно, и самого Тэхёна тогда ждал разговор, потому что отец не знал, что будет говорить семье Чон. Где это видано — чтобы омега был предназначен для одного альфы, а в итоге будет с другим, так ещё и с его братом. В любом случае, он был счастлив за своего сына и за то, что он будет в браке с человеком, которого любит. Поэтому разрешил Тэхёну переехать, пускай и так далеко. Мама поддержала их с Чонгуком идею о переезде, потому что знала о мечтах сына и о том, что в Индии, к сожалению, им не суждено сбыться.       — Мы сейчас на Бали, у нас тут частный пляж есть только для нас с Чонгуком. Тут безумно красиво, я такой красоты ещё нигде не видел, правда, — повернувшись в сторону окна, произносит. — Мы вчера ходили гулять, я тебе потом скину фотографии, сама убедишься.       — Верю, сынок, верю. Главное, что ты счастлив. А где сам Чонгук? Что-то его даже не слышно, а то всегда передаёт приветы.       — Он ушёл за фруктами и что-то решить, должен вот-вот вернуться.       — Ладно тогда, отдыхайте, мои хорошие. Передавай привет Чонгуку, меня папа зовёт. Мы вот тоже собираемся в кафе сходить, недалеко от дома открылось, говорят, очень хорошее.       — У вас там свидание?       — Да что-то вроде такого, мы уже давно не ходили на свидания. Детишек бабушка с дедушкой забрали на выходные, вот мы и решили, что пора бы и нам отдохнуть вместе и провести время с пользой, — слышатся какие шорохи на фоне. — Да иду я, иду! — кричит мама в трубку, но явно не адресовывая слова Тэхёну. — Всё, любовь моя, я пошла. Целую тебя.       — Хорошо вам провести время, скучаю по вам, — наблюдая через окно как по дорожке направляется в их виллу Чонгук, говорит Тэхён.       На другой стороне слышится пару чмоков и звонок сбрасывается.       Довольный после разговора с мамой Тэхён лениво встаёт с удобного кресла, направляясь в сторону двери, чтобы её открыть. В руках у Чонгука фрукты, поэтому малая помощь точно не помешает.       — Я уже успел соскучиться, — говорит Тэхён, как только открыл дверь и увидел Чонгука, держащего в руках огромную тарелку с фруктами.       — Меня не было всего десять минут, — улыбнулся Чонгук, проходя в помещение и следом ставя фрукты на столик.       — Мне и секунды хватает, — склонив в сторону голову, произнёс.       — Мой нежный.       Мужчину всегда умиляли подобные слова Тэхёна, ему кажется, на его лице каждый раз будет появляться улыбка от милых слов, адресованных ему.       Подхватив на руки Тэхена, мужчина аккуратно упал с ним на мягкую кровать, крепко обнимая возлюбленного и ластясь к тому, как кот, которому всегда мало ласки. Возможно, с появлением Тэхёна ему и вправду её всегда мало, хоть они и находятся большую часть времени вместе.       — Я украл для тебя пару цветочков, — горячо дыша, сказал Чон, утыкаясь в шею младшего. Слишком жарко.       — Зачем? — улыбаясь, спросил глупый вопрос, поглаживая шею мужчины.       — Просто захотелось тебе подарить цветы. Они, конечно, маленькие, но такие же красивые и нежные как и ты.       Тэхён смутился.       Ему не впервой слышать подобное от мужа. Но каждый раз слыша, улыбка поднимается до ушей и щеки заливаются румянцем.       Слишком приятно. Слишком интимно. Слишком.       — Спасибо, что показываешь мне мир. Я совсем недавно думал о том, что ты делаешь это, а я даже не отблагодарил. Мне очень приятно. И мне нравится путешествовать и познавать всё вместе с тобой, Чонгук, — встречаясь с карими, как кофе, глазами говорит Тэхён.       Слова от чистого сердца. Чонгук это знает. Его мальчик по-другому не умеет.       — Мне в радость, — оставляя чмок на излюбленных губах, говорит Чонгук. — Мне нравится видеть твою радость и твою улыбку.       — Ты даже ничего не просишь взамен.       Чонгук засмеялся.       А Тэхён нахмурился, разве он сказал что-то смешное?       — Мне ничего не нужно взамен. У меня есть ты, твоя любовь и твоя улыбка. Зачем мне что-то ещё? — заметив серьёзное лицо напротив себя, ответил Чонгук.       — Но…       Не дав возмутиться, накрыл его губы своими губами Чонгук, вовлекая того в поцелуй. С Тэхёном хочется целоваться вечность, сминать сладкие губы, чувствуя вкус недавно съеденной вишни.       — Я люблю тебя, — шепнул Чонгук на секунду разорвав поцелуй, а потом снова впился в любимые губы, чувствуя улыбку на лице Тэхёна.       Он его тоже любит.

***

Спокойно потянуться после ночи перелёта было самым приятным ощущением за эти двенадцать часов. Спускаясь по ступенькам, Тэхён почувствовал, как Дубай встречает его с прохладным ветерком. Оно и к лучшему — в самолёте было жарко. Спустившись, Тэхён обернулся к спускающемуся Чонгуку и притянул тому свою руку. Встретившись глазами с Чонгука, их руки сплелись в замок, а сами они пошагали в сторону входа в аэропорт, чтобы забрать свой багаж.       Их путешествие длилось три месяца, все это время они провели вместе, наслаждаясь друг другом. Летая из одной страны в другую каждую неделю, их чемоданы пополнялись все больше и больше, поэтому вместо двух чемоданов, сейчас Чонгук ожидает четыре. Как так получилось? Из каждой страны Тэхёну хотелось привести что-то необычное, какой-то сувенир, который не найти ни в Дубае, ни в Индии. Осознали они всю плачевность ситуации только когда собирали чемоданы в последние дни, перед отлётом домой.       Тогда Тэхён предлагал всё выкинуть, потому что не думал, что по итогу этого окажется так много, а Чонгук в свою очередь отговорил, мысленно считая сколько придётся переплатить. Но выкидывать ничего не хотелось, все же и он прикупил некоторые сувениры для знакомых и семьи.       — Сильно устал? — поинтересовался Чонгук, пока они стояли и ждали пока выедет их багаж.       — Нет, но шея болит. Спал неудобно, — приподняв уголки губ, произнёс светловолосый. — А ты? Ты вообще спал? Когда я ложился, ты ещё не спал. Когда проснулся, ты уже засматривался.       — Я спал, но мало. Не являюсь любителем спать в самолётах, хоть и в бизнес-классе. Никогда не высыпаюсь, вот и решил, что лучше решу дела по работе, зато ты уснул быстро, — вспоминая, как спустя час после взлёта Тэхён уже, видимо, видел девятый сон и сладко сопел.       Тэхён показательно надул губы, а Чонгук них бегло чмокнул, улыбнувшись.       Тэхён не мог не улыбнуться в ответ.       — Я дремал, это не был крепкий сон, — кивает, как бы подтверждая свои слова.       Чонгук кивнул в ответ, мол, верю.       Потому что помнится ему, что Тэхён не реагировал даже на лёгкие тычки в плечо, когда стюардесса приходила поинтересоваться, будут ли они ужинать.       Когда они забрали чемоданы и погрузили их на тележку, парочка направилась в сторону выхода, пройдя перед этим последний паспортный контроль. Как только они вышли из здания аэропорта, Чонгук вызвал такси, потому что его машину отогнали ещё в тот вечер как они отправились в путешествие.       В машине они мило болтали. Ну как болтали, болтал Тэхён, рассказывая свои впечатления и то, как счастлив, что они все-таки поехали в это путешествие, потому что над ним они думали очень долго, а когда же окончательно решили, что отправятся, то вместе писали план, чтобы не быть потерянными как приедут.       Чонгук внимательно слушал и улыбался. Ему было приятно, что он смог порадовать Тэхёна и оставить у того немало восхитительных эмоций. Да и самому понравилось, ибо в некоторых странах и сам побывал впервые.       Про себя Чонгук делает маленькую пометку, что в их медовый месяц им нужно будет отправиться в ещё одно путешествие, но уже покороче.       А уже завтра нужно будет возвращаться в серые будни.       Когда же они приехали, любезно попрощавшись с водителем, направились в дом.       Дом Чонгука их был немалых размеров. Жили они здесь только вдвоём, не считая уборщицу, которая приходит каждый день, чтобы поддерживать порядок в доме. Пройдя внутрь, Чонгук оставил чемоданы у двери, а сам пошёл на кухню, дабы выпить воды, потому что в горле пересохло и жара на улице неимоверная. Тэхён же снял с себя кроссовки и как только вошёл в гостиную, упал на мягкий диван.       — Я ничего готовить сегодня не буду, — сказал Тэхён, оперевшись подбородком о ладонь.       — Поедем в ресторан, — спокойно ответил Чонгук, оставив на столе стакан. — Какую кухню желает ваше величество сегодня?       Тэхён засмеялся, откинувшись на подушку.       — Итальянскую? — спрашивает, чтобы знать хочет ли Чонгук того же.       — Можем и итальянскую, — улыбнулся мужчина, присев рядом с Тэхёном.       Тэхён разглядывает Чонгука так, будто видит его впервые. Подмечает, что иметь загоревшую кожу ему подходит даже больше, чем светлую.       Опуская глаза на крепкие, венистые руки, Тэхён невольно закусывает губу, пальчиком дотрагиваясь и проходясь по венке. В голову, как не кстати, закрадываются воспоминания, как эти же руки сжимали его упругие ягодицы, как альфа тягуче и грязно входил в него. Как раздувались вены, когда его трахали на весу и…       — Без понятия, что у тебя на уме, но мне не кажется, что что-то милое, — склонив голову в левую сторону, произнёс Чонгук, все так же улыбаясь. Но сейчас будто бы не так мило, как минуту назад. Это другая улыбка.       — Вспоминаю, как мы отдыхали, — подмигивает Тэхён.       Пусть теперь думает про какой именно отдых он упомянул.       А Чонгук не дурак, давно понял.       — И что ты предлагаешь?       — Итальянскую кухню предлагаю, — закинув ногу на ногу, произносит Тэхён, смотря снизу вверх на своего мужа.       Играется.       — Я уже успел изголодаться.       Тэхён немного приподнимается, снова закусывая нижнюю губу, а Чонгук нагло пялится. И даже не скрывает этого. Его заводят игры, где Тэхён ему намекает, но не говорит прямо.       — По тебе, — договаривает спустя пару секунд Чонгук и впивается в губы младшего.       Тэхён улыбается сквозь поцелуй, уложив свои ладони на крепкую шею и потянув за собой. Теперь Чонгук нависает над Тэхеном, одной рукой сжимая талию тела под собой. Младшему этого мало, хоть он и теряет рассудок рядом с Чонгуком, но хочется больше, хочется слиться воедино и стать один целым. Хочется чувствовать даже обычное трение спортивных штанов Чонгука о его шорты. Это невыносимо, сносит крышу от каждого касания и жаркого поцелуя, чувство, будто не хватает воздуха. Светловолосый расставляет шире свои ноги, ставя их по сторонам, чтобы мужу было удобнее устроиться между ними. Зарывается своими пальчиками в тёмные волосы и сжимая, легонько оттягивает, разрывая поцелуй.       Тихонько хихикая и улыбаясь, Тэхён шепчет:       — Нужно сходить в душ, покушать, а потом самая приятная часть.       Чонгук, возбуждённый до предела, принимает попытку продлить удовольствие, опускаясь и оставляя дорожку поцелуев от шеи до ключиц. Чувствует в своих волосах руку омеги, которая с каждым приятным поцелуем, сопровождающимся громких чмоков со сбитым дыханием, сжимает волосы все сильнее.       Это не больно, даже приятно. Это возбуждает сильнее, Чонгук сейчас действительно походит на какого-то голодного зверя.       — Родной, сначала нужно сделать все дела, — тяжело шепчет Тэхён, ведь у самого дыхание сбито.       Тэхён всегда был таким. Всегда любил сначала сделать все планы, а только потом заниматься сексом, чтобы потом можно было спокойно проваляться хоть целый день. Хоть иногда и изменяет своим принципам, но видимо не в этот раз.       Чонгук оставляет последний чмок на излюбленных губах, прежде чем повалиться набок.       — Это конечно хорошо, планы все дела, но у меня есть небольшая проблемка. Ну, как небольшая, — толкая язык за щеку, произносит Чон, рассматривая мужа перед собой.       Невероятно красивый.       — Что же мы будем делать? — усмехнувшись, спросил, но ответа не требовал, ибо и сам знал, каков план действий.       — А что ты предлагаешь? — заинтересованно.       Прочитать Тэхёна как открытую книгу невозможно, тот слишком непредсказуем. Наверное, это единственное, что настораживает Чонгука, ведь чаще всего ему легче общаться с людьми, которых можно прочитать. Когда знаешь, что ожидать и какой человек на самом деле. Но это не про Тэхёна.       Тэхён лишь с непонятливой, но положительной, улыбкой пожал плечами, поднимаясь с дивана и следуя в сторону ванны. Чонгук наблюдает, будто ожидая чего-то, но сам не понимает чего.       — Можешь потереть мне спинку, например, — кидает вслед, скрываясь за дверьми ванной комнаты.       А Чонгуку остаётся с улыбкой до ушей закрыть свое лицо руками и несколько секунд посмеяться.       Все-таки действительно непредсказуем.       Но упускать свой шанс он не собирается, поэтому не выдержав и минуты, мужчина вскакивает с дивана, направляясь в сторону ванной, из которой уже слышен шум воды.       Чонгук, заходя в ванную, замечает, что включен не главный свет, а лампа, которая предназначена для освещения зеркала. Но привлекает Чонгука совершенно другое, он взглядом цепляется за фигуру, стоящую перед ним, которая повернута задом и на лице сама по себе появляется ухмылка.       Тэхен почувствовал то, что в ванной он находится не один, стараясь не выдавать себя и спокойно намачивал водой свои волосы. Теплые струи воды стекали дорожками по телу, рисуя незамысловатые узоры на светлой коже. Слышал каждый шорох, предполагая, что этот тихий шум был от мужчины, который снимал с себя одежду.       Чонгук не спешил, делал все медленно, наблюдая за Тэхеном. Знал, что тот уже услышал его и ожидает мужчину рядом с собой в душе. Но Чонгук лишь стоит, не отрывая глаз. Перед ним искусство, иначе бы он не сказал. Был бы он художником — Тэхен бы был на каждом из его работ, да и верится ему, он бы не смог передать всю красоту этого человека. Неземная красота. А то, что он видит перед собой — срывает крышу, заставляет смотреть без возможности оторваться, он будто завороженный, и двинуться не может.       Но двинулся. В сторону Тэхена, открывая дверцу от душевой кабины и как только встал вплотную к младшему, закрыл ее за собой.       Тэхен замер, ожидая.       Чонгук наклонил свою голову и приблизился своими губами к плечу Тэхена, оставляя поцелуй и опаляя кожу своим горячим дыханием.       — Ты слишком долго. Я успел заждаться, — шепчет, не желая нарушать интимную обстановку.       Чонгук усмехнулся, оставляя еще один поцелуй — ближе к шее.       — Я не мог налюбоваться тобой, — правду сказал, не соврал.       — Налюбовался? — интересуется младший, обернувшись.       Теперь они смотрят друг другу в глаза. Разница в росте у них всего лишь пару сантиметров, поэтому Тэхен может себе позволить детально рассмотреть лицо напротив и восхититься. Снова. Чонгук столько говорит о его красоте, хотя и сам не обделён, будто сын Афродиты. Кажется, и сам того не понимая.       — Мне жизни не хватит, чтобы налюбоваться тобой, — отвечает сразу же, не задумываясь. Своей ладонью водит по бедру Тэхена, едва касаясь, поднимается вверх и заводит свою руку за спину. — Нужно будет повесить картины с твоим изображением на каждом сантиметре нашего дома.       Тэхен посмеялся.       — И твои повесим заодно, — произнес Тэхен, прежде чем впился в желанные губы.       Слишком много слов, слишком мало действий.       Горячая вода стекала по их разгорячённым телам, смывая напряжение, но разжигая ещё большее желание. Чонгук прижал его к холодной плитке, контраст температуры заставил Тэхена вздрогнуть.       Губы мужчины вновь накрыли его, жадные, требовательные, с нетерпеливым нажимом. Язык углубил поцелуй, исследуя, дразня, заставляя его задыхаться от нахлынувших ощущений. Руки скользнули по мокрой коже, изучая каждый изгиб, каждый мускул.       Чонгук резко поднял Тэхена, заставляя обхватить бёдрами его талию. Горячее дыхание обжигало шею, зубы едва ощутимо царапнули чувствительную кожу, оставляя следы. Вода шумела вокруг, но заглушить частое дыхание и приглушённые стоны она не могла.       — Ты сводишь меня с ума, — голос Чонгука был низким, хриплым, наполненным жгучим желанием.       Его движения стали настойчивее, требовательнее. Каждое прикосновение становилось всё более уверенным, каждый взгляд — всё глубже. Вода, жар, их тела, сплетённые в единое целое — всё теряло значение, кроме этого момента.

***

      Тэхен заходит в хорошо освещенное помещение, перед этим улыбнувшись Чонгуку, который придержал ему дверь и пропускал вперед. Пускай это и кажется мелочью, но Тэхена умиляло, что даже в таких мелочах его мужчина ухаживает за ним.       В ресторане не было людно, слышалась приятная музыка, которую играла какая-то группа в углу. Тэхен любил живую музыку, это придавало особенную атмосферу заведению, ведь даже находиться там становилось приятнее. Чонгук любил бронировать для них целый ресторан на пару часиков, обьяснив, что так им не будет никто мешать и он сможет насладиться времяпровождением с младшим.       — Тут очень красиво, — первое, что произнес Тэхен, как зашел во внутрь. И не соврал. На каждом столике стояли небольшие цветочные композиции, дополняющие друг друга и наполняющие ресторан приятным ароматом.       — Конечно, — согласился, не отводя своих глаз от Тэхена.       Тэхен повернулся к Чонгуку, встречаясь взглядом с карими глазами. Уголки губ сами по себе пололзли вверх, отчего на лице появилась нежная улыбка. Предназначена она была только для одного человека.       Когда к ним подошел официант, он указал им на столик, находящийся посредине ресторана, и предложил присесть именно туда. Узнав, что молодая пара хочет заказать, он ушел, оставляя их наедине и предупредив, что еда будет готовиться приблизительно двадцать минут.       Чонгук с Тэхеном с улыбкой поблагодарили официанта, а когда тот ушел, младший расслабился в компании мужчины. Они давно не ели корейскую еду, поэтому решили заказать именно ее. Пока путешествовали, успели испробовать каждое блюдо из каждой страны и, возможно, добавить себе в каждодневное меню.       — Время так быстро пролетело, будто и не ездили никуда, — усмехнулся младший, чуть склонив свою голову вбок.       — Можно уже начинать планировать следующий отпуск, думаю, через месяца два съездим. У меня как раз будет пару недель выходных.       Чонгук уверен, в глазах Тэхена он увидел как зажглись маленькие огоньки. Он уже предвкушал.       — Что думаешь насчёт круиза? Давно хотел попробовать.       — Не боишься? — интересуется. — Открытый океан...вдруг что-то случится?       Тэхен цыкнул.       — Везде может что-то случиться, даже когда идешь по дороге, — приподнимая бровь произносит, кивая. Подтверждает свои же слова.       Тэхен укладывает свои руки на стол, не сильно вытягивая их. Ноготком легонько проходится по белой скатерти, невесомо царапая, не оставляя следы.       Чонгук опускает свой взгляд на правую руку Тэхена, где на безымянном пальце красуется кольцо с бриллиантом. Его Чонгук подарил спустя несколько месяцев знакомства Тэхену, с предложением стать его мужем. Как сейчас вспоминает этот день.       В его планы не входило тогда делать предложение, но выдался удачный момент, когда они сидели вместе на веранде, обнимаясь и глядели вместе на закат. Небо было окрашено розовым цветом, а младший все рассказывал о его жизни и планах, не замолкая. Тогда Чонгук и понял, что любит по-настоящему — и не хочет ждать. Он планировал устроить какой-то ужин, возможно, поехать в ресторан или выбрать более романтичную обстановку, ведь это важный день и к нему стоило подготовится получше. Но все произошло внезапно. В таком романтическом моменте осознал, что не хочет ждать.       Чон укладывает свою руку поверх руки Тэхена, нежно поглаживая.       Тихим прикосновением перебил речь младшего, который будто застыл и с улыбкой смотрел на возлюбленного перед собой.       — Я безумно счастлив сейчас, жизнь моя, — произносит искренне, с любовью. — Не думал, что я когда-то буду так счастлив, коим являюсь рядом с тобой.       Тэхен краснеет. Чонгук никогда не был сукуп на нежные слова в сторону младшего и эти же слова доказывал поступками.       — Ни разу не пожалел, что я тогда приехал на эту встречу и вышел к тебе на берег, — продолжает свою искреннюю речь Чонгук.       — Я тебя люблю, Чонгук.       — Хочу тебя поцеловать.       — Что тебе мешает?       И вправду.       Чонгук двигается ближе, впиваясь в любимые губы. Поцелуй нежный. Показывает всю свою любовь, которая находится в нем, сминая поочередно то нижнюю, то верхнюю губу. Не углубляет. На губах чувствуется улыбка, которая не сошла с губ Тэхена ни на секунду и тихий смешок.       — Когда я тебя увидел, подумал сначала, что ты грубый и отстранённый, — признается Тэхен, отстранившись от губ и присев на свое место. — Еще задумывался, что тебе нужно и почему ты пришел на тот берег за мной, расспрашивал обо мне и моих целях.       Чонгук засмеялся.       — Настолько грозным выгляжу?       Тэхен отрицательно замотал головой.       — Это было странно. Я постоянно чувствовал твой взгляд на себе, это даже немного пугало. Учитывая, что это была наша первая встреча.       — Просто от тебя невозможно глаз оторвать.       — Но все же я рад, что ты вышел тогда ко мне, заговорил и пригласил на свидание, — подытоживает Тэхен, несильно закусывая нижнюю губу.       — Ты понравился мне с первого взгляда, а после нашей встречи я влюбился в тебя, — выдает Чонгук, не замечая, что уже и сам улыбается непрерывно. Рядом с Тэхеном улыбка появляется сама по себе.       Не заметив, как за разговорами и едой уже прошло два часа, они удивились, когда к ним подошел официант и предупредил, что через 10 минут будет открываться ресторан и забыл спросить не желают ли они продлить время. Тэхен с Чонгуком отказались, потому что им хотелось поскорее уйти домой. Все же перелет и смена часового пояса дает о себе знать.       Чонгук расплатился за счет и когда они сели в машину, то отправились домой, слушая музыку и вместе с этим общаясь.       Когда до дома оставалось примерно пять минут, Чонгук остановился на парковке и попросил Тэхена подождать.       Каково же было его удивление, когда услышав стук в окно, Ким повернулся и увидел Чонгука стоящего с огромным букетом латирусов. Тэхен бегло открыл дверь, следом вылазя из машины.       — Ты сдурел… — находясь в шоке, прошептал Тэхен. Ему даже задумываться не хочется, какое количество цветов находится в этом букете. По тому, что Чонгук его держит двумя руками и выглядит он тяжелым, понимает, что огромное.       Чонгук на такую реакцию усмехается. Он давно не дарил больших букетов своему любимому, потому что цветы в некоторых странах в больших количествах были недоступны, но Тэхен был всегда рад даже если получал несколько маленьких цветочков.       Захотелось порадовать, поднять настроение. Тем более, Тэхен любитель цветов.       — Я вспомнил, что это был первый букет, который ты получил от меня. Латирусы, такие же красивые и нежные как ты, — говорит с улыбкой на лице и следит за тем, как младший вдыхает цветочный запах.       — И вправду… — вспоминает. — Они тогда простояли очень долго, я заботился о них.       — Эти простоят не меньше.       — Я тебя люблю, Чонгук. Спасибо огромное, — оставляя на губах напротив нежный чмок, еще раз оглядывает огромный букет Тэхен, восхищаясь.       Знает, его любят не меньше.

***

      Чонгук нежно вбивается в тело под собой, ладонью сжимая талию Тэхена. Крупная головка попадет прямо по простате, выбивая из Тэхена тихие стоны и удовлетворённое мычание. Наслаждаться стонами сполна Чонгуку не дает рука Тэхена, которая находится возле его же рта, прикрывая его. Иногда Тэхен может прикусить ее, когда мужчина делает сильный толчок, вызывая миллионы приятных ощущений.       Утренний секс точно не входил в планы Чонгука, а утренний секс на втором этаже дома родителей — тем более.       Вчера они приехали в Индию и решили остановиться в доме родителей Чонгука, которые прилетели сегодняшней ночью. Ужин большой семьей планировался уже давно и вот когда все нашли свободное время — обе семьи собрались в одном доме. Родители Тэхена приехали рано утром, слышал их Чонгук приблизительно в семь часов, когда выходил попить воды, а когда возвращался обратно в спальню, чтобы уснуть еще на пару часов, то внизу слышался шум и голоса старших, разговаривающих с друг другом.       Спустя пару часов, Чонгук проснулся от внезапных ласк — а точнее, от того, как Ким вбирал в рот его член, глядя похотливым взглядом на ничего непонимающего Чонгука.       Конечно, утренний секс ему не в новинку, но смущало больше всего, что их родители находились на первом этаже и в любой момент могли зайти то ли старшие, то ли младшие.       Громкий секс у них сопровождался грубыми толчками, отметинами и укусами, поэтому в этот раз это нежный. Тихий, приятный и спокойный.       Чонгук старается держать размеренный темп, впиваясь в сухие губы напротив и зацеловывая все стоны, позволяет сделать пару грубых толчков. Чувствует, как ноготками Тэхен оставляет на плечах следы, притягивая ближе. Тело к телу, чтобы воздух не мог просочиться между.       — Я тебя безумно люблю, — шепчет Тэхен сбившимся дыханием сквозь поцелуй и гладит ладонями следы, оставленные секунду назад.       Чувствует, как тело прошибает оргазм. Налитый член вытекает смазкой, а спина выгибается, чтобы быть еще ближе к Чонгуку. Тот в свою очередь, делает несколько завершительных толчков, обильно кончая в презерватив, снова утянув мужа в поцелуй.       Нежный, наполненный чувствами и благодарностью за близость.       Старается не рухнуть на тело под собой — чувствует себя словно ватным. В завершение оставляет нежный чмок и, стянув презерватив, валится рядом на кровать, поправляя искомканную от рук Тэхена простыню.       Тэхен тем временем лениво укладывает на старшего свою руку, обнимая того за талию и смотрит влюбленными глазами. Восхищается и разглядывает каждую деталь на лице Чонгука, будто видит впервые.       — Надеюсь, никто не слышал нас, иначе будет неловко перед родителями, — усмехается, оставив беглый поцелуй на лбу младшего.       Тэхен закусывает свою нижнюю губу, улыбаясь.       — У вас хорошая звукоизоляция. Уверен, на первом этаже происходит шум и галас, а мы, находясь в этой комнате, этого не слышим.       — Нужно сходить в душ и спускаться, уже одиннадцать. Нас уже заждались, — произносит Чонгук, лениво потягиваясь.       — Я пойду первый.       — Не хочешь пойти вместе? — скинув бровь, поинтересовался.       Тэхен поднялся с кровати и не накинув на себя даже футболки, медленным шагом поплелся в ванную. Слава богу, комната имела свою ванну и чтобы зайти туда, не нужно было выходить из нее.       Обернувшись, младший отрицательно замотал головой.       — Хочешь задержаться ещё на час, чтобы нас потом искали? — хочет и сам, но родители уже наверняка ждут, пока они проснутся.       — Хорошо-хорошо, я понял, — сдается, отпуская Тэхена одного и оставаясь в одиночестве валяться на кровати, наблюдая за солнечной погодой из окна.       Спустя десять минут, когда Тэхен вышел из душа, следом туда зашел Чонгук, перед этим не забыв пошутить про то, что никто ему спину даже не помоет. Ким улыбнулся на это и накинув на себя легкую черную рубашку с белыми брюками, спустился на первый этаж.       — Доброе утро, — улыбаясь, поприветствовал всех Тэхен, заставив всех членов семьи обратить на него внимание.       — Мой сыночек, — подошла к нему мама, обнимая. Скучала. Они не виделись четыре месяца и созванивались лишь пару раз в неделю.       Тэхен был рад видеть ее, ведь мама для него является самым близким человеком. Им она была с детства и останется по сей день. Может доверить ей каждый секрет и каждую сплетню, знает, что в родном доме всегда его ждут и он является любимым сыном.       — Мой хороший, — начала мама Чонгука, так же подходя к Тэхену и обнимая. — А чего ты так поздно? Где Чонгук?       Тэхен обнял мам, не забыв погладить ладонью по спине, как это любил делать.       — Чонгук сейчас в душе, думаю, придет через пару минут, — пожимая плечами ответил, чувствуя носом вкусные запахи из-за которых рот наполнялся слюнями. — Сегодня на ужин будет утка с овощами?       — Конечно, сынок, как семейный ужин может быть без утки, — сказала мама, подходя к досточке и продолжая нарезать овощи, которые нарезала до прихода сына.       — А где отец? Малышня?       — Отец с отцом Чонгука на улицу ушли, в саду наверное, обговаривают непонятно что, а малышня убежали играться и познакомились с соседними детьми, у них там компания большая теперь.       Тэхен кивнул — мол, понятно. Взглядом зацепился за стоящего у двери Хаджуна. Того самого, который полтора года назад должен был стать его мужем. Того, из-за которого Тэхен себе места не находил первые дни.       — Привет, — подойдя к мужчине, произнес Тэхен. Знает, что Хаджун не держит на него зла и счастлив, что Тэхен с Чонгуком вместе.       — Ты проснулся, — усмехается. — Мамы только и обсуждали где вы находитесь и почему так долго спите. Как твои дела? Как новая страна?       — У меня все отлично. Уже понемногу освоился. Чонгук помогает привыкать. Учусь в университете и параллельно стараюсь работать, — облокотившись об стенку рассказывает Тэхен.       С Хаджуном не чувствовалось напряжения, они хорошо поладили. Мужчина является человеком, с которым будет комфортно поговорить даже даже о самом банальном и Тэхен рад, что он такой. Что не стал злиться и понял все как взрослый человек, когда Чонгук пришел к нему и рассказал о намерениях касаемо Кима.       — А ты что расскажешь нового? — интересуется Тэхен, не желая молчать.       — Женюсь.       Тэхен поднимает брови в удивлении, приоткрывая рот.       — Я тебя поздравляю, — искренне.       — Да, спасибо. Мы познакомились с ним на переговорах, он приносил мне кофе, которое я просил каждые десять минут из-за того, что хотелось полюбоваться им, — замечает улыбку на губах Хаджуна младший. Он действительно влюблен, и это видно.       — Значит это будет насыщенный год, раз уж будем гулять на двух свадьбах, — посмеиваясь говорит Тэхен, уже предвкушая.       — Это точно.       Перекинувшись еще парами фраз, Хаджун извинился и отлучился из-за того, что ему позвонили по работе, а Тэхен направился обратно на кухню, куда уже пришел Чонгук. Заметив его, на лице снова расцвела улыбка и пока женщины были отвернуты, успел украсть у мужчины короткий поцелуй. Соскучился.       Со стороны входа послышался громкий детский смех. Дети паровозиком забежали в дом, подбегая к Тэхену и Чонгуку. Когда те оказались рядом, стали ластится к ногам и обнимать их, чтобы взрослые их взяли на руки, что и они с Чонгуком и сделали.       Тэхен поднял свою маленькую сестру, которая как только оказалась на руках, обвила его шею руками, обнимая и поцеловала в щечку. Чонгук тем временем взял своего младшего брата на руки и младшую сестру Тэхена.       — Тэхен, а почему ты так долго не приезжал к нам? — спросила сестра, дуя губы.       — Я был занят, маленькая, прости, — поглаживая девочку по спине.       Взгляд зацепился за Чонгука, который с широкой улыбкой общался с детьми поглядывая на Тэхена, а как только все же словил его взгляд на себе, подмигнул.       Это Тэхен и зовет счастьем.