метаморфоз.

Солнце уже отстояло большую часть отведённого ему времени на небе, постепенно погружаясь в горизонт. Унося с собой тепло, светило провожает мир в темноту, неспеша. Круглые сутки в Мафии продолжается работа, особенно вечером. В это время начинается подготовка к кровавой ночи, в который потонут сотни цветков сакуры и сотни жизней. Кто-то не вернётся домой, а кто-то найдет этот дом. Не в лучшем месте, не с лучшими людьми, но отыщет. В поисках любви, надежды и пристанища можно потерять многое. Стоят ли жертвы результата? В срочном порядке Чуя покинул здание Мафии. На улице заметно холодно, но время поджимает. И сколько бы Хигучи не уговаривала его ездить с водителем, Накахара все равно прыгает за руль самостоятельно. Торопясь, он даже не попадает ключом зажигания, но со второй попытки выходит. Двигатель резво заводится, вдыхая в автомобиль жизнь. Чуя вжимает педаль практически в пол, срываясь с места. До порта ехать не больше 10 минут, но чёрт возьми, он уже опаздывает. А Накахара ненавидел это. Юноша всегда и везде первый, будь то по времени или другим качествам. Когда Чуя видит на часах, что время переиграло его и находится в преимуществе, парня моментально накрывает волна. Он тонет в своих же навязчивых мыслях, стыдом перед другими, что он совсем не такой компетентный, как говорят они. Он боится не оправдать чужих ожиданий, опорочить свое имя и свою организацию. В такие моменты успокаивает только одно. – Сука.. – Накахара роется в кармане пиджака, что ранее был откинут на соседнее сиденье. А найдя там нужнуе зажигалку и пачку сигарет мальборо, достает одну и, стараясь не отвлекаться от вождения, зажигает. – Надеюсь, что Гин продержится до моего прибытия. – Как мог Чуя успокаивал себя. Она давно не маленькая девочка, а наоборот, одна из самых надёжных исполнителей. В ком, так точно не в ней он должен был сомневаться. Накахара открыл ветровое стекло, позволяя дыму покинуть салон, заменяя его вечерним ветром. Рыжие кудри слегка колыхались под морским бризом, врезаясь в шляпу. Пробок не было, так что юноша лишь поддал газа, приближаясь к точке назначения лишь быстрее. Направлялся он к виски-дилеру Ширасэ и его подручной Юан. С Мафией они всегда были в хороших отношениях, работая ради интересов друг друга. Так и сам Чуя давно знаком с обоими из них, имея статус друзей, но ближе к деловым связям. Они понимающие, благоразумные люди, что не будут устраивать конфликт из-за одного опоздания, но рыжему было все так же не по себе, уж такой он человек. В лобовом стекле уже были видны яхты, что слабо качались на волнах. Погода стояла спокойная, позволяя всем вокруг лицезреть красоту этого места. Но увы и ах Накахара сворачивает в нужный переулок, где его уже давно ожидают. Авто было припарковано чуть дальше места встречи, так что юноше пришлось немного пройтись своими двоими, накинув пиджак на плечи. При виде Акутагавы и старых знакомых Чуя непроизвольно улыбается, слегка махнув им рукой. – А вот и Чуя, мы тебя заждались! – Воскликнула Юан, подойдя ближе к главе. – Давненько у нас не было причины встретиться, с поставками совсем туго.. – Проговорила с досадой девушка, обняв рыжего. – Что верно, то верно. – Подметил на фоне Ширасе, доставая документ с условиями сделки. Конечно все было обговорено ранее, но без официальной подписи даже узы друзей не помогут. – Ну же, Юан, перестань вешаться на нашего товарища! – Буичиро не был доволен поведением девушки, но ее можно было понять, они и правда давно не виделись. – Все в порядке, я тоже по вам скучал. – Накахара слегка погладил розовые волосы, но когда юная дама все таки слезла с него, выдохнул с облегчением. – И Гин, тебя я тоже очень рад видеть. – Брюнетка слегка не ожидала, что к ней обратятся, но кивнула главе, заправляя за ухо длинные, распущенные волосы. Молодой человек с серыми волосами протянул документ, всовывая его прямо в руки мафиози. Чуя пробежался глазами по строкам, будто бы ещё ни разу их не видел, а в конце оставил свою подпись. Смотря на то, как он выводил, казалось бы, каждую букву, можно представить часы, если не дни тренировок. Почерк с натяжкой можно назвать вещью, на которую стоит тратить столько времени. Тем не менее Накахара старался довести даже это до идеала. Тем не менее бумаги вернулись владельцу, сделка официально состоялась. А раз все рабочие вопросы устранены, почему бы не отметить встречу? – Предлагаю по бокалу игристого, все согласны? – Что, как не совместное распитие алкогольных напитков сближает компанию? Вот и Накахара думал также. – Тут совсем недалеко есть ресторан, но ехать придется на машине. – Можно было и дойти пешком, но в таком случае пришлось бы возвращаться к автомобилю, чего рыжий делать не хотел. Уже будучи в машине завязался ненавязчивый разговор. Кто где был и какие изменения потерпела их жизнь. Как в былые времена Чуя со старыми друзьями посмеивался, пока Акутагава все молчала. На ее лице была задумчивость, но по неким причинам озвучивать вопрос она не торопилась. Ближе к концу поездки, она решила не томить. – Извините, но мне очень любопытно, как вы познакомились с Накахарой-саном? – Девушка смотрела на пассажиров сзади через небольшое зеркальце. Странно, но ее вопрос рассмешил дилеров лишь пуще. Тогда они рассказали эту смешную историю. Выпускной 12 класса был уже на носу. Экзамены давно сдали и, казалось бы, можно расслабиться, но не Чуе. Несмотря на месяцы подготовки, он не смог получить желаемый результат по одному из предметов. Желаемый его матери. За что и получил запрет на посещение столь важного для него праздника. Но Накахара так быстро не сдаётся. Плевать он хотел, что ему наказала Коё и что он ей обязан. Правда не так легко сбежать с восьмого этажа, когда любимая матушка буквально сторожит входную дверь. Чуя все надеялся, что она хоть на час уйдет из прихожей, но этого так и не случилось. Время поджимало, нужно срочно что то думать. Ну не вылезет же он из окна? А может и вылезет. По необычному планированию дома, его окно по чистой случайности находилось рядом с пожарной лестницей. Осталось одно но. Юноша ужасно боялся высоты. Тогда вспоминались слова той же Озаки, что наказывала его за любое проявление страха или слабости. Взяв всю волю в кулак, парень все же решился на этот идиотский поступок. Но только он залез на эту лестницу, он начал сомневаться в каждом своем решении за эту жизнь. Ветер неплохо расшатывал и так хлипкую лестницу. Минуту Чуя даже не решался открыть глаз, а ему ещё предстояло спуститься вниз. Сердце колотилось как бешеное, заставляя все тело трястись в ужасе. В ушах безумно звенело, пока парень делал первый шаг вниз. Ступеньки находились близко друг к другу, делая каждое движение Накахары все смелее. Может минут 10 он потратил на спуск, но вот, он стоит на земле, что удивительно живой и здоровый. На самом праздновании Чуя и встретился с Юан и Ширасе. Они сами пригласили его к себе за столик, выпивать уже вместе. Совершенно не зная друг друга, уже через пол часа юноша вместе с Юан пели в караоке и ругались с другими людьми. Сказать, что они были в стельку - ничего не сказать. Вечеринка закончилась, но оставался вопрос, как вернуться домой? Буичиро был самым трезвым из тройки, вся ответственность пала на него. Какого же было удивление парня, когда он узнал, каким способом Чуя попал на вечеринку. На вид он был конечно более вменяемый. – Чуя, я не думаю, что это хорошая идея, лезть туда обратно.. – Ширасе слегка волновался за новоиспечённого друга. Он же ведь не собирается подниматься на восьмой этаж в таком состоянии? – Накахара стой! Рыжий был непреклонен. Алкоголь окончательно ударил ему в голову, страх уже не имел никакой влиятельности в глупой юношеской макушке. И вот, пьяный, ничего не понимающий Чуя, лезет по этой лестнице. Не менее пьяная Юан поддерживает его где-то внизу, пока Ширасе места себе найти не может. Все кажется сказкой. Сном, где если чуя упадет, сразу проснется. Во сне он может все, он ничего не боится. Карабкаясь вверх, как легендарный альпинист, что покоряет Эверест, Накахара добирается до окна в свою комнату. Целый и невредимый он плюхается на кровать. В уличной одежде, он засыпает без задних ног. Так хорошо, он ещё никогда не спал. До конца посиделки в кафе, Чуе было очень стыдно за себя, но вот Гин узнала Босса с другой стороны, ещё не виданной раньше никем, кроме двоих напротив. Маленький мальчик лежал на родительской кровати, смотря в белоснежный потолок. Его голова была совершенно пуста, а мысли составляли из себя черный клубок. Кажется он совсем изолировал себя от этого мира, погрузил в вечный сон. В сказку, где она ещё была здесь. И эта иллюзия была прекрасна до боли, до скрежета зубов родна. Пока он видел ее улыбку, он не хотел просыпаться. За окном уже утро. Солнце пыталось разбудить Осаму своими шаловливыми лучами, но жалюзи спасали соню от такой участи. Даже если бы их не было, светилу пришлось бы неплохо пропотеть, чтобы разбудить юношу. Спал он всегда крепко, а может делал вид, что спит. Раз уж солнце со своей задачей не справилось, на замену появляется будильник, от его шума уже никуда не убежать. Так или иначе Дазаю приходится вставать с кровати и убрать раздражающий шум. Теперь было даже слишком тихо. Напоминало дом, после ухода матери. Мори стал лишь чаще пропадать на работе, а Элис вовсе отдали на попечение другим родственникам, ибо она была ещё слишком мала. Все пространство было под руководством одного Дазая. Никаких больше радостных голосов, даже шума на кухне больше не было. В дверь постучали. Там была уже знакомая Осаму, Хигучи. Она вежливо попросила новенького выйти из комнаты и собраться вместе с остальными в холле. Там были все те, кто вчера слушали речь Босса, конечно, кроме одного. Несомненно, с минуты на минуту начнется просвещение и для Дазая. Очередь уже длилась некоторое время, это было видно. Особенно окружали тех, кто только вышел оттуда. Они поведали, что у них на руках буквально сжигали иконы, уточняя, что это безумно больно. Для брюнета это проблемой не будет, у него высокий болевой порог. И вот, подошла его очередь. Зайдя в кабинет, парень по началу ничего не увидел из-за приглушённого красного света. Только спустя секунд десять, он увидел всех тех, кто находился в помещении. Определенно это был Босс, но кроме него было ещё несколько людей, которых он не сильно узнавал. Позади главы стояла девушка с длинными темными волосами, но кроме этого в комнате стоял большой округлый стол. За ним сидела женщина с красными волосами, кроме нее был какой-то старичок и юноша, похожий на первую девушку. Ещё Осаму успел заметить, что в воздухе было слишком много железа. – Господа, это Осаму Дазай. Осаму, знай, что наша семья - тайная семья. Ты вступаешь в общество избранных. Для остального мира его просто нет. – Начал свою речь Накахара, стараясь не запутаться в словах, что говорит уже сотый раз. – Отныне, наша семья будет значит для тебя больше, чем бог, родня или родина. Если я прикажу тебе убить своего брата, ты сделаешь это. Покажи мне, какой палец нажмёт на спуск. И Дазай вытянул случайный палец, коим оказался указательный. В руке главы блеснул кинжал, которым он и делает надрез в нужном месте. Пока кровь капает куда-то вниз, на лице зарождающегося мафиози было только выражение интереса от происходящего. Чуя выдохнул с облегчением, когда не услышал очередного крика боли. Прямо под рукой Осаму был столик, на котором лежала неизвестная икона. Алые капли разливались по ней, пока Босс наконец не взял ее. Как и предупреждали другие новички, икону подожгли и положили в руку Дазая. Но Чуя подложил уже свои руки снизу чужих, продолжая толковать. – Повторяй за мной. – Парень приготовился слушать чужую речь, игнорируя горящего святого в руке. – Если я предам тайну нашей жизни, да сгорит душа моя в аду, подобно этому святому. – Рыжий уверенно смотрел в чужие глаза, а в них отражался крохотный огонек, но казался он намного глубже и больше любого огня, которого он когда-либо видел. – Если я предам тайну нашей жизни, да сгорит душа моя в аду, подобно этому святому. – К концу речи Осаму, бумага догорела, оставив на ладони ожог и горку пепла. Юноше совсем не было больно, ему было тепло на душе, будто-бы он вернул ту семью, которую у него отняли. – Поздравляю, Осаму. – Со стороны исполнителей послышались довольные смешки. Не каждому удается выдержать без единого писка, брюнет заслужил похвалы. Он автоматически получил плюс в карму Мафии, что ещё ни раз ему поможет в новой криминальной жизни. Это было удивительное ощущение. Будто все эти люди гордятся им. Дазай ничего не сделал для этого и это чувство смущало его. Странно покалывало в животе, слегка щекоча. Так необычно, но неожиданно приятно. Юноша почувствовал некую уверенность в себе, даже пожелал, чтобы матушка видела его сейчас. Он чего-то достиг, спустя столько времени заслужил чьё-то уважение. Уверен, она бы точно обняла его и сказала, что всегда любила и гордилась своим сыном. То, что он бы никогда не услышал из уст Мори. Но даже так эти неизвестные люди заставили его как-то криво улыбнуться. Осаму поблагодарил исполнителей, немного поклонившись перед главой. Приобретенная мотивация, она уже двигала его к новым свершениям. Дазай четко поставил себе цель, добраться до Босса как можно ближе, доказать, что он может и достоин больше. Может даже Огай заметит его старания. Покинув кабинет, юноша даже не обращал внимания на удивлённые лица других. На вид он всё ещё сиял, никто не ожидал увидеть таким хоть кого-то, кто вышел из этого помещения. Может ладонь совсем не болела, но Осаму все равно отправили в медицинский кабинет. Он уже знал кого там встретит и готовился к худшему. Приготовив уже привычное безразличное лицо, Дазай открыл дверь в новое для него помещение. В нос моментально ударил не очень приятный запах. Чем, если не медикаментами здесь должно пахнуть. Все ещё безумно неприятно. Поморщившись, юноша все таки зашёл внутрь. Увы и ах, но первым он увидел того, кого совсем не желал видеть. Мужчина клеил пластырь на лицо какого-то странного паренька. Рыжеватые волосы на его голове смотрели в совершенно разные стороны, будто жили своей собственной жизнью. Выглядел он слегка помято, наверняка только вернулся с неопределенного задания. – Надо же, кто к нам пожаловал. – Мори моментально отвлекся от пациента, переведя свой взгляд на только вошедшую фигуру. – Неужели тебя посвятили, Осаму? – Брюнет корчился от произношения своего имени Огаем, но послушно кивнул. – Тачихара, познакомься, это Дазай, мой непутёвый сынок. – Кажется, врач обращался к тому парнишке, что уже потирал только приклеенный пластырь. – Мичизу - моё имя, будем знакомы! – Представился рыженький, на вид он был добродушным и довольно весёлым. – Элис тоже тут, если ты за ней. – Мори был прав, увидеть ее сейчас было бы куда приятнее, чем его немолодое лицо. И правда, девочка лет 11 показалась рядом, отбегая от чьей-то койки. Ее яркую макушку было видно отовсюду, Осаму уже наготове расставил руки, зная, как сестра буквально вешается на него после долгой разлуки. Так и произошло, сопровождаясь детским визгом. - Я тоже скучал, Элли. – Все, что мог выдавить из себя новый мафиози. Он не любил нежничать на публику, это настораживало. Но отказать девочке в объятиях он не мог. Таков ее старший брат.