Цвет маргаритки

      — О, первое место? — хмыкнул Ди, переводя взгляд с грамоты на Марго. Он казался равнодушным, как камень. — Ну круто.       Она сузила глаза и замерла, невольно ожидая чего-то ещё. Ди, напротив, больше ничего не говорил. Зевнув, он лениво сполз на кровати и улёгся, его взгляд уткнулся в потолок, а потом снова в телефон. Впрочем, ожидаемо, ему такие штуки всё равно были не особо интересны.       Марго понятливо кивнула, поджала губы и спрятала грамоту в рюкзак. В общем-то, показала она её так, между прочим. Очередная картонка с красивой надписью. Одета Марго была всё ещё в чёрное платье — концертное и для конкурсов. Бархатное, длиннющее, так и свешивалось с кровати, подметая пол. Но на сцене смотрелось красиво. Марго, к слову, немного жалела, что Ди на конкурсе не было. Хоть бы воочию увидел, что она не пустословит про изящество своей игры. Марго и правда казалось, что когда она берёт скрипку и смычок, сразу становится как-то приятнее глазу. Она как выступила, заглянула к Ди — его дом был по пути, от чего ж не зайти. Марго уверяла себя, что хвастаться ей не хотелось, а зашла она просто для приличия поделиться, где была. Они же с Ди вроде на одной волне. Хотя хрен знает, если честно, какие у него там волны.       Играя в какой-то шутер, Ди оторвал взгляд от экрана и бросил:       — Что хоть за конкурс? Много народу было?       — Струнных инструментов. Ну там, скрипки, виолончели, все в разных категориях, — делая тон равнодушным, ответила Марго. — Да так, не особо много. Человек пятьдесят.       К конкурсам она готовилась, кажется, всё детство. Преподавателю по скрипке нравилось отправлять Марго на все подряд. Сначала шла удачливая полоса, которая бывает у всех младших школьников — Марго выигрывала всё подряд. Она, маленькая и надеявшаяся на великое счастье, жутко радовалась, когда после представления третьего и второго номера ведущий торжественно объявлял победителя: «Маргарита Фурцева». Это словно окунуться в реку из солнечных лучей — вся слава твоя, а вместе с тем аплодисменты, радостные восклики и, конечно же, собственная гордость. Потом настали не самые удачные времена, и класса с пятого Марго всё реже удавалось занять место в счастливой тройке. Бывало, что она оказывалась и пятой, и седьмой, и вообще десятой. Поначалу её это ой как расстраивало, потом постепенно стало всё равно. Настолько, что даже возобновившиеся победы перестали радовать. Марго улыбалась краем губ на камеру, а сама думала, что могла и лучше. Но людям в зале и жюри было всё равно, что играла она не превосходно — если она оказывалась чуточку лучше других, сразу вручали первое место. Марго находила это не совсем честным, но до её честности дела никому не было.       Ди многозначительно помычал и снова мельком взглянул на неё, махнув свободным пальцем.       — Пятьдесят это дофига. Хотя… Не знаю. Я в вашей музыке не разбираюсь. Ну круто.       — Спасибо, — сухо бросила Марго и кивнула. — Ну ладно, мне пора.       Ди замер, не сводя с экрана взгляда, потом тихо спросил:       — Пришла сюда, чтобы сказать это?       — Почему нет? Теперь ты знаешь. Я думаю, это нормально, мы ведь типа друзья. А друзья иногда делятся, что происходит у них в жизни. Пока.       Ди кивнул и пробормотал что-то в ответ согласие, потом прощание. Подхватив скрипку в чехле, Марго закинула рюкзак за спину и вышла из комнаты. Похвалы ей были не нужны, хотелось просто поставить перед фактом, что сегодня она оказалась первая. Конкурсы, конечно, были не всемирные, а так, местечковые, но хотя бы благодаря им Марго чувствовала, что ещё что-то может. Как бы она не отнекивалась от желания побеждать, оно уже давно переплелось с её жизнью.       Марго старалась сделать так, чтобы в ней перестали видеть любопытную маленькую девочку. Она ведь уже не любопытная, да и не особо маленькая. Хотелось, чтобы на неё не пытались вешать бантики и ленты, видя незамысловатую выпускницу одиннадцатого класса. Марго не считала себя особо взрослой, она просто поняла, что выглядеть в чужих глазах строго куда выгоднее — с тобой не будут фривольничать и пытаться войти в положение, а сразу перейдут к делу. И взрослые уже давно воспринимали Марго всерьёз. А вот Ди, кажется, нет. Марго не понимала, что делает не так, но эта игра увлекла её. Ей принципиально хотелось сделать так, чтобы Ди увидел в ней человека с пожизненным первым местом. Хотя бы один раз. А уж что потом — неважно. Возможно, в скором времени Марго позабудет про это вовсе, но сейчас хотелось сделать по своему.

***

      Пальцы скользнули к юным стеблям и куче тонких лепестков. Хотелось то ли полюбоваться на маргаритки, то ли резко согнуть их, чтобы цветы с хрустом переломились. Марго предпочла первый вариант — всё же цветы были не её.       Маргаритки, как неожиданно оказалось, росли у самой ограды. И были они рыжие.       Марго зашла вовсе не за тем, чтобы поглазеть на цветы, — она обещала одолжить Хэви «Тома Сойера», потому как тот внезапно заинтересовался чтением. Или просто нужно было прочитать для урока. Но так она с книгой в руках и замерла, когда внизу замаячило что-то рыже-золотистое. Марго устроилась рядом на корточках и уставилась на цветы. Те, надо сказать, были красивые. Она не оторвала от них взгляда, даже когда сзади послышался хруст земли под тяжёлыми ботинками. Так они, Ди с Марго, и замерли — она над маргаритками, а он позади цветов и неё. Наверняка ещё и руки в карманы сунул.       — Не знала, что они у вас растут, — сказала Марго, обернувшись, и тут же сощурилась от солнца.       — Да я тоже не знал, — бросил Ди. А руки у него и впрямь были в карманах. — Как сорняки.       — Отнюдь. Сорняки растут где попало, а эти ведь нет. Им ещё прижиться надо.       Ди фыркнул, нахмурился и пнул мелкий камешек.       — Да чего в них особенного… Трава, только цветная.       Марго ухмыльнулась, двинув бровью. На лице у Ди нарисовалось понимание. Он склонил голову и спросил:       — Или ты их так выгораживаешь, потому что вас зовут одинаково?       Она неопределённо махнула рукой и оставила это за завесой тайны. Пускай гадает, раз такой умный.       Марго и впрямь любила маргаритки, особенно рыжие и жёлтые. И не потому, что их роднило имя, просто их цвет она находила похожим на золотой — цвет короны, первого места и победы. Победы не обязательно официальной — Марго просто любила оказываться лучшей. Казалось, что это делает ей хоть какую-то честь. Хотя сама Марго на яркие маргаритки была похожа, как танк на подсвечник. Кожа у неё была неприятно бледная, будто после затяжной болезни — наверное, сказывалась нелюбовь к солнцу. Под глазами пролегли синяки, которые можно было успешно закрасить тоналкой, а сквозь просвечивали синие вены. Лицо казалось белым овалом с серыми пятнами, оттого Марго и рисовала поверх румянец и яркие тени, чтобы выглядеть хоть чуточку краше. Глаза были чернющие, а волосы — тёмные и спутанные. По хорошему их следовало называть каштановыми, благородный оттенок при должном уходе, но у Марго волосы секлись, вечно путались и казались похожи на древесные волокна. Совсем не благородно. Расчесать волосы было до крайности трудно, хотя густыми они не были, и Марго чаще собирала их в хвост, не разбираясь со свалявшимися концами. До цветных маргариток, радующих глаз, ей было, конечно, далеко.       Ди скучающе зевнул.       — Всякая маргаритка особенна по-своему, — бросила Марго, не отрывая взгляда от нежных лепестков.       — Ерунда, — хмыкнул он, скрестив руки. — Все они одинаковые, цветочная балда.       Марго пожала плечом и промолчала. Отдав Хэви книгу, она коротко распрощалась с ним, потом махнула в окно комнаты Ди. Ответил ли тот, она не видела, но кричать и звать его не стала, а просто ушла.       Рыжие маргаритки всё-таки были потрясающие. А была ли она — оставалось вопросом.

***

      Поссориться им двоим, казалось, было невозможно. Ди вообще в ссоры старался не лезть, понимая, что оно того не стоит. Да и, как Марго поняла, он понимал, что куда умнее остальных. Смысл сраться с кем-то, что заведомо тупее, а потому никогда и не поймёт этого? Вот Марго тоже так считала. Она же за свои восемнадцать лет просто поняла, что спорить нужно лишь тогда, когда с этого есть выгода. Спорить с Ди было сродни выматыванию терпения и только, никакого приза её не ждало. Да и оба они держались друг с другом холодно, словно присматривались, как к бомбе замедленного действия — а не рванёт ли сейчас? Отойду-ка. Оба, как непрошибаемый кусок бетона, каждый при своём мнении и аргументах. И всё же они умудрились погрызться.       Причина была тупой донельзя — Марго просто опять завела разговор про музыку. Ди слушал-слушал, не меняясь в лице, потом вдруг начал распаляться. Марго знать не знала, что его это как-то трогает, и говорила в основном, чтобы уверить себя — она ничего такая музыкантка, молодец. Вон, будет выступать с сольным номером. А Ди вдруг взвился. Видать, задело что-то. Расправив плечи, он принял хмурый вид и сказал нехорошим голосом:       — То, что ты бренчишь на своей балалайке, особенной тебя не делает.       Марго умолкла и замерла с широко открытыми глазами, даже не поправив на скрипку. Это уже было что-то интересное. Решив ничего не говорить, она смерила Ди взглядом и едва заметно склонила голову, мол, продолжай, я тебя внимательно слушаю. Ди и продолжил. Говорил он негромко, но раздражение так и сквозило в произносимом. Голос его подрагивал словно от обиды или гнева, а глаза, похожие на стылый лёд, смотрели с немым упрёком. Ди, наверное, и сам не знал, как смотрит на неё, но Марго заметила и приняла на свой счёт. Это показалось ей вкупе со всем остальным ещё и забавным. Прежде на Марго так никто не смотрел.       — Ещё скажи, что вчера выиграла кубок по гимнастике, а на выходных — олимпиаду, — бросил Ди, и стало видно, что он выходит из себя. — Да, великая Марго? Ну, говори!       — Нет, — коротко ответила она и склонила голову, сцепив руки в замок. Всё-таки стало немного обидно. И из-за его тона, и из-за слов, и вообще.       — Пытаешься быть особенной, из кожи вон лезешь, — съязвил Ди, пытаясь выдавить саркастичную улыбку, — скоро до блеска себя начистишь и будешь ходить, сверкая таблом. Можешь ещё грамотами обвеситься. У тебя их как раз на платье хватит.       Марго сделала задумчивое лицо, прикинула в уме и мотнула головой. Нет, на платье чуть-чуть не хватало. Ди фыркнул с пренебрежением и закатил глаза. Не хотелось, чтобы он думал, будто сказал что-то досадное для неё. Марго выпрямилась и сглотнула подступивший к горлу ком. Мелкие слёзы, накатившиеся в глазах, высохли, так и не пролившись на щёки. Жгучую обиду удалось усмирить не сразу, но Марго постояла без движения несколько секунд, крепко сжимая кулаки, выдохнула и овладела собой.       Ди тоже умолк и уставился на неё, глядя совсем непонятно. На его лице ярость смешивалась с жалостью и чем-то ещё. Он вдруг показался Марго маленьким и тощим. Спорить с таким совсем уж нечестно. Марго высилась над Ди почти на голову и выглядела рядом, как матёрая студентка со спрятанной битой.       Ворона одиноко каркнула где-то вдалеке. Ди плотно сомкнул губы и переступил с ноги на ногу, но ничего не сказал, будто колебался. Марго и вовсе боялась заговаривать, думая, что сейчас разрушит то ломкое доверие, натянувшееся между ними. Она скрестила руки, как он, и посмотрела прямо в голубые глаза. И тут Ди, кажется, сорвался.       — Может, ещё корону наденешь? — прошипел он. — Золотую, с рубинами. Да ты даже не лучшая, а всё равно прикидываешься, что это так. Может, ещё звание гения себе присвоишь?       В голове забил огромный медный колокол, стало больно. Кажется, Ди намекал, что Марго слишком большого о себе мнения. Ему до недавнего времени было всё равно, так что же сейчас? Марго шумно выдохнула, скривила губы и смерила его взглядом. Кажется, она ошибалась в том, что они с Ди чем-то похожи. Он и впрямь был чудо-ребёнком, одарённым всем, чем только можно. И за химию соображает, и за математику, и за языки, и в жизни что-то да понимает, хотя этой белобрысой мелочи всего шестнадцать лет. Но он принимал это как что-то разумеющееся и не особо обращал внимание на свои недюжие способности.       А что она? А она, пускай и при всех достоинствах, и правда была о себе большого мнения. По крайней мере, Марго хотелось так думать, потому что иначе она не могла воспринимать себя как человека. Марго, не выигрывавшая ничего и не учившаяся на отлично, — не человек. Если она не показывает лучший результат, то недостойна никакого внимания.       Марго оказалась разбита и опустошена. Огрызаться уже сил не осталось. Она вдруг показалась самой себе жалкой и несчастной, как мокрый щенок, выброшенный в грязь. Корона такому уж точно не к лицу. А желание доказать Ди, что она, только сильнее возросло. Все чувства смешались и превратились в горькую ненависть ко всему вокруг, себе в том числе.

***

      Палец нажал на кнопку, сообщение отправилось. Марго упала спиной на кровать, отложила телефон в сторону и замерла, уставившись в потолок. Мыслей в голове не было никаких. Завтра ей идти на турнир по айкидо, форма уже лежала собранной в рюкзаке. А написала Марго Ди.       Прошло две недели. Они не виделись. В школы ходили разные, на улице не пересекались, а сама Марго к Ди не заходила. Обойдётся. Всё же, как бы она не отнекивалась, тогда обида её взяла. А думала-то, что шибко взрослая и зрелая, что такие мелочи её не тронут. Тронуло всё же, аж больно стало. Она не знала, терзался ли Ди по этому поводу, но почему-то казалось, что ему всё равно. Это же Ди — малолетний эгоист и циник. Но всё-таки он умел быть притягательным, особенно в моменты, когда тихо говорил и улыбался. И когда внимательно смотрел исподлобья, будто запоминал всё-всё. И вообще много когда. Наверное, он даже был красивым.       Марго замерла, застекленевший взгляд уставился в угол. Казалось, что думать о десятикласснике в таком ключе неправильно. Он же… Он же мелкий. Марго поморщилась. Она и сама-то почти ребёнок, едва вышла из этого дебильного возраста, когда все в тебе видят агрессивного нелюдя, а Ди ещё болтаться в нём пару-тройку лет. Он хоть и был куда умнее сверстников, но всё же иногда становился балдой. Но хотелось почаще видеть его, хоть мельком.       Эта нежданная мысль сбила Марго столку. Она тоскливо вздохнула, перевернулась на живот и стиснула в руках подушку. Непохоже на неё. Она же не должна переживать из-за слов какого-то белобрысого школьника, ещё и думать, как он там. Но всё же переживала и думала. Это сбивало с толку. Признавать, что ей не всё равно, не хотелось, это бы сильно ударило по самомнению Марго. Она уткнулась лицом в подушку и заскулила. В голове было потрясающе пусто, все мысли до единой куда-то сбежали, оставив Марго наедине с невнятным чувством. Оно было тянущим и то ли печальным, то ли волнующим. Будто ожидаешь чего-то, но не знаешь, хорошего или плохого.       Лежать вдруг сделалось невозможным, и Марго подорвалась на ноги и заходила по комнате. На ответ она особо не надеялась, просто написала, что завтра будет на турнире, и добавила, что это не очень далеко. Завуалированно она звала его завтра прийти, но Ди вполне мог отказать или даже не ответить. Всё-таки надо было поговорить ещё тогда, глядишь, и сошлись бы на чём-то. Чисто теоретически она могла схватить Ди в охапку и пригрозить, но это ведь совсем дурость. Да и как-то по отношению к нему некрасиво…       Марго беззвучно взвыла, взялась за эспандер и начала терзать его обеими руками. Дурацкое ощущение не покидало её до утра, даже сон приснился неприятный. Потом мандраж стал ощущаться сильнее, чем всё остальное, и Марго успокоилась — ощущать волнение перед соревнованиями было куда привычней и спокойней. Закинув рюкзак за спину, она вышла из дома и едва не поперхнулась воздухом, когда увидела знакомую тощую фигуру.       — Ого, — только и выдала она.       Отлипнув от телефона, Ди сощурился от солнца и спросил:       — А чё не так-то?       — Не ожидала, — бросила Марго, стараясь не меняться в лице. — Не думала, что ты придёшь.       — Потому что сообщения надо читать, — с недовольством ответил Ди. — Ладно, показывай хоть, куда идти.       Марго улыбнулась краем рта, но тут же плотно сжала губы. Сказать честно, ей польстило, что Ди поднялся так рано, даже к её дому подошёл. Она мельком взглянула на переписку с ним и поняла, что уведомления отключать не стоило — Ди и правда написал ответ ещё вчера. Она тогда уже уснула, а утром не догадалась проверить. Мигом сил как-то прибавилось, а Марго почувствовала, будто тело лёгкое-лёгкое. Невнятное ощущение сменилось вполне конкретным — радостным возбуждением и ожиданием чего-то грандиозного. Теперь-то она уж точно должна победить.       Волнение стало нарастать с момента, как Марго завязала хакаму, и достигло пика после объявления её имени. А на площадке оно распылилось и стало таять, как мелкие капли на солнце. Не могла же Марго проиграть на глазах у Ди. Он же потом, после стольких её побед, стебать будет лет десять. Выиграть не вышло — второе место. Но запыхавшаяся Марго, отходя в сторону после финального поединка, почему-то не чувствовала себя разбитой. Ей, к удивлению, наоборот понравилось. Марго, живущая на час раньше, подумала бы, что нынешняя она окончательно поехала. Но нет, она ощущала себя вполне здраво и счастливо.       Распрощавшись со знакомыми и сенсеями, Марго подхватила рюкзак и выцепила Ди из толпы. Тот уже успел с кем-то разговориться и, похоже, поцапаться. Марго бы понаблюдала, потому что это её жутко развеселило, но не хотелось, чтобы ребята сейчас перебранились. Она улыбнулась парню в кимоно и ухватила Ди под руку.       — Ладно, всем пока! — радостно объявила Марго и потянула Ди за собой. Тот недовольно зарычал. — Удачи, Женьк, ушатай всех.       Тот сжал руки в кулак и улыбнулся ей.       — Ты что творишь? — зашипел Ди, пока Марго отводила его в сторону. — Я почти доказал тому придурку, что он неправ.       — А что случилось-то?       — Этот идиот заявлял, что ты всё в последнем раунде сделала правильно, хотя против тебя работала сама физика.       — Это не придурок, а Женя. И он мой друг. И что я там сделала не так? — поинтересовалась Марго, уставившись на него.       Ди поднял бровь и наморщил и без того вздёрнутый нос.       — Мне казалось, ты знаешь законы Ньютона, про сумму сил в том числе. И тогда, с той девочкой, ты могла выиграть.       Марго усмехнулась, не выпуская его руки. Прижимать чужой локоть вплотную к себе и не давать Ди двинуться в сторону было приятно. Так она и протащила его практически волоком до выхода.       — Ну, я поняла, к чему ты ведёшь. Но на площадке всё по-другому. Ты и подумать не успеваешь, это не учебный поединок, где ты всё контролируешь.       — А ты любишь контролировать, верно? — осведомился Ди, скосив взгляд.       Марго загадочно промолчала, придержав перед ним дверь, и наконец отпустила Ди. Он пробормотал что-то про грамотное использование мозгов, которое у Марго хромает. Это развеселило её даже больше, чем недавний спор. Ди большую часть времени определённо был куда сдержанней ровесников, просто ледяная королева. Но и его наверняка можно было сбить с толку.       Сбежав со ступенек, Марго поставила ладонь козырьком и взглянула на солнце, потом на Ди. Он недовольно щурился от света и поспешил отойти в тень здания. Марго шагнула туда же, потом преградила ему дорогу и склонилась, заглянув в лицо. При ближайшем рассмотрении довольно красивое и не такое самодовольное. А редкие веснушки на щеках внезапно показались Марго очаровательными.       — Ты чертовски прав, — прошептала она, глядя глаза в глаза.       — Я знаю, я всегда прав, — фыркнул Ди, бегая хмурым взглядом по её лицу. — Но про что именно ты?       — Про контроль, — просто ответила Марго, толкнув его плечо указательным пальцем. — Я действительно люблю контроль над всем, что вокруг.       Ди хмыкнул и резким движением убрал её руку.       — Поздравляю. Не ты одна такая особенная.       — А я и не говорила, что одна, — улыбнулась Марго, распрямилась и склонила голову. — Но вопрос в том, у кого это выходит лучше.       — Только не говори, будто считаешь, что держишь всё в своих руках, — с долей недовольства сказал Ди.       Марго пожала плечом.       — Не буду ничего утверждать. Да и всё — слишком обширное понятие. Но мне хочется быть уверенной хотя бы в отдельных вещах.       — Это в каких же? — настороженно пробормотал Ди.       Марго улыбнулась краем губ и подняла взгляд.       — Ой, смазалось, — пробормотала она, заметив, как тёмные тени зашли чуть выше, и потёрла пальцем лицо Ди. Он моргнул и дёрнулся назад, Марго лишь довольно кивнула. — Вот, теперь неплохо. Так значит, про отдельные вещи. Прозвучит тупо и самоуверенно, но такая уж я.       — Тупая и самоуверенная? — ухмыльнулся Ди, голос его дрогнул.       — Нет, конечно, нет. Хотя… Со стороны виднее. Так вот. Я не знаю, почему ты видишь меня не так, как остальные.       — А с чего ты взяла, что это так?       — Это видно. Поверь, даже по тебе, Ди, видно, — ответила Марго, не отрывая взгляда. — И я не понимаю, почему это так. Ты уже давно понял, что я люблю, когда мои достижения признают. Да понял-понял, по тебе видно. И знаешь… Это действительно приятно, когда признают. И так делают все вокруг: и мама, и учителя, и сенсеи, и даже наша классная.       Повисла пауза, а они так и смотрели глаза в глаза, пронзая друг друга насквозь.       — Так ты хочешь, чтобы я увидел тебя с короной на голове? — огрызнулся Ди, заговорив первым. — Хочешь признания от меня?       — О, было бы очень мило с твоей стороны.       — Зачем тебе это?       Марго сделала вид, что задумалась. А ответ на самом деле был прост: ей хотелось разгадать Ди и всеобщего признания. Хотя само оно, наверное, быстро бы наскучило, но пока Ди не видел в ней кого-то стоящего, это оставалось желанной целью. Марго вдруг показалось, что он волнуется. По крайней мере, Ди скривил губы и смотрел исподлобья, будто обдумывал что-то серьёзное. Марго это невероятно понравилось — маленький белобрысый циник так выглядел обаятельно. Она сложила губы и причмокнула, а затем улыбнулась.       — Ой, интересно, — шепнула Марго и улыбнулась, — сделать бы так поближе.       — Зачем? — хрипло спросил Ди и смерил её недоверчивым взглядом.       — Интересно, что ты будешь делать, — запальчиво ответила она, чувствуя, что эта небольшая игра увлекает с головой. — Ты же любишь узнавать новое, да? Почему бы нам не провести небольшой эксперимент.       Ди сдвинул брови и поднял взгляд, потом неуверенно подвигал плечами.       — Я не знаю. И это похоже на глупость, а не на эксперимент.       — Может, и так, — кивнула Марго и хихикнула. Она почему-то почувствовала, как волнение возвращается. — Но всё же мы можем проверить.       — Говоришь, что тебе нравится контроль, — напомнил Ди, — но сейчас ты его явно теряешь.       Марго скрестила руки и продолжила улыбаться, нервируя его. Ди, наоборот, хмурился, но с места не двигался. Так они и стояли в тени. Ветер гулял над головами и шуршал редкой листвой, солнце светило на дорожку рядом. А ледяная маска Ди, кажется, начала таять.       — А ты? — неожиданно спросила Марго. — Ты же тоже любишь держать всё в своих руках. И как, сохраняешь контроль?       Ди дёрнул плечом, явно не желая отвечать. Лицо вдруг обдало жаром, Марго моргнула.       — Ты же в курсе, что иногда ты совершенно чокнутая? — осведомился Ди. Голос казался совсем не его. — К людям не лезут с такими вопросами.       — Так давай разрешим его, и дело с концом, — предложила Марго. Кончики пальцем онемели.       Она перестала осознавать, что делает, и это действительно казалось странным. В голове кружили странные мысли, пальцы беспорядочно касались друг друга, а Марго уже не понимала, что ей движет. Ди это, кажется, напрягало не меньше, но он, к своей чести, взгляд не отводил. Между ними натянулась невидимая нить, и с каждой секундой её напряжение росло. Секунды текли одна за другой, пока нить не натянулась до предела. В конце концов, она лопнула.       Контроль полетел к чертям. Марго опустила взгляд, наклонила голову и рывком подалась вперёд. Губы коротко коснулись вздёрнутого носа, потом мазнули по щеке. Ди, к удивлению Марго, даже не дрогнул и не отошёл. Она прикрыла глаза, нырнула руками под его ладони и поцеловала край его губ, потом выпрямилась. Оба молчали, глядя куда-то мимо друг друга. Ладони скользнули по его пальцам и отпустили. Стало немножко холодно, ветер мазнул по шее, заставив побежать мурашки.       — Ну что, довольна? — осведомился Ди таким тоном, будто Марго картошку почистила.       — Чем? — спросила она в тон ему.       Ди фыркнул, сдув лёгкую светлую прядку, и мотнул головой.       — Ты знаешь. Не прикидывайся дурочкой.       Марго хихикнула и подвигала плечами, действуя прямо противоположно его совету, потом как ни в чём не бывало зашагала по дорожке к калитке. Ди двинулся за ней. Опять они молчали и вели себя, будто были незнакомы. Завидев сплющенную банку из-под колы, Ди по привычке пнул её.       — Ладно-ладно, ты была права, — с чего-то бросил он. Марго удивлённо хмыкнула и обернулась. — Маргаритки нормальные. Даже красивые иногда. И даже ты.       — О-о, как мило, — протянула Марго, чмокнула ладонь и махнула ей в сторону Ди. — Трогательное признание.       — Да тихо ты, — шикнул он и насупился, опустив взгляд. Руки, как обычно, спрятались в карманах. — Никакое это не признание.       Она усмехнулась, согласившись, что пускай так и будет.       — И вообще ты там, на соревнованиях, крутой была, — пробормотал Ди, не переставая хмуриться. — Да и…       Он не договорил. Запрокинув голову, Ди уставился на небо и вздохнул.       — Может, корона тебе и пошла бы. Хотя, как по мне, ты и без неё ничего так.       Марго не могла не умилиться. Из уст Ди эти слова были самым тёплым, что она слышала.