о том, что иногда нужно спать

— Да я рот того ебал, — Даня резко отъезжает от компьютера на кресле, отчаянно откидываясь на его спинку. Руслан, лежавший на диване неподалеку, залипающий в телефон и, если честно, уже клюющий носом, вздрагивает и поднимает голову на парня. — Оно вообще нахуй не звучит, ложится хуй пойми как, как бы я ее не крутил, — продолжает возмущаться Кашин и бьет кулаком подлокотник, от чего сразу же болезненно шикает. — Это реально ебанистика, там нихуя не сходится! — Вновь ударяет по несчастному креслу, — Да блять! Я с этим проектом уже третий день ебусь, а толку ноль, — Последний раз подлокотник ударяют особо сильно, что он чудом остается на месте, с губ Дани срывается громкое «блять» и он безвольно опускает конечности, закрывая глаза, в попытке успокоиться. Руслан просто наблюдавший за этим, ничего не говоря, подтягивается на диване ближе к краю, чтобы рука могла ухватиться за пострадавший подлокотник, и тянет его на себя. Даня абсолютно игнорирует это, открывая глаза лишь когда чувствует прикосновение чужой руки, а после и сухих губ к тыльной стороне ладони. Он залипает сначала на их сплетенные руки, а потом на почти черные в темноте глаза. В сонном взгляде Руслана читается забота и понимание. — Давай потом допишешь? Поздно уже. — Да бля, я хотел за неделю этот трек закончить и выложить по-быстрому, — вздыхает Даня, — Музла не было хуй знает сколько. — А нормального сна сколько не было? В курсе, что для продуктивности нужны силы? — Русь… — жалобно тянет Кашин. — А кроме меня некому это говорить. Ты сам на себя забиваешь, а я так не могу. — Руслан становится каким-то слишком серьезным, так что Даня даже взгляд отводит стыдливо. Не любит он эти разговоры и чувствовать себя глупо из-за собственных действий тоже. Становится так неловко перед Русланом, который вообще-то хочет как лучше. А он как обычно с головой ныряет в свое «я должен, я обязан, все ждут контент, а я бревно». Сколько бы Руслан ни твердил ему, что его любят любым и необязательно из каждого трека творить что-то на уровне Баха, — Даня походит, головой помашет в знак согласия, а потом все равно за свое. Руслан свои речи не прекратит, кажется, никогда. Знает же, что Кашину от них как-никак, но легче. А если Даниле легче, то Тушенцов хоть с утра до ночи будет ему речи толкать и зачитывать комменты из тгк с восхищениями. Видя чужое смятение, Руслан как обычно находит способ его прервать в этот раз каким-то сюром. — Ай! Еблан, больно. — Даня чуть дергает татуированную руку, на которой виднелся небольшой бледный след от зубов, но Руслан не дает ему полностью ее вырвать, все еще держа в своей. Смеется негромко, а в глазах огоньки поблескивают. — Да ладно тебе, — покрывает свой же укус поцелуями, в перерывах на детскую присказку, — У кошечки боли, у собачки боли, а у Данечки не боли. — Охуеть, спасибо. — хмыкает Кашин, но уже не злобно, вполне довольный происходящим. Какое-то время так и сидят. Руслан с даниной рукой, о которую то и дело щекой шершавой трется, а Даня просто так на кресле. Тихо, так что шатен думает, что тот уснул. Но нет, в какой-то момент сидеть, видимо, становится неудобно, поэтому Даня стекает вниз на пол, головой откидываясь на диван. Руслан тут же забирается рукой в его волосы и аккуратно начинает массировать кожу головы. — А ты сам чего не спишь? — прерывая тишину, задает Даня вообще-то вполне резонный вопрос. Время так-то час ночи, Руслан обычно в это время спит давно, еще несколько часов назад пожелав ему спокойной ночи и сильно не засиживаться. Возможно, в голове Дани фраза звучала немного укоризненно — знает же, что после таких бессонных ночей Русе хуевит часто, — но выходит как-то со вздохом и усталостью. Пальцы в волосах и нежные движения совсем расслабляют, так что он невольно зевает. Руслан немного мешкается, но все равно скомкано полушепчет. — Да просто с тобой хотел лечь. Даня лыбу давит и уже собирается что-то пошутить, но его прерывают, немного сильнее сжимая короткие пряди. — Только попробуй сказать что-то про принцесс, честное слово, въебу. Но Кашин, передумав, лишь поворачивает голову в сторону шатена и целует того в горбинку носа. Руслан сразу оседает и улыбается, а когда Даня отстраняется, сам утыкается носом ему в макушку. Пахнет домом и теплом, так что внутри все трепещет, заставляя сердце стучать чуть чаще. Какая же нежность иногда просыпается к этому рыжему балбесу, ужас. — Пошли в спальню. — А если я заснуть не смогу? — с грустью опять нагнетает Даня, зная свой сбитый режим и бессонницу, что так часто любит к нему захаживать. — Господи, Дань, мы еще не встали, а ты уже о плохом. — вздыхает Руслан и поднимается с дивана, подавая тому руку, — Колыбельные тебе буду петь, пока не заснешь. Кашин тоже встает и пока плетется за Русланом следом думает о том, что тот скорее сам отключится, чем дождется его сна. Но в этот раз в предположениях промахивается. — Ну что, тебе из Антиворлда колыбельную или предпочитаешь Биохазард? — шепотом усмехается Руслан, а потом замечает, что посапывание рядом стало громче и улыбка его переходит в умиление. Даня заснул. Наконец-то без таблеток и не под утро, да еще и рядом с Русланом, закинув на него руку и ногу. К утру скорее всего весь Кашин окажется на нем, но кто сказал, что кто-то возражает. Прежде чем вырубиться самому, Руслан целует Даню в висок и думает, что в следующий раз обязательно перед сном захуярит ему какой-нибудь пиздатый фристайл про карликов.