And I would say all of this

Йор знала, что её чувства к Лойду являются огромной проблемой. Она не должна была любить его, поскольку их брак был всего лишь фиктивными, они заключили его для общей выгоды, не более. Лойду, наверняка, было бы некомфортно, узнав, что у Йор были к нему… Определенные чувства. И Йор, зная это, пыталась от них избавиться, поскольку она не хотела терять свою семью из-за неумения держать себя в руках. Но… Но как она могла не влюбиться в Лойда? Он был идеальным мужем, он был тем, за кого Йор вышла бы замуж по-настоящему, по любви. Потому что он… Честно говоря, у Йор не хватило бы слов, чтобы описать, каким для неё был Лойд. Он был… Заботливым и понимающим. Он был добрым и ответственным. Он был ужасно умным и сильным. Он был прекрасным отцом, даже если он иногда злился из-за Ани. Ещё он часто вызывал у неё улыбку. Будь то скромное поднятие уголков губ (которое едва ли можно было назвать улыбкой), когда она украдкой смотрела на него, или счастливая улыбка при мысли, что этот мужчина подарил ей такую замечательную семью, или же широкая ухмылка, которую она пыталась подавить вместе со смехом, когда он делал довольно глупые вещи с излишне серьёзным лицом. Он всегда был так сосредоточен на каждом шагу, что иногда, похоже, не понимал, что перебарщивает со своей серьезностью. Но даже это Йор казалось милым. Он так старался для своей семьи, и Йор была так благодарна, что Судьба позволила ей быть частью этой семьи, что она могла на себе испытать эту заботу. И именно поэтому она молчала о своих чувствах. Да, она была эгоисткой, и это было неоспоримо. Но она так не хотела терять свою семью, не хотела возвращаться в свою пустую квартиру, не хотела вновь быть одна. Она уже так привыкла к тому, что она является семьёй Форджеров, что она больше не могла представить свой день без яркой улыбки Ани и её веселого голоса, без вкусной еды Лойда, без Бонда, который каждое утро прижимался к её ноге, виляя хвостом. И, конечно же, Йор больше не могла представить свою жизнь без Лойда. Не могла представить своё утро без завтра с ним, не могла представить, что больше никогда не заварит ему кофе с молоком, не могла представить, что больше никогда не будет ждать его улыбку. Было совсем неправильно привязываться настолько сильно к человеку, который никогда не ответит вам взаимностью. Она даже не знала, сколько ещё может являться частью этой семьи. Было бы глупо рассчитывать, что она останется миссис Форджер до выпускного Ани, поскольку за более чем десять лет Лойд очевидно найдёт кого-то, кого он заслуживает, кого-то, у кого не будет скелетов в шкафу, кого-то, кто не будет убийцей. Поэтому Йор предпочла наслаждаться каждым моментом того, что у неё было, и любить Лойда молча, чтобы не заставлять его чувствовать себя некомфортно.

***

— Йор, тебе никогда не хотелось прекратить наше соглашение? — однажды спросил её Лойд, когда они вдвоем вернулись домой до прихода Ани, что случалось довольно редко. Этот вопрос был настолько неожиданным, что Йор почувствовала, как вся она словно окаменела. Она уронила упаковку сыра, которую держала моментом ранее, но даже это не помогло ей прийти в себя. — Н-нет, — хриплым голосом произнесла Йор, зная, что не должна отвечать вот так, но она ничего не могла поделать с собой. Наконец она заметила, что сыр на полу, и наклонилась, чтобы поднять его. (Не то чтобы она собиралась сознаваться, что это также был способ скрыть подступившие слёзы) Выпрямившись, она не смела посмотреть Лойду в глаза, не хотела, чтобы он увидел её слёзы. — Извини, — тихо сказал он. — Я не хотел обидеть тебя, честно. И я не хочу завершать наш брак, но… Я подумал, что ты, возможно, за это время нашла кого-то, кого любишь по-настоящему. Она прикусила щеку изнутри, с трудом сдерживая себя от того, чтобы сказать, что она любила его. Сейчас определенно было не время. — Нет, никого нет. И, я клянусь, Лойд, что никого не будет. Я всё-таки твоя жена, и я не собираюсь изменять тебе и нашей семье. Даже если… Даже если у нас всего лишь фиктивный брак, это было бы неуважительно по отношению к тебе и Ане, — вместо этого сказала она. Сердце гулко колотилось о ребра в её груди в страхе, что её слова были неуместными. Она боялась, что была излишне честна и что её слова могли заставить Лойда чувствовать себя неловко. И всё же Йор нерешительно подняла голову, чтобы взглянуть на него. Лойд робко улыбался ей, а его глаза почему-то были грустными, и Йор хотелось сделать всё возможное, чтобы эта печаль исчезла из них. — Спасибо, — тихо сказал он. — И ещё раз извини, если напугал тебя или расстроил, я не хотел. Йор чуть улыбнулась ему в ответ. Страх в её груди становился всё меньше. Лойд не собирался разводиться с ней, и это уже радовало. — Всё хорошо, Лойд, — ответила Йор, чуть покачав головой. Затем она собиралась продолжить разбирать пакет с продуктами, чтобы окончательно успокоить нервы и отвлечься от этого довольно странного разговора. — Йор, — вновь позвал Лойд. Она взглянула на него, с замиранием сердца ожидая, что будет дальше. Он тихо кашлянул в кулак, прочищая горло. После он посмотрел на неё так серьезно, что Йор невольно напряглась вновь. — У меня тоже никого нет и не будет, пока мы вместе. Вместе? Это звучало слишком громко для фиктивного брака, и всё же Йор не могла не улыбнуться ему. — Мне очень повезло, что я вышла за тебя, — сказала Йор, и, она могла поклясться, уши Лойда слегка покраснели.

***

— Мама, я никак не могу понять, почему Бекки так нравятся эти любовные сериалы. Они же скучные! Любовь скучная по сравнению с битвами и приключениями! — возмущалась Аня однажды вечером после школы. Йор тихо хихикнула, смотря на дочь. Аня была такой забавной девочкой, и Йор благодарила Судьбу, что ей было позволено наблюдать за взрослением этой очаровательной малышки. — Любовь — это тоже своего рода битва и приключение, — ответила Йор, посадив дочь себе на колени, и Аня удивлённо взглянула на неё. — Например, любовь — это битва с самим собой. Для начала тебе нужно победить свои страхи, опасения и неуверенности, чтобы признаться в своих чувствах другому. Любовь — это битва между твоими желаниями и то, что на самом деле нужно человеку, которого ты любишь. Знаешь, тот человек, которого ты любишь, не всегда любит тебя в ответ. И это нормально, даже если больно. Тогда тебе просто отпустить того человека. Или, по крайней мере, не мешать ему своими чувствами. Аня слишком внимательно смотрела на неё, её брови забавно нахмурились, вызывая у Йор очередную улыбку. Затем Аня резко повернула голову и взглянула на Лойда, который готовил ужин на кухне. Йор, поняв, что она очевидно собирается сделать, испуганно округлила глаза, но было слишком поздно. — Папа, ты ведь не заставляешь маму бороться с самой собой? — громко спросила девочка. Лойд удивлённо взглянул на неё, а Йор почувствовала, как всё её лицо покраснело от стыда. Её муж вытер руки и быстро вышел к ним в гостиную. — О чём ты? — спросил он, с любопытством глядя на дочь. — А-аня неправильно поняла меня, Лойд, извини, — попыталась оправдываться Йор, чувствуя нарастающую панику. — Нет, нет, мама, я правильно тебя поняла, — покачала головой девочка прежде, чем вновь взглянуть на своего отца. — Мама не знает, что ты любишь её так же, как и она тебя, и поэтому боится, что её собственная любовь будет мешать тебе. Видишь, как она борется с самой собой и своими чувствами из-за того, что ты не можешь победить свой страх, папа? В комнате повисла гробовая тишина, а воздух словно стал тяжелее в сотни раз. Йор могла чувствовать, что Лойд смотрел на неё, но она не решалась взглянуть на него в ответ, поскольку была слишком смущена словами Ани. — Нет, — недовольно фыркнула Аня, спустившись с колен Йор и встав на ноги. — Никогда не буду разделять увлечение Бекки. Мне и вас хватает. Когда она ушла вместе с Бондом в свою комнату, очевидно специально громко закрыв дверь, пространство в гостиной стало словно ещё более напряжённым. — Прости, — вместе произнесли они, и Йор наконец осмелилась взглянуть на своего мужа. — Прости, — повторил он, смотря ей в глаза. — Аня временами ещё не понимает, что её слова могут обидеть других. — Всё хорошо, — попыталась заверить Йор. — Это же я начала с ней разговор о любви и неправильно выразилась. Но я… Аня ошиблась, я… У меня нет чувств к тебе. Йор с трудом сглотнула, чувствуя себя ужасно из-за собственной лжи. Ей и так приходилось врать насчёт своей второй работы, так тебе ещё и это. Конечно, она могла сказать ему и рискнуть всем, что у неё было сейчас, но она так боялась. Разве это было не иронично, что она с лёгкостью убивала толпы людей, но не могла заставить себя признаться человеку, которого любила? Лойд лишь кивнул ей. — Я понимаю, — сказал он. — И ещё раз извини, если Аня обидела тебя. — Нет, Аня не обидела меня, честно, — ответила Йор. Она не хотела, чтобы он ругал Аню, ведь девочка была совсем не виновата. — Хорошо, — вновь кивнув, произнёс Лойд. Казалось, что он собирался сказать что-то ещё, но затем он плотно сжал губы и ушёл обратно на кухню. Больше они не разговаривали о произошедшем.

***

Лойд знал, что давать Йор напиваться было всегда плохим решением, но она была так рада тому, что Юрий подарил ей новый сорт вина, что Лойд просто не мог остановить её. Счастливая жена — счастливая семья, не так ли? И ему определённо нужна была счастливая семья. Конечно же, ради операции Неясыть и мира во всём мире. Да и признаться, вино было действительно хорошим. Именно так они и оказались на полу, сидя у дивана с бокалами в руках. Аня уже спала, поэтому можно было не беспокоиться, что им кто-то помешает. Конечно, было глупо надеяться, что этот вечер пройдёт спокойно с учётом того, что каждый раз, когда Йор пила, происходило что-то необычное и временами опасное, но всё же Лойд надеялся на тихий спокойной вечер со своей (фальшивой) женой. Однако… У дьявола очевидно были свои планы. — Лойд, а как ты понял, что хочешь жениться на… Своей первой жене? — как гром среди ясного неба прозвучал вопрос Йор. — А почему ты спрашиваешь? — вместо ответа спросил Сумрак, удивлённо приподняв бровь. — Ой, — смущённо произнесла она, и её щеки покраснели лишь сильнее. — Просто… Меня восхищает, что вы нашли друг друга в довольно юном возрасте, и поэтому мне было интересно. Н-но ты можешь не отвечать, если не хочешь. Тебе ведь, наверняка, больно вспоминать о ней. И-извини. То, как она заботилась о нём, заставило его в очередной раз подавить неприятное чувство в груди. Йор не должна была так беспокоиться о нём. — Просто… Хотя не то чтобы это просто, — тихо продолжила Йор, сжимая в своих руках бокал и внимательно смотря на вино внутри него. — Я… На самом деле, я не хочу, чтобы наш договор кончался. Когда ты спросил меня пару недель назад, я так испугалась, что ты хочешь развестись. Я могу звучать глупо, но я не хочу терять вас с Аней. Это, наверное, так эгоистично с моей стороны, но вы стали моей семьёй по-настоящему, и я очень боюсь потерять вас. Она тихо всхлипнула, и одна её слеза упала в бокал. Лойд поджал губы, даже не зная, что сказать. Конечно, он мог соврать, что они всегда будут вместе, но почему-то он не мог соврать ей сейчас, когда она была такой честной. — Это не эгоистично с твоей стороны, Йор. Для нас с Аней ты тоже уже стала неотъемлемой частью семьи. И мы не хотим терять тебя. Спасибо, что вышла за меня, — он слегка улыбнулся ей. Йор заплакала лишь сильнее, поставив бокал на пол и закрыв лицо руками. Лойд испугался, что сказал что-то не то, и уже собрался извиняться. — Я… — начала говорить Йор, однако затем она крепко сжала губы и покачала головой. — Спасибо, Лойд. Он не мог не улыбнуться своей жене. Ему действительно очень повезло с ней.

***

Йор заметила, что с Лойдом было что-то не так с тех пор, как он рассказал ей, что Донован Десмонд пригласил его к себе домой. С тех пор её муж был слишком задумчивым и даже несколько грустным. Это было довольно странно, поскольку, как Йор раньше казалось, Лойд всегда был заинтересован в общении с Десмондом. Ведь Лойд в последнее время интересовался его партией и взглядами на будущее Остании (не то чтобы Йор тоже разделяла их, но это было не важно). Поэтому Йор ожидала, что её супруг обрадуется приглашению, но его реакция была совершенно противоположной, что вызывало у Йор странное чувство в груди. Однако она списала странную реакцию Лойда на стресс. Всё-таки не каждый день тебя в гости приглашает важный политик, которым ты восхищаешься. Поведение Ани тоже, честно говоря, заставляло Йор беспокоиться. Её дочь была словно расстроена чем-то, поскольку она стала более неусидчивой, чем обычно, словно постоянно на что-то отвлекалась, а её обычная улыбка стала напряжённой. Аня с ещё большим волнением, чем обычно, ждала возвращения Лойда с работы. И каждый раз, когда он наконец приходил домой, она бросалась на него и крепко обнимала за ногу, а затем подолгу не хотела отпускать. Йор могла поклясться, что в такие моменты видела в уголках глаз своей дочери слёзы, и видеть это было невыносимо больно. Йор чувствовала, что с её семьёй было что-то не так. Её семье было плохо. Но Йор не знала почему. И от этого становилось лишь только хуже. У Йор болезненно ныло сердце от того, что она никак не могла помочь своей семье. Она несколько раз спрашивала у них, что случилось, но Лойд и Аня лишь удивительно одинаково качали головой и отвечали, что всё хорошо. Но Йор прекрасно знала и видела, что не всё было хорошо, что их что-то волнует, что они что-то скрывают, однако она знала, что не имела права просить от них правды. Она для них была лишь фальшивой женой и матерью. Они были вовсе не обязаны доверять ей, даже если мысль об этом причиняла Йор сильную боль. Однако Йор не стала окончательно расстраиваться и опускать руки. Она наоборот делала всё возможное, чтобы поднять своей семье настроение: покупала Ане больше арахиса и сладостей, заваривала Лойду его любимый кофе каждое утро и помогала ему на кухне, делала небольшие подарки в виде шоколадок и небольших открыток и записок с пожеланием удачи и хорошего дня. И её муж с дочерью каждый раз благодарно улыбались ей, и эти улыбки грели Йор сердце.

***

Когда Лойд наконец вернулся от Десмондов, было довольно поздно, Аня уже спала. — Привет, — тихо произнесла Йор, выйдя, чтобы встретить мужа. — Как всё прошло? Лойд выглядел почему-то расстроенным, и это был, наверное, первый раз за долгие месяцы, когда Йор увидела его таким. Неужели что-то пошло не так? Десмонд оказался плохим человеком? Он как-то унизил Лойда? — Всё прошло хорошо, — тоже тихо ответил Лойд, а затем он внимательно посмотрел на Йор. Его глаза были такими печальными, что беспокойство в груди Йор стало расти лишь сильнее. — Ты не против прогуляться перед сном? Его предложение было настолько неожиданным, что Йор удивлённо моргнула. — Но как же Аня? Мы не можем оставить её одну, — неуверенно произнесла она. — Это ненадолго, обещаю, — ответил Лойд. Йор почему-то чувствовала, что она обязана согласиться, поэтому она быстро кивнула и надела сапоги и пальто. Вскоре они уже вышли из дома и аккуратно спустились по ступенькам. Сегодня была ясная ночь, звёзды украшали небо, создавая красивые рисунки созвездий. Было тихо, словно весь город уже крепко спал. Йор и Лойд неспеша шли по тротуару, и каждый из них молчал. Йор взволнованно смотрела на своего мужа, ожидая, что он вот-вот что-то скажет. Он ведь не просто так позвал её, верно? — Йор, спасибо, — наконец произнёс Лойд, и Йор от удивления даже остановилась, её муж тоже. Он взглянул ей в глаза, и что-то в них было такое, что заставило сердце Йор болезненно сжаться. — Спасибо, что так стараешься для нашей семьи. Я на самом деле так тронут твоей заботой, особенно в последние дни. Все эти записки каждый раз поднимали мне настроение. И… Я на самом деле не могу выразить всю свою благодарность. Но… Я действительно счастлив, что женился на тебе. Я знаю, что из меня возможно получился не лучший муж, но я надеюсь, что я был не слишком ужасен. Он горько рассмеялся и моргнул, словно сдерживая слёзы. Затем он вновь взглянул ей в глаза и улыбнулся, но эта улыбка была ужасно хрупкой, словно он пытался изо всех сил сделать вид, что он в порядке. — Так что да, спасибо тебе огромное, Йор. Я уже не могу представить, как моя и Анина жизни сложились бы без тебя, — сказал он. Йор почувствовала, как слеза скатилась по её щеке, потому что… Это было так похоже на прощание, словно Лойд вот-вот скажет, что их брак подошёл к концу. И что-то внутри Йор кричало, что она должна рассказать ему о своих чувствах, ведь больше шанса не будет. — Лойд, я… Я л… Я люблю… — начала было она. Он внимательно и несколько удивлённо посмотрел на неё, и Йор почувствовала, как начинает дрожать. Нет, она не могла. Пока что нет. — Я люблю вас с Аней. Вы лучшая семья, о которой я могла мечтать. Спасибо, что ты подарил мне её, — вместо этого сказала она. Лойд вновь улыбнулся ей, но почему-то Йор хотелось плакать от его улыбки. Что-то определенно было не так, она чувствовала это, но не могла понять. – Пойдём домой, Йор, уже довольно поздно, – сказал наконец Лойд тихим голосом. Йор была в силах лишь кивнуть. Идя домой, они не разговаривали, лишь тихий стук их обуви о тротуар да редкие машины разрушали тишину между ними. Зайдя в квартиру и сняв куртки, Йор и Лойд направились к своим комнатам. – Йор, – произнёс её муж, когда она коснулась ручки двери в свою комнату. Йор сразу обернулась и посмотрела на него. Было видно, что он чем-то сильно расстроен, и Йор было больно видеть это. – Я... Спокойной ночи, Йор. Казалось, что он хотел сказать что-то совсем другое, но Йор не собиралась допытываться. Она тоже многое не говорила. Поэтому она лишь улыбнулась в ответ. – Спокойной ночи, Лойд, – сказала она, затем открывая дверь в свою комнату. Всю следующую ночь она не могла уснуть, пытаясь понять, что же было не так и почему её сердце так болело, говоря, что грядет беда. Поймет она это только на следующий день, когда ей сообщат, что её муж, Лойд Форджер, погиб по дороге домой…