Серия 7. Книга 4. Червь

Вонь, железные стенки со всех сторон, в которые я упиралась локтями. Гадкие ошмётки и мусор, и никого вокруг. Сколько бы я ни стучала и не орала изнутри, никто не подошёл и не открыл мой школьный ящик. Что-то странное виделось, глючилось или снилось мне. Какая-то странная, извивающаяся сопля, размером с планету. Какие-то переливающиеся многомерные конструкции. Что вообще происходит? Неужели это триггер? Неужели сбылась мечта идиотки - и я теперь кейп? А, ладно, с этим я потом разберусь. - ВНИМАНИЕ! ОПАСНОСТЬ! Попытка внешнего ментального воздействия! - Внимание! Опасность жизни хозяйки! Экстренный протокол. Подключаю полную память хозяйки. Это что? Все кейпы через такую хрень прохо… Тут к памяти будто подключили колоссальный пласт информации. Рабочие модули со звоном и хрустом вставали на свои места в моём сильно модифицированном разуме. Я вспоминала всё!!! - АЙ! В голову попыталось ворваться нечто. Что-то хотело заблокировать мою память. Заблокировать память? Заблокировать? Да ты, мразота, совсем берега потеряла?! - Симб! Подключай аварийный карантинный протокол! - Слушаюсь, хозяйка. С пробуждением. - Как же я рада снова тебя слышать. - А я как рад! Я за эти годы очень соскучился. - Так, ага… Воздействие выявлено. - Воздействие блокировано. - Орган воздействия отключён от основной части мозга и помещён в карантинную зону. Уф, ментальное давление прекратилось. Зато навалилась ярость. Я вспомнила, где я сейчас нахожусь. Нда, что-то в этом мире совсем мало магии. Какие-то крохи. Еле-еле просматривается. - Хозяйка, предлагаю создать внешние эфирные накопители и для магии, и для эфирной, и для жизненной энергии. Брать её ещё откуда-то будет трудно. - Выкачаю из чего-то материального. Из солнца, в конце концов. - До солнца ещё добраться надо. Предлагаю использовать разбросанный вокруг мусор. - Хорошо. Я сконцентрировалась. Мои знания и умения как обычно пришли мне на помощь. Часть мусора, лежавшего в шкафчике, растворилась, и магия хлынула в моё обновлённое магическое хранилище. - Ого! Симб. Это ты расширил моё магическое начало? - Ну а кто бы ещё? И расширил, и переработал. После твоей прошлой смерти у меня было много времени. Теперь сила, скорость создания заклинаний, точность и контроль дошли до ста процентов. Никаких потерь. То же самое относится и к псионике и к эфирной магии. - Какой же ты молодец. Судя по тому, что ты сказал про эфирную магию, новый орган прижился? - Ещё как. Я теперь свободно манипулирую родным эфиром. Кстати, я только что создал удалённые хранилища. - Мне что-то надо делать? - Абсолютно ничего. Как только в основных резервах уровень будет понижаться ниже определённого минимума, энергия будет поступать из астральных запасов. В обратную сторону так же. Можешь поглощать магию сколько угодно. Все излишки будут автоматом передаваться в хранилище. - И большое хранилище? - Это же эгрегор. Я ни разу не видел, чтобы такое хранилище заполнилось. - Отлично. Ладно. Ближе к делам насущным. Заклинание открытия замков легло на замок шкафчика и телекинез открыл дужку, а я выпала из шкафчика. Всё тело воняло, а вокруг валялся мусор. Ещё одно заклинание очистило одежду. Достав провонявший школьный рюкзак, почистила его заклинанием. Магия в резерве подходила к концу. - Симб. Несколько организационных вопросов. Ты можешь подключиться к местному Wi-Fi интернету? У меня на ноутбуке его нет, он старенький, но у отца вроде есть. - Пробовать нужно, хозяйка. С прошлого мира могут быть небольшие отличия. Вроде бы протоколы так же называются, но мне нужна полная спецификация. - Ладно, придём домой – посмотрим. Скину видео всех издевательств Софии и ко на флэшку. - Что думаешь с этим делать? - Ещё не знаю, но наверняка придумаю что-то наиболее болезненное. - Наиболее болезненное, будет просто прибить сук. - Согласна. Это тоже можно, если полезут снова, а они полезут. Я подошла к мусорному ведру, сосредоточилась и быстро переработала весь мусор в магию. Минута, и моё хранилище заполнилось на четверть процента. Нда… Действительно, с магией тут совсем туго. Ничего, Броктон Бей - это такая дыра, которая процентов на восемьдесят состоит из дерьма. Тут есть и мусор обычный, и человеческий, и его тут хоть отбавляй. Разные банды чуть ли не официально поделили город на части. На улицах полнейший беспредел, преступления совершаются каждый день, а полиция даже не чешется. Зачем она тогда нужна? Даже тех наркоманов, которых хватают и бросают в тюрьму, отпускают на следующий же день. Когда живёшь и варишься во всём этом, очень трудно осознать глобальную картинку. Особенно, когда изменения накапливаются медленно. Медленно и постепенно люди незаметно теряют работу. Ты этого не видишь, ведь они не орут об этом на каждом углу. Часть опускается на самое дно. Часть ищет работу и живет на свои сбережения или покидает проклятый город в поисках лучшей доли, но часть превращается в бездомных, ютящихся в бедных районах города, районе доков, в заброшках и развалинах. Здесь, в Броктон Бэй, нарваться на какого-то наркошу, который под дулом пистолета заберёт твои последние деньги - раз плюнуть. Какое милое местечко. Есть ещё и отдельный пунктик с кейпами. Суперзлодеи, наделённые сверхчеловеческими, или как их тут называют - парачеловеческими возможностями. Есть уникумы, способные уничтожить целый городской район одним ударом, а уж психопатов среди них просто море. Тут, видимо, сама сила их к тому и подталкивает. Вроде как с ними призван бороться протекторат, ведь у них есть и свои паралюди. Среди таких попадаются как боевики, в классе “Бугай, стрелок, движок” и много других, так и “умники”, которые способны предсказывать события наперёд. Вот только почему-то вся эта мощь, состоящая из кейпов-героев никак не трогает местных кейпов-злодеев. Впечатление такое, будто есть какой-то корпоративный сговор. Судя по моему анализу, с которым согласен и Симб, такая ситуация явно поддерживается искусственно. Кем, зачем и почему я не знаю, но мне это не нравится. Да и никакому здоровому человеку такая ситуация явно не понравится. *** Домой я пришла уже поздно ночью, но отца, как всегда, не было дома. Скинув рюкзак, по-быстрому приготовила яичницу с беконом и поела, после этого пошла к отцу в офис, чтобы проверить работу удалённого доступа. Стандарт Wi-Fi с его полным описанием я раскопала только через полчаса поиска и углубилась в перелистывание страниц. - Есть совсем небольшие отличия между вселенными. Тут этот протокол тоже известен. Он немного медленный, но нам хватит. - Можешь подключиться? - Эмулирую среду SMB диска. Подключаю файловую структуру. Выделяю фрагменты памяти. Да, я подключился к локальному роутеру. Введи пароль от Wi-Fi. Я огляделась, методично осматривая комнату отца. Как я и ожидала, пароль был написан на жёлтом стикере и прикреплён на доске, прямо над компьютером. Почти все люди не спецы так делают. Никто не желает запоминать кучу паролей. - Подключение установлено. Можешь переписывать файлы. Вот тебе WINS адрес. Подключайся. Введя полное имя и пароль, обнаружила диск, ввела пароль и открыла папку, заполненную видео, после чего поставила компьютер отца переписывать все файлы. Внутренняя домашняя сеть была довольно медленной. Не дотягивала она до стандартов офисных сетей. Ну ничего, я никуда не спешу. - Кстати… Симб? Я же могу тут не сидеть? - Конечно. Ты устала. Иди спать, а я начну перестроение организма. Думаю, за ночь мы управимся. Поднявшись, оставила компьютер включённым, пока он переписывал видеофайлы и пошла наверх. После еды усталость и сонливость навалилась на меня валом и пришлось идти мыться в душ. Посмотрев на себя в зеркало, сняла очки и разделась. - Симб? - Мысль твою уловил. Все твои пожелания понял. Ложись спать, не переживай. Завтра будешь выглядеть как конфетка. - Вот и хорошо. - Заодно проработаем твоё подсознание. - В каком смысле? – спросила я, раздевшись и уже укладываясь в манящую кроватку. - В смысле, за эту жизнь ты набрала слишком много вредоносных установок и подпрограмм в своём подсознании. Они будут мешать. - Ах да, ты ведь теперь имеешь прямой доступ к этой области. Я зевнула, потянулась, укрылась одеялом, после чего вынырнула в астрал, оставив моё бренное тело на издевательства симба, сама устремившись в один из сонных конструктов. Эта ночь будет очень, очень долгой. *** Дэнни Эберт Сегодняшний день не особо отличался от остальных - Дэнни всё также топил своё горе в постоянной работе с утра до ночи. Нет, никто не платил ему за сверхурочные, да и в последнее время такое понятие, как плата за сверхурочные было вне лексикона всех работников союза докеров. Став неформальным лидером этого объединения, Дэнни всё глубже и глубже погружался в дела профсоюза, найдя в нём замену всему, включая и собственную семью. С момента, когда в глупой аварии погибла его любимая жена Аннет, он начал всё дальше и дальше уходить в дела профсоюза, бросив свою единственную дочь расти как придётся. Чистая психология. Многие, в основном женщины, просто уверены в том, что мужчины любят их и их детей вот просто так. За то, что они вот такие есть и всё. Зная точное строение души скажу сразу, это не так. ПРОСТО… вообще нигде и ничего не бывает. Мужчины любят не самих женщин и детей, а инвестиции в них. Это совсем не обязательно только лишь деньги, потраченные на воспитание детей, но и те душевные силы, которые отец вкладывает в детей. Да, как это ни банально звучит, это просто боязнь обнулить горы потраченного внимания, душевных сил и… да, к сожалению, банальных денег тоже. Дэнни не успел понянчить маленькую Тейлор, ведь она была в основном с мамой, пока отец упахивался на работе. Не успел он и поговорить с ней подолгу, передавая свою мудрость, считая, что с девочкой гораздо лучше справится другая девочка – её мать, что, в принципе, правильно. Девочек и должны воспитывать девочки, а мальчиков – мальчики. Когда Аннет погибла, ко всему этому добавилась подсознательная вина отца, которую он не особо рвался признавать, ведь признать собственную вину для мужчины очень тяжело. Над ним довлеет социум, который порицает такое отношение к собственным детям. Вдобавок к тому, погибла Аннет от того, что звонила своей дочери по телефону и отвлеклась от дороги. Как ни храбрился отец, и в здравом уме и твёрдой памяти он бы такого точно никогда не признал, но подсознательно он всё же винил свою дочь в смерти своей жены. Мужчина исподволь, постепенно, на граны смысла отдалялся от своей дочери, а смышлёная не по годам девочка принимала бразды правления семьёй, брошенные её отцом. Даже маленькая девочка, это всё же девочка, которая тяготеет к семейному очагу, к личному теплу и любви, которую не смог дать разбитый горем отец. Постепенно дошло до того, что отец и вовсе перестал обращать внимание на воспитание ребёнка. Тейлор одета, обута, накормлена? Ну и замечательно. Его депрессия зациклилась на мёртвой женщине, превознеся этот статичный образ в божественную рамочку, превознося качества своей жены до небес и игнорируя свою дочь по всем параметрам. Вот только образ мёртвого человека тем и отличается. Он не может дать сдачи. Он не может измениться. Это всего лишь образ в голове другого человека. Он не может дать мужу подзатыльник и сказать: “Глянь придурок, что ты творишь! Это ведь твоя родная дочь!” Уставший мужчина вошёл в свою комнату и бросил портфель в углу комнаты, но обратил внимание на экран работающего компьютера. Дэнни нахмурился. Он не помнил, чтобы он оставил компьютер включённым. Это было странно. Он подошёл и присел перед экраном. Перед его глазами застыл проводник файлов с незнакомыми ему видео файлами. Все имена были отсортированы по датам и по времени. Ничего подобного у себя Дэнни не помнил. Он нажал на первый попавшийся файл и открыл его. К сожалению, все файлы были отсортированы по дате, причём в порядке убывания, и шокированный отец застал чёткие и очень качественные кадры того, как три мерзкие девчонки заталкивают его дочь в школьный ящик, заполненный каким-то дерьмом, использованными гигиеническими тампонами, прокисшими обедами и другим дерьмом и закрывающими его девочку на замок. Шокированный от этого зрелища, не понимающий на что он смотрит мужчина с оторопью открыл ещё одно видео. Просмотрел. Затем ещё одно и ещё. Шокированный отец просматривал очень детальную хронику двух лет систематической травли его дочери троицей моральных уродок, под предводительством этой чёрной сучки Хесс. Не верить своим глазам он не мог. Записи были абсолютно чёткими. Всё было в фокусе и голоса и фразы этих мерзких девчонок были очень чётко слышны, не позволяя сомневаться в том, что они говорят именно то, что он слышит своими ушами. Что ещё больше удручало отца, это реакция преподавателей и директрисы этой, с позволения сказать, школы. В лучшем случае - никакой. В худшем - его девочку ещё и обвиняли во всех грехах. Всё это было чётко видно и задокументировано. Глядя на экран немигающим взглядом он всеми фибрами души ощущал себя самым дерьмовым отцом года. Проморгать такое! Да и творилось это дерьмо не день и не два, а грёбаных два года. Два года три моральные извращенки буквально убивали личность его дочери! Что ж, и на них найдётся управа. Он найдёт как насолить этим девкам. Каждый урод, который обидит, его милую мишутку должен знать, что у каждой милой, маленькой мишутки, есть папа-медведь. Первым делом отец тихонько пробрался в спальню дочери и посмотрел на мирно спящего ребёнка. В темноте он немного не разглядел, но ему показалось, что внешний вид и лицо его дочери изменились. Отбросив ненужные сейчас мысли, он прокрался внутрь и взял с прикроватной тумбочки старый, подаренный ещё его женой будильник и выключил утреннюю побудку, положив будильник циферблатом вниз, чтобы он не мешал и не будил. Дэнни решил, что в эту мерзкую школу его дочь больше не пойдёт никогда, что бы ни произошло. Тихонько выйдя из комнаты дочери, отец закрыл дверь поплотнее и пошёл по дому, сделав то же самое с тремя остальными будильниками. Спустившись на первый этаж, первым делом отец скопировал все видео файлы на флешку, а потом, подумав, сделал ещё одну копию на всякий случай, чтобы не потерялась. Случаи ведь, они разные бывают. Всю ночь Дэнни просидел за компьютером, исследуя законы, прецеденты, судебные случаи, а в семь утра, даже не позавтракав, а лишь выпив кофе, умчался на работу. Точнее, не совсем на работу. Не в свой офис, а в офис адвокатской конторы, у которой с профсоюзом докеров был заключён долгий и плодотворный договор. На свою работу он позвонил и оставил сообщение о том, что ему придётся взять несколько дней отпуска для улаживания некоторых семейных дел. *** Тейлор Эберт Проснулась я в самом замечательном настроении, хотя не всё подсознание ещё было проработано. Ох, сколько же дерьма в голове может накопиться у человека даже за первые пятнадцать лет жизни. Надо сказать, что выбрасывала я раза в четыре больше, чем оставляла. Некоторые установки в подсознании были вредны, некоторые просто противоречили другим установкам. Некоторые бы заставили любой нормальный компьютер засбоить или выкинуть синий экран. Уж какого только дерьма в моём первичном подсознании не оказалось напихано. Тянулось это всё с самого нежного возраста. Раскрыв глаза, чуть не окосела от обилия поступающей информации. Видимый диапазон, ультрафиолет, гамма-лучи, неизвестные цвета. Наборы запахов и их градация поражали. Я могла различить запахи разных людей за километры, а слух вообще был идеальным. Я слышала даже выстрелы от перестрелки, которая происходила где-то очень далеко, в бедных районах. Вокруг меня всё стрекотало, пищало и звенело. Я могла слышать негромкий разговор соседей за три дома от меня. Самое главное - всё это совершенно не ошеломляло и не топило меня под собой. Мозг спокойно справлялся с этим диким напором даже не напрягаясь. Возможности мозга перекрывали весь этот напор с колоссальным запасом. Я обратила внимание на один из пищащих приборов. Это были часы, лежащие на тумбочке рядом. Да, почти вся электроника тихо пищит в ультразвуковом диапазоне. Мы это обычно не замечаем. Хмм, и кто же перевернул часики? Я помню, что когда я входила в комнату, они спокойно стояли на тумбочке и показывали время. Не то чтобы они мне были так уж нужны. Симб постоянно поддерживает внутренние часы, и я в любой момент знаю где нахожусь при помощи картографического модуля и сколько сейчас времени. Странно, уже девять утра, занятия в школе уже начались, а отец меня даже не пытался разбудить. Наоборот, судя по остаточному запаху, это именно он заходил сюда, ко мне, и будильник отключил тоже он. - Симб, сколько у нас осталось переработать в моём подсознании? – поинтересовалась я. - Да мы там даже половину не прошерстили. - Ну и замечательно, что у меня теперь есть время на это. Я потянулась и зевнула, перевернулась на другой бок и рывком выскочила из тела в астрал для продолжения своей работы. Раз есть время, стоит продолжить. *** Дэнни Эберт Дэнни сидел в небольшом кабинете директора школы, в которой училась его дочь, и недоумевал, как такие люди пробиваются в директора школы. Его вчерашний запал как-то сдулся. Усталость накатила и размыла всю решимость. Он вместе со своим другом из адвокатской конторы Майклом Майером и одним из следователей полиции Гербертом Фримэном буквально загоняли эту скользкую мерзотную дамочку в клетку. Хотя надо признать, лично он в этом никакого участия не принимал. Надо бы немного выделиться. - Ложь! – воскликнул Дэнни. - Что именно? – спросил его друг. - Да всё! Всё, что тут говорит директор Блэквел, от начала и до конца. Полицейский перевёл свой взгляд на директрису. Адвокат вздохнул, выключил небольшой диктофон, который он поставил на стол в начале беседы и перевёл свой взгляд на знакомого полицейского. Дэнни был опытным переговорщиком и по долгу службы в людях он разбирался. - Мадам, без протокола, я чисто по-человечески хочу напомнить вам о том, что всё, что вы скажете сейчас, может и будет использовано против вас в суде. - Это уж точно, - подтвердил адвокат, - и они не постесняются это сделать ни на секунду. Зная делопроизводство тут, могу сказать, что больше всего судья не любит, когда его держат за идиота. Понять и простить он может многое, но не обман. Дэнни почувствовал, как холодная сука, являющаяся директрисой, забеспокоилась. От неё прямо завоняло страхом и неуверенностью. - Хватит! Видео у всех перед глазами. Там есть полно моментов, где отлично видно, как учителя и вы лично проходите мимо и не обращаете внимание на явные издевательства. Там есть и видео, где Тейлор приходит к вам и жалуется, после чего вы отсылаете её обратно. Я пойду с этими материалами повсюду. Во все газеты, в школьный совет. Вас вышвырнут отовсюду, и вы получите срок. Я не остановлюсь на пол дороги. Все будут знать вашу историю, а за враньё на допросе вы получите дополнительный срок. - Хорошо! – взвизгнула она, - я всё скажу, всё. Задавайте свои вопросы. Он хорошо видел, что её аж трясло. Если бы не видео материалы, он бы вообще ничего не добился, но сейчас, её прижали к стенке по всем параметрам. - Отлично. Адвокат снова включил маленький диктофон и кивнул полицейскому. Очная ставка продолжалась. - Когда вам стало известно о неподобающем отношении Софии Хесс, Мэдисон Клементс и Эммы Барнс. - Практически с самого начала. - Конкретней, - попросил полицейский. - Два года назад, когда Тейлор Эберт впервые пожаловалась на травлю с их стороны. - Какие меры были приняты? – спросил адвокат. - Никаких. - Почему? - В этой школе полно хулиганов. Тут постоянно происходит что-то. - Это не ответ. Вам дали власть в школе. Ваша задача - следить за такими вещами. Почему вы этого не сделали. - Мне было некогда… Дэнни сидел и осознавал полную картину происходящего в этой школе. И у полицейского следователя, и у адвоката был очень богатый опыт допросов, и женщина, словно свеча под огнём, начала “плавиться” и “течь” дискриминируя саму себя всё больше. Адвокат сидел спокойно, у него велась запись беседы на диктофон, а следователь всё быстрее и быстрее строчил что-то в своей тетрадке. Расстроенный и разбитый отец покинул кабинет только через три часа допроса. Только что они совместными усилиями буквально закопали директора Блэквел. Её, её зама и троицу подружек полицейский уводил из школы в наручниках. Смущало Дэнни только то, что сучка София Хесс каким-то образом оказалась связана с СКП. Протекторат бы не стал посылать своего человека в школу просто так, на ровном месте. Дэнни вздохнул и взвесил папку со школьным делом его дочери. А ведь сейчас ему ещё предстояло мотнуться в “Аркадию”. Эта школа считалась лучшей в городе. Он, конечно, понимал, что с деньгами у него, как и у очень многих в городе, образовался сильный напряг, но он чётко и однозначно решил для себя. Ребёнок ни в чём не виноват и он, как отец, слишком долго отмахивался от своих обязанностей. Он потерпит, а Тейлор достойна всего самого лучшего.