Iurisconsultus qui nimium novit./Адвокат знающий слишком много.

Сейчас уж точно поменяет. Только прежде прочтёт ответ сестры. - Приезжать, но не одной… Странная просьба, когда она прекрасно знает что я могу любить в этой жизни. Само собой включилось радио в такси, которое она вызвала. Голос чем-то напоминал Эбру, и вдруг прозвучало: жизнь одинаково права; любовь не чище, чем гордыня. Слова, которые сыграют злую шутку, те, что показались неважными и услышанными в момент непонимания сути проблемы Исмаила. Он же не просил с самого начала чего-то конкретного. Только проверить могли ли убить некоторые люди его родственника. Ещё и дальнего. Теория о его высокой любви к большой семье распалась сразу. Не мог Демирджи любить в принципе чистой любовью. По глазах его было видно, ещё и амбиции вызывали некоторые сомнения. Не попадал он под описание человека, что может нежные чувства дарить кому-либо или без всякой выгоды что-то делать. - Не стоит мне больше звонить. И домой я не вернусь, так что можете и не ждать. - И с кем же будет маленькая пешка? - В большой игре. Не буду. Выхожу из игры и дело Ваше никому не передаю. Общались они голосовыми сообщениями, что было довольно таки удобно, учитывая нынешнюю ситуацию. Вновь ехали. Слишком часто их действия совпадали как для случайности. Актёр же и не думал о случайностях. Трудности профессий и не состыковки взглядов на мир рассорили их очень сильно. На подсознательном уровне общей психологии они были врагами. Одно и то же дело их только больше настраивало друг против друга. - А Вы бы могли, чисто теоретически, полюбить меня, госпожа адвокат? - У меня есть имя. И к чему этот дурацкий вопрос? - чуть не врезалась в дерево от шока, на несколько мгновений затряслись руки. - Довольно логичный вопрос как до того почему мы не можем решить всего одно дело. - Мы не можем? Я Вам столько всего собрала, что Вы сами можете найти своего дружка в той самой тюрьме, где держали несчастного Озлемиша, что наложил на себя руки два с половиной года назад. - нервы начали сдавать, резко остановила авто. - Да, госпожа адвокатесса. Вы не смогли самостоятельно и с таким справиться, что уж и к серьёзным делам Вас подпускать как детектива? - Это уже точно не Вам решать, Исмаил Демирджи… Харизматичный идиот. - не сдержалась и упала на траву сбоку от главной дороги. Сейчас всё вспомнилось вновь. Первая любовь, это имя. Конечно, не тот человек, но что-то казалось знакомым. В конце концов он мог поменять всё: от фамилии до внешности. Только никак не мог не оставить следа появившись в её новой жизни, что не имела ничего общего с тёплыми чувствами. Раньше бы слёзы хлынули рекой, а сейчас лишь одна слеза скатилась и упала на травинку. Больше не было ни было теплоты от воспоминаний, ни какого-то понимания его действий. Даже того, что он стал актёром не могла полностью осознать. Разве мало было в юности ролей? Куда уж больше? Чуть отцом не стал, в колонии сидел и девушек менял как перчатки. При этом никогда не мог уйти из её сердца. Сейчас казалось, что он и не ушёл вовсе. Так, дело приглушили воспоминания и боль прошлого, что скрылось туманом интересной профессии сегодняшнего дня. И да, они всё равно бы встретились. Только, возможно, позже было бы намного лучше. По крайней мере, для души, что сейчас не находила себе покоя гадая тот ли это человек.