Ты ещё дышишь...

Зонтику постепенно становилось лучше. Приступы больше не так сильно тревожили его, так как они случались крайне редко. Треф снова стал учителем в языковой школе, из-за чего очень сильно уставал. Парень получал достаточно приличные деньги, зарабатывая на этом. Но все не так просто – вечные переработки, планы уроков, личные и онлайн сессии. Да, это заставляло бирюзововолосого почувствовать себя значимым и нужным кому-то кроме одного человека, но зато все свободное время Зонтя мог только спать. Он иногда помогал Вару с некоторыми домашними делами, но это давалось ему все сложнее и сложнее. И зеленоволосый это прекрасно понимал, поэтому старался не тревожить своего любимого лишний раз. Конечно, пиковый и сам стал пропадать на работе из-за увольнения сотрудников. Многие уходили из-за неприемлемых условий труда. И эти многие, к сожалению, были достаточно хорошими сотрудниками, но, как оказалось, не людьми. Парню приходилось на последок выслушивать много личных оскорблений, а это нельзя считать нормальным. С особыми индивидами доходило до драки. Но они не обсуждали кофейню после увольнения, поэтому Вару было проще набирать новых ребят в команду. Это очень долгий процесс. Зеленка работал в основном один. Другие несколько человек тоже работали в разных точках. Некоторым ребятам было разрешено работать по графику два на два, но босс для себя такого не допускал. Это можно было бы назвать переработкой, но было намного проще сидеть за кассой в кофейне с 8 до 17, чем учить других людей и штудировать методички с 8 до 20. Вару много ругался с Зонтиком на тему его же здоровья. Ведь парень только-только восстановился, а уже наваливает на себя задачи, которые даже здоровому тяжело выполнять. Пиковый пытался уговорить своего парня хотя бы уменьшить количество сессий и полностью отказаться от очных, но тот всегда стоял на своём и говорил, что хочет как можно больше заниматься своим делом. Последней каплей было то, что Зонтик ничего не ел на протяжении двух недель. Вару решил серьёзно с ним поговорить. – Зонть. Ты когда нормально есть будешь? Только-только до 36 поправился и вот опять какая-то хуйня у тебя началась. Я тебе говорил: "Хватит себя так нагружать". А ты сидишь даже сейчас свои планы дебильные пишешь. – со злостью сказал пиковый, стоя рядом с комнатой причины его раздражения. Треф медленно поднял голову и посмотрел в сторону дверного косяка своими красными глазами, с еле заметными синяками под ними. Невооружённым глазом был заметен тремор рук. Парень ничего не говорил, продолжая смотреть. – Ты уже не вывозишь физически это все, тяжело тебе! Я вот зачем эту комнату выделил? Чтобы ты сидел тут и мучился? Нет! Я хотел, чтобы ты всё-таки занимался тем, чем тебе нравится. Это для тебя важно, и я тебя понимаю. Отдохни хотя бы сегодня, блять! Первый раз за полгода! Поспи или погуляй там, где хочется, займись другим чем-то! – чуть мягче сказал Вару. Зонтик все также смотрел, и у него случайно выпали письменные принадлежности и рук. – Ты спишь или только говоришь, что спишь, чтобы я на тебя не ругался? У тебя глаза красные! – зеленоволосый подошёл ближе к своему парню и, сев на рядом стоящий стул, начал нежно гладить его руки. Пиковый почувствовал то, что они очень сильно тряслись, но не стал говорить ещё и об этом. – Я сплю, но из-за работы I feel my eyes is broken. And I think that I could cry my own blood, if I don't stop my work in time. – парень перешёл на английский, не осознавая этого. Вару попытался сделать вид, что он все понял, продолжая поглаживать руки лингвиста. – Глаза болят? – тот по-доброму улыбнулся, пытаясь дать понять, что он хотел бы помочь трефу сейчас. – Д-да..они сухие.. – Вроде я в этой комнате оставил аптечку, там должны быть капли от сухости. Сейчас, подожди! Пиковый взял аптечку с верхней полки в шкафу, достал оттуда капли и закапал в глаза трефа. Попросив того закрыть их на какое-то время, зеленка снова сел за стул и продолжил гладить руки. Зонтик тихо его поблагодарил. И они замолчали. Правда, молчание продлилось недолго, его прервал Вару. – У тебя ещё что-то болит? – Д-да, мне плохо сейчас очень. – парень немножко приоткрыл глаза. – Можешь нормально сказать? – немного с раздражением сказал пиковый, почувствовав то, что у его партнёра руки стали только сильнее трястись. Начала течь кровь из носа.– Да ебанный в рот! Он взял своего парня на руки и понял, что практически не чувствует его. Зеленоволосый побоялся задирать голову Зонтику, поэтому он просто прикрыл его нос своей рукой, пока не донёс его до ванной и не отмыл всю кровь, перекрыв ноздрю ваткой с перекисью. Потом Вару положил его на диван и услышал тихие стоны. Бирюзововолосый страдал от сильнейших болей в спине из-за такой работы, поэтому каждый раз, ложась куда-то, кряхтел или тихо шипел вот уже последние недели три. Вару старался сделать ему массаж по каким-то гайдам в интернете, и это помогало, но ненадолго, ведь у трефа не было времени на то, чтобы ему разминали кости каждый день. – Зонтик... – тихо сказал носитель зелёных очков. Тот же посмотрел на своего парня грустными глазами. – Зонтик, может, просто уйдёшь из этой школы...я не могу...не работай, пожалуйста, никем, у нас есть деньги, а тебе по ходу опять пизда совсем...Зонтик! – Где я? – Твою мать! Опять по новой что ли? Я не могу так больше! – сказал еле слышно пиковый. – Ты у нас в зале на диване лежишь. – Я был не здесь. Почему ты просто не вернёшь меня на место? – Потому что тебе очень плохо, и за стол этот ты не сядешь. – Какой стол? Зачем мне там сидеть? – Ты хотел подготовиться к урокам по английскому. Ты преподаватель этого языка. Английский хорошо знаешь. Немецкий тоже. Тебе очень это все нравится. – сказал Вару уже со слегка мокрыми глазами. – А ты что тут делаешь? Этой фразы хватило, чтобы слезы пикового стали непроизвольно выходить из глаз. – Я с тобой живу... – А ты кто? – Я Вару, ты со мной в отношениях. – Зачем ты со мной в отношениях? – Ты мне мозг сломать хочешь или реально не понимаешь? Я очень сильно люблю тебя, и хочу, чтобы тебе было легче. Зонтик стал изучать своего собеседника взглядом, и задал следующий вопрос: – А почему у меня руки трясутся? – Тебе очень плохо, ты устал. – А где я? Когда этот вопрос повторился вновь, у Вару началась некая истерика. Он заплакал сильнее, став гладить Зонтика по голове. – А что ты делаешь? – спросил больной. Пиковый не знал, что ответить, поэтому продолжал молчать и плакать, трогая волосы вопрошающего. Треф стал осматривать свои трясущиеся руки и придумал новый вопрос. – А почему я такой тонкий? – Ты совсем не кушал две недели...похудел очень сильно – Почему я не ел? – Ты просыпался с утра и не успевал позавтракать, обедать тоже не мог, у тебя была работа. Потом после работы спать ложился сразу, не кушал. А на выходных ты закрывался в своей комнате и забывал обо всем, писал конспекты, потом ты уставал и ложился спать. Я тебя все это время не видел почти, милый...И сейчас не вижу...– парень старался успокоиться, но не мог представить то, что Зонтик, его Зонтик снова потерял память, причём, наверное, сейчас ему ещё хуже. – Почему ты меня называешь "милым"? – Потому что ты действительно милый, а ещё потому, что мы состоим с тобой в отношениях, уже почти два года. Я тебя люблю. – Как тебя зовут? – Меня зовут Вару. – Тогда ты тоже милый. – Спасибо, – пиковый слегка улыбнулся. – А почему я такой худой? В мыслях Вару было только: "Пиздец, когда это все закончится". Самое главное, эти вопросы никак нельзя игнорировать и отвечать как можно адекватнее, а он уже не мог. – Зонтик, ты не ешь две недели. Что после этого с телом ещё может случится? Треф помолчал немного, а затем спросил о том, сколько он весит. Пиковый осторожно взял его и посадил на весы в прихожей. Циферблат показал 16 кг. Парень ужаснулся и снова поднял любимого, медленно подходя с ним к кухне – Зонтик...может, ты хочешь кушать? – У меня живот болит сильно. Я по-моему опять слишком много съел. – Зонтик... Бирюзововолосый перебил своего парня. – Можешь помочь мне вызвать рвоту? – Ты нихуя не жрал. Не спрашивай у меня вот эту хуйню. И я уже действительно не знаю, что с тобой делать, потому что ты критически худой, даже если учитывать отсутствие ног...и ты не ел давно... – Я не ел? – Даа, полмесяца. – Ого...а как я тогда поем? – Я не знаю, вот скорую вызвать хочу. – А что со мной не так? – Тебе прям очень плохо стало, и ты все забываешь снова. – Извини, пожалуйста...тебя зовут Вару или Феликс? Я помню только эти имена сейчас. – Я Вару – Значит, я хочу тебе сказать, что люблю тебя, потому что так есть и всегда будет. Вару соегонца обнял своего парня. – Спасибо тебе! – сказал тот, не отпуская трефа – Меня зовут Зонтик? – Да, именно так тебя и зовут – А я скоро умру? – Нет-нет-нет, ты будешь жить долгую и счастливую жизнь, осталось немного тебя подлечить! Ты чего такое говоришь? – по парню было видно, что он сильно испугался. – Я не хочу в больницу...можно туда не ехать, пожалуйста? Трефа ещё больше затрясло. Он первый раз за все последнее время заплакал. – Х-хорошо. Только давай я тебя попробую немного покормить всё-таки? Зонтик кивнул, а Вару тем временем достал порошковую кашу для детей и размешал её с кипячёной водой в равных пропорциях. У трефа уже были такое, поэтому пиковый всегда хранит где-то еду для тех, кто даже жевать толком не умеет. Больной понял, как сильно он хочет есть тогда, когда зеленоволосый положил первую ложку в его рот. Сразу потекла слюна, которую он не смог сглотнуть, и она стала стекать куда-то вниз. Вару взял салфетку и вытер рот своего любимого. – Аккуратнее, пожалуйста, сейчас я ещё тебя немного покормлю В итоге Зонтик съел все. И вопреки всем ожиданием, его не вырвало. – Ты молодец, ты постарался. Я горжусь тобой! – Спасибо – Это тебе спасибо, ты кушаешь – А почему у меня руки трясутся? – Эххх, я хочу, чтобы ты знал, что я не первый раз на этот вопрос отвечаю, но ты заболел и теряешь память свою снова. И это очень сильно для меня страшно, потому что я хочу, чтобы тебе было лучше, как месяца два назад хотя бы... – Мне стыдно, я хочу молчать – Не нужно, говори, пожалуйста, тебе же лучше от этого... – Хорошо. Просто не хочу задавать тупые вопросы... Вару обнял его и снова положил на диван. Ребята смотрели друг на друга какое-то время, а потом Вару сказал: – Тебе надо взять больничный или вообще уволиться, ожидая лучших времен. Я с тобой уже так заебался...Можешь заниматься своим английским без каких-то там учеников, в этом я тебя поддерживаю. Память тренируй рисуй, книжки читай, короче, делай, что нравится, и когда хочется, но не надо вот этого вот! Зонтик слабо кивнул и трясущимися руками взял пикового за запястье, немного улыбнувшись. Вару тоже невольно повторил выражение лица трефа и свободной рукой погладил его по голове. Через какое-то время бирюзововолосый решил сказать что-то ещё. – Тебе на работу послезавтра. А я пока не знаю, что со мной будет... – Не послезавтра, а так, как раньше. Просто контроль качества. Я уже людей нашёл, ну, точнее мне помогли. Могу теперь быть с тобой чаще... – Это хорошо. Я очень сильно скучаю, потому что мы очень редко стали видеться. – Да...я тоже. Тебе лучше стало? – Да, уже лучше, просто спать хочу... – Значит, поспишь. Я тебя сейчас помою...все хорошо будет. Конечно, время было где-то пять часов вечера, но все же Вару понимал, что лингвисту нужен какой-то отдых. Тот сделал все, что обещал и уложил того спать. Зонтик спал очень долго. За это время пиковый успел даже позвонить на его работу и договориться о больничном. Потом записал своего парня к платному неврологу. Через сутки после засыпания треф проснулся, и Вару узнал об этом только тогда, когда тот грохнулся с кровати, пытаясь встать, пока тот был в другой комнате. Парень подбежал к бирюзововолосому и положил его на место. – Осторожнее в следующий раз, ладно? Кстати, добрый вечер! – зеленка слабо улыбнулся. – Вару? – Ага....– сказал тот и немного раздражённо вздохнул. – Очень хорошо, что ты здесь. Что произошло? – Ты снова теряешь память, я тебя к врачу записал, пойдём вместе во вторник утром. Если что сегодня воскресенье... – Хорошо-хорошо, а почему я вообще стал терять память? Ну, как понимаю, это не первый раз, да? – Да, не первый...сначала тебя побили сильно, ты заработал сотрясение, а вот после этого сотрясения ты стал терять память, когда тебе очень плохо физически. То есть тебе нужно соблюдать режим, не стрессовать, свежим воздухом дышать, а ты на это все подзабил прекрасно на своей работе и теперь лежишь тут, а я отвечаю на твои вопросы, да... – Хорошо...а почему ты ещё не ушёл, я же вижу, что тебя все это очень сильно раздражает...? – У Зонтика потекли слезы из глаз. – Ты мне нужен, вообще-то! Тем более ты стараешься...вот сейчас даже ты моё имя вспомнил, это многого для меня стоит, милый...– Вару начал гладить своего парня по голове. – Всё хорошо у нас будет, веришь? Пиздец всегда случается, это только перетерпеть надо... Треф слабо улыбнулся и трясущимися пальцами взял пикового за вторую руку. – Х-хорошо. Я очень сильно тебя люблю.. – И я тебя тоже! – пиковый перестал гладить трефа по волосам и обхватил его запястье, потом стал ощупывать всю руку в целом. Она вся проходила через два пальца, сомкнутых в кольцо. – Ты прям очень сильно похудел...прости, если разговоры об этом тебя задевают, просто речь заходит уже о твоей жизни... – Не хочу ложиться в больницу... – Ладно, как хочешь. Я постараюсь помочь, чем смогу... – Тот взял руку трфового и поцеловал её. – Ты случайно не хочешь есть? – Хотелось бы, но я не хочу кашу..а по ходу ты меня ей накормить собираешься. – Ну, тогда какие у тебя пожелания? – Я хочу рыбу с брокколи на пару... – Сейчас поставлю готовиться, ты пока полежи... – пиковый улыбнулся, потому что треф вообще что-то захотел сам. Он взял капусту и филе минтая из морозилки, немного разогрев в микроволновке, посолил и, поставив все это дело в пароварку, пошёл к Зонтику. Сев на край кровати, Вару принялся гладить лицо своего парня. Честно, ему хотелось чего-то большего все это время. И почему-то он этим занялся с трефом без его согласия, тот только тихо плакал из-за того, что он никогда не любил этим заниматься, а сейчас пиковый его даже не спрашивал так, как это было раньше. Также бирюзововолосый прекрасно помнит те первые полгода их отношений, когда он боялся отказать своему партнёру, чтобы его не обидеть, и они занимались этим почти каждый божий день. Зеленке было же плевать, ему казалось, что это какая-то неуправляемая мысль, хотя он вроде пил таблетки, и поэтому считал, что все нормально. Он ещё не знал, что ему поставили неправильный диагноз за то, что он решил оправдать свои действия голосами в голове, но это позже. Вару оставил очень много засосов на теле Зонтика, не обращая внимания на его слезы, а потом достал канцелярский ножик и стал наносить достаточно глубокие раны на теле парня. Его все время передергивало, но он боялся издавать какие-то звуки. Потом пиковый подошёл с бутылкой водки и начал выливать обильное количество на многочисленные раны на животе, руках, ногах, шее...Треф зашипел и только сильнее заплакал, за что его партнёр сильно ударил его по лицу и улыбнулся. – Чего ты ноешь? Ещё скажи, что я тебе какой-то вред причиняю! Ты должен лежать и получать тут удовольствие! У тебя уже давно такого не было, полгода точно! – В-вару, я же говорил тебе, чтобы ты хотя бы намёки какие-то давал перед этим...Мне сейчас совсем неприятно...Тем более ты помимо этого ещё порезал меня и спирт в раны залил... – Потерпи это ради меня. Никакой от тебя благодарности! Может, мне так нравится... Мне же и на твои вопросы отвечать не нравится, когда ты память теряешь, но делаю это ради своего любимого. А ты ради меня способен постараться? – Л-ладно, хорошо...что мне нужно сделать? – Ты можешь мне подрочить– Вару ухмыльнулся. – Р-руки трясутся, Варь... – Да так даже лучше! Заодно и натренируешь их. Зонтик принялся делать это, и ему было прям очень неприятно и неудобно. Руки были слабыми, поэтому его парень не сразу кончил. – Ахах...дадада, ахах, ты молодец...– тот смеялся от удовольствия. – ихих, соси теперь... Треф исполнил и эту прихоть, пиковый нежно погладивал его по волосам все это время. Потом инвалид отстранился и посмотрел заплаканными глазами на своего парня. – Что такое? Тебе я так сильно противен из-за этого...? – Н-нет, я-я просто не могу...– бирюзововолосый только сильнее заплакал. Вару просто очень крепко обнял его, даже забыв о всех ранах. Треф тихо шикнул. – А мы ещё играть не закончили...и не останавливай это. Пиковый сделал доставки еды ещё до начала всего самого интересного. Там был огромные 2 сета роллов, две пиццы и торт весом 2 кг. Все это он разложил на столе и принёс Зонтика, который, увидев все это, начал плакать. – Да не плачь, я потом рвоту тебе вызову при надобности, просто очень нужно мне это, понимаешь? – сказал зеленоволосый, открывая первую пиццу. Зонтику она в принципе понравилась, это была гавайская. Только он уже больше, чем наелся, поэтому сказал об этом Вару. Думал, может его парень передумает, но тому только больше это нравилось. Извращенец достал колу и решил ей поить бирюзоволосого напротяжении всей "игры". Потом открыл роллы, соевый соус и стал быстро кормить своего парня. Живот трефа значительно увеличился, и слезы появились на глазах из-за боли. Он ещё раз попросил пикового прекратить это делать, ведь в прошлый раз ничем хорошим такое не закончилось, но тот уговорил трефа потерпеть ещё немного. И так он съел абсолютно все, что принесла доставка. Футболка, которая была достаточно свободна трефу теперь сидела на Зонтике, облигая его. Он молился про себя, чтобы Вару не захотелось в таком состоянии заняться с ним сексом, а то ему было прям сильно неловко. Но тот только поглаживал парня по животу и ухмылялся. По ходу ему только эраздутого тела трефа было достаточно, чтобы получить некое удовольствие. Бирюзоволосый рыгнул несколько раз подряд и ещё больше засмущался, прикрыв лицо руками, на что зеленка стал только сильнее улыбаться, он этого добивался. Зонт боялся что-либо сказать из-за того, что ему было за себя в таком состоянии стыдно, но Вару всё-таки вынудил его поговорить. – Ну...если хочешь, мы так больше делать не будем, и сам я в приоритет поставлю твой комфорт – тот ударил трефа по животу, на что было слышно бульканье в животе, а потом сдавленная отрыжка. – Ну, или хотя бы один раз в неделю, сегодня мне понравилось! – Как...хочешь! – сказал Зонтик, стараясь сдержать все эти звуки в себе. – Нее, я тогда и завтра буду с тобой играть в эту игру, если ты не захочешь делать так, как нравится мне, заюша... – его парень посмотрел на него охуевшим лицом, ведь такой клички он пока не слышал в свою сторону. – Не сдерживай что-то в себе: и тебе легче, и мне больше так понравится. Мы же совсем не чужие люди! – Ты все границы...перешёл. – бирюзововолосый сделал обиженную моську. И тогда Вару со всей дури ударил его по животу, и тот издал то, что он просил, раз пять, правда, тут же заплакал, схватившись за место удара. – Не сдерживайся, а то так же получишь, может, сильнее, не знаю пока. Могу ещё накормить чем-то, если у тебя ещё что-то сдерживать получается! – Что за...фетиш? – сказал инвалид с отдышкой. – Ага, значит, надо было больше всего заказать, тебя я понял. Вару стал звонить в доставку и через минут 30 пришло намного больше еды, чем Зонтик даже мог подумать. На самом деле он не понимал, что стало с пиковым, но ему это не нравилось до такой степени, что он бы сейчас к маме с папой поехал, несмотря на не очень хорошие отношения с отцом. Бирюзововолосый старался просто не обращать внимания на то, что с ним делают, но чем больше еды в него впихивали, тем сильнее было слышно как рвётся одежда. В середине процесса Вару начал помимо закармливания периодически поглаживать своего парня по его животу внушительного размера. А в конце треф практически не мог нормально дышать. Пиковый оголил его живот с багровыми растяжками и принялся гладить по часовой стрелке. Зонтик стал очень часто рыгать, не сдерживаясь, потому что было очень уж плохо. – Наверное, от еды тебе можно неделю теперь отдохнуть, какой живот большой теперь! – сказал Вару, вслушиваясь в отрыжки объекта своего вожделения. Тот не мог даже ничего нормально ответить, но опустил глаза и ужаснулся. – Интересно, сколько ты у нас теперь весишь! – пиковый ударил Зонтика по животу и услышал стон с несколькими отрыжками подряд. – Только я теперь тебя не донесу. Зеленоволосый принёс весы в эту же комнату и кое-как поставил на них своего парня. Циферблат показал 110 кг. – Ого! Ты представляешь, сколько в тебе еды! – тот посадил трефа обратно на стул, а тот только со слезами в глазах посмотрел на Вару. А потом показал жест, что ему прям очень плохо, и сейчас вырвет. Тот, недолго думая, понёс его к унитазу. Парень выблевал даже больше, чем все. Из него стала идти кровь и желчь в конце, но рвотные порывы все не прекращались. Зеленка стал очень сильно за него переживать, примерно как тогда, когда отхуярил ему ноги, но что теперь сделаешь. Ну, вот, это все закончилось, и Вару снова поднял практически не ощущаегося на руках Зонтика. – Пожалуйста...не делай так больше...у меня будто все внутренности наизнанку вывернулись ...– сказал треф с сильной отдышкой. По ходу у него помимо этого была температура, ведь он сильно потел и в целом был горячим. – Прости меня, пожалуйста...я не хотел сделать тебе плохо... – Вспомни... что ты говорил и делал...тебе на меня было все равно... – Я не знаю, что со мной происходит!! – Не говори...про голоса...я знаю...что это неправда... – Ты вспомнил? – Да...спасибо...за флешбэки...Варь...а теперь...записывайся к врачу...занова... Тому было очень стыдно за то, что он делал. Вару положил Зонтика на кровать и стал осторожно гладить по его животу. Треф заплакал и не мог остановиться, пиковому пришлось обнять. Они сидели так минут десять-пятнадцать, пока Зонтик не сказал первый: – О своём здоровье надо заботиться тоже...не только же о моем...ты соврал врачу, мне, пьёшь не те таблетки, а я будто не знаю, что человек с шизофренией вообще никак не функционирует. Достаточно мне пришлось перечитать, чтобы понять, кто как себя ведёт, поэтому у тебя скорее всего БАР, ведь ты все вот это врекрасно понимаешь, но в конце чувствуешь вину за свои действия, потому что даже не задумывался о моем благосостоянии в тот момент...эйфория сменяется полным эмоциональным спуском... – Ладно... Зонт потерял сознание.