Ты ещё дышишь...

Зонтика забрали всего лишь на неделю, но период лечения постоянно продлевали: то он простудится, то культи натрет, то опять резко похудеет из-за пропусков прима пищи. Вару старался по возможности быть рядом. Единственное время, когда пиковый мог побыть наедине с собой – в душе перед сном. Даже ложась спать, парень представлял, что будет говорить трефу, Куро и другим людям. Также парню стали важны открытые кофейни, ведь он боялся потерять бизнес снова. Сейчас деньги были как никогда нужны, ведь содержание конкретно в этой больнице стоило недёшево, и даже второй на это не мог никак повлиять. Пиковый стал параллельно пытаться налаживать отношения с Ромео. У него это получилось. Да так получилось, что они снова сошлись и стали любовниками. Конечно, зеленка корил себя за это, но благодаря романтику рядом не чувствовал себя таким потерянным. Через какое-то время парень переехал к нему из той съёмной квартиры и стал ухаживать за домом и самим пятым. Вару стал по-настоящему счастливым. Не было таких скандалов, какие появлялись между ним и трефовым во время встреч в больнице, не было болезней, ухудшения состояния, скорой. Никого не приходилось носить на руках. Красота. Сначала встречи с Зонтиком сократились до четырёх раз в неделю, потом до двух, а дальше он мог и неделями не появляться в палате своего партнёра. Тот стал переживать, из-за чего состояние снова ухудшилось, но пиковому уже было все равно. – Варь, ты издеваешься? – спросил вдруг Ромео, держа его телефон в руках. – Ты меня за идиота держишь или что? – Или что. Что произошло вообще? – Да тебе звонил один врач и сказал, чтобы ты живо навестил Зонтика! А мне ты сказал, что даже не знаешь, где он. Оказывается, ты просто-напросто мне наврал? – седьмой начал плакать. – Тише-тише, солнышко моё! – тот попытался обнять любовника, но он его оттолкнул. – Почему ты с ним так поступаешь? Ладно, я. Ты и без того показал мне все, на что способен. Но Зонтик! Он болеет, ему нужна помощь, а ты... – Да устал я от этих вечных болезней, пусть сдохнет уже наконец! – крикнул Вару и получил жёсткую пощёчину. Зеленоволосый не стал бить Ромео или говорить ему что-то, просто отошёл в комнату и начал переодеваться. Он прекрасно понял, что сказал какую-то ерунду, о которой тотчас и пожалел. Через несколько минут валет стоял в коридоре и подходил к червовому. – Я к Зонтику...Скоро вер- – НЕ ГОВОРИ БОЛЬШЕ О ТОМ, ЧТО ЖЕЛАЕШЬ ЕМУ СМЕРТИ, ТЫ! ТЫ ВООБЩЕ НИЧЕГО ПРО ЭТО НЕ ЗНАЕШЬ! НИЧЕГО! – тот прижал пикового к стене. – Я-то как раз знаю...это у тебя никто никогда не болел, умирая на глазах. – бесчувственно сказал тот, обранив слезу. – А теперь отцепись от меня, пожалуйста, я должен идти. Если хочешь, можешь в машине посидеть. Тебя я к нему не пущу. Распиздишь все о моей неосторожности в словах. Я уже за это себя ненавижу. – Я-я...ладно, поеду с тобой, мало что случится. Парень как раз не успел переодеться после работы и вышел вместе с зелёнкой. Сев в машину, он начал расспросы: – Кто у тебя умер? – У меня умерла жена за долго до появления в моей жизни Зонтика. Так я узнал о Куромаку, поскольку он в больнице стажировался. Жена болела раком. Я не мог её спасти...Теперь ещё и с Зонтиком проблемы...Я уже так с этим заебался. И ты, блять, со своими обвинениями! Думаешь, я себя не обвиняю. Просто ему без моих сочувственных взглядов лучше. Он в последнее время вообще беситься начал, когда я ему помогаю чем-то. Вот я и не хочу больше приходить...– тот завёл машину и начал плакать. Рома стал нежно гладить его по плечу, потом перешёл на волосы. Пиковый все не останавливался. По ходу ему нужно было проплакаться. – А ты задумывался, что может стать после нашей смерти? – Ахаха, ну, что может стать? Все люди разлагаются, покрываются струпьями, покрываются трупными пятнами, из тел сочится гной... – Да нет же...может, у людей есть душа. – Нет ада и рая, чел. Мы просто умираем, а потом ничего не происходит. Хуже смерти может быть только старение или болезни. Это, получается, ты заживо разлагаешься... – Ага...почему бы не поверить в хорошее? – Я не хочу поверить в то, что Зонт умрет и где-то там на небе будет без меня...он будет тут...только зарытый под землёй... – Милый, ты...давай поехали уже, скоро больница закроется. – Ладно, показал тебе все свои расстройства, теперь я, наверное, скучный... – машина тронулась. – Нет, не скучный, ты просто стал настоящим...Мне твоя напыщенность не так нужна, как сам ты. – Ага, надеюсь, что это правда. Когда парни приехали в больницу, Ромео, как и обговаривалось, остался ждать в машине. Трефовый король же поджидал пикового возле заветной палаты. – Ты слишком долго не был тут. И почему трубку взял твой друг, а не ты? – Я был занят...Не думай, что Зонтика я бросил. Просто мне уже страшно. Он кричит на меня постоянно, я его боюсь... – Ты думаешь, на меня он не кричит? – тот вздохнул. – Но это моя работа, так что я терплю. А вот тот, кто лежит в палате, твой любимый человек, и ты тоже должен с пониманием относиться к его скандалам...Он сам уже не хочет постоянно лежать в больнице. Я бы его отпустил, если бы у него не было таких скачков давления и сны по несколько дней подряд. Мы его даже через капельницу стали кормить, но обычную еду Зонт больше не ест. Это ужасно. Может, ты как-то сможешь помочь, ведь рядом с любимым человеком ему должно быть проще. Он, кстати, проснулся, заходи. Куро открыл дверь, а Вару неуверенно прошёл в комнату с белыми стенами. Вокруг пахло хлоркой, спиртом и медикаментами. – Зонтик...? – прошептал тот, будто сомневаясь, что именно треф лежит в этой палате. У бирюзововолосого парня появилась седина, даже несмотря на то, что у Вару даже в его-то возрасте её, как таковой не было. – Д-да, привет, Вару..– бесчувственно сказал тот. – Думаю, мне ещё недолго осталось. Пятый подошёл к больничной койке и хотел уж было возразить, но треф остановил его. – Тише-тише, Варь. Знаю, может, все не так плохо с моим состоянием, но я уже себя ненавижу за то, что ввязал тебя в это. Я не хочу тебя терять, милый.... – Ты и не потеряешь. – прошептал тот. – Я так давно хочу домой, даже худеть начал. Они все думают, что я просто заболел, и мне ещё нужно тут полежать, пока я просто скучаю по твоей стряпне и объятиям...Конечно, я пока что слаб, понимаю, почему ты меня видеть не хочешь... – Ты на меня кричал... – Не хочу больше кричать на тебя...это было не специально, я просто уже устал от этой заботы. – треф улыбнулся, из его дёсен потекла кровь, тот зашипел, и его глаза потекли. – Не смотри на меня! Вару послушно отвернулся, сам пытаясь не заплакать, пока тот захлебывался в слезах. Это длилось достаточно долго, пока он не выдержал и не повернулся. В тот момент, когда он сделал это, Зонтик выдернул из руки капельницу. – Заебало уже все! За-е-ба-ло! – чётко проговорил валет треф. – Одни мучения! Да, проблемы с давлением. Да, я сплю много, но вы таблетки не с этим побочным эффектом дали. Ещё и кормите ужасно! Пиковый еле заметно улыбнулся и все же заплакал. – Поехали домой, а? – прошептал зеленка. – А я тебе такой ещё нужен? У меня скоро даже зубы отвалятся. – Потому что я тебя через неделю не забрал, врачам доверился. Прошло уже два месяца...ты очень сильно...изменился. – Мягко сказано... – Дай я с Куро переговорю по поводу анализов твоих, а потом сразу же поедем, если все будет хорошо, ладно? – Ладно-ладно... Пятый вышел из палаты. Через минут пятнадцать подошёл король с какими-то бумажками. – Слишком "быстро" ты, – саркастично сказал то. – Я уже успел и кофе попить, и в кабинете посидеть, причём без дела. – Ага, что там с анализами? – Ну...как сказать тебе...тяжёлый вид АГТ. – Это что за херь? – Ну...тяжёлый вид артериальной гипотензии. Проще говоря, у него постоянно пониженное давление. Вот уже несколько дней у него 70/60, и он очень сильно мучается. Не может с постели вставать, его тошнит, сознание часто теряет. Смею предположить, что это нейроциркуляторная гипотензия, поскольку из-за стрессовых ситуаций его давление становится труднее вот так поднимать. А ещё брадикардия, но это уже не по моей части, другой врач проверял работу сердца Зонтика. Правда, не очень хорошо ему сейчас, но он сильно хочет домой, ты мог это слышать. Ему в таком состоянии нельзя из больницы выписываться, ты понимаешь? – Ага, понимаю...просто он так не будет стрессовать меньше. Он хочет снова есть мою стряпню, а не пить таблетки... – Организуем, но таблетки ему уже никогда нельзя прекращать пить, иначе он может умереть. Они регулируют его состояние, благодаря им он сможет выходить на работу, если острая фаза пройдёт, а, как я понимаю, ему это важно. – Ага... – Приезжай хоть по три раза в день ненадолго, ладно? Мы долго так не можем его через капельницы кормить. И ему так морально тяжелее.. – Да понял я...сказать Зонтику надо. – тот уж было хотел идти, но серый кардинал его остановил. – Я с тобой пойду. Понаговоришь всякой хуйни, как обычно. – Ты на рабочем месте вообще-то, не матерись. – зеленка язвительно хихикнул. – Хахаха, это не мат, а прямое описание того, как ты просто можешь довести человека до панических атак. – тот улыбнулся. – Ну, пошли! Парни зашли в палату и стали объяснять Зонтику важность пребывания в больнице. В конце Вару добавил: – Ты чего такую расстроенную моську состряпал? Я теперь к тебе три раза в день приезжаю! Если хочешь, могу ещё друзей к тебе приглашать! – Ой, как это мило! – тот слабо улыбнулся. – Я просто тебя люблю! – тот слабо чмокнул Зонтика в щёчку и обнял. Куромаку же только в этот момент заметил, что капельница выдернута. – Вару, это ты сделал что ли? – строго сказал тот. – Вообще-то я сам выдернул. – тихо признался Зонт. – И нахуято? – уже агрессивнее прошипел тот. – Не ругайся на пациента, дорогой врач. Зонту просто не хочется питаться через капельницу. Думаешь, это прям весело. Сам же хотел его от неё отучить. – бесчувственно ответил пиковый. – А, ну, это да. Просто сам пациент мог бы поранить себя в таком-то состоянии! – Но он же не поранился! Значит, все оки-доки! – Спасибо вам, ребята, за эмоциональную встряску, но можно ли мне лечь спать? – Можно, разрешаю – тихо сказал Вару. – Пошли, Курилка! – Сам ты, блять- – король кашельнул и спокойно продолжил. – Да, приятного сна, Зонт. Друзья вышли. – Ты какой-то прям сильно эмоциональный, что-то произошло? – серьёзно спросил пиковый. – Да я просто третий день не сплю, если честно. Знаешь Данте? – Ага, знаю, это мой друг. – Так вот, его сын, он...ну, ты, наверное, в курсе. У него амнезия. Постепенно к нему возвращается память, но ради этого стоит с ним рядом сидеть. Так я выяснил у него же, что его забили гопники в подворотне после работы примерно лет 5 назад. Данте этого даже не знал. Может, какая-то операция потребуется. Что-то они там сделали, а вот что уже непонятно. Но парень жив, и это главное. – Блин, ты просто чудо! Только поспи хотя бы сегодня нормально! – Ахах, ладно, давай. – Давай, мне тоже надо идти. Парни разошлись. Вару быстро побежал к машине. Ромео спал на заднем сидении. Пиковый просто повёл машину, даже не пытаясь разбудить седьмого. День прошёл не так плохо, как ожидалось. Всё ли будет хорошо дальше?