Amor et tussis non celatur

      Альсина не отходит от дочерей. Не отпускает Джульетту из поля взгляда ни на миг. Она не возмущается, спокойно исполняя просьбы той, у кого в глазах страх потерять её. Миранда приходит реже, стараясь не нервировать Димитреску. Джульетта звонит Донне, но отвечает поникшая Энджи, говоря, что она не хочет разговаривать сейчас. Даже Катерина поникла. Большую часть своей жизни она находилась в этом замке и общалась с Бэлой. Каруэлла старалась как-то успокоить Кассандру, которая в один из дней даже накричала на девушку. В тот день они были похожи на Джульетту и Альсину. Избегая друг друга, испортили отношения. Но им всем не до того. Не до отношений, не до свиданий, хотя именно об этом мечтала Брик, как только начался февраль — о сплошной романтике. Но точно не о горе.       Джули строго настрого сказала девочкам не выходить из их покоев, запереть все двери, закрыть проходы. Они возмущались, но видя мольбу, страх и боль в чужих глазах, быстро сдались. Они решили поселиться вдвоем в комнате Кассандры, чтобы было не так скучно. Вскоре туда перестала наведываться и Каруэлла. Джульетта приносила еду, книги, даже тот самый магнитофон, чтобы было чем заняться.       Итан продолжал крушить замок, несмотря на то, что Альсина множество раз ранила его когтями. Однажды даже отрезала руку. Но тот, черт его дери, вновь приклеил её. Это просто немыслимо. Джули ответила: «Он плесень. Ему не страшно ничего». И это убивало.       Этой ночью Альсина беспокойно уснула, и Джульетта, оставив тихое пожелание спокойной ночи и поцелуй на лбу вышла в одну из башен. Она ведь давно выяснила где находится тот клинок, способный убить Альсину. Было понятно, что Итан все же прознает об этой вещице. Поэтому ведьма проверяла гроб каждую ночь. Днем от графини было не отойти.       Недавно она узнала, кто держит клинок в своих руках: Аврора. Точнее, её мумия. Услышав это, Брик отшатнулась от гроба, в неверии смотря на Альсину, севшую рядом на колени. И с тех пор Джульетта многое рассказывала бывшей любимой. Как и сейчас. С похорон Бэлы прошло два дня, и уже третью ночь в башне слышны плач, мольбы о прощении и обещания мести.       — А вот и одна из ведьм! — самодовольно кричит Итан за спиной, видя, как Джульетта вскакивает, со страхом делая шаг назад и чуть не спотыкаясь о спущенную крышку. — Где моя дочь?!       Джули хрипло смеётся.       — Она уже не твоя. Тебе её не спасти. Спаси свою шкуру, Итан. Убиваешь моих родных — делаешь себе хуже.       Уинтерс угрожающе перезаряжает дробовик, но Брик продолжает стоять со слезами в глазах. Они смущают мужчину, заставляя замешкаться.       — Что значит не спасти?!       — Ты ведь не знает, как собрать кого-то по частям, не так ли? — Итан все еще с непониманием глядит на девушку. — Роза не в одном месте. Её части разбросаны по деревне, и никто из нас не просил этого делать с ней.       — Что..? — страх и ужас ярко видны в чужих глазах.       — Забирай. Найди и забирай. Я не прошу ничего, кроме как оставить моих родных в покое. Ты убил Бэлу, и, пожалуй, хватит на этом. Дочь за дочь, — шепчет Брик, ощущая, как слезы текут по щекам горячим потоком. Она чувствует руки на шее, видит стеклянный взгляд напротив и слышит шёпот.       — Ты зовешь это стадо мух своей дочерью?! — воскликнул Итан и сразу пожалел.       Джульетта яростным взмахом руки откидывает его к стене, понимая, что скоро пожалеет о такой растрате магии.       — Никто, слышишь, никто не смеет так говорить о моей семье, — шипит она, новым движением притягивая к себе и сжимает шею, начиная душить его.       Уинтерс теряется на мгновение, когда вдруг хватается за стену и резким выбросом ног отталкивает ведьму, заставляя упасть с краю и с криком полететь вниз. Клинок взят и башня наполняется криком женщины, летящей вниз и топотом мужской обуви.       Замок слышит пронзительный крик. Альсина вскакивает и понимает, что Джульетты нет рядом. Страх охватывает её полностью, заставляя выбежать на балкон и понимать, что Брик летит вниз.       Джульетта чертовски жалеет о потраченной зазря магии, зажмуривая глаза и готовясь к глухому стуку головы о каменную плитку, когда слышит крик «Нет, Дани!» и чувствует, как быстро рядеющий рой мух мягко опускает её на землю, после показывая девушке Даниэлу. Они не успеют в тепло.       — Ты идиотка, Даниэла! — в слезах и истерике кричит Джульетта, слыша, как с громким хлопком закрывается дверь балкона сверху. Альсина спешит вниз. — Нет нет нет, пожалуйста, нет, Дани.       — Ты нужна им.       — А ты нет?! Ты нам не нужна?! — ведьма прижимает к себе Димитреску, чувствуя, как под руками образовывается леденящий не только руки, но и душу кристалл. — Это я, снова, почему я снова несу беду..       Даниэла хватает в начинающие кристаллизоваться руки чужие щеки и смотрит в глаза, уже не чувствуя, как слезы огромным потоком со щек переходят на её руки.       — Ты не виновата. Я сама выбежала и спасла тебя.       — Но если бы я не упала, если бы не начала перепалку с Уинтерсом, ты бы.., — она понимает, что Димитреску больше не дышит. Тот же кристальный взгляд, как у Бэлы, окутывает её глаза и девушка рассыпается, оставляя почти идентичную статуэтку.       Джульетта замирает, а когда дверь во внутренрий двор расспахивается, вскакивает и делает несколько шагов назад, даже не смотря на Альсину и Катерину, выскочивших с одной стороны и Каруэллу с другой. Девушка вскидывает голову и делает еще шаг назад. Тихий шёпот, который не осознает даже сама Брик срывается с её губ и ведьма растворяется в небольшой дымке, оказываясь в собственной комнате.       Кассандра так и стоит у закрытого окна, с замиранием сердца надеясь, что сестра поднимется к ней обратно и останется её только укутать в теплое одеяло. Но понимание, что этого не будет, волной набрасывается на девушку, заставляя отшатнуться от окна и вжаться в стену со слезами на глазах.       Альсина падает рядом с тем, что осталось от второй дочери. Каруэлла зажимает рот руками, удерживаясь от вскрика. Катерина ступором стоит у входа, но после отмирает и осторожно подходит к Димитреску, неспешно кладя руку ей на спину. Графиня вздрагивает, но понимая, что это Катерина, прижимается к ней, утыкаясь в плечо. И только когда мокрая ткань прилипает к лицу, понимает, что рыдает.       Каруэлла стучит к Кассандре, сразу же открывшей дверь и бросившейся в объятия. Они даже не заходят в комнату, прижимаясь друг к другу со слезами.       Миранда, услышав новость, разносит лабораторию. Мия всё так же повторяет мантру: «Он не успокоится, пока не заберёт Розу». Как бы плохо не поступила Лоуренс, она знает что делает и Роза будет жива. И такого никто не заслуживает.       Донна лишь заливается новой порцией истерики, узнав, что погибла и Даниэла. Энджи, так любившая играть с самой непоседливой из сестер, невероятно расстроилась, параллельно перенимая настроение хозяйки.       Сегодня Итан Уинтерс получил причину номер 2 для собственного убийства.