— Алло? Служба спасения?

Эта работа давит на Антона каждый день, уже второй год подряд, заставляя испытывать настоящий стресс и бывать в ситуациях, когда от тебя зависит жизнь человека. Вот такая работа — быть оператором службы спасения. Антон Шастун оказывается свидетелем тех происшествий, которых можно сравнить как «небо и земля»: начиная помощью с поиском ближайшей заправки и заканчивая человеком, который совершил несколько убийств. Антон честно не понимает почему решил пойти работать именно в эту сферу, но одно знает точно — ему это нравится. Не то, чтобы он действительно получал какой-то кайф, нет. Здесь другое — удовлетворение собой, когда спасаешь чью-то жизнь. Конечно, риски всегда высоки, но уже победа, если человек на той линии говорит, что справился, смог или у него всё в порядке.

***

Сейчас три часа ночи: в этом парень убедился, бегло глянув на экран своего телефона. Он устало потирает глаза, откидываясь в своем удобном чёрном кресле на колесиках. На самом деле, в это время мало кто звонит на линию службы спасения, но Антон всё же сидит эту смену, как обычно: ждёт, когда поступит звонок, перекидываясь парочкой фраз с коллегами. Так он пытается отвлечься от насыщенной работы, ведь разгрузка нужна всем всегда. Однако оповещающий вызов заставляет прервать эти диалоги ни о чем, и Шаст надевает наушники, готовясь принять его, но… Почему-то сердце забилось чаще, а живот начало странно скручивать в узел страха и тревоги. Почему Антон переживает? Странное предчувствие не давало покоя уже несколько часов: его разум так и вопил о том, чтобы уйти подальше из этого места, убежать так далеко, как только можно, но сейчас ему некогда об этом думать. Одна жизнь важнее собственных страхов. — Соберись, тряпка! — проговаривает Шастун себе под нос, зарывая свои пальцы в кудрявые волосы, сильно оттягивая их. — Давай, ну… — он выдыхает, как их учили на практике. Ему везёт, что коллеги не обращают внимание на тревожащегося парня, ведь сейчас не нужны лишние слова утешения — времени просто нет. Да и зная, что парень работает здесь уже несколько лет, создавало бы ещё больше вопросов о состоянии. Он принимает вызов. — Служба спасения, что у вас случилось? — Антон готовится вводить поступающие данные в компьютер, внимательно слушая собеседника. Однако, проходит пара секунд и никаких слов, звуков не слышно. Шастун думает, что на той линии уже отключились, но всё же для самого себя решает переспросить. — Вы меня слышите? Это служба спасения… Наконец, ему отвечают. — Алло? Служба спасения? — на той линии парень слышит тихий мужской голос. Понимая, что тут что-то не так, Антон продолжает: — Что у вас произошло? — он затаил дыхание, потому что не может больше ничего сказать: ему нужно услышать и понять что произошло. — Тут человек… Потерялся в себе, — мужчина выдыхает и становится слышно, как он перемещается по комнате. Слабый скрип половиц отдаётся отзвуком в наушниках. — Что мне делать? Антон помедлил. Если честно, то он впервые находится в таком долгом ступоре. Сейчас парень должен отключить этот звонок, но понимает, что, почему-то, не может. Иногда парень попадался на подобные уловки, после чего определенно чувствовал себя неприятно, но в этот раз что-то явно идёт не так. — Вы один или с кем-то? — Шастун быстро собирается с мыслями, ибо считает, что этому человеку надо помочь. Он не может оставить его вот так просто. Шастун сам человек, а этому мужчине хочется доверять. — Только Вы и я, — проговаривает мужчина явно поникшим голосом. — Я… Я не хотел звонить сюда, извините- — Как вас зовут? — И один Арсений на той линии понимает, что хоть кому-то становится нужен. Пускай на время. — Арсений, — невольно Попов улыбается и даже усмехается, а самому Антону становится легче от незатейливости этого незнакомца. — Я — Антон. Арсений, что произошло? Вам нужна помощь? — аккуратно спрашивает парень, стараясь не спугнуть этого человека. — Думаю, что нужна, но ни скорая, ни полиция и даже не пожарная, которая потушила бы мой пыл набрать вас, — Антон по-доброму смеётся, что делает и Арсений следом. Это была минута свободы для обоих. — Что я могу сделать для Вас? — нежность в голосе этого работника заставляет Арсения отложить лезвие из рук на тумбочку рядом. — Вы уже помогли, спасибо Вам, Антон, — мужчина завершает звонок, небрежно откидывая телефон на кровать. Арсений шумно выдыхает, сидя в пустой тёмной спальне, на большой кровати. Шторы задвинуты, поэтому не видно абсолютно ничего, лишь слабый лунный свет пробирается сквозь эти занавески. Арс сидит в потёмках, как в его душе, пытаясь найти тот самый слабый свет, чтобы выбраться. Когда он запутался в себе настолько?

***

После этого случая Антон постоянно отвлекается на мысли об этом Арсении. Собранность — одно из главных качеств на его работе, а парень, слыша женский голос, сообщивший про насилие дома, решает, что на сегодня это будет последний для него звонок. Он, как по выученному механизму, отправляет на место событий полицию, и, завершая этот вызов, его руки начинают трястись, а тремор овладевает всем телом, покрывая его неприятными мурашками. Тревога селится где-то в груди, разрастаясь с каждой секундой всё сильнее. Работа целые сутки всему причина. Это довольно плачевная ситуация, поэтому парень резко встаёт и выходит в комнату отдыха. Ему нужно хотя бы выдохнуть. Почему какой-то обычный, самый обычный звонок так повлиял на него? Вообще, Антон Шастун достаточно впечатлительный молодой человек: ему часто становится жалко людей, которые обращаются за поддержкой или помощью в сложных ситуациях. Ведь прежде всего, парень — психолог. Антон решает сделать себе чай, чтобы успокоиться: он ставит чайник кипятиться, садясь и ожидая, когда сможет налить кипяток в кружку, но мысли все ещё не покидают его. Арсений. — «Кто же этот Арсений?» Парень берет под руку попавшиеся лист и ручку, лежавшие на столе. Он аккуратно выводит это имя. Много раз. В столбик. Шастун всё пишет и пишет дурацкое имя, разыгрывая в себе ещё больший интерес к этой загадочной личности. Это с подвигает к размышлениям о собственной некомпетентности, ведь Антон мог остановить его, задержать на ещё несколько секунд или минут. Он сожалеет. Когда парень уже делает глоток обжигающего напитка, то понимает, что переживает за дальнейшую судьбу этого человека. После выпитого чая, Шастун отправляется к начальнику, чтобы сообщить о плохом самочувствии и желании отдохнуть. — Да, Антоша, иди отдыхай, приходи через пару дней, — Павел — его начальник, лишь сочувственно посмотрел на уставшего парня, который дёргается уже от любого шороха.

***

Улица насквозь пропитана состоянием тревоги и апатии. Совершенно ничего не успокаивает: слабый дождь идёт довольно резво, его шум трелью отдается в перепонках. Ноги промокшие, кроссовки сырые, глаза потеряно смотрят по сторонам. Парень идёт со своей смены домой наконец-то отсыпаться, но мир перед ним — словно сплошная прострация. Ему бы желательно проспать все эти свободные дни, потому что общаться не хочется абсолютно ни с кем. Доходя… Нет, добегая до автобусной остановки и еле как успевая влететь в автобус, Антон спокойно выдыхает. Он садится на одно из свободных мест, которых, кстати, достаточно много, потому что дождь заставляет сидеть всех дома. Он может позволить себе прикрыть глаза, закидывая голову к верху. Как же он вымотался. Шастун чувствует размеренное движение транспорта, слышит все обыденные звуки вокруг, и это заставляет почувствовать себя немного расслабленно. Ему нужно обо всем подумать, пока на это есть время. Антон анализирует все пару дней смены: ничего необычного, кроме того самого звонка от некого Арсения. Он помнит его тихий голос и искренний смех. Ему даже кажется, что он слышит мужчину где-то в автобусе, но считает это уже какой-то паранойей. Попов же наблюдает за странным высоким парнем, спрятанным в своей толстовке, который буквально влетел в этот автобус, лишь бы успеть. Но, как на зло, Арсению звонит друг (если Арсений его вообще может так назвать). — Да? Да… — речь на той линии заходит о работе, и мужчина невольно смотрит в окно, всматриваясь на улицу в серых тонах из-за давно набежавших туч. — Я еду, скоро буду. — сухо, быстро проговаривает Арс, снова отправляясь на давно ненавистную работу, ведь каждый день — одно и тоже. Арсений думает, что скоро его будет тошнить от этой однотипности, потому что так жить он больше не может. Он откладывает телефон в карман воздушной, но легкой куртки и направляет взгляд на того парня в промокшей толстовке, встречаясь с такими же заинтересованными, а главное, зелёными глазами в ответ. Эти зелёные, эти яркие зелёные глаза въелись в самую душу. Мужчина лишь слабо улыбается этому парню, получая лёгкую улыбку в ответ. А почему сердце Антона бьётся чаще? Оно будто вот-вот выпрыгнет из груди, парень в спешке отворачивается от мужчины, смотря в окно и понимая, что скоро будет его остановка. Все эти мысли утомляют его, и он хочет вздремнуть эти десять минут до прибытия. Арсений же завороженно наблюдает за этим человеком, который давно потерял к нему всяческий интерес и просто, видимо, заснул. Неужели они вот так потеряют друг друга в этой серой массе и растворятся в этом городе, став снова никому не нужными? Не хочется верить. Они же почти нашли друг друга… Автобус доезжает до остановки Антона, поэтому он открывает глаза, протирая их руками. Парень достаёт свой проездной и подходит к кондуктору, дабы та оплатила проезд. И, пока он ждёт, вспоминает про наушники, которые хотел надеть ещё когда вышел из здания, но забыл. Он достает один из кейса, подключая к телефону, а затем включает какую-то песню. И Антон в последний раз смотрит на этого мужчину с глазами цвета холодного океана. В наушниках Шастуна началась песня «Снег в океане» Сергея Лазарева.

Этим снегом с тобой никогда мы не станем…

***

Арсений второй битый час горбатится в офисе, сидя за своим столом и заполняя отчёты на компьютере. Очень нудная работа, не приносящая простого жизненного удовлетворения. И главное, что в его жизни не происходит буквально ничего: дом, работа, дом, и так по чёртовому замкнутому кругу. Нет человек рядом… Да вообще никого нет. Это обычная, сплошная рутина, отнимающая всю энергию и не возвращая её обратно. Арсений давно хотел что-нибудь изменить в себе, в своей скучной и нудной жизни, но… Не выходит. Сколько бы он не пытался — никак не получается, потому что опоры рядом нет. Да и для кого ему, собственно, меняться? Арс к себе собственное достоинство давно потерял из-за этого образа жизни, хотя стремился к совсем другому. Себе доказывать больше ничего не хочется, а хочется перед другими. Но кому, если всем на него всё равно? Только один человек не остался безразличным к нему, и этим человеком был некий Антон из службы спасения. Антон, который давно заменил все мрачные мысли на какие-то светлые представления об этом молодом парне, потому что по его голосу, в том звонке, казалось именно так. Арсений зацепился за эту ниточку, как зацепился за ветку высокой скалы, когда начал падать. И, возможно, что именно Антон помог не упасть окончательно куда-нибудь в пропасть. Проходит полчаса, когда Попов осознает сколько думал об этом парне, поэтому продолжает заполнять отчёт уже с неким энтузиазмом.

***

Антон же давно дома. Наконец-то парень приехал в свою родную берлогу под названием «Квартира Антона Шастуна с идеальным порядком и без единой души». Этот порядок объясняется всего лишь тем, что Шастун почти не бывает дома, и больше никто кроме него, в общем-то. Переодевшись в растянутую футболку и шорты, Антон, вдобавок, не чувствует себя таким сырым, ведь пришел домой мокрым из-за дождя. Он мысленно напоминает себе поставить кроссовки у батареи. У Антона теперь есть пару дней на сон, а так же в запасе и свободное время. Он думает как проведет их, и идея сама приходит к нему: Шастун, лёжа в удобной кровати, листает новостную ленту, чтобы узнать о последних произошедших событиях в его городе, и натыкается на какое-то городское мероприятие, где будут проводиться всякие конкурсы, ведь занята будет вся площадь. Глаза поглощают информацию так быстро, как только могут, потому что слишком интересно и Шастун никуда не ходил уж сто лет. Срочность работы не позволяет. И Антон подпрыгивает, когда читает про концерт самого Лазарева в их городе на этом мероприятии. Он уже всё решил для себя. Концерт только завтра, а сейчас девять утра, так что Антон думает все же поспать часов так десять, а потом решать всё остальное.

***

Вечер. Попов закончил свою смену, поэтому уже собирается уходить домой. Он убирает в свою сумку отчеты, которые доделает дома, и проверяет, всё ли забрал, но его останавливает один Сергей Матвиенко, по совместительству в своем роде друг и просто коллега. — Блин, Арсень, мне поручили провести организацию мероприятия в городе, а я срочно уезжаю в командировку, сказали найти того, кто бы смог заняться этим, — низкий армянин с забавным хвостиком на голове активно жестикулирует руками, стараясь сделать так, чтобы его заметили. — Пожалуйста… Арсений недоуменно сверлит коллегу глазами, но понимает, что ему ничего не остаётся. Да и хочется начать что-то делать в этой жизни стоящее. — Ладно, расслабься, — Арсений похлопал мужчину по плечу, слегка улыбаясь. — Божечки спасибо! Зайди к директору, чтобы сообщить о замене, я побежал! — и Попов уже видит сверкающие пятки своего коллеги, мысленно думая: а поступает ли он правильно? Арсений ещё думает над этим всю дорогу до дома, решая поехать на метро, потому что жизнь начала как-то меняться и начали наступать какие-то перемены. Мужчина ждёт транспорт, поправляя капюшон куртки. Скоро приедет электропоезд, а пока он рассматривает узоры на стенах и рисунки, красиво украшающие это место. Слабое чувство лёгкости селится в груди, на долю секунды расслабляя мужчину — словно жизнь заиграла новыми красками, в которой главным стал зелёный оттенок Антоновских глаз.