Племянник.

Они прошли в дом. Их сразу встретили Томас Реддл и Мэри Реддл. Их повели столовую, где семья разместилась, ожидая чая. Дик встал сзади своего начальника. Ожидая горячий напиток, Даниэль осматривал комнату. «Ничего не изменилось, стабильность — хорошо, но надо чем-то разбавлять. В качестве прощального подарка куплю им что-то в дом.» Им принесли чай и они начали рассказывать друг другу, что с ними происходили. Все было хорошо, пока тетушка Мэри не заговорила об оборванке Меропе. — Меропа? Какое странное имя… И кто она и почему дорогая тетя ее запомнила, если она, по вашем словам, оборванка? — мужчина обаятельно улыбнулся, приподнимая брови знак любопытства. — Ох, дорогой. Это сумасшедшая женщина, как я могла не запомнить. Томми так натерпелся от нее. — Даниэль посмотрел на своего кузена. — Она ведьма! Я тебя уверяю. Она очень давно пыталась меня соблазнить, а я ей отказывал. Она же… Она такая страшная, даже не знаю, чем она думала, когда пыталась меня в себя влюбить с такими внешними данными. И знаешь что. В один день просыпаюсь и у меня три месяца из жизни ушло, я ничего не помню. — Именно. Это женщина его чем-то опоила. Он выглядел как одержимый. Ушел с ней и вернулся только через три месяца, ничего не помня. — И все эти месяцы я провел с ней. А так же она утверждала, что беременна от меня! Представляешь? Лицо Даниэля становилось все серьезнее и серьезнее, что его лицо перестало выражать эмоции. Глаза стали пустыми и он внимательно оглядел своих родственников. Мужчина понимал, что эти люди даже не поинтересовались, чей этот ребенок. А если дите и правда Реддл? — Вы хоть проверили? Ты был с ней три месяца, он вполне может быть твоим ребенком. — Нет. Мы не проверяли и я уверен, что это женщина понесла не от моего сына. И тем более раз за шесть лет после этого она не пришла, то явно был не его. Он глубоко вздохнул от слов своего дяди. «Даже если она не пришла, это не значит, что это не его ребенок. Что с ними такое? Мы должны быть осторожны, а их не напрягло, что у брата амнезия и не удосужились проверить элементарное.» Реддл из другой ветки встал. — Дик, найди информацию: где сейчас Меропа и ее ребенок. А вы… Не знаю, что за эти восемь лет, пока меня не было на родине, с вами стало. Но вам лучше вспомнить, кто такие Реддлы. Я буду жить в гостинице. Доброго вечера. Став своего места, он направился на выход, но остановился, ведь его кузен Том его окликнул. Развернувшись, он посмотрел прямо чужие глаза. — Говори. — Что такое? Этот ребенок точно не мой. — Как ты можешь быть в этом уверен? Вы даже не проверяли. Ты был с ней три месяца и думаешь, вы с ней непотребностями не занимались? Включи свои мозги. Но проблема не в этом. Если это твой ребенок, ты должен был его воспитывать. Он ребенок Реддлов, он наша кровь. А твой поступок доказывает, что ты недостоин своей фамилии. Ведь тот, кто носит нашу кровь, не бросит члена своей семьи! Даже если он от какой-то оборванки, которая жила по соседству. Том, я не люблю, когда нарушаются правила и запреты Реддлов, которые с нами уже много тысячу лет. — Но… — Никаких, но. Когда ты образумишься и вспомнишь, кто ты, тогда и поговорим. Но если это будет твой сын, ты знаешь, как я поступлю с вами. — глазах старшего парня появились красные крапинки. Парень моргнул и его глаза стали прежними. По его мнению, разговор себя исчерпал и он снова пошел на выход. Выйдя из главного дома рода, он направился карете. — Информация должна быть у меня завтра утром. — Дик покорно кивнул.

***

Том смотрел с ненавистью на других детей через окно своей комнаты. Где его заперли и очередной раз решили ужина. И всё из-за тупицы Билли, который нажаловался на него. Видите ли, он не стирает одежду, как все остальные, а читает книжку. «А то, что он тоже ее не стирал, а играл со своим никчемным кроликом, его не наказали…» Он отводит свой взгляд, осматривая скудную комнату приюта. И снова смотрит на других, которые сейчас радостно улыбаются и играют во что-то. В его глазах расцветает ненависть и злость на всех детей, но так же глубине его глаз растет что-то темное. Всё это не характерно для ребенка, но это было. А так же есть несвойственные детям мысли: «Вы все будите страдать. Вы отплатите за все.» Дети на улице начали заходить в здание, что означало время сна. Он спрыгнул с подоконника и направился к кровати.