Тренд

Николь всегда была 'заводилой' во всех своих отношениях. Даже если они были с мужчиной, то иногда возникало ощущение, что большую инициативу проявляет именно она. Так было всегда, есть и будет. Даже эти отношения, ставшие для девушки чем-то новым, ведь у неё целых два партнёра её же пола, не стали исключением. Сигме и Теодо‌ре пришлось привыкать к чересчур активной и социальной блондинке, ведь те не особо любили шумные, большие компании. Теодо‌ра была полной противоположностью гетерохромной. Холодная даже по отношению к возлюбленным, грубая, серьёзная и жадная на эмоции. Зато опыта в отношениях было явно больше. Сигма же была единственной, кто не имела опыта в отношениях и от того, беспокоилась больше остальных, стараясь угодить девушкам. Излишнее беспокойство и забота 'двухцветной' заставляли намного больше беспокоиться о ней, ведь младшая часто принимала быстрые и необдуманные решения. Совсем как ребёнок.

***

Блондинка давно снимает в такую социальную сеть, как Тик-Ток и естественно снимает видео со своими 'подружками'. А те и не особо против, им только в радость провести время вместе, ведь живут раздельно. Ну а чаще всего, девушки встречались у Яновской дома, которая уже решала, чем они будут заниматься. Среда — будний день. Казалось бы, все трое должны либо учиться, либо работать, но нет. Блондинка заболела и вчера слегла с температурой под 38°. Несмотря на то, что уже утром девушке стало куда лучше, по указу Достоевской она осталась дома. Да, может та и выглядит холодной, но это один из вариантов её заботы. Так мило! Судя по смеху гетерохромной, которую уж слишком забавляло серьёзно-смущённое лицо старшей, можно было подумать, что это не она прошлой ночью стонала от жутких головных болей и отсутствия возможности уснуть. Длинноволосой приятно, что есть те, кто о ней могут позаботиться.

***

Сидя на диване, укутавшись в ярко-оранжевый плед, 'клоунесса' устало листала ТТ, думая, чем же себя занять. В голову не лезло абсолютно ничего, но и сил на полезное времяпровождение не было. Коротковолосая (каре) была права, когда говорила остаться дома. Нужно набраться сил, ведь сейчас Николь можно было сравнить с выжатым лимоном. Обычно весёлая и улыбчивая девушка сейчас грустно сидела, тупя взглядом в телефон. Это даже нельзя назвать просмотром контента, ведь все изображения выглядели замыленными. В какой-то момент взгляд улавливает переписку, которая буквально заставила вынырнуть из своих мыслей, вновь хорошо различая звуки и изображения. Это чужая переписка. Интерес просыпается в девушке и свайпнув вниз-вверх, Яновская смотрит видеоролик с самого начала. ```Автор просит какого-то, явно знакомого ей человека, как можно скорее написать ей. Или же ему? Гоголь не знает этого Тик-Токера. Отправив сообщение, 'хозяин канала' переходит в секундомер. Проходит пять секунд и под завораживающие эффекты перед зрителем предстаёт довольно не маленький отрезок времени: 144:36:…``` Секунды продолжают идти своим чередом, пока видео не начинается с самого начала. Глаза больной буквально загораются от настигшей её идеи! Появляется довольно сильное желание провернуть подобный трюк с Теодорой и Сигмой. Да, она прекрасно знает, что обе заняты, но ведь это единственный способ взбодриться! Заодно и видеоролик запишет. Блондинка тапает по кнопке «домой», тем самым выходя из приложения. Её переносит на рабочий стол и сделав свайп вниз, открывает шторку быстрого доступа. Одно нажатие на функцию «Запись экрана» и вот через несколько секунд телефон 'конспектировал' все действия происходящие на экране. Высокорослая перетаскивает водяной знак в левый нижний угол, чтобы была возможность обрезать, и переходит в Telegram. Последними собеседниками по переписке являются именно Сигма и Теодора, ведь Яновская считала своей обязанностью — пожелать девушкам удачного дня! Гетерохромная выходит из социальной сети, переходя в «Часы», уже там выбирая раздел «Секундомер». Блондинка очищает «Последние посещаемые приложения» от всех виджетов, кроме Телеграмма и Секундомера. Замечательно. Стоило включить запись экрана позже, но в том, чтобы обрезать видео — нет ничего сложного. Гетерохромная быстро пишет черновики для девочек и глубоко вздохнув, почти одновременно отправляет. Разница была не более, чем в пару секунд. — " Сигма, ты мне сейчас очень нужна!!! Срочно напиши мне! " — 10:10. — " Теодора, ты мне сейчас очень нужна!!! Срочно напиши мне! " — 10:10. И переходит в «Секундомер», запуская его. Она позволяет себе записать лишь 10 секунд, чтобы получилось нормально обрезать и попасть в такт музыки, после чего останавливает запись экрана. Сердце стучит быстрее, чем обычно, а на лбу выступает холодная испарина. Ожидание заставляет дыхание сбиться, а руки дрожать. Прошла всего минута, а Гоголь в таком предвкушении! Невыносимое, но приятное чувство ожидания…

***

Час и десять минут. Ровно столько прошло с момента написания сообщений. Ответа не было ни от одной из девушек. А ведь Сигма даже прочитала сообщение! Неприятное чувство обиды буквально разъедает девушку изнутри. Нечестно! Да, блондинка понимает, что те заняты, но ей так хочется внимания. Холодная испарина выступает на лбу, параллельно с этим её кидает в жар. Снова температура поднялась? — Аргх… это не столь важно.– гневно комментирует своё состояние она. В горле пересохло. Нужно попить, а лучше сделать чаю. Хотя водка тоже сойдёт. На ватных ногах Тик-Токерша встаёт с дивана и чуть пошатнувшись, делает первый шаг. Она словно маленький ребёнок, делающий свои первые шаги, еле переставляет ноги, надеясь не упасть. Удобный диван и тёплый плед так и манят к себе, но блондинка пересиливает это чувство, уверенно, настолько насколько это возможно, шагает в сторону кухни. Там, она опирается о столешницу, тяжело вздыхая и вплетая пальцы в 'золотые' локоны. 'Клоунесса' помнит, как Теодора гладила её по голове, ругая за то, что она не заботится о себе. Так мило… Достав свою любимую, тёмно-фиолетовую кружку, гетерохромная наливает в неё кипячёной воды из электрического чайника. Довольно быстро осушив её, Яновская удовлетворённо улыбается. Внезапный стук в дверь заставляет вздрогнуть от неожиданности и насторожиться. Она никого не ждёт, так кто это может быть? Более активные, чем пару минут назад, шаги направлены в сторону входной двери. Прохладная вода взбодрила хозяйку квартиры, а потому она активно прильнула к двери, жмуря целый глаз, смотря в глазок. Двухцветные глаза широко раскрываются от осознания того, кто же стоит за дверью, а ноги начинают подкашиваться. Но вместо того, чтобы упасть с отвисшей челюстью, Яновская делает пару неуверенных шагов назад, открывая дверь. В дверях стоит запыхавшаяся Сигма. Девушка вспотела из-за чего несколько волос налипли на лицо. Шапка надета как-то небрежно, свидетельствуя о быстрых сборах, так же как и немного расстёгнутая куртка. Распущенные волосы, выглядывающие из-под шапки спутались меж собой. Причёсываться будет больно… Крашеная тяжело дышит, пытаясь прийти в себя и выдавливая какие-то невнятные обрывки фраз, которые на деле являлись попыткой объясниться. Параллельно с этим, Сыромятникова держится одной рукою о дверной косяк, лишь бы не свалиться с ног. — Сигма?! — отойдя от шока, произносит старшая и наконец сокращает расстояние, после чего буквально затаскивает внезапную гостью внутрь квартиры. — Ты… Ты почему не на занятиях?! — этот вопрос был первым, что в голову блондинке. Студентка потихоньку восстанавливает дыхание, удивлённо глядя на свою девушку. Николь держит её за предплечья, ожидая ответа, но вместо него получает крепкие объятия и тихий всхлип. — Господи, Сигма! — Яновская осторожно обнимает ту одной рукой, а свободной стягивает шапку с пепельно-лиловой макушки. Квартира — не улица, в такой одежде и упариться можно. Потому шапку откладывают на подоконник, а Николь проводит всё той же рукой по волосам младшей. Сероглазая прижимается к той немного сильнее, утыкаясь лбом в чужое плечо. По щекам медленно текут слёзы. — Николь… — сквозь всхлипы выдавливает из себя младшая, после чего отстраняется от объятий, вытирая слёзы. — Ты… ты написала, что у тебя что-то случилось! — снова, чуть ли не плача объясняет та. — Сигма, я написала, что ты мне нужна… — уже догадываясь и причине чужих слёз и такого внезапного визита, отвечает хозяйка квартиры. — Ты написала, что я тебе очень нужна именно в данный момент времени! — повысила голос крашеная, на что уже её обняли, поглаживая по голове. — Я… я думала, что у тебя что-то случилось! — обнимая ту в ответ и сжимая пальцами одежду Яновской. — Прости меня. Я не думала о последствиях, просто хотела снять тренд. Думала, будет забавно, посмотреть на вашу реакцию… Прости, пожалуйста. — следа от едкого чувства обиды и не осталось, теперь блондинка чувствовала лишь вину, перед возлюбленной. Она действительно виновата, ведь заставила ту нервничать и уйти с учёбы, только ради того, чтобы проведать Николь. Так приятно, что есть люди, которые могут позаботиться и оторваться от дел, чтобы прийти к тебе. Девушки проводят в тишине ещё пару минут. Сигма наконец стянула с себя куртку, повесив её на вешалку и сняла с ног ботинки, ставя их на обувную полку и стала молча наблюдать за длинноволосой, размышляя над её словами. Параллельно с этим, гетерохромная закрыла входную дверь на замок, становясь у окна, тоже анализируя всю ситуацию. По прошествии вышеупомянутого времени, Сигма тихо подходит к болезной¹, обнимая её со спины, заставляя вздрогнуть от неожиданности. — Прощаю… — она прерывается на вздох, — И ты меня прости… я просто неправильно тебя поняла. Даже не ответила тебе. — студентка закрыла глаза, ожидая ответа от собеседницы. Та лишь тихо усмехается и поворачивается лицом к крашеной. Длиннокосая отвечает на очередные объятия взаимностью, проводя пальцами правой руке по щеке 'подруги', вызывая явное смущение на чужом лице. — И я тебя. — а после ярко улыбается, беря ту за обе руки, целуя тыльную ладонь левой, а после и правой руки. — Я люблю тебя, Сигма. Что насчёт того, чтобы выпить чаю? — — И я тебя, Николь. Да, было бы неплохо. — Искренняя улыбка расцвела на лице Сыромятниковой, подтверждая её согласие. Блондинка довольно хихикнула и отпустив правую руку 'паникёрши', потянула ту на кухню, а та, послушно шла за той. Сигма села за стол и достала телефон, чтобы написать старосте о том, что на парах её уже не будет, оправдав это тем, что одному из членов семьи стало плохо и нужно помочь. Это точно прокатит. В свою очередь златовласая наполнила электрочайник наполовину и поставив его на электронагреватель, нажала на клавишу включения. Чайник начал нагревать воду, а девушка достаёт из шкафчика для посуды ещё одну кружку жёлто-оранжевого цвета и ставит рядом, со своей, тёмно-фиолетовой. Три чайные ложки сахара себе и две гостье. Чайный пакетик, один на двоих, ведь в их отношениях только Теодора пьёт крепкий чай. Пока чайник кипятил воду, на телефон гетерохромной поступил звонок и не от кого-нибудь, а он Теодоры! Блондинка удивлённо, но в то же время радостно, подняла трубку. — Дорогая, ты мне писала, что нуждаешься во мне. У тебя что-то случилось? — голос, как обычно, холоден, но Гоголь точно знает, что Достоевская переживает. — Ох, нет… Прости, что отвлекла. Я просто хотела снять тренд! — блондинка неловко посмеялась, слыша на том конце трубки вздох облегчения. — Хорошо… Я рада, что всё в порядке. Я заеду к тебе вечером. Тебе что-нибудь взять? — аметистовоглазая действительно была рада, что у её возлюбленной всё хорошо. — Да! Возьми зефир и печенья для Сигмы! — — Только не говори, что ты ещё и Сигме это писала.? — Теодора слишком хорошо знает этих двоих, чтобы не понять последствия такого сообщения. — Сейчас уже всё хорошо! — спешит успокоить её шрамирваная, — Давай не будем об этом? — решив перевести тему, предлагает Яновская. — Мы очень тебя любим и ждём ближе к вечеру! Люблю, целую! — чмокнув трубку, 'Клоунесса' сбрасывает вызов и возвращается к чайнику, который, кстати, уже закипел и щёлкнул. — Я вас тоже, девочки. — после окончания звонка шепчет темноволосая, возвращаясь к работе. Разлив кипяток по кружкам, она ставит кружки на стол, придвигая жёлто-оранжевую поближе к Сигме. Та шёпотом благодарит принимающую, которая в это время доставала вафли.