Маски: Элегия ошибок

— Здесь вам не Заполярный дворец. И даже не Тенсюкаку. И не театр «Эпиклез», где вы ещё можете устраивать подобные спектакли, — Шут призвал свой «Плод вечной мерзлоты». Пульчинелла нервно сглотнул, но всё же попытался сохранить остатки гордости, хотя бы для вида. — Мир запомнит меня как предателя, — мэр сделал два шага к Педролино и вздёрнул подбородок. — Но Царица предала своих подданных задолго до того, как я основал «Единую Снежную» — со всей этой войной против Архонтов и Селестии. Пора бы и честь знать, — он вскинул руки и... ...и ударная волна прошлась по всей верхней площади, раскидывая собравшихся. Педролино чудом устоял на ногах. Небо над Мондштатом заволокло серым дымом, а после — над площадью и вовсе разверзся портал, откуда возникла целая стая Гончих Разрыва. Все присутствующие схватились за оружие. Гуннхильдр, Варка, непонятно откуда взявшийся капитан Альберих и монашка из собора с копьём наперевес. Даже Панталоне перевёл свой зонт в боевой режим, превращая его в Гео-мушкет. — Ублюдок, — рыкнул Шут, концентрируя силу Глаза Порчи и направляя в Пульчинеллу шквал из морозных пуль. Однако тот лишь ухмыльнулся, и заслонился щитом из электро-вихрей. Миг — и вместо низкорослого остроухого дедули перед всеми предстал Чудовищный Креститель. — Пусть мир запомнит меня предателем. Но ты запомнишь Вальдемара Подорожного, мэра Снежной, как освободителя страны от ярма Фатуи. До встречи, Педролино, — Креститель щёлкнул пальцами и исчез в открывшемся портале. Сбежал. На площади завязался бой. Гончие Разрыва нападали по две-три на одного, кто-то из рыцарей Фавониус, не владевших Глазом Бога, уже был растерзан и заливал кровью брусчатку. Лишённая своего автоматона, Сандроне могла лишь поливать псин элементальными «умными ракетами», а пока она накапливала энергию, ей приходилось прятаться под щитом Панталоне, чьи Гео-пули и «Расточительство» не наносили им особого вреда. Капитано был безоружен, пытался сражаться в рукопашную. Кэйа и монашка-копейщица с Крио Глазом Бога оказались в окружении, в таком же положении оказались Варка и Джинн, зажатые у парапетов. Райден сражалась в одиночку. В какой-то момент она отбросила своё копьё и достала меч из... груди? — Я добьюсь порядка! Внезапно на площадь упал здоровенный камень. Рассыпавшись, он облепил Гончих Разрыва — и что интересно, только их, — и образовал прочную каменную корку. — Все сюда! — Панталоне повесил свой зонт-мушкет на локоть и сложил руки в замок. На площади одна за другой возникли Гео-колонны, между которыми, словно мембрана, тянулось яшмовое энергетическое поле. Рыцари Фавониус живо стянулись под защиту «Гаранта безопасности», Вельзевул же не стала покидать бой — более того, к ней присоединился и консультант похоронного дома. Чжун Ли призвал щит на себя и Электро Архонта, и вместе с ней пошёл в контратаку, пытаясь оттеснить сразу троих огромных Гончих от Гео-барьера, которым Панталоне закрыл большую часть толпы. А вот у Альбериха и монашки дела обстоят не так радужно. Одна из Гончих ухватилась за копьё монахини и дёрнула в сторону, отшвыривая. Другая набросилась на Кэйу в попытке столкнуть вниз через каменные перила. — Розария! — крикнул капитан, уворачиваясь. Монахиня, кубарем покатившаяся по брусчатке, попыталась подняться, но с шипением схватилась за бедро — должно быть, вывихнула в падении. Педролино же, подбежав к ней, схватил её копьё и ткнул им в глаз Гончей, готовой разорвать её. К сожалению, «Прототип: Звёздный блеск» оказался не настолько прочным, но осколка острия оказалось достаточно, чтобы вывести тварь Разрыва из равновесия и дать Педролино возможность осыпать её шквалом ледяных шипов. Но Кэйа всё ещё в невыгодном положении. ...Отпихнув схлопывающуюся тварь, Пьеро бросился вперёд. Он едва-едва успел заслонить сына и выставить древко копья поперёк пасти Гончей, сдерживая её от дальнейшего удара. Тварь напирала с немыслимой силой, копьё вот-вот разломится. Остриё «Предвестника зари», показавшееся из-за уха Гончей, стало не абы каким сюрпризом. Кажется, это меч Кэйи. Так и есть — капитан кавалерии, воспользовавшись моментом, за каких-то несколько мгновений успел подобраться, перегруппироваться, поднырнуть под руку Предвестника и нанести смертельный удар в шею твари. — Берегись! Обернувшись, Шут снова призвал свой «Плод вечной мерзлоты», готовясь создать ледяную стену между ними и ещё одной Гончей, самой крупной из всей стаи. Но откуда-то на эту тварь хлынул поток воды, и Педролино выпустил ещё один град ледяных пуль, превращая зверюгу в ледяную статую. — Как вовремя, Дотторе, — проворчал Шут. Второй не ответил, лишь закатил глаза под маской и поправил воротник. Но бой не окончен. Сёгун, Гуннхильдр и магистр Варка оказались зажаты посреди стаи — казалось, этим тварям нет счёта. Капитано подобрал чей-то двуруч и отбивался им от нескольких сразу, усилив Пиро инфузией своего Глаза Порчи. Сандроне и, как ни страно, Буер обстреливали Гончих из-под заграждения, созданного Панталоне, нанося им урон через горение Дендро. Барбатос, самый хитрый, открыл огонь с самой выгодной позиции — с крыла статуи самого себя, раздувая элементы и вызывая ветряные вихри то тут то там. — Забери монахиню за заслон! — рыкнул Шут и метнул сломанное копьё в голову Гончей, уже подобравшейся к Розарии. — И вправь ей вывих! — Будет сделано, — отрезал Дотторе и метнулся к монашке, помог ей подняться, закинул её руку себе на плечо и потащил к Гео-заслону. Педролино открыл прикрывающий огонь ледяными шипами, отвлекая внимание Гончих на себя. Внезапно всё вокруг окрасилось пурпурным. Электро Архонт металась между Гончими, разя огромным изогнутым мечом и буквально разрубая их на куски. Кэйа даже присвистнул в изумлении — ещё бы, воочию увидеть пресловутое искусство Мусо Синсэцу, лишавшее жизни других богов в Войне Архонтов. Кажется, госпожа сёгун окончательно вышла из себя. Ветряные вихри Барбатоса раздували оставшееся статическое электричество, а элементальные ракеты Сандроне провоцировали частые детонации. Вот только проблемы это не решило. — Откуда они берутся? — гаркнул Капитано, снося голову очередной твари. — Портал ещё открыт. Нужно закрыть его как можно скорее! — Шут схватил Альбериха за плечо и дёрнул в сторону, уводя от атаки, и тут же обрушил на наскочившую тварь ледяную глыбу. Педролино вскинул руку куда-то в сторону, создавая разрывные ледяные снаряды и готовясь запустить ими в портал, как с неба опустилась исполинская крылатая тень. Суматоха усилилась — должно быть, это ни кто иной как сам Ужас Бури. К вящему удивлению, дракон не напал на город, а... атаковал портал. Стремительный поток чистейшей энергии Анемо, хлынувший из его пасти в разрыв пространства, нарушил стабильность циркуляции силы Бездны внутри и огромная тёмная дыра в небе попросту схлопнулась, оставив после себя лишь смрад Бездны. Повисев какое-то время в воздухе над площадью, Ужас Бури взмыл в небо и покинул город. — Что... это было? — проворчал запыхавшийся Капитано, гася остаточный потенциал Глаза Порчи в своей крови. — Двалин, — с облегчением вздохнула Гуннхильдр. — Должно быть, Барбатос позвал его. — Он просто почуял неладное, — опроверг её мысли Архонт-пьяньчужка, спустившийся со статуи на планере. — Что ж, я впечатлена вашей... готовностью к сотрудничеству, — хмыкнула Сёгун. — Учитывая то, что вас предал ваш же Предвестник. Педролино даже бровью не повёл, но... что за едкие комментарии, госпожа Райден? — В этом и причина. — Мы должны покинуть город, — констатировал Капитано. — Если Бездна выбрала нас целью, Мондштат в опасности. — Могу предложить вам одно место, — Барбатос сложил руки на груди. — Оно, конечно, не рассчитано на приём господ высокого ранга, но... там вы можете дать отпор без оглядки на город. — Ты о чём, Венти? — О Старом Мондштате. — Отлично. Капитано, созови все оставшиеся гарнизоны Фатуи со всего региона и Драконьего хребта, пусть перебазируются. Мы покидаем Мондштат сегодня вечером. — Решила пропустить веселье, Мико? — отвлекла его едкость из уст сёгуна. — У нас с Аль-Хайтамом-сенсеем, Ноэлль-сан и Фишль-химэсан была своя вечеринка. Яэ, ручная лиса сёгуна. Пьеро о ней и думать забыл. — Гончие напали на горожан? — осведомился он, приняв самое безучастное выражение лица. — Двое или трое. Ладно, их было пять, — драматично закатила глаза жрица, дёрнув ушами, и сдулась под взглядом сёгуна. — Мы обезопасили горожан настолько, насколько смогли, — секретарь Академии отозвал свой меч и зашагал к исчезающим столбам заслона, где его ждала Дендро Архонт. — Малая властительница! Вы не пострадали? — Всё нормально, господин секретарь, — серьёзно и с некой строгостью заверила его Нахида. — Следует позаботиться о раненых и похоронить павших, — тяжко вздохнула Гуннхильдр. *** Тем временем в Оперном театре Эпиклез. ...Арлекино спустилась по ступенькам амфитеатра и поднялась на сцену. Преклонила колено перед тем, кто сидел в кресле юдекса. — Сердца Богов у вас? Юношеский голос, холодный, пронзающий насквозь — такой холодной не была даже воля Царицы. Его обладатель был достаточно юн и красив внешне, но сама мысль поднять взгляд на него, сидящего в кресле юдекса Нёвиллета, казалась Слуге самой сутью тошнотворности. — Простите, господин Каим, мы... провалились. — Ничтожества. Тишина звенела в ушах, отчего становилось ещё более неуютно. Хотелось бежать. Забрать «детишек» из Буф д’этэ и бежать прочь из Фонтейна куда подальше. В Ли Юэ, Мондштат, Инадзуму... Да хоть в Энканомию или Каэнри’ах. Вот только детишек она, как и всех подчинённых ей фатуи, лично упекла в Меропид по приказу этого... Каима, будь он неладен. — Мы с Чайльдом ещё не восстановились полностью. Асмодей... — Асмодей вернула вас из-за грани небытия, никчёмное ты создание. Не мне напоминать тебе, что она легко может отправить вас туда снова. — Это я помню наизусть, — процедила Арлекино. — Но сейчас мы не сильней обычных застрельщиков. Нам нужно время, чтобы вернуться в форму. — У вас нет этого времени. Значит, придётся снова лезть из кожи вон. — Где Чайльд? — В Первозданном море. Восстанавливает силы после стычки с Предвестниками. Его... потрепали. — Прости вас Селестия... Пусть этот слабак пока отоспится, после — он должен проинспектировать работу Дорогина и Мишина в крепости Меропид, и избавиться от подхалимов Ризли. Этот вишап Нёвиллет ни за что не должен сбежать. — Слушаюсь, господин Каим. — Прочь с глаз. Арлекино поднялась на ноги и быстрым шагом удалилась со сцены. И лишь оказавшись у фонтана Люсин она приложила пальцы к ноющему носу и выплюнула: — Ублюдок. *** ...Дилюк спешил что есть мочи. Он заметил разверзшуюся над Мондштатом дыру лишь на подъезде к винокурне, и сейчас спешил обратно, чтобы снова вмешаться. Но город встретил его тишиной, запахом крови и потусторонней вонью Бездны. — Как жаль, что ты не остался в городе, — картинно вздохнул Кэйа, едва завидев его на главной лестнице. — Тут такое было... — Это сделали Фатуи? — Почему сразу Фатуи? — Альберих сложил руки на груди и закатил глаз. — Ну... как бы отчасти это Фатуи. — «Отчасти»? — Ага... Один из Предвестников оказался предателем и... ну, как их называют... огромным, четвероруким и до ужаса злобным мужиком из Бездны. — Креститель? Глаза Дилюка широко распахнулись, рука потянулась к «Волчьей погибели». — Ага, он самый. Расслабься, он сбежал, как только Педролино его разоблачил, но его пёсики потрепали Ордо. Есть жертвы, есть раненые... Хоффману отгрызли обе ноги, Кристофф... — Молчи, — отрезал Рагнвиндр. Альберих лишь пожал плечами, развернулся и пошёл прочь. — Иль Капитано перебазирует войска Фатуи в Старый Монд. В «Доле ангелов» снова гости, кстати. Высокопоставленные гости.