Месть

22 августа 2019 года

— Какого хуя, Уен? — брюнет был не то что зол, пока он еще просто пребывал в полном недоумении, — Я спрашиваю какого хуя ты слил те документы в сеть? — он хватает блондина за грудки и кричит тому прямо в лицо, — Скажи что это был не ты, что это просто случайность, блять, скажи уже хоть что-то! — Я сделал то, что должен был, — без капли сожаления отвечает ему он, — Меня ужасно бесишь ты, твой отец и вся твоя семья. Вам слишком многое досталось в этой жизни и вас пора проучить, — буквально выплевывает он. В тот день разрушилась дружба, продлившаяся целых тринадцать чертовых лет. В тот день Хенджин не стал ничего делать. Парень решил, что время для мести еще придет. И он отплатит за этот плевок в спину.

23 марта 2023 года

После провального «разоблачения» семьи Хван, Уен был вынужден временно переехать в Канаду и переждать пока все утрясется там. И вот, спустя некоторое время, он наконец возвращается в Корею. И первое, что он решает сделать, это увидеть любовь всей своей жизни. Они не виделись три года и мальчик, должно быть, уже совсем вырос. Когда Чон уезжал, Феликсу было всего шестнадцать. И даже несмотря на разницу в возрасте в четыре года, милый мальчишка запал ему в душу еще пять лет назад. Уен мечтал о том, как он вернется, признается Ли, который был другом его младшей сестры, тот ответит на его чувства и они будут жить долго и счастливо. Но его мечтам не суждено было сбыться. После пятого стука в дверь ему так никто и не открыл, поэтому он принял решение дернуть ручку, которая тут же поддалась, пропуская внутрь. И прямо на входе его схватили трое крупных мужчин. Они привели его в спальню и усадили на стул прямо напротив кровати, на которой восседал до безумия довольный Хенджин. — Блять, где он? — с отчаявшимся взглядом спрашивает пришедший и пытается вырваться, — Что ты с ним сделал, урод? Брюнет лишь довольно усмехается, направляясь в душ. Оттуда он приводит Феликса со связанными за спиной руками. На нем были лишь короткие шорты и свободная рубашка. — Одно лишнее движение, друг, и я прострелю ему голову, — он красноречиво взглядом указывает на пистолет возле кровати, — мы с малышом немного поиграем, а ты посмотришь, не против? — Хван со спины сжимает талию мальчишки, прижимая к себе. — Боже, отпусти его, чего ты хочешь, — Чон уже понял, что человек перед ним серьезен в своих намерениях, но надеялся на компромисс, — Не трогай его, я сделаю все… Договорить он не успевает, ведь просто не может связать и двух слов. Хван роняет Ли спиной на кровать и срывает все пуговицы с белоснежной просторной рубашки, — Смотри внимательно и не отворачивайся, о последствиях ты знаешь. Хенджин проводит языком вдоль живота, усердно его вылизывая. Поднявшись выше, он начал грубо прикусывать ребра, от чего светлый мальчик начал хныкать. Он его совсем не щадил, оставляя на белоснежном животике синеющие засосы и кровавые укусы. Следом он принялся за слегка пухлую грудь. Хван сжал в руках кожу вокруг сосков, интенсивно сминая. Ли уже начинал понемногу постанывать, а на его лбу появились капельки пота. Сильные руки не останавливались ни на секунду, жадно сжимая кожу. Наигравшись, брюнет тянет набухшие розовые соски вверх большим и указательным пальцем. Парень под ним по настоящему начинает плакать, ореолы горят от того, как сильно их вытягивают, а после этого грубо проводят по ним большим пальцем. Хенджин не дурак и видит, что это достаточно чувствительная зона, поэтому тут же всасывает настрадавшийся сосок, прикусывая его клыком. Феликса подбрасывает и он понимает, что не может больше этого терпеть, — Джинни, хватит. Я… Не могу… А-х, — за непослушание парень тут же получает сильный укус в нежную грудь. — Милый, это даже не начало, — Хван смотрит на него и в одно мгновение переворачивает того на живот, — Ты ведь будешь хорошим мальчиком? Он руками обхватывает шорты посередине и начинает тянуть так, что ткань сильно трется о дырочку. Ли скулит от того, как шортики каждый раз проходятся снизу, дразня. Теплые ладони сжимают мягкие половинки под одеждой, начиная массировать. Затем ткань и вовсе резко пропадает, а Феликса снова разворачивают, но на этот раз задницей к стулу. — Как тебе картина? — Хенджин садится сбогу и шлепает упругую попку, — Он стал таким сладким, согласен? — Длинные пальцы сначала открывают вид на сжимающийся сфинктер, а затем один легко проходит вокруг. — Ты полный ублюдок, — Уен выглядит просто обезумевшим и невероятно злым, — Отпусти его, Богом клянусь, я убью тебя! На это брюнет лишь хмыкает, берет какой-то предмет в коробочке у кровати и в очередной раз меняет положение парня на ней. Теперь он грудью лежит на кровати, а его колени стоят на холодном полу, все так же оставаясь напротив старшего брата подруги. Хван обильно смазывает анальные шарики лубрикантом и вводит всего один, самый маленький, — Я уже попробовал котенка вчера, поэтому он не совсем девственник, не переживай, — Нахальный взгляд встречается с разъярённым. Каждый шарик постепенно легко входит пока не остается один самый крупный. Феликс начинает ерзать и пытаться вытащить их из себя, поэтому ему тут же прилетает по бедру, после чего его тут же гладят, — Давай, детка, — Он медленно проталкивает игрушку внутрь до конца, а Ли лишь мычит и трется грудью о простынь, — Молодец. Довольно промычав, Енбок неожиданно для себя громко взвизгивает, ведь предмет в нем резко пропадает, а потом тут же входит полностью, — Хён… — Тот его не слушает, в быстром темпе растрахивая дырочку резиной, поглядывая на своего предателя. Мальчик не выдерживает, кончая прямо под себя с громким стоном. Все его тело горит и он хочет передохнуть, внутренне ликуя тому, что игрушка пропала, но ее тут же заменяют среднего размера вибратором, полностью погружая. Ли начинает задыхаться и рыдать от сверхчувствительности, ведь мало того, что дилдо в нем работает на максимальной скорости, так еще и рука мягко ложиться на его обмякший член, тут же интенсивно надрачивая. — Прош-у стой… — он вымученно стонет из последних сил, ощущая новую волну возбуждения. Его и не думают слушать, переворачивая обратно на спину. Теперь в руках его возлюбленного мучителя новая вещица. Теперь это вибратор, у которого есть ручка. Хван берет его, включая среднюю скорость, и проводит вдоль тела, которое сильно дергается. Мужчина кладет игрушку возле соска, на этот раз врубая на максимум, облизывая стоявший маленький член. Он слюняво обводит языком головку, спускаясь к раздвинутым бедрам, тут же решая оставить на них мокрых поцелуев и болючих укусов. Солнечный мальчик кончает во второй раз, скуля. Хенджин вынимает вибратор для того, чтобы начать трахать им дырочку, а своим губам находит применение на левом сосочке. Из глаз Ли текут слёзы, слюна уже намочила всю шею. Он мечется по кровати и не понимает, как оказался в этой ситуации. Парень, который подвозил их с Енын со школы три года назад, и в которого он тогда безпамятно влюбился, сначала заявился к нему с намерением трахнуть, а сейчас просто вытрахивал из него душу прямо перед братом его же подруги. Но движения тут же прекращаются, игрушки пропадают, а руки вновь свободны. — Ты наивно полагал, что твое предательство сойдет тебе с рук, — Хван опрокинул парня спиной на кровать и навис над ним, при этом смотря на своего старого приятеля, — Думал, что побыв в тени решишь все проблемы? — слышится звон пряжки ремня, — Я никогда не прощаю предателей. Он одним движением входит в Ли, отчего тот выгибается, желая каждой частичкой светлой кожи ощутить тело мужчины. Хенджин склоняется к нему и находит своими губами чужие. Они были такие розовые, мягкие и податливые, что Хван лишь мокро облизывает их, целуя мальчика сладко и тягуче. Феликс и вовсе позабыл про то, что они тут не одни. Он покорно стонал, по-свойски сжимал смоляные длинные пряди, подставлял свою изящную шею под собственнические метки. Ему было хорошо здесь и сейчас. А Уен лишь поджимал губы и уже без стыда глотал слезы, наблюдая за тем, как рушатся все его мечты в один миг. Солнце, невинное и чистое, которое он так горячо полюбил, сейчас получало удовольствие с другим мужчиной. Милый Ликси теперь был осквернен Хвановской грубостью и похотью. Его несбыточная мечта была уже не его. Никогда не будет его. Хенджину нравилось происходящее, он поистине забавлялся. Видеть этот ужас и полное отчаяние в прежде родных глазах было отрадно. Чувствовать горячие стенки податливового юноши было еще лучше. Он сжимает его крохотную нежную руку, максимально быстро двигаясь в конце, нащупывает его член другой рукой и мягко обводит головку. Их одновременно охватывает удовольствие. Блондин улыбается и устало прикрывает глаза, отключаясь. Хван запрявляет его пшеничные прядки за все еще красное ушко и накрывает одеялом. Мужчина застегивает ремень и встает напротив стула, — Думал, что можешь справиться со мной? — Он хватает того за скулы, безразлично вглядываясь в самую душу, пробирая взглядом до мурашек, — Удачи, друг, на этом наш путь точно окончен, — брюнет дает знак охранникам, те тут же берут Уена за предплечья и вышвыривают из подъезда.

***

Когда Феликс открыл глаза, было уже утро. В комнате приятно пахло кондиционером для белья, вероятно, от чисто застеленной постели, на которой он лежал. Пижама на нем так же была чистая и совершенно новая. Мальчик оглянулся, но не увидел никого. Он знал, что Хван лишь использует его и ему ничего не светит, поэтому не был удивлен одинокому пробуждению. Опомнившись, он взглянул на время, тут же поднимаясь с кровати. Со всей этой суматохой Ли и вовсе забыл о своей обязанности в виде университета. Юноша наспех собрался, буквально выпрыгивая из квартиры. Конечно, мрачные мысли его не отпускали. Он одиноко и как-то загнанно разглядывал пол под своими ногами, сидя на паре. Быть игрушкой оказалось не так уж и весело. В такой апатии он провел весь учебный день и мысленно ликовал тому, что на улице лил дождь. Это поможет ему освежиться. Только ступил он по выложенной плитке возле университета, как кто-то схватил его за запястье и поволок на парковку. Вырываться не было ни малейшего желания, поэтому Феликс позволил тащить себя фигуре в черном пальто. — Думал оставлю тебя, принцесса? — Хван затолкал его в машину и подмигнул, — И не думаю, что могу позволить тебе оставить меня, — Брюнет примкнул к устам, измазанным малиновым бальзамом, ощущая горячие дорожки слез на чужих щеках. У них не было романтического знакомства, милых свиданий, они не были друзьями до этого, их не свела судьба. Их свела месть, пропитанная желчью, грязью, ненавистью. Их свела месть, которая родила в них самые теплые чувства.