Эта счастливая жизнь

Ноябрь 2008 год. Ноябрь выдался на удивление солнечным и теплым. Только по утрам и ночью чувствовался звенящий от холода воздух, когда Юра с Володей гуляли или бегали с Гердой в парке. Деревья были усыпаны золотом и багрянцем, стояла тишина, будто природа замерла в ожидании зимы. Боденское озеро было таким гладким, что казалось огромным зеркалом, в котором отражается кристально чистое, голубое небо. А их семейная жизнь была как пики Альп- сверкающей всеми цветами радуги. Работа двигалась вперед. Володя расширял свой бизнес в Германии, в Харькове тоже появились новые проекты. Очень часто ему посреди рабочего дня или важной встречи приходило СМС с одним единственным "Люблю", он отправлял такое же "Люблю" в ответ, а потом сидел стараясь подавить глупую, но такую счастливую улыбку. Вечерами он спешил домой, где его ждали. Ловил в объятия выбегающего навстречу Юру, получал самый сладкий поцелуй...Что еще ему надо для счастья... Юра писал свою музыку и работал над заказом. Музыка лилась в его душе быстро и звонко, как горная река и ложилась ровными строчками нот на листы. А в своей студии работать было сплошное удовольствие. Он очень любил свой рабочий уголок. Впрочем по душе он пришелся и Герде, которая лапой открывала дверь, не спеша прошагивала к небольшому диванчику и улегшись на нем дремала, пока хозяин работал. Конечно Юре пришлось поменять свой привычный режим дня, но от этого ему было только лучше. Готовить для Володи ужин или если он не успевал делать это вместе. А это непередаваемое удовольствие выбегать навстречу Володе, когда он возвращается домой, обнять его крепко-крепко и поцеловать любимые губы, по которым он успевал соскучиться за день. Потом учить его немецкому или играть для него на пианино. Смотреть фильмы или гулять с собакой. Жизнь была наполнена любовью и заботой, нежностью и дикой страстью. Они продолжали потихоньку обустраивать свой дом, выбираться куда-нибудь в выходные или ходили вечером в спортзал, куда Володя купил абонемент, потому что иногда времени на пробежки с Гердой не было. Юре хоть и были больше по душе утренние пробежки, но в спортзал он тоже ходил и совсем не заниматься. Это Володя оказался любителем "потягать железо", а Юра ходил во-первых покрасоваться в спортивных костюмах, а во-вторых и самом главном -следить, чтобы к его обожаемому Володе никто не подходил пофлиртовать. Он не спеша и элегантно шагал на беговой дорожке, слушал музыку в наушниках и бросал взгляды на Володю, любуясь им. Но даже несмотря на свою бдительность к Володе по-прежнему подходили знакомиться, а потом он находил в его карманах визитки. Юра ругался, разрывая их на мелкие кусочки, чем изрядно веселил Володю. А потом он хохоча сгребал Юру в охапку и зацеловывал до такой степени, что он вообще соображать не мог. Разговаривали по скайпу с мамой Володи, у которой прибавилось приятных хлопот с озорным Боней. Юра, после личного знакомства, стал чувствовать себя намного спокойнее и комфортнее. Он всей душой привязался к этой доброй, удивительно понимающей и чуткой женщине. И конечно не забывали о Маше...Она позвонила им через три дня после дня рождения Володи. Было воскресенье и они были дома. Планировали сходить в парк с Гердой и покататься на лодке пока еще было можно, как раздался звонок в скайпе. Маша была немного взволнованна и что-то готовила у себя на кухне. -Мои шкодины с утра пораньше поехали к Валентине Петровне,-с улыбкой начала она сразу, как только изображение загрузилось. - Я ближе к вечеру тоже поеду. -Спасибо, Маш,- кивнул Володя. -Перестань, Володь. Моим мальчишкам только в радость ездить туда. Простор, воздух, с собакой набегаются, их накормят. Заодно и помогут по дому. Я вообще звоню по другому поводу. - Что случилось? -подключился к разговору Юра. Маша бросила быстрый взгляд на плиту, присела за стол, вздохнула: -Андрей вчера приходил. -Долго он собирался, -хмыкнул Володя, а Юра поторопил: -Маш, ну не томи. Рассказывай. -Он пришел уже вечером. Сказал, что хочет поговорить с Толей. Димка мой сразу же подкинулся, но хорошо хоть промолчал. О чем конкретно они говорили я не знаю-разговор был в комнате мальчишек, но говорили они очень долго. Только слышно было, как Толя плакал. Он просто рыдал в голос. -Маша судорожно вздохнула, немного помолчала: -У меня чуть сердце не разорвалось! -Диме то объяснили ситуцию? - спросил Володя. - Да. После того, как Андрей с Толей поговорили, он рассказал и Димке все. Я и Толя не вмешивались. Только потом уже все обговорили. -И как он отреагировал? -Выслушал молча, но мне кажется не поверил. -А Толя как?- спросил Юра. - Он успокоился. Поверил, понял, но вот простить пока ему сложно. - Это понятно, -хмыкнул Володя. -Остался еще страх и недоверие. -Точно, -кивнул Юра.-И что в итоге? Толя вернулся домой? -Нет! -твердо заявила Маша. - Он решил остаться у меня, пока отец не избавиться от своих маниакальных идей. Да я бы и сама не отпустила. Но Андрей настоял видеться с ним, а я настояла чтобы это было у нас дома. Пусть приходит в свои выходные между сменами. Зато я буду спокойна. - Ну...-задумчиво протянул Володя, -первый шаг сделан. Теперь нужно только время и терпение. Юра согласно кивнул, а Маша только вздохнула, подперев голову ладонью. Поговорив еще с полчаса они попрощались. Наказали Маше звонить им сразу же в случае чего и все таки пошли в парк с Гердой. Гуляя по парку все обсуждали сложившуюся ситуацию. Было откровенно жалко и Толю, который был обижен на отца и напуган и Андрея, который запутался в своих страхах. Диму, который теперь будет защищать всеми силами своего парня и Машу, которая разрывается между ними троими. А на следующий день Андрей сам написал Володе и попросил посоветовать психолога. В этом помогла Ангела, дала контакты хорошего психолога в Харькове. Теперь все зависело только от него самого. В середине ноября вышел Юрин диск посвященный Володе. Юра старался быть спокойным и не нервничать, ведь диски с его музыкой выходили уже не раз. Он всегда относился к этому спокойно. Да, ему было очень приятно, что его музыку слушают и покупают, но для него важнее были живые выступления перед оркестром и живые эмоции людей. Самому драгоценному слушателю понравилось и это было главное. Для него он все и писал. А к остальному он относился ровно. Но через три дня ему с утра пораньше позвонил Руди, разбудив его и довольным и гордым тоном заявил: -Звезда моя! Твой новый диск раскуплен полностью! Я тебя поздравляю! -Какой диск? -сонно пробормотал Юра, не сразу поняв о чем твердит Руди. -Новый! Который ты написал для своего тигрёнка! Юра открыл глаза, перевернулся на спину: -В смысле раскуплен?! -Полностью! -хохотнул Руди. -У меня уже куча заявок на твою музыку, так что делаем повторный выпуск. И не только нового диска. Юра растерялся. Это было настолько неожиданно, что он даже не знал что ответить. Это же инструментальная музыка. Да, он делал ее в более современной аранжировке, но все же любителей такого музыкального жанра было не так много, как обычной. И такого результата он совсем не ожидал. -А...Как так?..-пробормотал он, совершенно огорошенный этой новостью. Ответа Руди он не услышал, Володя забрал у него телефон: -Привет Руди... Да, я... У нас замечательно все. А что там за история с диском?... Нет он мне ничего не говорил... Вот мне тоже интересно... А дальше Володя просто слушал, что говорил Руди и "угукал". Лежал, подперев голову рукой и внимательно смотрел на Юру. Юра так же смотрел на него и думал сильно ли ему достанется от Володи или так чуть-чуть? Закончив разговор, Володя отложил телефон, иронично глянул на него отчего Юра натянул одеяло на голову. -Вылезай, -похлопал он по одеялу. -А ты не будешь ругаться? -Я уже давно не ругался. Сейчас я буду! -Раздался притворный вздох Володи. - Ну Володь!- не вылезая из-под одеяла Юра повернулся, уткнулся лицом ему в грудь и обнял. - Ты же слушал эту музыку и тебе понравилось. Для меня это важнее всего. -У меня прям руки чешутся тебя отшлепать,-в голосе Володи слышалась явная улыбка. -Не надо, -засмеялся Юра, -ты же меня любишь. -Ой люблю-люблю, но для профилактики иногда надо!-Володя все таки шлепнул его по ягодице. -Ай! - Юра смеясь вылез из-под одеяла, сощурился от яркого света и потянулся к Володе. -Теперь целуй! И Володя целовал. Целовал куда придется, смеялся и одновременно щекотал Юру. Тот хохотал, уворачиваясь от его рук, кричал что боится щекотки и сейчас умрет от смеха. И в какой-то момент игривые поцелуи стали пылкими и пьянящими, пальцы больше не щекотали, а ласкали нежную кожу, с губ вместо смеха срывались протяжные, сладостные стоны. Пока их не прервал звук уже Володиного телефона, когда он уже снимал с Юры белье. -Пора вставать, -разочарованно простонал Юра. -Ничего не пора,-тот откинул в сторону его белье, быстро стянул свое. И снова вернулся к Юриным губам. - Ты же опоздаешь. -Да и плевать! -Володя уже целовал шею, закинув себе на поясницу его ноги. Юра улыбнулся и немного изогнувшись запустил руку под подушку, доставая флакон со смазкой: -Мой тигрёнок... А час спустя Володя вспомнил, что у него на утро назначена встреча и собирался в офис со скоростью света, пока Юра делал ему кофе и бутерброд, потому что на полноценный завтрак времени уже не было. -Куда без завтрака? -поймал он Володю почти уже в прихожей. -Опаздываю! -тот на ходу откусил из его рук бутерброд, отхлебнул кофе. Потом чмокнул Юру в губы, потрепал по ушам Герду и умчался. -Нет, ты это видела? -Юра посмотрел на собаку. -Сначала он не опаздывает, а потом даже позавтракать времени нет. Герда что-то проурчала ему в ответ, будто соглашаясь с его словами. -Пойдем я тебя покормлю, моя красавица. А потом пойдем гулять. Собака довольно гавкнула, подпрыгивая. И Юра пошел на кухню в ее сопровождении, доедая бутерброд. *** Декабрь 2008 год. Остаток ноября прошел в безмятежном, лучезарном счастье. А в начале декабря Юре наконец-то привезли из Харькова его пианино. Рабочие занесли его в кабинет, установили на место прежнего и попросили проверить звучание и убедиться, что с инструментом все в порядке. И надо было отдать должное, пианино доставили в идеальном состоянии. Юра внес остаток оплаты за доставку, поставил подпись в договоре и проводив рабочих, пошел творить на изумительном инструменте. Вечером, придя домой Володя поцеловал выбежавшего ему навстречу Юру и спросил: - Ну что, привезли твое пианино? -Да-а-а, -протянул по-детски радостный Юра. -Сыграешь мне? -Конечно! Несколькими часами позже Юра играл для Володи новую мелодию, которую еще никто не слышал. Легкая, романтичная, нежная, волнующая. Володя стоял рядом, опираясь локтем об пианино, слушал и улыбался. На клавишах сейчас проявлялись их чувства. Черная… Белая… Черная… Белая… Черная… Черная… Черная. Пальцы Юры скользят по гладкой поверхности, извлекая звук. И Володя на каком то ином восприятии знает каким он будет, будто эта мелодия вибрирует внутри него. Одна на двоих. И в ней все -рассветы и закаты, шелест волн и ивовых листочков, звездное небо и нежные поцелуи под ним. Огонь в камине и сладкие стоны в ночи. Взгляды, улыбки, касания... -Впервые слышу эту музыку. -Володя сделал два шага за спину Юры, легко дотронулся пальцами шеи. Тот вздрогнул, поежился: -Она новая. Последние касания к клавишам, завершающий аккорд. Юра потянулся за Володиными пальцами, потерся об них, улыбнулся и хотел уже закрыть крышку пианино, но Володя удержал. Он прижался затылок к его животу, наслаждаясь ароматом его парфюма и легкими движениями пальцев, ласкающих шею, линию подбородка и губы. — Сыграй еще раз… Завораживает. Юра судорожно сглотнул, но ничего не ответила. Его голос. Очень тихий… интонация… она иная. Бархатная, сексуальная, очаровывающая. Как же все это действует на Юру, словно оттенки эмоций зависят от этого низкого тембра, от него слегка кружится голова. — Сыграй для меня еще, солнце мое. Володя сел на банкетку позади него. Прижал его к себе, руки легли на клавиши рядом. Юра усмехнулся и поставил его руки правильно, показал нужные клавиши: -Сначала эти. Следом эти. И взял новый аккорд. Эта мелодия был в иная. Более чувственная, глубокая. Смотрел на запястья Володи, на браслет с черными ониксами, часы. Пальцы, которые мягко нажимают на клавиши по его едва заметной команде и которые могут довести его до безумия парой движений. Володя прикоснулся губами к шее, и в горле пересохло, сердце забилось быстрее, а дыхание стало едва слышным… словно Юра боялся вздохнуть, завибрировал каждый нерв. Прикосновения губ обжигали, а когда руки исчезли с клавиш и коснулись внутренней стороны его бедер, замер. -Играй,-горячий шепот обжег ухо. И Юра снова берет аккорды. Чувствует неторопливые, горячие поцелуи на своей шее, за ухом, как его ладони, едва касаясь, нежно гладят его бедра, поднимаясь выше и заставляя трепетать, захлебываться восторгом и невероятным обжигающим возбуждением. Словно под его пальцами кожа наэлектризовывается и становится до боли чувствительной. Дыхание участилось. Юре это нравилось… настолько нравилось, что закружилась голова. Он играл медленно, чувствуя, как закрываются глаза. Ладонь скользнула выше, легла на возбужденный член, слегка поглаживая. Юра больше не мог дышать. С губ сорвался стон. Руки на пианино замерли. — Играй, — прошептал ему в затылок Володя, и он судорожно сглотнул. Музыка полилась снова. Рука проникла за резинку домашних штанов и белья. Володя снова очень осторожно погладил член, а у него от наслаждения по телу прошла волна неконтролируемой дрожи. — Твоя кожа… она нежнее шелка. Гладкая и горячая. Очень горячая. Юру опять накрывало это лихорадочное возбуждение, жажда, изнеможение. Теперь его пальцы сильнее обхватывали член и Юра снова замер. — Играй, — приказал Володя властно. — Что играть? — срывающимся шепотом спросил Юра и понял, что готов исполнить что угодно, лишь бы это не прекращалось. — Что-нибудь… И он играл. Что играл сам не знал. Может пальцы бездумно нажимали на клавиши, чтобы было похоже на музыку, пока он таял от ласк и поцелуев Володи. Чувствуя спиной его напряженное, сильное тело и возбужденный член. Вдруг Володя резко поднялся, разворачивая его к себе. Банкетка со скрипом отъехала назад. Он подхватил Юру под бедра, усаживая на пианино. Раздался нестройный рев аккордов. Взгляды встретились. -О чем ты сейчас думаешь? Губы Володи так близко, они гладкие… бледно розовые… очень чувственные… Юра облизал свои кончиком языка, чувствуя, как пересохло в горле. Он коснулся его рта большим пальцем и провел им по нижней губе, слегка оттягивая ее вниз. -Я думаю...о твоих губах. Ты не целовал меня уже очень давно. Володя усмехнулся: -Я целовал тебя когда пришел домой. - Вот видишь как давно это было. Володя наклонился и провел губами по его губам, Юра в изнеможении закрыл глаза. Боже… мир бешено вращался, в груди нарастает стон нетерпения. Он подался вперед, но Володя отстранился: -Какой нетерпеливый! Положил руки Юры на пряжку своего ремня, давая понять что он хочет. И пока он лихорадочно расстегивал его брюки, выцеловывал шею и подбородок. А его наглые руки снова нырнули за резинку домашних штанов. Наконец-то Юра справился с ремнем, дернул вниз змейку, сжимая горячий, твердый член. Володя толкнулся бедрами в его руку, зашипел сквозь зубы. Юру начал бить озноб, он дрожал и казалось, сходит с ума, потерял контроль над своими эмоциями. -Чего ты хочешь, Юрочка, скажи мне сейчас… чего ты хочешь в эту секунду?- шептал Володя ему на ухо, своей рукой подводя к грани. -Боже...Володя. Я так хочу тебя...сейчас. И на него обрушился долгожданный поцелуй. Требовательный, властный. Юра застонал ему в рот, срывая рубашку, сминая тело. Володя поднялся, подхватывая его под бедра, заставляя обвить ногами торс. Сделал несколько шагов к маленькому диванчику на двух человек. -Стой...стой...Володя... - Что такое? -он остановился, а Юра протянул руку к стеллажам и достал с верхней полки пакетик со смазкой. Володя усмехнулся: -Запасливый. -Предусмотрительный. Юра прильнул к нему, целуя. Володя донес его до дивана, терзая губы, не давая дышать, и все крепче сжимая ягодицы...Опрокинул и, шипя сквозь зубы, сорвал с него всю одежду. Спустился цепочкой жгучих поцелуев на грудь и живот. Пьянел от его стонов и зверел от того, как Юра выгибается навстречу, и трется бедрами о напряженный член. Его вздохи в голове эхом, и Володя понимает, что в очередной раз все предохранители к черту летят. В пару секунд перевернулся вместе с ним, избавляясь от своих брюк. Усадил Юру сверху, надорвал зубами пакетик со смазкой и притянул его повыше пока он жадно втягивал кожу на его шее и груди. Впрочем Юра не дал себя приласкать. Откинул его руку, сам обхватил член и опустился на него до упора одним движением. Застонали оба. Громко, протяжно. Володя чуть не кончил в ту же секунду от ощущения, какой он горячий и влажный Откинул голову назад, и, сжимая со всей силы его ягодицы, насаживал на себя все быстрее и яростнее, рассвирепев от похоти и желания. Юра превращал его в какого-то озабоченного извращенца. Алчного и жадного до его тела. Юра вцепился руками в спинку дивана и, кусая губы, громко стонал, ускоряя движения бедрами. И Володю уносит к чертям. От его стройного, гладкого тела, от закушеных губ и прикрытых глаз, от выражения неземного удовольствия на лице и громких стонов. От того как горячо и тесно в нем. Еще сильнее пальцами в тело его впился, продолжая врываться яростно и глубоко, не отпуская, не разрешая отстраниться, чтобы через мгновение оргазмом накрыло, оглушило. Чувствовать как вместе с ним в оргазме содрогается Юра, как струи его спермы заливают ему грудь и живот, стекают обжигающими дорожками. Слышать его протяжный, полный наслаждения крик...А потом ловить губами его губы уже нежно целуя. Обнять крепко, до хруста, зарываясь лицом в его волосы, и вдыхая полной грудью аромат их безумия. Декабрь стал для Володи и Юры суматошным месяцем. Они торопились закончить с работой до праздников- фирма Володи должна была закончить два объекта, а Юра торопился закончить с саундтреки, чтобы после новогодних каникул сделать аранжировку и внести правки если они будут. К тому же руководство филармонии, куда Юра ездил для прослушивания и записи треков и руководство города пригласили его на место дирижера для концерта Рождественской музыки, который пройдет 27 декабря. Он не смог отказаться. И теперь у него добавились репетиции с оркестром, которые проходили через день. Иногда он задерживался допоздна и за ним приезжал Володя. А Володе нравилось сидеть в пустом зале, наблюдая за репетицией. Как Юра поправляет музыкантов, говорит какую часть как играть, руководит и как музыканты прислушиваются к нему. Для Володи это была новая сторона Юры. Он не раз видел его за работой, но только в студии. А сейчас это было нечто другое, более масштабное и Володе до безумия нравился такой Юра. Внимательный, знающий где и когда можно пошутить, а где и слегка повысить голос, уважающий музыкантов, но одновременно строгий и требовательный. -А ты злюка! -улыбался Володя, целуя центр его ладони, когда Юра спустился к нему. -С оркестром нельзя по-другому. Они должны слушать меня иначе сыграться не получится. Нельзя быть мягким, но и перегибать не стоит. Они по-прежнему много общались с Машей и ее мальчишками, дела у которых шли не совсем гладко, а все из-за того что Димка не доверял Андрею и принимал его в штыки. Маша очень переживала по этому поводу. А с Толей они даже ссорились. Только Андрей оставался спокойным и продолжал упорно приходить к Маше и общаться с парнями. С Володей и Юрой он тоже начал общаться. Сначала были редкие вопросы в аське, потом их общение стало более дружеским и открытым и они даже начали созваниваться в скайпе. У Андрея была куча вопросов. Его интересовало почти все: от принятия их отношений в обществе, до их взглядов на жизнь. Так однажды в разговоре с Юрой он поинтересовался: -Юр, скажи, а...У тебя никогда не было желания надеть платье или воспользоваться косметикой? В общем примерить на себя женский образ? Юра, который до звонка Андрея сидел в гостиной обложившись партитурами, без раздумий, твердо и уверенно заявил: -Нет. Никогда. Я люблю красиво одеваться, люблю хорошие, дорогие парфюмы- это прям моя слабость. Да, косметики у нас с Володей довольно много, но она вся исключительно уходовая. И к косметологу мы ходим, все таки нам не по двадцать лет. Но опять же- только на уходовые процедуры. -Юра тихо засмеялся и поежился, а потом чуть смущенно добавил: -Там есть вещи, которые меня пугают. Володя сначала сопротивлялся, но потом ничего привык. Андрей заметно расслабился, но все же сказал: -Боюсь я, что Толя захочет это попробовать. - Не думаю. Ему восемнадцать, хотел бы -уже попробовал. Да и Димка не даст. Он его любит именно таким. В этом плане не накручивай себя. Ну и конечно они ждали приезда Володиной мамы к ним на Новый год. Она должна была приехать 25 декабря, чтобы попасть на концерт, на который она очень хотела. Решили, что встречать ее в Берлин поедет Володя. Юра из-за репетиций никак не мог вырваться и это его расстраивало. Проводить маму в Харькове попросили Машу, только вот Володя переживал за пересадку в Минске. На что Валентине Петровне пришлось даже немного осадить его. Что она, на самолетах никогда не летала! Все уже было решено, Володя должен был завтра уезжать в Берлин, как Юра вдруг посреди работы вспомнил, что за всей этой суматохой они совсем забыли обставить гостевую комнату. Он бросил все, рванул переодеваться и бегом к Володе в офис. Там его хорошо знали, поэтому пустили в кабинет директора без проблем. Володя сидел за столом и что-то печатал в ноутбуке с самым серьезным видом. - Юра?! - он поднял голову, улыбнулся и встал из-за стола. -Что-то случилось? -Случилось!- Юра нежно поцеловал его. - Твоя мама приезжает к нам, а у нас гостевая комната пустая. И рассмеялся, глядя как на лице Володи сменяются эмоции- от радости к недоумению, а затем к осознанию и сердито нахмуреным бровям: - Вот чёрт! -Ага. Собирайся и поехали в магазин. Зал ожидания Берлинского аэропорта был заполнен людьми. Кто-то встречал, кого-то провожали, кто-то спешил, а кто-то обнимался с родными. Пассажиры самолета Минск-Берлин тоже спешили увидеть поскорее своих родных. Только одна элегантная женщина отделилась от вереницы людей и посмотрела вниз на толпу встречающих сразу же выделяя высокого, красивого мужчину в очках. В синих джинсах, белом джемпере и распахнутом, черном коротком пальто он был как модель. В его облике явно чувствовались чьи-то заботливые ручки. Женщина улыбнулась, любуясь сыном. Он так изменился. Стал таким, каким она хотела видеть его всю жизнь. Люди уже спускались вниз по эскалатору и мужчина заозирался высматривая ее в толпе прибывших. Не желая заставлять нервничать сына, женщина тоже поспешила спуститься. А дальше были улыбки, крепкие объятия и слезы радости. - Ну мам...-Шутливо ворчал Володя, уворачиваясь от новых поцелуев матери в щеки. -Ой, ладно-ладно,- смеялась Валентина Петровна, -пусть тебя Юрочка целует. Как он кстати? Володя подхватил чемодан и сумку, смущенно улыбнулся: -Раз двадцать уже позвонил. К концерту готовится, нас ждет домой. -Надо ему перезвонить. Волнуется же ребенок. Но Юра позвонил сам едва Володя с мамой сели в такси. Обрадовался, узнав что Валентина Петровна долетела и все хорошо, поговорил с ней, наверное в сотый раз сказал, что ждет их завтра и отправился еще немного поработать. А Володя с мамой в отель. Поезд был у них завтра в восемь утра, а пока можно было немного показать маме Берлин, украшенный в Новому году и Рождеству, сходить с ней в уютный ресторанчик и просто немного побыть ребенком, рассказывая ей о своем счастье и планах на будущее. Восемь часов в пути пролетели незаметно за разговорами и разглядыванием зимнего пейзажа. -Юрочка! -воскликнула Валентина Петровна едва они с Володей вышли из вагона поезда, глядя как к ним сквозь толпу спешит Юра с широченной улыбкой. -Наконец-то вы приехали!- радостно выдохнул он, подбегая и сразу же попал в объятия Володиной мамы. А получив свою порцию материнской любви, прижался к Володе, быстро целуя его в уголок губ. Долго задерживать во всей этой толпе и суматохе не стали. Володя и Валентина Петровна явно устали после поездки и перелета и поэтому прямиком поехали домой. Юра сегодня был за рулем своей машины, Володя сидел рядом и по дороге они немного показали маме город, который больше походил на сказочный из-за украшений к праздникам. Повсюду мигали огоньками гирлянды, венки из ёлочных веток и листьев омелы были на каждом здании. Возле церквей были Рождественские композиции и конечно были украшенные елочки. Казалось не было ни одного здания, ни одного уголка в городе не готовому к Рождеству и Новому году. Эта атмосфера предстоящего волшебства буквально витала в воздухе и люди дышали ею, напитывались, ждали чуда и верили в него. Приехав домой, Володя помог маме выйти из машины и пока они с Юрой доставили вещи из багажника, она рассматривала дом, который выглядел очень уютно в зимних сумерках. - Ну как?- кивнул Володя на дом, подойдя к ней. Валентина Петровна довольно улыбалась, вздохнула: -Хороший дом. Мне нравится. Только вот...-она обернулась по сторонам, - другие дома украшены к праздникам, а ваш нет. Почему? -Это моя вина, -смутился Юра. -Я ждал, когда вы приедете. Не хотел наряжать ёлку один. - Вот сегодня и исправим все! -рассмеялся Володя, а Валентина Петровна погладила Юру по плечу. И тут из дома раздался звонкий, требовательный собачий лай. Герда, услышав голоса любимых хозяев срочно звала всех в дом. Спустя минут двадцать, когда утихомирили расшалившуюся собаку, которая прыгала вокруг от радости и пыталась облизать всех сразу, Володя с Юрой отнесли вещи наверх и показали комнату маме. Эта комната была рядом с их спальней, только окно выходило на город и она была немного меньше. Юра, стоящий на пороге вопросительно посмотрел на Володю. Мебель и все необходимое то они купили вместе, а вот обстановкой Юра занимался уже сам. Володя, заметив его взгляд, подошел и приобняв за талию шепнул: -Получилось все просто прекрасно. Юра с облегчением вздохнул. Комната действительно получилась прекрасная: мебель теплого, песчаного оттенка, легкие бирюзовые шторы и пушистый бежевый ковер на полу с абстрактным узором такого же бирюзового оттенка, что и шторы. Юра даже сделал две фотокартины с природой Баварии из своих фотографий. -Вам нравится, Валентина Петровна? - спросил Юра у женщины, что-то разглядывающей в окно. -Очень! -она развернулась и лукаво прищурила глаза, совсем как Володя. - Ну что, дом то покажете? Первым делом Володя с Юрой показали ей свою спальню и ванную на втором этаже, пока еще пустующую комнату, а после спустились на первый этаж. Гостиная, вторая ванная, столовая и кухня; Володиной маме дом понравился. Чувствовалось с какой любовью и заботой ее мальчики обустраивали свое жилище. Все с максимальным комфортом и теплом. Классический и сдержанный вкус ее сына разбавляли яркие и немного забавные вещицы, тут уже была рука Юрочки. Ярко зеленые и синие подушечки на диване, фотографии в рамках, разных размеров где они с Володей или просто пейзажи, статуэтки на полочках и напольные вазы с весьма интересными композициями. Конечно они показывали уже ей свой дом раньше, но это было по скайпу. А сейчас все воспринималось иначе и ей, как матери было спокойно и хорошо. Отпустив маму отдохнуть с дороги и привести себя в порядок, Володя сам пошел в их комнату переодеться и потом пойти помогать Юре с ужином, но... Только он скинул с себя джемпер, как в комнату проскользнул Юра с совершенно ошалевшими глазами и в следующий миг уже жадно целовал Володю. -Володя, любимый, как же я соскучился...-шептал он между поцелуями. -Я сам изголодался по тебе за эти три дня, -Володя подхватил его за бедра и опрокинул на кровати. Поцелуи становились все требовательней, руки ласкали такое желанное тело, проникая под домашнюю футболку. Голова отказывалась работать от ощущений Юриных пальцев то ласкающих кожу плеч и спины, то впивающихся до боли в твердые ягодицы. Его ноги все крепче сжимали его бедра, а с губ срывались тихий, сладкие стоны. -Володя...стой...стой любимый...-зашептал Юра срывающимся голосом, когда он начал снимать его штаны. - Мы не одни... Володя замер, приводя мысли в норму. Тяжело вздохнул, уткнулся носом Юре в сгиб шеи. Полежал так немного, а потом встал, коротко поцеловав Юру в губы: -Обо всем с тобой забываю,-и распахнул створки балконной двери, впуская в комнату холодный, зимний воздух. Они еще несколько минут полежали рядом, глядя друг на друга и нежно переплетая пальцы. Наслаждаясь моментом и безграничной любовью в глазах, ожидая пока схлынет волна их бешеного желания. Вечер прошел в какой-то по-детски праздничной атмосфере. После ужина разожгли камин, Володина мама сварила горячий шоколад и все вместе наряжали ёлку, развешивали гирлянды и новогодние венки. Гонялись за Гердой, которая утаскивала елочные игрушки и носилась по дому не желая отдавать, сделали кучу фотографий. Валентина Петровна рассказывала забавные истории, перебирая и развешивая на елку советские игрушки. Не хватало только мандаринов и снега. Легкого, густого и пушистого... На следующий день Володя собрался съездить на объекты. Работы по монтажу должны были быть почти закончены и он хотел проконтролировать ситуацию и переговорить с заказчиками. Спускаясь на первый этаж, он услышал голос мамы с кухни, которая что-то ласково ворковала с Гердой и тихое, игривое порыкивание собаки в ответ. -Доброе утро, мам. -Володя поцеловал маму в щеку. -Я думал ты еще спишь. - Я привыкла рано вставать, -женщина отвлеклась на секунду от нарезки сыра. - Ты прости, сынок, я у вас похозяйничала немного. Володя улыбнулся, стянул с тарелки еще горячий блинчик: -Мам, ну перестань. Можно подумать тут кто-то против. Но ты же в гости приехала, не хочется тебя обременять. -Ой, Володя. Не лишай меня такой радости побаловать вас хоть немного. Юрочка не будет против? -Он мне неделю твердил, что соскучился по твоим ватрушкам! -засмеялся Володя. -Так что Юрочка будет только "за". -Конечно я буду "за",-на кухню зашел довольный Юра. -А за что я буду "за"?-Он поцеловал в щеку Валентину Петровну, следом Володю. -Чтобы мама похозяйничала у нас на кухне, -тот протянул ему блинчик. Юра откусил у него с руки и что-то промычал, что означало что он совсем не против и что ему очень вкусно. За завтраком обсудили планы на ближайшие дни. Сводить маму на прогулку по городу сегодня и завтра не получалось никак - У Володи сегодня объекты, у Юры завтра днем репетиция, а вечером концерт. Им было неловко за это. Мама впервые приехала к ним в гости, а у них обоих работа. Стыдно было признаться, но они даже не подумали куда ее сводить. Но Валентина Петровна сама решила этот вопрос. -Я к вам приехала на две недели, -весело сказала она наливая себе еще одну чашку чая. -И я знаю, что хочу посмотреть. Так что заканчивайте свои дела спокойно. - Что вы хотите увидеть? -спросил Юра. -Дома я смотрела одну передачу по телевизору, где рассказывали о Германии. Так вот, там был сюжет о замках и один как раз находится рядом с вами. Только я название не запомнила. Ной...Нойш... -Нойшванштайн?! -подсказал Юра. -Да! Точно, Юрочка. Он правда недалеко отсюда? -Нет, часа три на машине. И насколько я знаю, там не один замок. А Нойшванштайн считается самым красивым замком Европы. Володя, который молча слушал их разговор тоже заинтересовался: -Я бы тоже хотел посмотреть. А то столько уже живу в Германии, а ни одного замка не видел. На этом и решили. До Нового года покажут маме город, а после достопримечательности Баварии. А перед самым отъездом домой организуют экскурсию по Берлину. Проводив Володю, Юра показал Валентине Петровне где у них что лежит на кухне, как включается посудомойка, где у них диски с фильмами, чтобы ей не было скучно. Сказал, чтобы в случае чего сразу обращалась к нему, а сам пошел к себе в кабинет. Надо было сегодня срочно закончить с саундтреками и отправить их заказчику. Юра работал в наушниках, чтобы не мешать, но дверь в кабинет оставил открытой. Из гостиной доносились тихие звуки фильма, негромкий и ласковый голос Валентины Петровны и в какой-то момент он почувствовал, как по дому поплыли ароматы чего-то вкусного и просто божественный аромат свежей выпечки. -Юрочка к тебе можно? -заглянула к нему Валентина Петровна с чашкой чая и тарелочкой с еще теплыми ватрушками. Следом за ней пришла и Герда. -О, спасибо! -улыбнулся Юра, забирая у нее чашку и выпечку. -Это очень кстати. -Я так поняла обедать ты пока не будешь? -Угу, - он откусил кусочек, - мне надо побыстрее все закончить. Еще и фрак надо приготовить для концерта. Валентина Петровна прошла вглубь кабинета. Вчера она увидела его лишь мельком, а сейчас рассматривала детально территорию композитора и дирижера. Знакомое черное пианино, множество аппаратуры, компьютер, стойка с микрофоном. И большая фотография Володи. У дальней стены стеллажи с книгами, дисками, папками даже был патефон с пластинками. На одной стене в рамочках были дипломы и награды Юры и глядя на них ее сердце сжималось от гордости. А сам Юра в это время наблюдал за ней. Как она внимательно осмотрела его аппаратуру, бережно дотронулась до пианино, как тепло улыбалась, глядя на его дипломы. Как смотрела на фото Володи, которое Юре очень нравилось. Он сделал его когда они переехали в Констанц. Подловил момент во время прогулки. Володя, сидящий под ивой на фоне озера, рядом с ним Герда. Но самое главное его взгляд- умиротворенный, задумчивый и будто светящийся изнутри. Женщина прошла обратно к стеллажам, посмотрела на коллекцию книг и тут ее взгляд упал на еще одно фото. Она взяла в руки рамку: совсем юный Володя в пионерском галстуке и белой рубашке, вокруг незнакомые ребята, а рядом в кепке и с криво повязанным галстуком... -Юрочка неужели это ты? -Ага,-хохотнул Юра и подошел. -Забавный такой.- Валентина Петровна погладила пальцами по их с Володей лицам на фото. -Шкодник. Юра засмеялся от такого эпитета. Достал штатулку, что стояла рядом и надел свою старую кепку: -Было дело! -А потом вдруг тихо добавил: - Так странно. Это фото было сделано в конце смены, перед нашим расставанием. А сейчас я совсем не чувствую прошедших двадцати лет. Будто мне восемнадцать, Володе-двадцать один и у нас вся жизнь впереди. - Так и есть, Юрочка. У вас впереди вся жизнь. Ошибки исправлены, все встало на свои места. Юра улыбнулся и достал из шкатулки маленький сверток из выцветших галстуков. Валентина Петровна перевела взгляд на фото, потом снова на кусочки ткани, которые бережно поглаживал Юра, снова на фото: - Это те самые? -Да,- Юра поднял лучистые глаза, -те самые. Вот этот был мой, а вот этот Володи. Женщина заглянула в шкатулку. Стопочка писем, видимо те, что писал Володя, разбитые очки, тоже его, значок и еще один свернутый листочек. С разрешения Юры она достала его. - Что это, Юрочка? -спросила, глядя на исписанный нотами лист. - "Колыбельная" Чайковского. Я играл ее тогда на спектакле. -Сыграй немного, пожалуйста. Юра кивнул, снял кепку, отставил в сторону шкатулку. Валентина Петровна забрала у него из рук галстуки, а Юра сел за пианино. Мелодия оказалась знакомой, он уже играл ее, когда они приезжали с Володей. Красивая, нежная музыка лилась из-под пальцев Юры, который играл совсем без нот. Он легко улыбался касаясь клавиш, слегка раскачивался и иногда наклонял голову к левому плечу. Слушая удивительную мелодию, которая мистическим образом связывала ее сына и этого чудесного мальчишку, Валентина Петровна гладила ткань галстуков и думала, что судьба вмешалась тогда, когда она уговорила Володю поехать вожатым в лагерь. Собрав аккуратно все вещи обратно, она вернула шкатулку и фото на место. Хорошо, что они хранят их, когда-нибудь она будет показывать их своим внукам и рассказывать историю знакомства их родителей. Юра к тому моменту закончил играть, отзвучали последние аккорды. -Маэстро,черно-белых струн касаясь, Вливает душу в лирики восход, Или по кнопкам грозно ударяя, Переживанья драмы нам несет. Зал столбенеет, маг в сердца проник. Глаза прикрыв, назад, вперед качаясь. Он для пришедших проводник, Туда, где чувствам цену знают...-Валентина Петровна прочитала отрывок, подошла к нему, поцеловала в макушку, положив руки на плечи: - Давайте-ка мне свой фрак маэстро и творите спокойно свою музыку. Концерт должен был начаться в семь вечера. Юра в этот день очень нервничал, даже отказался от завтрака. Выпил только наскоро чашку кофе, стянул из вазы пару мандаринов, которых вчера целый ящик привез Володя и прихватив кофр с заботливо приготовленным Валентиной Петровной фраком, умчался в филармонию. Свои дела Володя закончил вчера, работы на объектах были практически завершены, после новогодних каникул его ждали новые контракты, а пока он мог наслаждаться отдыхом. Проводив Юру, он вместе с мамой сходили погулять с Гердой. Показал ей район, где они живут, парк, озеро. Погода сегодня была пасмурной и безветренной, а серые облака с Альп обещали снег. К тому же после обеда похолодало и Володя с мамой вернулись домой. В ожидании вечера поговорили по скайпу с Машей. Она повздыхала, что тоже хочет на концерт Юры. -И я хочу на концерт! -в мониторе появился Толя со спутаной гирлядой в руках. Маша засмеялась: -Идите свою елку наряжайте. Вот приедет Конев в следующий раз и устроит нам концерт. К шести вечера Володя уже ждал маму в гостиной, поглядывая на часы. В белоснежной рубашке и черном костюме, волосы зачесаны назад с легкой небрежностью и аромат дорогого парфюма. Во внутреннем кармане пиджака два билета, в руках телефон с сообщением от Юры, что он их ждет и очень волнуется. Володя отправил ему ответ, что они скоро будут и хотел было уже позвать маму, надо было еще заехать в цветочный магазин, но она спустилась сама. Элегантный брючный костюм глубокого сапфирового оттенка, шелковая светлая блуза, нить жемчуга и такие же серьги. Володя помнил этот комплект, его дарил еще его отец. Легкий макияж, прическа... -Мам, ты хочешь чтобы сегодня все мужчины смотрели на тебя, а не на сцену? -Ой, не говори глупостей, сынок, -она немного смутилась от комплимента, поправила волосы. -Поехали, Юрочка же ждет. Володя помог ей надеть пальто и они поехали в филармонию, по пути остановившись у цветочного магазина. Володя не стал долго думать и взял букет бордовых пионов, а вот Валентина Петровна попросила составить букет из белых лизиантусов и белых ирисов с добавлением веточек эвкалипта. Концертный зал филармонии был украшен к Новому году пушистыми гирляндами из еловых ветвей будто припорошенных снегом, шишек и листьев омелы с алыми точечками ягод, а сцена была задекорирована так, что казалось будто оркестр играет в зимнем, сказочном лесу. -Володя, народу то сколько! -негромко произнесла Валентина Петровна, когда они прошли к своим местам. -Посмотри, свободного места нет! Володя ничего не ответил, только улыбнулся, присаживаясь в кресло. Зал и вправду был полон. Люди тихо переговаривались в ожидании концерта, оркестр еще настраивался. Володя заметил, как из-за кулис выглянул Юра. Быстро пробежался взглядом по залу, заметил их с мамой и радостно и облегченно улыбнулся. Володя тут же достал телефон, быстро написал: "Не волнуйся. Люблю тебя." Потом проследил, как Юра достал свой телефон, прочитал и улыбнулся еще шире, что-то написал и бросив последний взгляд на Володю скрылся. А ему пришло сообщение: "Я тебя больше." Через минут пять свет в зале погас и на сцену вышел Юра. -Юрочка такой красивый! -шепнула ему мама с теплыми нотками гордости. -Очень! -Володя не сводил глаз со сцены. Аплодисменты стихли и в зале повисла тишина. Юра повернулся лицом к оркестру, поднял руки, давая команду приготовиться. Легкий взмах палочкой и оркестр, повинуясь ему заиграла "Увертюра" из балета "Щелкунчик" и вместе с первыми аккордами возле сцены и со стороны зала включились проекторы и теперь на сцене под звуки вальса и взмахи дирижерской палочки кружились снежинки, создавая поистине сказочную и волшебную картину. За два с половиной часа, что длился концерт были сыграны практически все композиции из "Щелкунчика". Мелодии плавно перетекали одна в другую и за ними менялись световые иллюзии, создавая вокруг оркестра и зрителей атмосферу этой старой рождественской сказки. В завершении концерта сыграли вальс "Метель", произведения из опер "Снегурочка" и "Елка". А потом свет в зале стал ярче и зазвучал "Марш Радецкого", который традиционно исполняют под аккомпанемент зрительских аплодисментов. Последний взмах палочки, оркестр на торжественной ноте стих, но только не аплодисменты зала, которые переросли в бурные овации, когда Юра повернулся к залу. Музыкантов и дирижера не отпускали долго. Люди вставали со своих мест, отовсюду слышались благодарственные и восторженные возгласы, зрители подходили к сцене с букетами. Валентина Петровна, промакивая платочком уголки глаз от слез, тоже хотела подойти, но Володя ее остановил: -Мам, подожди немного. Он сейчас сам спустится. И действительно, Юра отыскал их взглядом, положил огромную охапку цветов на сцену, а сам быстро спустился и буквально подбежал к ним на ходу попадая в объятия Володи, а следом и его мамы. -Юрочка ты просто чудо! - Валентина Петровна крепко обнимала его, поглаживая по волосам. -Я так волновался, хотел чтобы вам понравилось, -вздохнул Юра и уткнулся носом сначала в пионы, а потом в букет из ирисов и лизиантусов. И тут к ним подошли с благодарностями кто-то из важных гостей. Пожали руки сначала Юре, следом Володе, поблагодарили за потрясающий концерт. Поцеловали руку Валентины Петровны, а потом она ловко отвлекла внимание, при чем непонятно как ведь она на немецком знала лишь несколько дежурных фраз и говорила сейчас по-русски. Но этот ее маневр дал Юре и Володе драгоценные секунды обменяться такими необходимыми сейчас взглядами с океаном нежности и обожания и для двух слов от Володи, сказанных бархатным шепотом на ухо: -Моя звезда! Володя проснулся от ослепительного света заполнявшего комнату и от того, что ногам было странно тяжело и жарко. Приоткрыв глаза он сел на постели. Спящая в ногах Герда, даже не пошевелилась от его движения. Нашел очки на тумбочке, потрепал по голове собаку и прошел к окну. А на улице шел снег! Крупные, пушистые хлопья падали с неба и все было укрыто толстым, белоснежным ковром. Володя постоял несколько минут, любуясь снегопадом и вдыхая тонкий цветочный аромат пионов и лизиантусов, наполняющий комнату. Вчера Юра раздал музыкантам почти все букеты, оставив себе только его и мамин, а три букета от руководства города и филармонии тут же вручил маме и сейчас они стояли в ее комнате. Володя посмотрел на часы- начало девятого. Спешить было некуда и можно было еще поспать. Он лег обратно, притянул к себе сонного Юру. Тот что-то проворчал во сне, но перевернулся, уткнулся носом Володе в грудь и закинув сверху ногу, засопел, а следом и сам Володя провалился в сон. Второй раз его разбудил лай Герды с улицы и голос Юры, который пытался загнать ее в дом. Часы показывали уже половину двенадцатого. Володя не спеша оделся, выглянул в окно, где утопая в снегу носилась собака и отправился умываться. -Ты представляешь, только открыл дверь, как она выбежала. Ни в какую не хотела домой идти!- Юра занес на руках Герду в дом. -Очень даже представляю. Она к нас любит снег. -Володя поцеловал его в губы, погладил собаку. -Попозже выпустим. Пусть еще побегает. "Попозже" наступило сразу после позднего завтрака. Герда скулила возле двери, просясь на улицу, да и дорожки надо было расчистить от снега. Вдвоем с Юрой они быстро управились с работой, а вот потом... Володе прилетел в плечо снежок. Пара секунд замешательства и снегоуборочный инвентарь падает не донесенный до гаража, а в Юру летит ответный снежок под его радостный смех. Спустя пять минут двое мужчин уже бегали друг за другом по двору, кидаясь снежками. Под их веселый хохот Герда с громким лаем носилась следом за хозяевами, подпрыгивала и ловила снежки. Даже мама Володи вышла на улицу. Стояла на крыльце и смеялась, глядя на их игру. А потом ей пришлось загонять домой расшалившихся мальчишек, когда Юра случайно опрокинул Володю в снег и они оба извалялись в нем. Не хватало чтоб еще заболели оба! Только вот они еще долго и жадно целовались, прячась за машинами в гараже, как подростки. Этим же вечером, расположившись в гостиной, все смотрели выбранный мамой фильм. Юра с Володей ели мандарины, вычесанная и выкупанная Герда грызла свое собачье лакомство, как вдруг Валентина Петровна отвлеклась от фильма и спросила: - Что готовить на Новый год? Володя, принеси блокнот, надо список составить. -Оливье! -тут же воскликнул Юра и сунул в рот половину мандарина. И пока Володя ходил за блокнотом мама задала вопрос, от которого он вздрогнул: -Хорошо. А с чем ты хочешь оливье? С колбасой, мясом, курицей? Или нестандартный с языком или креветками? Услышав этот список, Володя махнул руками, привлекая внимание мамы к себе. Приложил палец к губам и отрицательно помотал головой. Юра его манипуляций не видел, так как сидел к нему спиной, а вот мама заметила. Только не поняла его посыл: -Володя, что за гримасы ты мне показываешь? Тот вздохнул: -Мам, ты с рецептами поаккуратней. А то у нас на Новый год будет оливье, оливье, оливье и еще какой-нибудь оливье. -Володя протянул ей блокнот с ручкой и хитро покосился на Юру, который едва сдерживал смех, но делал вид что это вообще не про него. -У кого-то просто нездоровая любовь к этому салату. -Это потому что я его ем раз в год! После недолгих, шутливых споров все таки остановились на одном варианте оливье- старом и проверенном. Володя был согласен на все, но попросил что-то более полезное и овощное. А вот на запеченную утку оба согласились сразу. Следующие два дня Юра с Володей показывали маме город. Ходили по магазинам и осматривали достопримечательности, которые были доступны в это время года. И город ей нравился. Нравилась его легкая и праздничная атмосфера, архитектура и история, которую ей рассказывали. А главное нравились люди и их отношение к тому, что ее мальчики идут по улице держась за руки. Эти мальчики, кстати получили небольшой нагоняй, когда в витрине одного из крупных музыкальных магазинов Валентина Петровна не увидела плакаты и диски с новой Юриной музыкой. Пришлось извиняться и обещать больше не скрывать от нее такие вещи. Ну и конечно подарить маме диск с автографом. Этот Новый год неуловимо отличался от остальных. Раньше одинокие или наполненные фальшивыми улыбками, они вызывали только глухую тоску. Два последних самые счастливые рядом с любимым человеком и этот, который вернул их в детство. За окном снова шел снег. В доме горел камин и сверкала огнями пышная ёлка. Переливались гирлянды на окнах и стоял яркий, сочный аромат мандаринов, медового печенья и горячего шоколада. Мама хлопочет на кухне под Иронию судьбы, с которой Володя уже свыкся. А они с Юрой помогают ей. Теплые разговоры и воспоминания о новогодних праздниках и традициях прошлых лет. Юра хохочет до слез, когда Валентина Петровна рассказывает, как потеряла маленького четырехлетнего Володю после утреника в детском саду в котором работала: -...У меня уже началась паника- шутка ли, ребенок пропал. Весь персонал на ушах, все ищут Володю. Я плачу сижу, меня отпаивают валерьянкой. Не знаю что думать, где искать. Может он с кем-то из родителей ушел и надо уже в милицию звонить, как мое чадо, перемазаное до ушей шоколадом, заводит в группу наша повариха тетя Нина. -А где нашли? - Юра стянул одну оливку из салата. -На кухне. До дому не захотел терпеть, чтобы открыть подарок, вот и спрятался на кухне. Залез в большую кастрюлю, наелся конфет и уснул там. Хорошо еще хоть макушку видно было, иначе незнаю что могло бы случиться. И конечно были подарки. Володя с Юрой получили рубашки, которые Валентина Петровна вышивала для них. Черная с темно-изумрудным узором плюща для Володи и королевского синего оттенка с черно-золотым узором нотной строки для Юры. А они подарили маме фотоаппарат, который она хотела. Даже Герда получила новенький розовый ошейник со стразами. Обязательно вечером позвонить Маше. Сказать ей кучу комплиментов, ну а как иначе ведь она была невероятно хороша. Перекинуться несколькими фразами с Андреем, который был приглашен к ним на Новый год и сейчас хитро и по-доброму поглядывал на Димку, который отвечал ему тем же взглядом и на беззаботно счастливого Толю. Не успели опомнится, как стрелки часов приблизились к двенадцати. Хлопок шампанского и сладкий поцелуй с его привкусом, как лучшее начало Нового года. Объятия от мамы и пожелания счастья. А потом грохот салютов на улице и Юра утащил всех смотреть на это прекрасное зрелище. -Знаешь, Володь, у меня такое ощущение, что в этом году что-то случится, -сказал Юра, глядя как расцветают в небе фейерверки. Володя крепко обнял его со спины, прижался щекой к волосам: - Что? -Незнаю. Но что-то очень-очень хорошее! Продолжение следует...