мокрое место

никогда ещё не ощущал он такого одиночества. такой пустоты. такой потерянности. слёзы капали одна за другой на холодное и мокрое от дождя тело уже бывшего возлюбленного. чувства разрывали изнутри и перерастали в крик. крик в небо, пока большие капли бьют лицо. крик в никуда. сегодня, 16 ноября, у Олегсея скончался его партнёр-самый близкий, самый дорогой Антон Звёздочкин. идёт дождь. нет, даже ливень. очень больно избивает по голым участкам тела и пробирает до дрожи своим холодом. в тот день Антон возвращался с работы, в районе пяти часов вечера. он был с чёрным зонтом, как с похорон, в ботинках без шнуровки, бежевых, идеально выглаженных брюках, чёрной водолазке и клетчатом пальто. как оказалось, лишь один пешеходный переход, что был столь близко к дому способен лишить его жизни. чёрный мерседес без номеров, будто только из салона, мчал под 90 километров в час, хотя в том месте допустимо всего 40. а ведь секунду назад этой машины и не было на горизонте. 17:04 -скоро буду дома 17:47 "вызываемый абонент недоступен или находится вне зоны действия сети" три длинных гудка. один... второй... третий. ответа нет. Олежа, словно бессознательно, и, будто по привычке, глянул в окно, выходящее на тот злосчастный пешеход. тело с переломанной шеей, но коробкой конфет в руках разлеглось среди дороги. тело смысла жизни Душнова уже давно не подавло признаков жизни. глаза моментально наполнились слезами. Олегсей тут же выскочил на улицу, босой, в одних лишь тонких пижамных штанах и футболке. он не верит в случившееся. он кричит, но никто его не слышит. он бьётся в конвульсиях, но никто его не видит. прошло уже несколько месяцев, но каждое "16" в календаре Душнов встречает глазами на мокром месте. дабы хоть как-то заглушить моральную боль он нанёс себе физическую, набив на шее звёзды "под которыми родился Антон", в память о нём. легче не стало.