Детский сад, Пак Чимин!

Тэхён вышел на крышу университетского корпуса, вдыхая свежий теплый воздух и думая о том, что сейчас очень хотелось бы, чтобы как в романах: ветром высушило все его слёзы. Но у него не было слёз. А ещё сейчас очень хотелось бы сказать, что их не осталось, но они даже и не появлялись. Тэхён пытался, честно-пречестно! Однако ни единой слезинки не проронил, но всё равно его истерику запомнят надолго. А пусть не расслабляются. Он подошёл к краю и положил руки на перила, разочарованно думая о том, что, когда представлял себе это в уме, ветер красиво развевал его рубашку, а небо плакало, не отпуская его. Но погода сегодня выдалась солнечная и безветренная. Тэхён действительно сокрушался, что не получилось расплакаться и громко хлопнуть дверью. Нет, хлопнуть получилось, но потом пришлось извиняться перед преподавателем, что ещё больше разозлило. Мысль, что его никто не понимает и не жалеет, и привела сюда. Раз он никому не нужен, то пусть подавятся. Вот так вот. Он спрыгнет, и тогда они все поймут, что потеряли. Кого потеряли. Да. Будут знать. Всё ещё погружённый в своё страдание, он не заметил сидящего неподалёку парня, что свесил ноги через край крыши и держал в руках нетронутый сэндвич, вот-вот готовясь откусить. Но уловив краем глаза Тэхёна, он замер и уставился на него, так и не отведав свой обед. У Намджуна проскочила мысль, что парень пришёл сюда не видами любоваться, и он испугался, впадая в ступор. Надо, наверное, было что-то сказать, остановить, но Намджун просто тупо пялился, внутри прокричав уже целую тираду о том, что не стоит так рано сводить счёты с жизнью. А всё, что услышал Тэхён - то, как кто-то рядом слишком громко сглотнул. Он резко обернулся, натыкаясь взглядом на абсолютно растерянного парня. У того в глазах явно читался вопрос. – Да, – ответил на него Тэхён, зачесав пятернёй волосы назад. – Прыгать буду. Если слабонервный, не смотри. А лучше чеши отсюда. Намджун лишь моргнул, слегка заторможенно проговаривая: – А я обедать собирался. – Приятного аппетита, – хмыкнул Тэхён, примеряясь к перилам и прикидывая, как поудобнее будет прыгать. Намджун всё ещё не знал, что сказать. Мозг работал хорошо и возобновил свою мысленную тираду, а вот рот боялся сболтнуть лишнего и потому отказывался воспроизводить информацию. А ещё Намджун по жизни немного тормоз. Умник, но тормоз. Вот и хлопает беспомощно глазенками, когда прямо перед ним человек помирать собрался. Тэхён с минуту стоял, прокручивая в уме свой последний прыжок и думая, как это красивее бы смотрелось со стороны, а затем тяжело вздохнул, раздражённо обернувшись на Намджуна. – Я не могу сделать это, пока ты смотришь. – А я не могу есть, пока ты это делаешь. – Так помоги нам обоим – отвернись, а? А лучше уйди. – Не могу. Я же знаю, чем ты тут занимаешься. Тэхён закатил глаза и решил игнорировать случайного зрителя. Но получалось хреново. – Не могу. Подвёл итог он и вздохнул так трагически, что лучшие актёры театра могли бы брать у него уроки драматизма. Намджун вытянул губы в трубочку, задумчиво глядя на облокотившегося на перила парня, что ещё минуту назад не хотел жить, а теперь вот преспокойно чистит рукав испачкавшегося пиджака. Намджун почесал затылок и протянул руку к Тэхёну: – Будешь сэндвич? Тэхён недоуменно посмотрел на него и чуть ли не покрутил пальцем у виска: этот парень вообще норм? – Нет, спасибо, – с ноткой язвительности протянул он, и будь Намджун не таким тормозом, мог бы и обидеться. Но он лишь пожал плечами и притянул руку обратно. Теперь, когда парню ничего не угрожало, рот Намджуна наконец начал принимать адекватные сигналы от мозга: – Девушка бросила? Тэхён как-то слишком горько усмехнулся, даже не удостоив Намджуна взглядом, не то что ответом. Слишком мимо. – Парень? Тэхён резко обернулся к Намджуну, тут же пытаясь замаскировать свой испуганный взгляд за раздражением. Намджун заметил это, пожав плечами, не находя в этой информации ничего для себя примечательного: – Бывает, – не глядя бросил он, готовясь откусить свой сэндвич. Но затем он кое-что вспомнил, и решил, что как вариант можно попробовать: – Слушай, у меня дома сегодня намечается небольшая вечеринка. Хочешь – приходи. Сможешь отвлечься, а там гляди само отпустит. К тому же друг моего парня готовит фантастическую маргариту. Всяко лучше, чем конечности себе тут отбивать. Тэхён обернулся и кинул взгляд с крыши на землю, подумав, что он и вправду бы тут только покалечился, но никак не разбился бы. Что поделать – второй корпус единственный, где открыта крыша. И, наверное, это неспроста – вниз всего метров восемь. Тэхён вновь посмотрел на незнакомца с бутербродом и почесал нос. – А можно прийти с другом? Намджун, который уже почти сомкнул зубы на хлебе, отвлёкся и удивлённо посмотрел на Тэхёна. То есть теперь он о друзьях думает, а когда тут трагедию ломал – не до них было? Ну, не Намджуну судить. – Конечно. Тэхён довольно улыбнулся, тут же устраиваясь рядом с Намджуном, решив, что пора познакомиться. – Тэхён. – Намджун. – Сэндвич всё ещё в силе? Намджун в который раз отнял ото рта так и не надкусанный обед, неуверенно посмотрел на сияющего Тэхёна и обречённо вздохнул, отдавая еду ему.

***

– Джин-хёёён! Надеюсь, новеньких вы тоже позвали сегодня, – Чимин нагнал друга в коридоре, буквально наваливаясь на него со спины. – Да вообще-то нет, но кто им запретит... А что? – Я такооого парня сегодня в толчке встретил. Улёт просто. Он новенький. Прекрасен как бог, и член тоже ничего такой. – Ты как уже его член разглядел? – Говорю же, в толчке встретил. – И ты не смог удержаться, чтобы не поглазеть? Бедный парень, он, наверное, решил, что ты псих какой-то. Хотя, – Джин окинул взглядом своего взбалмошного друга. – Недалеко от правды. Чимин спустил Джину очередной подкол, лишь закатил глаза и продолжил виснуть на друге, в голове уже мечтая о новом парне. – Постой, а ты придёшь? Тебе завтра разве не на работу? – У нас крыша обвалилась, так что пока выходные, – незаинтересованно отмахнулся Чимин, оглядываясь в надежде увидеть чёрную макушку своей мокрой фантазии. – О боже, дети не пострадали? – ужаснулся Джин. – Нет, всё в порядке. Это произошло в выходные, детей не было. А вот проверке, что пришла проинспектировать детский сад, не поздоровилось, – почему-то рассмеялся Чимин. – Ну и что смешного? – Да с ними всё в порядке, просто чуть трухой припорошило. – Вас, наверное, теперь закрыть должны. – Нам теперь денег на ремонт выделят, – подмигнул Чимин. – Наш детсад единственный в районе. Теперь Джин понял, почему смеялся Чимин. Их руководство не раз подавало заявку на капремонт здания, но им всё время отказывали. – Так что там с тем парнем? – Джин, конечно, не такой сплетник, как Чимин, но сплетник, и скрыть своего интереса не может, не удовлетворить его – тем более. Чимин тут же оживился. – Мин Юнги, третий курс, Композиция, перевёлся из Тэгу, братьев/сестёр нет, живёт через две улицы от универа, рост 175, вес 64, член шикарный, взгляд чарующий. – И когда ты успел всё это узнать, если только сегодня встретил его в туалете? – На перерыве, – как ни в чём ни бывало ответил Чимин, словно не было в этом ничего необычного. – Ясно. И ты рассчитываешь захомутать его сегодня на вечеринке? – Да. Подсобишь? – Посмотрю, что можно сделать. – Ты лучший.

***

– И где он? – Он не придёт. – В смысле не придёт? – Я отыскал парня по имени Мин Юнги, выдал ему своё персональное уникальное приглашение, которое, между прочим, до этого выдавал всего два раза… – …и оба Намджуну… – …специально, чтобы он точно не пропустил. А он сказал, что такие мероприятия не для него, и лучше он останется дома. – Халтура, Джин-хён. – А что я мог сделать?! Насильно его притащить? Я даже не знаю, чем его можно было бы завлечь. Чимин вскинул брови, разведя руками в стороны. Джин цокнул языком. – Прости, но я не мог сказать ему «ты должен прийти, потому что одна сладкая задница хочет тебя оприходовать». – А теперь эта сладкая задница останется без одного композиторского члена. И всё из-за тебя! – Слышишь, сам в следующий раз будешь своих крашей по универу бегать искать. И вообще, на вечеринке будет полно других парней, ты быстро забудешь об этом своём Мин Юнги. – Легко тебе говорить, у тебя вон – твой умник есть, – надул губы Чимин. Джин посмотрел в сторону, куда кивнул Чимин, и улыбнулся так влюблённо, что надутые губки Чимина фыркнули, а их обладатель обиженно отвернулся. – С кем это он? – недоумённо нахмурился Джин и поспешил к своему парню. Чимина пробрало любопытство, а его падкость на разборки толкнула вслед за хёном через толпу прямиком к Намджуну.

***

– Не познакомишь нас? – вообще беспалевно и вообще без раздражения миленько улыбнулся Джин, не отводя взгляда от стройного парня с красивыми волнистыми прядями волос, что стоял подле Намджуна и ещё три секунды назад с ним разговаривал. Намджун обернулся на своего парня и абсолютно не улавливая его настроя представил знакомого: – Это Тэхён, я пригласил его сегодня, когда он... – Когда мы встретились за обедом, – вставил за него Тэхён, пожимая руку Джину и нарисовавшемуся рядом Чимину. Последний тут же встрепенулся: – О, я тебя знаю. Ты ведь лучший друг Чонгука? Тэхён как-то сразу помрачнел и вздёрнул подбородок. – Ты мне уже не нравишься, – процедил он сквозь зубы. Чимин тут же стушевался: – Я сказал что-то не то? – прошептал он, наклонившись к Джину. Тот пожал плечами. Внезапно Тэхён переменился в лице, глядя куда-то за спину парням. – А его кто сюда пригласил? – хмуро пробурчал он. Остальные обернулись, замечая в другом конце гостиной вышеупомянутого Чон Чонгука. – А, так они не ладят... – протянул Чимин, складывая губы в беззвучное "упс". Чонгук, в свою очередь, заметил Тэхёна и тут же помахал ему рукой, на что Тэхён лишь хмыкнул и демонстративно отвернул голову, складывая руки на груди. – Или скорее очень ладят... – поправил себя Чимин, делая пометку об очередной интересной сплетне. В следующую секунду он замечает за Чонгуком знакомую макушку, мгновенно теряясь и ощущая, как его бросает в жар. – Ты же сказал, что он не придёт! – взбудораженно прошипел он Джину, дёргая его за рукав. – Он так и сказал... Я не знаю, почему он передумал. Но Чимин уже не слушал, он готов был кинуться прямиком к своему крашу, однако слева прошмыгнула опередившая его тень. – Юнги-хён! – воскликнул Тэхён, направившись в сторону парня, и Чимин запутался окончательно. – Видимо, он и есть тот друг, о котором говорил Тэхён, – задумчиво протянул Намджун. На вопросительные взгляды друзей он пояснил: – Тэхён спрашивал, может ли он привести друга, очевидно, Юнги и есть тот самый друг. Какое совпадение... А что вы так смотрите? – Оххх, мамочки, кажется, меня ноги не держат, – Чимин и впрямь навалился на Джина, пытаясь совладать со своим волнением. – Этот друг Тэхёна – новый краш Чимина, – вздохнул Джин. – Так значит, ты пригласил Тэхёна, который пригласил Юнги, – рассуждал Чимин, а затем просиял, кидаясь Намджуну на шею. – Намджун-хён, я тебя обожаю! Я говорил, как рад, что вы с Джин-хёном вместе? – Говорил, – снисходительно улыбнулся Намджун, чуть смущаясь и мягко отодвигая от себя Чимина. – Ты же этому и поспособствовал. – Я просто устал смотреть, как Джин-хён безуспешно пытается завлечь тебя к себе на вечеринку, и решил вмешаться. – И хорошо, а то бы мы так и ходили вокруг да около. – Мы были такими неловкими... – рассмеялся Джин. – Ты был неловким, а Намджун просто тормозил, не понимая намёков, – закатил глаза Чимин. – Что бы вы делали без меня... – И мы тебе навечно признательны, – Намджун потрепал Чимина по голове, тот поморщился, но не сдержал самодовольной лыбы. – Ага, кто-то признателен, а кто-то в рабстве до тех пор, пока Чимин не, цитирую, "встретит свою настоящую любовь или хотя бы лучший перепихон в жизни". – Романтично... – И Джин-хён с радостью мне в этом поможет, потому как что может быть прекраснее, чем счастье и сексуальная удовлетворённость лучшего друга, не так ли, Джин-хён? – Несомненно, – едко улыбнулся Джин, и Чимин ответил тем же. – А теперь идём покорять сердца музыкантов.

***

– Хён! Ты нахрена Чонгука притащил?! Именно такой злой тэхёнов шёпот застали подоспевшие к троице друзья. – Он тебя вообще-то слышит, – лениво отозвался Юнги, чем пустил волну мурашек по Чимину, впервые услышавшему его голос. Нет, Мин Юнги точно нереальный. – И пусть, – буркнул Тэхён, обращая внимание на присоединившуюся к ним компанию. Он решил, что стоит пока отложить четвертование своего хёна. Не на людях же. Юнги с Намджуном обменялись кивками, а затем Юнги по очереди пожал всем руку, еле высвободившись из чиминовой, хозяин которой слишком перенервничал и сжал протянутую ладонь чуть сильнее положенного. Джин приобнял его за плечи, чтобы тот не терял связь с реальностью. – Ты же говорил, что такие мероприятия не для тебя, – не сумев скрыть своего разочарования, высказался Джин. – Так и есть, – скривился Юнги. – Но малой сказал, что ему нужна моральная поддержка. Кто ж знал, что такая… – Да, кстати, – вспомнил Намджун. – Что там с тем парнем, из-за которого ты... – Ничего. Он просто сам не знает, чего хочет, а страдают от этого другие. Чонгук, который стоял неподалёку и внимательно вслушивался во всё, что говорил Тэхён, мрачно уставился в его сторону. А Тэхён слишком уж упрямо на него не смотрел. Это не прошло мимо Чимина, и он сделал мысленную пометку. Он хорошо умел складывать два и два, ведь сам учил этому детей. – Ну это не повод сводить счёты с жизнью, – заметил Намджун, который явно был обеспокоен поведением младшего. Чимин с испугом уставился на Тэхёна, забавно приоткрыв рот. – Что?! Это правда?! Тебе нельзя умирать, нет-нет-нет, – с тревогой протараторил он. – Ты же такой... Нельзя лишать мир такой красоты! Тэхён недоверчиво окинул Чимина взглядом, но, поняв, что тот, похоже, на полном серьёзе это сказал, смягчился и произнёс: – Я тоже так решил, поэтому и передумал. – О как. А я уж думал, тебя мой обеденный сэндвич остановил, – хмыкнул Намджун. – Погодите, так это у нас в универе было? Ты со второго корпуса что ль собирался?.. – Юнги хохотнул. – Чел, не хочу тебя разочаровывать, но ты бы не разбился. Максимум ногу сломал. Тэхён уже хотел было съязвить, но тут вмешался Чимин: – Не дразни его, Мин Юнги! Его голос был сердит, что немало удивило Юнги, и он даже растерялся на мгновение. Но тут же нашёлся: – Это мой друг, я сам решу, дразнить мне его или нет! – То, что он твой друг, не значит, что можно так себя вести! Намджун и Джин зафейспалмили. Им был знаком такой Чимин. Фаза называется: "строгий учитель" – появляется внезапно, дико раздражает и, довольная произведённым эффектом, уходит в закат так же быстро, как возникает, оставляя своего носителя разгребать смущающие последствия. Вот и сейчас Чимин, видимо, так перенервничал, что вошёл в столь неловкий для окружающих режим. – А то что? – с вызовом хмыкнул Мин. – А то... А то... останешься без... – парень никак не мог подобрать, чем же можно запугать третьекурсника. – Ну-ну, без чего? – ехидно поддразнил Юнги, подходя ближе. – Без сладкого! – Чимин чуть ли ногой не топнул. – Вот так вот, понял?! Юнги в ахуе уставился на Намджуна, не понимая, про какое ещё нахрен сладкое говорит Пак. Уж не про себя ли? И тут же мысленно захлопнул варежку при осознании, что считает Пака сладким. Мин невольно подметил, что Чимин с этими надутыми губками и щёчками и впрямь ассоциируется с пироженкой. Самой сладкой пироженкой в столовке, той самой, на которую всегда очередь и нужно успеть. Намджун тут же поспешил успокоить своего друга: – Ну-ну, это уже совсем тяжёлая артиллерия, – он со смешком погладил по плечу Чимина. – Не гони лошадей, дай ему ещё один шанс. Насупившийся Чимин поднял указательный палец вверх: – Вам, молодой человек, очень повезло. Скажите спасибо своей очаровательной мордашке, она Вас спасла. Юнги, сведя брови, оглядывал остальных, ища в их лицах объяснение, его губы беззвучно складывались в чёткое такое "какого хуя". Джин, сдерживая рвущуюся улыбку, очень серьёзно проговорил: – Зная Чимина, тебе действительно стоит её поблагодарить. Он похлопал Юнги по плечу и поспешил ретироваться, желая оставить Чимина наедине со своим объектом обожания. Тот уже мало-помалу пришёл в себя и теперь, потрясённый собственным поведением минуту назад, безжизненно втыкал в пол. Юнги внимательно следил за сменой его настроения, думая о том, что не зря не ходит на вечеринки. Юнги усмехнулся, чем вытащил из транса Чимина, который заметил, что они остались одни. – Я... эм... извини за это, со мной бывает, – промямлил он, потерев затылок. – Ты типа местный чудила? – Я не чудила! – тут же взъерепенился Чимин, но увидев улыбку Юнги, сразу успокоился, улыбнувшись в ответ. – Может, немного... – Пффф... – беззлобно фыркнул Юнги. – Пффф, – машинально и как-то слишком энергично повторил Чимин, тут же закрывая себе рот рукой и округляя глаза. – Так, а это что за номер? – Юнги сложил на груди руки. – Прости... – сделал бровки домиком Чимин. – Я работаю с детьми, а там своя специфика коммуникации. Издержки профессии... – Это многое объясняет, – закивал Юнги, решая, что, пожалуй, может спустить это Чимину. Тут же промелькнула мысль, что только ему. Он поспешил отогнать наваждение: – Больше так не делай. – Хорошо. Ещё раз прости, – рука Чимина, вопреки его воле, сама потянулась к голове Юнги и легла на макушку, приглаживая волосы, как гладят детей за хорошее поведение. Юнги опешил. Плотно сомкнув губы, он хмуро поднял взгляд куда-то на свою чёлку, естественно, ничего не увидев, но показав весь свой скептицизм касательно совершаемого по отношению к его прическе действия. – Прекрати. – Не могу, – беспомощно проскулил Чимин, и не соврал. Сейчас он был рабом собственных порывов, а они прям так и кричали "трогай, щупай, прикасайся!", и если нельзя там, где хочется, то будет голова. Тогда Юнги медленно обхватил его запястье и аккуратно убрал ладонь со своей головы. Чимин воспользовался этим, взяв его за руку и удержав на пару секунд. Можно ли быть более очевидным, Пак не знал, но ничего не мог с собой поделать. Наблюдай Чимин со стороны, его бы наверняка стошнило от этих неловких телодвижений. Но Чимин не наблюдал со стороны, а являлся главным героем сего действия, и, честно говоря, был рад казаться полным придурком, пока эти чёртовы глаза смотрят на него. И смотрят без презрения или насмешки, что было бы вполне ожидаемо, а с улыбкой и даже интересом. – Чимин-а! – позвал материализовавшийся из ниоткуда Хосок, беря младшего за локоть. – Пойдём к остальным, а то они задрали кидать в вашу сторону взгляды и мне ничего не объяснять. Чон Хосок. Он протянул руку Юнги, и тот пожал её. Хосок одобрительно кивнул и потянул обоих за собой.

***

– Так ты тоже по парням, Юнги? Намджун сделал ещё один глоток фантастической маргариты, приготовленной Хосоком, допивая из своего бокала и глядя, как Юнги откашливается, подавившись. Джин толкнул своего парня локтём в бок, шикнув. – Что? – пожал плечами Намджун. – Я просто не ожидал. – Так вы знакомы? – загорелся Чимин и тут же смерил Намджуна обиженным взглядом. Как он мог не рассказать? Предатель. – Да, пересекались недели две назад, когда я помогал с выставкой их факультету. Так что? Я прав? – он снова посмотрел на Юнги. – С кем поведёшься, от того и наберёшься, – хмыкнул пришедший в себя после внезапного вопроса Юнги и поспешил парировать: – А у вас типа своя отдельная гейская тусовка? Он ещё раз обвёл всех взглядом, останавливаясь на Чимине, который тут же опустил глаза в свой бокал. Юнги улыбнулся. – Э! Ничего не гейская, я не с ними, – встрял Хосок. – Он из неопределившихся. – Ещё чего! Я давно определился. По девчонкам я. – Ага, опустим тот момент, что мы с тобой сосались на прошлой тусе, – Чимин хитро сощурил глаза, абсолютно не веря словам Хосока. Юнги на эту новость дёрнул бровями и пристально уставился на Хосока, сам не замечая, что сверлит его взглядом. Он и не понял, в какой момент мысль, что Чимин увлечён только одним лишь им – Юнги, успела вложиться в его сознание. А теперь оказалось, что есть ещё один претендент на место, которое он уже считал своим, хоть до этой минуты и не подозревал, что его настолько зацепил Пак. – Это было по приколу! – Ага, просто два бро сосутся. Твой член тоже заценил прикол. – Ой да подумаешь. С кем не бывало. – А ты мне ведь тогда язык в глотку засунул... – Так! – Хосок тут же зажал Чимину рот рукой. – Хватит на сегодня ностальгических воспоминаний. Чимин хохотал ему в руку, а затем лизнул, заставив отдернуть её. – Ага. Только когда в следующий раз текилы налакаешься, не присасывайся ко мне, у меня теперь свой объект воздыхания есть. – Хосок у нас не принципиальный, – рассмеялся Джин. – Ага, он к вам обоим присосётся, – поддакнул Намджун. – Даёшь тройничок! Все расхохотались, а Хосок закатил глаза и уткнулся в свой стакан, скрывая отнюдь не алкогольный румянец. – Пойду-ка я возьму ещё выпить, – произнёс Юнги, которого отчего-то бросило в жар. Он встал и ещё раз нервно посмотрел на смущенного Хосока и хохочущего Чимина, на мгновение пересекаясь с ним взглядом. Сглотнув, он отправился на кухню. Намджун увязался вслед за ним.

***

Встретившись у выпивки, Юнги с Намджуном взяли по пиву и молча чокнулись, пригубляя напитки. – Это что, тот самый парень из-за которого Тэхён концерт сегодня закатил? – Намджун глядел из кухни на Чонгука, который был тише воды ниже травы и всё крутил в руке пустой бокал из-под маргариты. – Зачем ты его позвал? – Этим придуркам надо нормально поговорить, а не сопливую дораму на пустом месте разводить. Намджун поджал губы, не решаясь затронуть щекотливую тему. Но поговорить об этом надо было. Сделав глубокий вдох и новый глоток пива, он решился начать: – И как часто у него возникают суицидальные намерения? Юнги закатил глаза, цокнув языком. – Да не пытался он помереть. Он у нас просто драма-квин с недотрахом. На самом деле он бы этого не сделал, это всё лишь чтобы перебеситься самому, ну и заставить других попереживать. Он так напряжение снимает. – А ты не боишься, что будет как в той притче о пастухе и волке? Мол, потом никто не поверит, и всё обернётся катастрофой? Это нужно прекращать... – Боюсь. Но знаю, что Тэхён слишком любит эту жизнь и себя в ней. И Чонгука. Что парадоксально – именно из-за него он чаще всего что-то подобное и выкидывает. Но, надеюсь, после сегодняшнего их диалога всё придёт в норму. Я хоть и его лучший друг, но, знаешь ли, тоже ему не мамка и бегать вечно с крыш ловить его, да в их отношения вмешиваться не могу, у меня своя жизнь есть. Вон, например, сидит, притворяется, что не следит за каждым моим шагом, – он кивнул в сторону Чимина, который тут же отвернулся, делая вид, что крышка от бутылки – самое интересное изобретение, которое он когда-либо видел. – Так ты заметил? – усмехается Намджун. – Сложно пропустить это мимо себя. – И что думаешь? – А ты ему отчёт будешь предоставлять? – Нет, просто переживаю за состояние уже своего друга. Он, конечно, не Тэхён, и трагедию разыгрывать не будет, но расстроится знатно. Будет ходить хандрить. Кому это надо? К тому же, Чимин – он такой... – Намджун улыбнулся, думая о друге, а Юнги терпеливо ждал продолжения. – Мне кажется, он – то, что тебе нужно, – на вопросительный взгляд приятеля он поспешил объяснить: – Не обижайся, но ещё когда мы познакомились, я заметил, что ты немного... нелюдим. Дёрганный какой-то, хамоват. А Чимин, – Намджун посмотрел на упомянутого парня, – твоя полная противоположность. – Я заметил, – изогнул бровь Юнги. – Он со мной как с ребёнком общается. А вот в моих планах немного другое... Намджун либо не понял, либо сделал вид, что не понял подтекста, и невозмутимо произнёс: – Он работает с детьми, его привычки немного специфичны, – Намджун пожал плечами. – Но у этого есть и другая сторона. Думаю, то тепло и непосредственность, которые он излучает, могут согреть твоё сердечко. Вот только, – Намджун нахмурился. – Имей в виду, что если из-за тебя он будет страдать, ты станешь врагом всем нам. А это перспектива не из благоприятных, уж поверь. Юнги снова закатил глаза. Не нужны были ему эти нравоучения аля старший брат моего парня. – Не боись, – Юнги потянулся к нагрудному карману джинсовки, выуживая оттуда сигареты с зажигалкой, которые ему месяц назад дал на хранение знакомый, да так и не забрал обратно. Юнги же счёл это прекрасной отмазкой, чтобы скрываться от неловких ситуаций, а сейчас это станет приманкой. – Я его не обижу, – Юнги подмигнул и поспешил скрыться на лестничной клетке, оставив хмурого Намджуна позади.

***

– Так что у вас двоих происходит? – дождавшись, когда Хосок с Джином уйдут подышать свежим воздухом, Чимин подсел ближе, увлечённо сверкая глазами. Взгляд Тэхёна полыхнул, а Чонгук стушевался. – Ничего, – выпалил он. – Да уж, – протянул Тэхён. – У тебя и впрямь ничего не происходит. Одно сплошное ничего. – Тэхён... – Кто-то просто слишком традиционен, чтобы рисковать ради меня. Чимин удивлённо поджал губы, мысленно поаплодировав Киму, не стесняющемуся открыто выражаться. – Прекрати, Тэхён! – тут же завёлся Чонгук. - Мы это уже обсуждали. – Да-да. Поверь, я хорошо это запомнил, – холодно отозвался тот. Его тон не оставлял никаких шансов, на какие бы Чонгук ни рассчитывал. У Тэхёна был лишь один вариант благополучного развития событий, и если Чонгук его не принимает, то пошёл он к чёрту. – Ну что мне ещё сделать, чтобы ты перестал меня избегать и мы снова нормально общались?! – Ты знаешь, что. – Тэхён, не надо так. Не могу же я просто заявить всем, что встречаюсь с парнем! – Почему нет? – встрял Чимин, делая глоток пива, и невольно бросая взгляд на кухню, где стояли Юнги и Намджун. В этот момент Юнги посмотрел на него, застав Чимина врасплох и вгоняя в краску. – Не вмешивайся, ты не понимаешь, – отмахнулся Чонгук. – Нет-нет, пусть продолжает, – возразил Тэхён. – Меня ты слушать не хочешь, может, если кто-то другой скажет, тогда послушаешь. Продолжай, Чимин, – он жестом дал добро. Чимин улыбнулся и снова заговорил. – Насколько я понимаю – а я в этом хорошо разбираюсь, – между вами уже что-то было, я прав? Может, по пьяни, может, на спор, а может просто ради интереса или из-за минутного порыва. Я, конечно, не очень знаком с Тэхёном, но что-то мне подсказывает, он не стал бы разводить драму из ничего. Так что да, что-то определённо было. И это что-то не даёт покоя вам обоим. И вам обоим понравилось, – он увидел, как сник Чонгук, и как Тэхён грустно и с обидой посмотрел на него. – Да, понравилось... И если Тэхён принял это и готов к чему-то большему, то ты, Чонгук, боишься. Это нормально, что у тебя есть сомнения, но не позволяй им испортить всё то хорошее, что ты имеешь. – Это сложнее, чем кажется. Я всю жизнь рос на определённых принципах и воспитании. Это сложно принять, у меня оно не укладывается в голове. – Раз ты позволил случиться тому, что случилось, значит, уже мыслишь более свободно, чем тебе кажется. Не отвергай это в себе. Не прячь. Не от Тэхёна. Он, возможно, тот единственный, кто может и хочет принять тебя настоящего. – Но он парень! – А что в этом такого? Ты взгляни на него, – Чимин оценивающе окинул фигуру Тэхёна своим коронным взглядом аля ничего себе какой сладкий попец и не пристроенный. – Эти кудри, эта талия, этот взгляд и умение держаться, а про то, какое обожание у него в глазах, когда смотрит на тебя, я вообще молчу. Вот так упустишь – и уведут. Ты думаешь, он вечно один будет? Друзьями вы уже быть не можете, так что либо ты забираешь его себе, либо теряешь навсегда. Представь, как видишь его с кем-то другим. Как этот обожающий взгляд больше не для тебя... Я бы застрелился. Тэхён смотрел на Чимина с открытым ртом, не веря, что он всё это говорит. Он осторожно переводит взгляд на Чонгука, и тот, судя по сжатым кулакам, сидит явно не логарифмические уравнения в голове решает, а напряжённо представляет описанную картинку. А затем его лицо меняется с недоумённого на какое-то абсолютно растерянное и испуганное. Он переводит взгляд на Тэхёна, и тот готов расцеловать Чимина, потому что в любимых глазах Тэхён видит осознание и страх. Но не тот страх, который мешает, а тот, который подталкивает к действиям. Вот и Чонгука подтолкнул, так как в следующее мгновение Чонгук встаёт, берёт Тэхёна за руку и ведёт из гостиной, чтобы остаться наедине. На лице Чимина – чисто чеширская улыбка. – Плюс один в копилку, – похвалил себя он, самостоятельно подтверждая своё звание лучшей свахи на районе. Но его улыбка тут же исчезла, когда он увидел, как Мин Юнги, держа в руках что-то уж очень напоминающее сигареты, вышел из квартиры. Ну уж нет, не в его смену.

***

– Ты что, курить пошёл? – возмутился Чимин, выскакивая вслед за Мином на лестничную клетку. – Да, какие-то проблемы? Мин обернулся к нему, подавив победную улыбку. В зубах он держал неприкуренную сигарету. – Да нет никаких проблем, просто не понимаю, как ты можешь брать в рот эту... каку. Юнги вскинул брови, с усмешкой глядя на парня и поражаясь только что произнесённому слову. Но Мин не был бы Мином, если бы не выдал: – Слышит Чимин каждый раз, когда берёт в рот чужой член. Чимин повёл плечами. – Это неправда. Когда я беру в рот чей-то член, я слышу отнюдь не это, – он сложил руки на груди и теперь уже настала его очередь усмехаться, когда Юнги закашлялся, подавившись кислородом, и выронил сигарету. – Хочешь, на тебе продемонстрирую? Мин уставился на парня в полнейшем ахуе. Он бы соврал, если бы сказал, что этот контраст "каки" и "хочешь продемонстрирую, как беру в рот" не срывал к чертям крышу. Пока ахуевал, он совсем не заметил, как Чимин вдруг изменился в лице, немного стушевавшись и опустив взгляд. Юнги уже начал было в голове перебирать, что он сделал не так, но внезапно Чимин потянулся к нему и чмокнул в щёку. Юнги приоткрыл в удивлении рот, на секунду выпадая из реальности и пытаясь осознать, что это было. Чимин всё это время мялся и в ожидании вердикта смотрел на Мина. Он тут вроде как раскрылся, а тот молчит. Сказал бы уже хоть что-то. "Ты мне тоже нравишься" вполне сгодились бы. "Иди, мальчик, лесом" – тоже хоть что-то, хотя бы сразу понятно. А тут гнетущая тишина. Но в конце концов Мин расслабился и выдал: – Ты тоже живёшь по принципу "с кем поведёшься, от того и наберёшься?" – Чё? – не понял младший. – Детский сад, а не поцелуй, говорю, – хмыкнул Юнги и притянул парня к себе, целуя сразу в губы и глубоко, так, чтобы все точки над "i" были расставлены и сомнений у Чимина в его намерениях не оставалось. Когда он оторвался, Чимин уже был на последнем издыхании, уткнувшись ему в шею и пытаясь унять головокружение. – Твои руки на моей заднице, – хрипло произнёс он, когда вновь обрёл способность говорить. – Ага. – Удобно? – Ещё как. – А мне вот не очень. Юнги цокнул языком и шлёпнул его по упругой ягодице. – Будешь выделываться, накажу. Я, знаешь ли, тоже своего рода воспитатель. Чимин улыбнулся, и Юнги почувствовал эту улыбку на своей коже, понимая, что только что вляпался во что-то охуительно затягивающее. Серьёзно и надолго.