Insane

— Мы обсуждаем твою продажу, Накахара Чуя, - с радостью в голосе отозвался незнакомец, излучая лишь спокойствие и уверенность. Могло показаться, что сейчас Чуя должен был начать истерить, хвататься за голову и отрицать произошедшее. А может и вовсе смириться, принимая свою судьбу без возражений, молча отдаваясь в чужие руки. Но Чуя не почувствовал от этих слов ровным счётом ничего. И не потому, что ему было наплевать, нет, а потому что он просто не понимал. Какую к черту продажу? — Что? - все, что смог выдавить из себя парень, складывая руки на груди и опираясь о косяк плечом, но взгляд его был явно потерянным. Ямато поднялся со своего места, начиная растирать ладони и ходить из стороны в сторону, кусая тонкие губы. Он бросал короткие и нервные взгляды на сына, а после вновь смотрел в пол. С каждой пройденной секундой Чуя хмурился всё больше, не понимая всей ситуации, и вообще, какого черта происходит? Не этим он хотел заниматься по возвращению домой. — В общем... кхм, как бы всё это объяснить. Этот молодой человек предложил нам одно... предложение? Боже, стоп, что я несу, - мужчина закрыл лицо одной рукой, пытаясь привести себя в чувства. Мать же внезапно громко всхлипнула и отвернулась. Парень, что сидел до сего момента молча, лишь слегка улыбаясь, поднялся с места и коснулся чужого плеча, смотря на Ямато. — Позвольте мне объяснить, - проговорил тот бархатным голосом, после чего повернулся к Чуе, осматривая его каким-то странным взглядом - Ваша семья испытывает трудные времена и вам крайне не хватает денег. Я готов предоставить вам крупную сумму, но взамен я заберу тебя с собой, - Накахара было открыл рот с возмущенным видом, но незнакомец предотвратил какие либо возражение жестом руки, продолжая - Не подумай ничего. Мне не нужен раб или слуга. Все твои полномочия и права остаются при тебе. Да, я заберу тебя с собой, но мы остаёмся в этом городе и ты продолжишь учиться. Гуляй где хочешь, с кем хочешь, когда хочешь. Делай что вздумается. — Тогда я тем более не понимаю, какая вам с этого выгода. Дать незнакомым людям крупную сумму и поселить в своем доме какого-то парня. В чем суть и где главный подвох? - Чуя сжал ладони. Странное чувство тревожности растекалось по его телу и обволакивало в плотную оболочку. — В чем подвох? Хм, - незнакомец задумчиво почесал подбородок, а после принялся поправлять закатанные рукава рубашки, словно вовсе потерял интерес к диалогу, пытаясь отвлечь себя, и Чуе пришлось выждать пару минут в тишине, прежде чем тот продолжил - Мне просто одиноко. А если кто-то поселится у меня дома и я смогу проявлять по отношению к нему заботу, мне будет лучше. От тебя же требуется хорошее отношение ко мне и принятие моей доброты. Ну, по собственному желанию можешь готовить мне завтраки, я буду рад. — Заведите себе собачку или девушку, в чем проблема? Итог такой же, только это будет гораздо больше приносить удовольствия, нежели какой-то парень, которого вы даже не знаете, - от слов Чуи на лице парня растеклась какая-то странная улыбка. Эта улыбка была неприятной, она таила что-то в себе, словно тот скрывал под ней свои истинные чувства и мотивы. И если Накахара прямо сейчас возьмёт и сорвёт кожу с чужого нахального лица, то под ней оголится что-то зловещее, что-то, что вгонит в ужас. — Я не хочу тратить абсолютно всё своё время на уход за кем-то. Мне нужен тот, кто не будет от меня ничего требовать, в случае чего, сам о себе позаботиться и все, что я буду делать, будет лишь моей собственной инициативой, понимаешь? - незнакомец подошёл ближе к Чуе, невесомо провел пальцами по его рыжим волосам, после чего положил ладонь на его плечо, чуть сжимая - Да, ты прав. Я тебя не знаю, - сказав это, он поджал губы и какое-то мгновение помолчал, словно думая, как продолжить - Но я встречал тебя несколько раз на улице и в кафе, в котором ты работаешь. Ты запал мне в душу, Чуя. Думаю, мы могли бы...- парень вновь замолчал. Было видно, как тот обдумывает каждое свое слово наперед и это напрягало Чую намного больше. Он никогда не доверял людям, которые так щепетильно относятся к тому, что им произнести. Как правило это указывало на то, что человеку есть что скрывать, он не договаривает или вовсе лжёт - могли бы стать друзьями. И сожителями, - всё таки договорил парень, отнимая ладонь от плеча Накахары. Чуя поджал губы, отворачивая голову в сторону, после чего принялся их покусывать. Нервозное чувство все больше и больше растекалось по его телу. Всё выглядело слишком сказочно и просто. И эта лёгкая нажива так и манила пальцем в свои грязные лапы, уговаривая согласиться на столь заманчивое предложение, от которого грех было отказаться. Но бесплатный сыр бывает только в мышеловке и Чуя не хотел добровольно идти в неё. Мозг так и кричал тревогу о подвохе, что здесь что-то не так и он ещё тысячу раз пожалеет. — Я не знаю, - выдавил из себя сипло Накахара, потирая ладони и пытаясь успокоиться от подобного действия. Незнакомец было хотел вновь что-то сказать, выпустить из себя этот приятный голос и приняться за новые сладкие уговоры, но прерывал его отец. — Чуя, послушай, - Ямато подошёл к сыну и сжал его плечи в своих широких и горячих ладонях, заставляя посмотреть на себя - Я прекрасно понимаю твои чувства и смятения. Но пойми, пожалуйста. Нам не хватает денег, твоя мать нуждается в хорошем лечении и нормальных лекарствах, а не в тех дешёвых подделках, которые мы можем позволить себе... — Я в норме и мне ничего не нужно. Я сразу об этом сказала! Как только мне станет лучше, я пойду на работу, как и вы. Прекратите решать за меня, словно я бесхребетное существо, - внезапно раздался голос матери. Говорила Айко надрывно, с хриплотой в голосе и отчаяньем - Я сразу же отказалась от этого предложения! Ямато, неужели ты собираешься отдать собственного сына какому-то человеку ради денег? Я- — Заткнись! - рявкнул мужчина и резко развернулся. Айко крупно вздрогнула и Чуя невольно тоже - Вечно ты думаешь только о других, а о себе никогда! Ты быстрее в могилу сляжешь, нежели сделаешь что-то для собственного благополучия и здоровья. И это ужасно, чтобы ты знала! - Ямато ударил кулаком по столу и чайник для заварки вместе с кружкой громко звякнули - С ним ничего ужасного делать не собираются, он будет в порядке. И ты должна тоже быть в порядке! Пойми, я принял это решение не из-за денег, а из-за тебя! — Подобные решения из-за меня принимать не нужно, я не хочу этого! - по щекам ее стекли горячие слезы - Ты подвергаешь нашего сына опасности, так нельзя поступать. Он не какая-то вещь, чтобы так распоряжаться его жизнью, - на последних словах её голос неприятно захрипел и Айко зашлась в приступе сильного кашля. Ямато подлетел к ней, придерживая за спину и протянул стакан с водой. Но глаза его по прежнему метали молнии, а руки тряслись от злости. — Какая к черту опасность? Всё будет с ним в порядке, я внимательно читал документ. — Ты точно что-то упустил, не может быть всё так идеально! - вскрикнула мать, как только отошла от кашля. Ссора началась с ещё большим оборотом. И Чуя сейчас не был похож на рассудительного студента, который мог всегда решить серьезные проблемы. Скорее сейчас он выглядел как маленький потерянный ребенок, который наблюдает за ссорой своих родителей и вот-вот расплачется от безысходности. Конечно, обычно он предотвращал их ссоры, которые к слову случались достаточно часто, но сейчас он не мог и шелохнуться, словно боялся. Незнакомец обошел его и положил ладонь на плечо Чуи, вновь сжимая, затем слегка поглаживая. Он наклонился пониже и выдохнул на ухо Накахары, заставляя спину покрыться мурашками, а по виску стекла маленькая капля пота. — Осаму Дазай - прошептал тот, убрав чужой рыжий локон за ухо. Родители никак не обращали внимание на них, полностью занятые собой. — Что? - Чуя немного повернул голову в сторону парня, переспрашивая, хотя он прекрасно всё услышал, просто суть слов не могла дойти до него сразу. — Осаму Дазай. Меня так зовут, - пояснил брюнет и осторожно протянул Накахаре листок. Тот взглянул на него с подозрением - Я бы с удовольствием дал подписать этот контракт только тебе, но ведь...тебе двадцать лет, не так ли? Совершеннолетие только через год, а значит твоей жизнью по прежнему распоряжаются родители. Потому сначала мне пришлось об этом сообщить им. И хоть они ругаются сейчас, твой отец уже все подписал, - Дазай вновь как-то странно улыбнулся и по спине Чуи прошел холодок от этого. Ну не внушал тот доверия и спокойствия - Но все таки я не хочу полностью лишать тебя прав на собственную жизнь, а потому копия контракта есть и для тебя, - он ближе протянул тот листок, ткнув его острым уголком в ладонь Накахары. Чуя внимательно следил за всеми действиями Осаму, совсем не шевелясь и словно не совсем был здесь, прибывая какой-то частью разума где-то в мыслях. Но его резко выдернули тем, что парень схватил Чую за челюсть и повернул голову рыжика в сторону родителей - Посмотри. Они ссорятся из-за тебя, - томный и тихий голос лился напрямую в правое ухо, словно гипнотизируя - Если ты прямо сейчас озвучишь свое решение, они успокоятся. Откажешься - ваша семья продолжит жить в бедности, твоей матери станет хуже. Она не поправиться чудесным образом и никакие молитвы богу не помогут, не услышит. А твой отец разочаруется в тебе, ведь именно ты мог помочь вам всем. А вот если согласишься - возможно, твоя мать будет печальна. Но зато пойдет на поправку в скором времени. Я ведь могу ей оплатить хорошее обследование в больнице и лечение. Хочешь? Я сделаю это. И ты всегда, в любой момент сможешь прийти к ней и навестить. Отец будет гордится твоим решением. А ты сам будешь жить в комфорте. Тело немного потряхивало от нервозности, от неизвестности того, что могло бы произойти в будущем. Он бы хотел прямо сейчас плюнуть в лицо этому Осаму Дазаю, послать его на три буквы и выгнать за порог, но останавливал его новый приступ кашля у матери. Отец прав - ей не помогает та дешёвка, которую они покупают. Денег катастрофически не хватает и мужская половина семьи уже измучила себя работой, а мать измучила себя болезнью и переживаниями за них. И ведь они даже не до конца знают что с ней, ведь денег нет даже на хорошее обследование. А тут пришел этот и предлогает им то, в чём так сильно они нуждаются и взамен просит лишь то, чтобы Чуя жил с ним? В какой чертов фильм попал Накахара? Дазай вновь тычет листком в руку Чуи, а после вкладывает в ладонь того ручку. Рыжий внимательно смотрит на эти махинации, а после чувствует, как невесомо касается чужая рука его спины, подталкивая к столу. Накахара медленно двигается вперёд и внимательно вчитывается во все строки, пытаясь найти в них какой-то скрытый подтекст. Но ничего необычного там не находит, из-за чего кусает сильно губы. Все слишком идеально, слишком хорошо. Он явно что-то упустил. Дрожащей рукой он сжимает ручку, сглатывая комок в горле. Голова гудит и вот-вот лопнет, а его мозги будут валятся по всей кухне, что вызовет ужас у всех троих. Но ничего не происходит и Чуя просто стоит над столом с занесеной ручкой, в очередной раз бегая глазами по строкам. Громко вздохнув, он подставил кончик ручки на поле для подписи и зажмурив глаза, быстро расписался. Теплая и приятная ладонь легка на его макушку, потрепав по рыжим волосам. Дазай сразу же забрал у него листок с ручкой, смотря на подпись Чуи. Он довольно и широко улыбнулся, а вот глаза странно забегали. Заметив это, Накахара сглотнул и опустил взгляд в пол. — Перестаньте, - громко озвучил Осаму, как только стёр с лица эту победную улыбку и ближе подошёл к родителям Чуи - Ваш сын принял решение, - он демонстративно показал им лист. Ямато молчал, поглядывая на Чую, а Айко трагично охнула и заплакала, подлетая к Накахаре и быстро его обнимая. Он обнял мать в ответ, прижимая к себе ближе и поглаживая по спине. — Ну мам, перестань. Я не на северный полюс улетаю, тихо. Я часто буду заходить, - та ему ничего не ответила, тихо шмягая носом куда-то в плечо. — Хочу кое о чем сказать вам. Подобные сделки нелегальны и если об этом прознают могут быть проблемы. Поэтому, надеюсь, что все вы достаточно умные люди, чтобы умолчать, - трое лишь напряжённо кивнули тому и Дазай вновь широко улыбнулся - Чуя, я даю тебе час на сборы. Тебе хватит? Накахара смерил его недобрым взглядом, прижимая ближе мать, успокаивающе поглаживая её по волосам. Они у неё тоже были рыжие, но менее яркие. — А деньги? - все, что ответил тот. — Ах, деньги, деньги...- Дазай вздохнул, прикладывая руку к груди, ближе к сердцу, после чего обошёл их и поднял небольшой чемоданчик с пола, который доселе не заметил Накахара, так как стоял тот за стулом у самой стенки. Осаму ввел четырехзначный код на замке и открыл его. Он полностью был забит связанными купюрами. Все трое пораженно уставились на этот чемодан и деньги в нем, не верили собственным глазам. Чуя оторвался от матери и взял в руки одну из пачек, снял резинку, что скрепляла их, и принялся рассматривать купюру за купюрой. — Они точно настоящие? - угрюмо поинтересовался Накахара, после чего к нему присоединился и отец, также начиная их рассматривать. — Идите хоть прямо сейчас в ближайший банк и проверьте. Подняв серьезный взгляд на Дазая, Чуя сощурил глаза, пытаясь разглядеть в нём что-то ужасное. Интуиция кричала о том, что с Осаму что-то не так, но вот что - понять было невозможно и это нервировало Накахару куда сильнее. Ведь неизвестность часто приводит к плачевным ситуациям и он уж точно не хотел в ней оказаться. Но что уж теперь думать? Его отец подписал контракт с самого начала. Чуя подписал его совсем недавно собственной рукой. И о том, что Дазай дал ему не копию, а совершенно иную бумагу, а отец подписал другой документ, он узнает совсем не скоро. — Часа хватит, - мрачно проговорил Чуя, положив деньги обратно. Лично ему они были совсем не нужны. — Хорошо. Жду тебя на улице у машины, - Осаму кивнул тому, мягко улыбаясь, после уходя из кухни, а затем из дома вовсе. Чуя проводил его долгим взглядом, сощурив свои ясно-голубые глаза, но оторваться его заставила чужая рука, что внезапно легка на макушку. Отец слабо потрепал его по рыжим волосам, создавая тем самым на голове непонятное гнездо. — Думаю это тяжело..вот так всё внезапно. Но ты молодец. И я тобой горжусь. Уверен, что у тебя все будет хорошо. Конечно, ты можешь за себя постоять и не дашь себя в беду, но...- фразу отец по итогу так и не продолжил. В голосе же зародилась нотка напряжённости и нервозности - ну, собирайся, Чуя. Парень посмотрел на отца, смерив его пристальным взглядом, после чего натянул на лицо лёгкую улыбку. В словах Яматы слышалась недоговаренность и это очень напрягало. И отныне в сердце Накахары поселяется чувство подвоха. Зайдя в собственную комнату, Чуя внимательно ее осмотрел, поджимая губы. Она была небольшой и плотно заставленая мебелью: в углу стояла кровать, рядом комод, напротив окна вместился стол и сразу за дверью небольшой шкаф. На стенах висели полки со всякой всяченой, а также различные плакаты, вырезки и афиши. Да, комната была маленькая, но Чуя всеми силами пытался предать ей уюта и у него, к слову, это вышло. Пройдя во внутрь, он стянул носки и ступил на мягкий ковёр возле кровати, зарываясь в него пальцами ног и чувствуя, как те пульсируют от усталости. Громко вздохнув, парень повалился на кровать и послышался неприятный скрип старых пружин, но это уже давно не раздражало Чую. Провалявшись так около десяти минут, Накахаре все таки пришлось подняться с глухим стоном и сесть на край кровати. Он вновь осмотрел комнату, соображая о том, с чего ему начать сперва. Собираться, если честно, не хотелось. Хотелось лишь упасть обратно на подушку и провалиться в глубокий сон. Хотя, возможно перед этим следовало бы сходить в душ, ополоснуть тело и поужинать, а вот потом уже сладко спать. Да, именно. Вот так бы он хотел провести свой вечер, но увы, его планы с крахом разрушили. Поднявшись с места, Накахара потянулся, громко хрустя позвонками и вздыхая. Подойдя к шкафу, он отварил дверцы, осматривая его содержимое, после чего вытащил из всего хлама две спортивные большие сумки. Раскрыв их, он вытряхнул какой-то песок, пыль и еловые иголки на пол. Когда-то он брал эти сумки для походов в лес и всегда в них оставались крупицы прошлого отдыха, которые Чуя никогда не вытряхивал сразу. Во второй сумке парень нашел сухой пожухлый листок и слегка улыбнулся, вспоминая свой последний поход. Тогда они поехали вместе с отцом и Чуя уговорил взять с собой Рюноске и Руби. Они провели на природе трое суток. Там было озеро, которое оказалось огороженным деревьями, в основном преобладали там сосны. Затем простиралась длинная песчаная дорога с множеством ям или кочек, потому они еле доехали на своей то машине. А вот по другую сторону находился огромный лес. В основном эти три дня они рыбачили, пару раз искупались и гуляли, петляя меж деревьев, паралельно отбиваясь от комаров да паутины. Они не охотились, но смогли издалека поглазеть на двух зайцев и множество белок, а на обратном пути, когда уезжали, дорогу перебежала лисица. Визгов от студентов было уйма, а Ямато лишь хрипло смеялся над ними. Лисица правда не была красавицей как в сказках, она была облезлой, маленькой и худой, а шерсть не была ярко-рыжей, скорее коричневого оттенка, но это не помешала испытывать им воодушевлённые эмоции. Чуя улыбнулся своим воспоминаниям, все ещё держа листок в пальцах и крутя его, а после резко сжал и листочек в одно мгновение превратился в не более, чем труху, которая тоскливо посыпалась на пол. Наконец, Накахара все таки удостоился того, чтобы начать собирать вещи. В одну сумку он сложил практически всю свою одежду, её у него было не много, поэтому она легко уместилась, не считая зимних, осенних курток и нескольких ботинок. Во вторую же сумку он отправил всё остальное: пару учебников, книги, две фоторамки, записную книжку, расчёску и прочую мелкую утварь. Нацепив рюкзак, который он таскал с собой на учебу, он кое-как поднял сумки и кряхтя вышел в коридор. Там уже стояли родители. Айко молчаливо утирала слёзы, порой качая головой и шепча мужу, что они поступили неправильно. Мужчина же в свою очередь молчал и вообще ничего не отвечал, лишь смотрел на сына серьезным взглядом. Чуя внимательно осмотрел родителей. Всё происходящее казалось ему полным бредом и немыслимой ситуацией. Да как вообще это все произошло? Он в каком-то индийском фильме для домохозяек? Натянуто улыбнувшись родителям, он заключил их в объятия. Мать уткнулась лицом куда-то в плечо, а отец потрепал его по макушке. Все трое напряжено переглянулись. Чуя, нацепив на плечи тонкую ветровку, вновь поднял сумки и кивнул обоим. — Ну, пока. Доброй ночи. Я буду часто заходить, - негромко проговорил парень, закусив изнутри щёку. — Береги себя и будь осторожен. А если что-то будет не так, обязательно заканчивай все и беги домой. Мы что-нибудь придумаем, - проговорила Айко Накахара и в конце громко всхлипнула. — Мам, ну перестань. Хватит думать о плохом, может, у меня всё будет замечательно, - ласково произнёс Чуя и сам не знал, кого убеждает в этом больше, себя или мать. — Да, конечно. Прости. — Будь осторожен, - отец похлопал того по плечу и слегка сжал. Чуя кивнул ему и улыбнулся, после чего отварил дверь своего дома и вышел на улицу. Прохладный воздух сразу же ударил в лицо. Свет от заката медленно уступал тьме, а на востоке, где небо уже поглотила ночь, можно было увидеть несколько звёздочек. Чуе с самого детства очень нравилось ночное небо и он обожал в теплые времена года лечь на траву и долго рассматривать звёзды. Он отыскивал Большую и Малую медведицу, созвездие Дракона и Кассиопею. Он даже намеревался заняться изучением астрономии, ведь она так сильно его тянула, но в итоге задумки, остались лишь задумками. Какое-то время он рассматривал тьму на небе и на уходящий теплый оттенок на нём, словно в воду после светлых красок внезапно капнули черной гуашью. Уже виднелся месяц и Чуя также задержал на нём свой долгий и изучающий взгляд. Подул ветер и кругом зашелестела листва деревьев, заглушая все другие звуки, словно намеревалась огородить его от всего вокруг: от собственного дома, от предстоящей поездки, от людей и пейзажей перед глазами, от собственных мыслей. Мимо промчалась маленькая синица и заметив такое резкое шевеление, Накахара проследил за ней взглядом, слегка улыбнувшись. Оттягивать момент больше было невозможно. Чуя уставился вперёд, на дороге стояла белая Honda CR-V с тонированными окнами. Окно водителя было опущено и оттуда виднелся Дазай с вытянутой рукой. Его отрешенный, ничего не выражающий взгляд был направлен куда-то перед собой. Накахара проследил его траекторию, Осаму наблюдал за двумя голубями. Маленькая и аккуратная голубка сидела на месте и беспрерывно вертела головой, а самец, весь нахохлившись, ходил вокруг неё и громко урлыкал, периодически пытаясь нагло залезть на неё, но эта дамочка смахивала паршивца взмахом крыльев. Чуя хмыкнул на увиденную картину и двинулся к машине. Дазай же сразу заметил шевеление недалеко и лёгким движением пальцев отшвырнул от себя окурок, который доселе держал. Он вышел из машины и внимательно уставился на парня, а Накахара буравил его недовольным взглядом. Осаму вскинул вопросительно брови. — Почему ты так смотришь? Что-то не так? - изрёк он, не понимая внезапно появившуюся раздражённость на лице юноши - К слову, это я должен быть недоволен. Час прошёл уже давно. — Вы свинья, раз выкидывает мусор на землю, - грубо ответил рыжий, искусно проигнорировав замечание. Чуя терпеть не мог, когда кто-то разбрасывал мусор по улицам и Руби с Рюноске не раз получали по шапке за подобные провинности. — О, - Осаму удивлённо посмотрел на окурок, что всё ещё дымился в траве. Он быстро подошёл и поднял его с земли, после чего прошел вперёд и выкинул в мусорный бак. Возвращаясь, на его лице была лёгкая и непринуждённая улыбка, а глаза вновь выражали что-то странное - Такого больше не повторится, хорошо? Чуя внимательно посмотрел на него, сжимая губы в тонкую полоску и нехотя кивнул, отворачивая голову в сторону. Дазай ярко заулыбался, сразу же принимая у того тяжёлые сумки и закинул их на заднее сиденье. Накахара было хотел сесть туда же, рядом со своими вещами, но Осаму перегородил ему путь рукой, покачав головой. — Садись на переднее, рядом со мной, - ласково проговорил тот, закрывая заднюю дверь и Чуе ничего не осталось, кроме как сесть вперёд. В салоне пахло табаком, немного бензином, кожей и ещё какой-то хернёй, судя по всему вонючкой для машины, что висела у зеркала заднего вида, но пахла она явно не очень. Обшивка салона выполнена из черной кожи и она была либо новой, либо хозяин машины через чур бережно ухаживал за ней, потому что на вид было ощущение, что машина только из салона. Сев на сиденье, оно тихо и неприятно проскрипело, а кожа на голых ногах моментально начала прилипать. Всё таки нужно было переодеть шорты, подумал Чуя. — Ты ужинал? - поинтересовался Дазай, как только уселся на место водителя. — Нет. — Тогда отлично. Перед выездом я приготовил рагу с картофелем, буду безумно рад, если ты попробуешь и оценишь мои кулинарные навыки, - радостно проговорил он и Чуя даже не знал, что ему ответить, но Дазаю ответ не требовался. Он, весь преисполненный радостью, повернул ключ зажигания, заводя машину и спустя какое-то время они тронулись. Всё вокруг наполнялось огнями, оживала ночная версия города и признаться честно, Чуе она была по душе больше. Небо полностью поглотила тьма и лишь бесчисленное количество звёзд озаряли его, манили взгляд своим светом. Зелёные и пышные деревья иногда покачивались из стороны в сторону под играми ветра. С наступлением ночи, он значительно поднялся, потому что душным днём от него не было и намёка. Накахара внимательно смотрел на сменяющиеся картинки за окном, но за счёт того, что машин толком не было, Дазай достаточно сильно разогнался и потому движущиеся пейзажи превращались в одно сплошное месиво из разных красок. Лишь изредка у Чуи получалось выцепить взглядом то неоновую вывеску магазина, то шумную компанию подростков, то окно дома, в котором кто-то танцевал. В машине играла Hold On - Chord Overstreet и Дазай постукивал пальцами по рулю, помахивая головой, явно наслаждаясь мелодией, а в какой-то момент и вовсе принялся подпевать. — Вернись, ты всё ещё нужна мне, - раздался тихий голос и Чуя бы солгал, если бы сказал, что Осаму петь не умеет и ему не нравится - Разреши мне взять тебя за руку, и я смогу всё исправить, - пропел тот и немного приоткрыт окно со своей стороны. Прохладный воздух сразу же наполнил салон и волосы брюнета начали развиваться во все стороны - Клянусь любить тебя всю свою жизнь, - на этих словах он повернулся к Чуе и посмотрел прямо в глаза. Накахара уставился в ответ, непонимающе поднимая бровь, но когда Дазай продолжил петь, то смотря на дорогу, то на Чую, тот не выдержал и отвернулся обратно к окну. Когда песня закончилась, Дазай замолк и до самого конца, никто из них больше не обмолвился и словом.

***

Машина заехала на песчаную дорожку возле дома и под колесами приятно захрусители маленькие камушки. Вокруг был подстриженный газон с ярко-зеленой травой. Дом был аккуратный и приятный на вид, выполнен в бежевом цвете, а крыша темно-коричневая. Хоть он был и небольшой, но двухэтажный, и для одного человека он был с излишком места. Но зато Чуя мог порадоваться тому, что у него явно будет своё личное пространство в этом доме. Может, он зря надумывает на этого парня? Может, ему действительно просто одиноко, но жизнь сложилась так, что у него никого нет. Рядом с домом, на газоне, расположились несколько деревьев и красивая беседка. Она была сделана из изящно вырезанного дерева и Накахара невольно восхитился этой красоте. Покрашена та была в белый, а крыша в фисташковый оттенок и выглядело это действительно обворожительно. Дазай остановил машину на специально отведенном месте для неё возле дома, после чего заглушил матор и настала внезапная и приятная тишина. Они выбрались из автомобиля одновременно, предварительно захватив вещи Накахары, далее идя в сторону дома. Чуя всё гадал, какой там интерьер. Там нет ничего необычного или же, зайдя внутрь, он ужаснется? А может, все будет в ярких цветах и ещё какой-то психоделической херне, подтверждая, что у этого парня не все дома? А может, это будет просто красивый дом с современной гостиной, кухней и прочим, и вообще выглядеть он будет, как в рекламе? А может Чуя и вовсе сейчас увидит дом в стиле Барби или Хэллоу Китти... Но зайдя во внутрь, вся его фантазия мигом оборвалась. Это был самый обычный дом и по большей части здесь всё было в теплых и нейтральных оттенках. Интерьер не был выполнен в каком-то определенном стиле, скорее, здесь всё покупалось из разряда - что понравилось, то и купил. А Дазай его по такому же принципу приобрёл? Он теперь тоже часть этого места? — Уф, я никогда никого не заселял к себе. Даже и не знаю, что предложить сперва! - спустя долгое время подал голос Осаму, осматривая свой собственный дом, а после остановился взглядом на Чуе. Он внимательно обвёл глазами силуэт Накахары, явно пытаясь зацепить побольше деталей и, что очень привлекло его внимание, так это красные следы над подколенной ямкой от кожаного сиденья автомобиля. Выглядело это забавно - Что сперва ты хочешь сделать, Чуя? Осмотреться, поужинать, а может сходить в душ или- — Я бы хотел заселиться в свою комнату, - перебил его Накахара, посмотрев в его глаза и заметил, как мышцы на лице парня дёрнулись и по каким-то непонятным причинам, он явно был недоволен ответом юноши. — Признаться честно, - тихо заговорил Дазай, практически шепотом - я хотел, чтобы ты спал со мной в одной комнате, - ещё более тихо продолжил тот, но Чуя смог услышать и крайне удивился чужим словам - Но, видимо ты ещё к этому не готов и я дам время тебе привыкнуть! У меня есть свободная комната, пойдем, - и нацепив явно фальшивую улыбку, он махнул рукой, чтобы Чуя шел за ним, и направился к лестнице. Накахара двинулся следом. По пути он внимательно осматривал дом, пока они поднимались на второй этаж и шли по небольшому коридору. Чуя подметил, что Дазаю нравятся ковры, потому что их здесь было много и они лежали практически на каждом шагу. Так же на стенах висело много картин. Какие-то были простыми натюрмортами, несколько картин представляли собой абстракцию, и Чуя, к слову, никогда не понимал подобное искусство, сколько бы он не смотрел. А от некоторых картин у парня бежали мурашки. Например, у одной из дверей, в конце коридора, была картина Сатурна, что поедал своего сына. А ещё на входе, Чуя успел мельком зацепить картину Отрубленных голов Теодора Жерико. Когда они подошли, судя по всему, его комнате, Чуя расслаблено выдохнул, заметив рядом с дверью картину с прекрасной дамой в розовом платье, что была подписана, как «Счастливые возможности качелей». Комната оказалась просторной и куда больше его собственной, которую пришлось оставить в родительском доме. Судя по всему, это была гостевая. Здесь расположился кофейного цвета шкаф и под стиль ему, две тумбочки рядом с кроватью. Кровать же была двуспальной, с несколькими подушками и аккуратно заправленной. Огромное окно, обрамленное тюлем нежно-желтого цвета, распрастерлось напротив дверей, а вид из него был ровно на ту самую беседку, что приметил для себя Чуя. Здесь же находился большой пушистый ковер бежевого цвета, небольшая картина с натюрмортом, маленький стол со стулом и несколько горшков с растениями, одно из которых представляло собой пальму и зацепило взгляд Чуи. Комната выглядила действительно комфортно и она очень даже понравилась Накахаре. А если ещё и обжить её, так вообще ахуенно, подумал он про себя. Парень внимательно всё осмотрел, провел пальцами по поверхности стола, скинув свои сумки на пол и чему-то улыбнулся, поворачиваясь после к Осаму. — Мне нравится. Здесь неплохо, - и только стоило ему сказать эти слова, как Дазай тут же весь засветился от радости, расстягивая губы в широкую улыбку и глаза шире раскрыл, уставившись на Чую. — Что ж.. думаю, что вещи ты можешь разобрать потом, ведь так? Чего хочешь сперва: поужинать или осмотреть дом? - Осаму ерзал на месте, постоянно нервно поправляя рукава рубашки и переступая с ноги на ногу. Ему явно нетерпелось приступить ко всему и сразу. Чуя ненадолго задумался, отводя взгляд. — Ну... думаю, можно и дом осмотреть,- тихо проговорил тот и пожал плечами, после чего его тут же схватили за руку и повели обратно на первый этаж. Дазай привел его в гостиную. Здесь стоял бежевый диван, укрытый узорчатым пледом, рядом кофейный столик, на котором стояла ваза с немногочисленными фруктами, напротив висел плазменный телевизор. Чуть поодаль стояло одинокое белое кресло с жёлтой подушкой на нем, рядом находился торшер, а вокруг этого уголка валялось несколько книжек, название которых Чуя не стал читать. Под ногами расположился коричневый ворсовый ковер. Осаму прыгал из стороны в сторону, воодушевленно показывая каждый предмет и приговаривая, что Накахара может делать, что ему вздумается. В гостиной была арка, которая вела прямиком в кухню, именно туда они далее и отправились. Она не представляла из себя ничего интересного, обычная кухня, выполненная в серых и серебряных тоннах, глянцевая и до некомфортного чистая, словно здесь и не готовили никогда в жизни. На противоположной от плиты стене висел темный натюрморт с фруктами, а прямо под ним расположился маленький столик с двумя деревянными стульями. Дазай подробно показал, где что находится и как всё работает, после чего их осмотр кухни кончился и они побежали в ванную. Точнее, побежал Осаму, а Чуя лишь быстро пошел за ним, стараясь не отставать и всё дивился его гиперактивности. Ванная была такая же светлая и обычная. Бело-голубая плитка на стене и дымчатая плитка на полу, раковина, над ней шкафчик с зеркалом, несколько полотенец рядом и ванна в углу комнатки. Единственное, что привлекло внимание Чуи, так это защитная полупрозрачная шторка с желтыми уточками. И опять же, здесь было до чертиков чисто, ни единой лишней капельки воды не было даже. Туалет расположился в соседней маленькой комнатке и кроме унитаза, туалетной бумаги и полки с моющими средствами там ничего более не было. Накахара думал, что на этом осмотр дома закончится, ведь ничего больше ему не было нужно, но он ошибался. Дазай повел его в свою комнату. И Чуя ожидал и представлял многое, но не то, что увидел. Комната была очень большой, но здесь было минимальное количество мебели, которая вся выполнена в темных и мрачных тоннах... В углу стояла односпальная кровать с серым постельным бельем, над кроватью висел светильник, хотя светильником назвать то было сложно, скорее это железка с лампой на конце. В другом углу расположился большой дубовый шкаф, а рядом с ним стол с черным кожаным стулом. В комнате было пару полок с книгами и над кроватью висела жутковатая картина: на ней была изображена девушка, на который восседал черт, а из-за зановесок выглядывала голова слепого коня. При взгляде на эту картинку, по коже Накахары побежали мурашки, он прищурился, пытаясь прочитать название: «Ночной кошмар»: Генри Фюссли, 1781. Чуя уже было хотел отмазаться дежурной улыбкой, кивнуть и выйти отсюда, чтобы вернуться обратно туда, где тебя окутывает уют и теплые цвета, но в последний момент заметил кое-что интересное. В самом углу, рядом с окном, которое обромляли платиновые зановески, стояла маленькая тумба, а на ней небольшая клетка с двумя этажами. Чуя сделал несколько шагов ближе, чтобы рассмотреть лучше и только после этого заметил в клетке крысу, что сидела где-то внизу, держала в розовых лапках семечко и грызла его, подрагивая своими усиками. На лице Накахары тут же мелькнуло очарование мелким грызуном. Он сразу же забыл о неприятной комнате и подошёл впритык к клетке, наклоняясь ниже и рассматривая крысу. Грызун, увидев новое лицо, выронил семечко и весь вытянулся, принюхиваясь и смешно дёргая носиком, после подбежал к прутьям клетки и схватился за них лапками. — Можно его достать? - воодушевленно спросил Чуя, поворачиваясь к хозяину этой милой пушистой колбаски и Дазай тут же расплылся в улыбке, несколько раз кивая. — Конечно можно, - уркнул тот и открыл дверцу клетки. Чуя тут же подставил ладони и крыса медленно, осторожно выползла из своего убежища, аккуратно забираясь на руки рыжего, не прекращая обеспокоено дергать усами и принюхиваться. — Как его зовут? Это же он? - с энтузиазмом спросил, осторожно поднимая крысу выше и начиная чесать его между ушек, после зарываясь пальцами в черный мех животинки. — Да. Зовут Федор, - тихо ответил тот, наблюдая за тем, как Чуя наглаживает грызуна, прижимая его к себе и протирается о маленькое теплое тело щекой. — Федор? Необычное имя для крысы...а почему Вы решили назвать его так? - интересуется Накахара, но на собеседника даже не смотрит, будучи полностью увлеченным Федором, что сидел в его ладонях, а после, внезапно пополз по руке вверх, забираясь на плечо и вставая на задние лапки, начиная осматриваться. — Прошу, обращайся ко мне на ты, - Осаму улыбается и подходит к ним ближе, вставая совсем близко, после чего замолкает и думает над ответом. Он оглядывает комнату, поджимает губы и упорно молчит. Его взгляд падает на полки с книгами, пробегается по названиям и авторам, только после этого возвращая свои глаза на Чую, чтобы удостоить его своим ответом - В честь одного хорошего писателя, - в итоге отвечает тот, но в голосе слышится какая-то нотка иронии. Накахара решает не обращать на это внимание и лишь пожимает плечами, кивнув тому и возвращается обратно к крысе, которая уже успела забраться по его волосам на макушку. Прошло ещё несколько минут и Дазай молча наблюдал за тем, как Чуя тискает крысу в руках, после чего забрал животное у него и посадил обратно в клетку, закрывая. — Ты ещё успеешь замучать его. Пойдем ужинать, - ответил тот, улыбаясь дежурной улыбкой и осторожно взял Чую за предплечье, собираясь вывести из комнаты. Накахара убрал чужую руку и двинулся к выходу сам, но его взгляд внезапно что-то зацепило. Он остановился и посмотрел на стол рядом с ним, осторожно подцепляя пальцами маленькую фотографию. На ней был он, Чуя, который шел по небольшому мосту вместе с Рюноске, направляясь в сторону института. — Откуда у тебя моя фотография?