Нам осталось только выжить

Немного погодя мы все же отправились в комнату. Ничего интересного так и не нашел. Было решено сжечь вещи в душевой комнате, где-нибудь ночью. — Не хочешь рассказать, что все-таки ты видел тогда, перед тем как мы ушли? — Эх все-таки помнит. — Сначала открылась дверь. Оттуда выглянула Рюджин, но ее глаза были. Знаешь, мутными такими… И кожа бледная-бледная. Она сказала мне, что она мне заждалась. Я повернулся к тебе, но ты был таким же. Я подошел к стене. Рюджин подползала все ближе и ближе, а ты молча сидел и улыбался. — Это было очень жутко. Казалось, что я пересказываю какой-то момент из ужастика, но кто бы мог подумать, что этот ужастик окажется моей жизнью. — Нехило, часто так? — Не знаю считать ли тот сон. — Нет. Первый раз. — Ну я почти не соврал. — Ликс, теперь объясни ты. Зачем ты оторвал имя на своем листке? И почему у Лии имя было Джису? — Феликс заметно напрягся. Ну не мог же он мне про имя врать, так? Да и зачем ему это? К тому же все его называли «Феликс». — У Джису был псевдоним — Лиа. Поэтому все и привыкли ее так ее называть. — И после этого он замолчал. Так и не ответил на мой вопрос, зараза. — А ты? — Я постарался прямо намекнуть ему. Может он не считает это важным, но все же. У меня появился вариант, что у него тоже другое имя, а «Феликс» это его псевдоним. Странно почему он просто не может сказать об этом. — А я. — Но ему не дали договорить. Феликс отвлекся на открывшуюся дверь. Я не понимаю у них тут прикол такой, двери открывать в интригующие моменты? — Феликс, можешь дать что-нибудь? — Это был Джисон. Он выглядел. Уставшим. — Дать, что? — По Феликсу было видно, что он как никогда был рад видеть Джисона. — Ну. что-нибудь. — Я и вправду начинаю задумываться не специально ли они так «вовремя» заходят. Зачем Джисону «что-нибудь» и почему именно сейчас. Может у Феликса есть пульт, по которому он по очереди вызывает каждого за «чем-нибудь». Звучит смешно. Эти мысли заставили меня невольно улыбнуться. — Ну блять, подушку возьми, я не знаю. — Хорошо, по Феликсу было видно, что это не подстроено. Он встал с кровати и подошел к Джисону. — Нет, Феликс, дай какую-нибудь таблетку что ли. — Странный он какой-то сегодня. — Хан, ты можешь нормально объяснить? — Джисон взял Феликса за руку и увел. Я поспешил пойти за ними. Мало ли кто еще выглянет из-за этой двери. Шли они быстро, но все же я успел их догнать. Феликс обернулся и взял меня за руку. Таким строем мы дошли до комнаты Хана и Минхо. Зайдя, мы застали такую картину. В комнате бардак. Открыто окно. А на подоконнике кто? Минхо. Кто же еще. — Эй-эй-эй, Минхо, ты че удумал? — Феликс пулей подбежал к Минхо. Ухватил его за талию и стащил с окна. Минхо даже не сопротивлялся. Я в этот момент держал Хана, который агрессивно пытался пробраться к двум другим парням. Феликс посадил Минхо на кровать. А тот выглядел так безжизненно. Гигантские синяки под глазами, будто не спал несколько дней, хотя может так и было. Сами глаза красные-красные. Он очень сильно похудел за такое короткое время. У него аж кожа побледнела вся, вены начали выступать. — Хен, закрой окно, я сейчас вернусь. — Я отпустил Джисона и пошел выполнять указание Феликса. Хан быстро подбежал к Минхо и буквально вцепился в него, прижимая его голову к своей груди. — Ты совсем дурак что ли? Ты чего наделать хотел? Совсем одного оставить нельзя? А ты обо мне подумал? Как я без тебя буду, а? Ты не представляешь как ты меня сейчас напугал, дурак. Ты просто скажи мне, что ты там забыл? — Джисон продолжал заваливать Минхо безответными вопросами. Параллельно поглаживая того по голове. Я закрыл окно и заставил его вещами, чтобы точно больше такого не повторялось. К этому моменту уже вернулся Феликс. — Вот успокоительное. — Он протянул одну таблетку Минхо, а вторую Джисону. — Мне не нужно. — Джисон поспешил отказаться. А Минхо продолжал не реагировать. — Нет, Хан. Ты себя видел? Тебя трясет сильнее чем осину на ветру. — Я понял, что сейчас мне лучше выйти. К тому же все, что мог — я сделал. Выйдя из комнаты я немного пожалел об этом. Все те же пустые коридоры… Ветер дует по ногам. Жутко. В какой-то момент меня осенило, что кого-то не хватает. —А где Юна? — Я заглянул в комнату. Моим глазам открылась такая картина: Феликс сидит на корточках перед кроватью и держит за руки Минхо. Видимо они тихо о чем-то говорили. Джисон сидел рядом и слушал их. Они все обратили на меня внимание и повернули головы. Видимо Минхо стало лучше. — Не знаю. Можете с Джисоном комнаты посмотреть? — Феликс, мне вот знаешь, с тобой как-то легче было бы. Но Джисон лишь кивнул и подошел ко мне. Ничего не оставалось. Мы вышли из комнаты и направились куда глаза глядят. — Как ты себя чувствуешь? — Мне не о чем было с ним говорить. Но все же попытаться стоит. — Сейчас уже хорошо, но было страшно. — Дальше мы шли молча. Пройдя три комнаты мне пришла идея. — Слушай, может она в комнате Рюджин? — Джисон согласился со мной. И мы направились в ту сторону. Как жаль, мы оказались правы. Юна сидела на кровати Рю и просто смотрела в стену. — Эй, Юна? — Джисон пошел к ней. А я почему-то не могу сдвинуться с места. Джисон подошел к девушке и начал успокаивать ее. — Хан, я пойду обратно, хорошо? — Я не мог оставаться в этой комнате. Обстановка очень душила. Наверное не совсем правильно было оставлять Джисона одного, но я не мог иначе. Мне срочно нужно было вернуться к Феликсу. Дойдя до комнаты, я последовал примеру всех здешних людей и не стал стучать. — Юна была в комнате Рю, Джисон сейчас успокаивает ее. — Я совершил ошибку подняв глаза. Минхо был слишком близко к Феликсу. Настолько близко, что их губы соприкасались. Когда они увидели меня, оба отлынули друг от друга. — Вы че ахуели?.. — Единственное, что вырвалось из меня. К глазам подступили слезы. Но они быстро высохли, даже смахивать не пришлось. Феликс сразу встал и почти побежал ко мне. Но нет. Хватит. Я закрыл дверь перед его носом. Я чувствовал, что он стоит около двери. Но я не собирался ее открывать. Моя рука будто вросла в ручку. — Джинни, открой дверь, пожалуйста. — Мне было противно от его голоса. Противно от того, как он называет мое имя. Но больше все противно от себя, потому что я уже готов открыть эту чертову дверь. Нет. Не могу. Я развернулся и ушел. Единственный путь шел в комнату. Я хлопнул дверью так, что она то гляди сошла бы с петель. Во мне взбушевались все чувства. Злость и обидна конечно торжествовали. Буквально через минуту в комнату вошел Феликс. Он постучался. Наконец-то, они и вправду умеют это делать. Я сидел спиной к двери, поэтому не видел как он вошел. Но признаю, это было довольно тихо. — Хенджин, ты не правильно все понял. — Ну конечно. Банальнее ничего придумать не мог? — Ну да, давай, скажи еще, что ему просто в глаз что-то попало, вот ты и рассмотреть пытался. — Во мне сейчас кипело столько злобы. Феликс встал сбоку меня. Его ошибкой стало то, что он решил положить свою руку на мое плечо. Я встал перед ним и со всей силы отвесил нехилую пощечину. Феликс конечно, никак раньше не обижал меня, но сейчас он тоже не выдержал. Дальше уже я огреб по полной. Феликс ударил меня по носу. Я ударил Феликса в живот Завязалась драка. Не знаю, что было бы дальше. Но в какой-то момент Феликс остановился. Я лежал на полу, а он сидел сверху. Наши лица были разбиты, я уже чувствовал какие на теле будут синяки. — Успокоился? — Я и вправду успокоился. Или нет, я просто выдохся. Я чувствовал, что кровь из разбитой губы стекает по лицу. Но я не мог ее вытереть. Феликс зажал мои руки над головой. — Отпусти меня. — Обида все еще сидела во мне, но она ушла куда-то на дно подсознания. Феликс ничего не ответив перехватил мои руки одной своей. Не скажу, что они у него были большие, просто видимо на тот момент у меня не было сил сопротивляться. — Он сам полез ко мне, любовь моя, а я среагировать даже не успел. В этот момент ты и зашел. Поэтому смысла от твоего рукоприкладства я не вижу. — Он шмыгнул носом и вытер кровь с моего лица. — И очень не приятно, что ты даже выслушать меня не захотел. — Зачем продолжаешь держать меня? — Да, я не выслушал его. Да, первый полез в драку, но меня тоже понять можно как-никак. — Прости, пожалуйста, любовь моя, но я не знаю, что еще ты можешь сотворить. — «Любовь моя» из его уст это звучит волшебно. — Да и рассченой брови, разбитого носа и отшибленной печени мне хватило. — Феликс продолжал вытирать кровь с моего лица. — Отпусти меня, я больше ничего не буду делать. — Ну… Я почти на 60% уверен, что не буду. — Джинни, ты простил меня? — Сейчас до меня дошло, что он называет меня так, чтобы показаться более невинным передо мной. Искупить свою вину так сказать. Интересно, он теперь всегда будет пользоваться этим приёмом? Потому что получилось у него, скажу честно, не плохо. — Не знаю. — Мне было сложно, ведь с одной стороны Феликс говорил искренне, но с другой. Я знал как мастерски Феликс умеет врать. — Значит еще так посидим. Я больше не хочу получать ранения. — Он опять перехватил мои руки своими обеими. Мы сидели так, пока капля его крови не капнула мне на подбородок. Он видимо машинально отпустил мои руки, а я не упустил шанс.