В поисках Нарнии

Лето в этом году в Сеуле выдалось жарким и почему бы его не провести в компании друзей. Но нет – жизнь решила посмеяться над Чанбином и сыграла злую шутку. Теперь он едет в переполненной электричке на другой конец Кореи, чтобы приехать в старый особняк тетушки, который больше похож на музей, нежели на дом в котором ему предстоит жить все три месяца отдыха. Скука смертная! «Туда не ходи» «Это не трогай» Ему не пять лет, чтобы запрещать ходить туда, куда он хочет. За раздумьем о просранном лете он замечает, как людей в вагоне становится меньше, а это значит, что и кислорода будет больше. Хоть доедет в тишине и спокойствии, ведь скоро снова придется ходить по линеечке, чтобы ненароком не свалить несчастную вазу, купленную на каком-то супер-пупер давнишнем аукционе, вырванную из лап какой-то старушки с галошей вместо сумочки и крысой вместо собачки. Электричка тормозит с отвратительным скрипом где-то посреди поля и Чанбин вспоминает, как круто он ловил тут сверчков один, когда сбежал из дома. Правда, его за ухо потом тащили по этому полю и ругали, что он снова замарал свои городские чистые штаны, потому что…ну извините, те треники, которым сто лет в обед, что выдала тетушка, он даже под страхом смерти не надел бы никогда. Встречать его никто не собирался, но это и к лучшему, пройдет в тишине и спокойствии, обдумывая, как быстрее слинять из того клоповника с огромным количеством старых вещей, что скорее были пылесборниом, нежели дорогими экспонатами. За экспонатами следят, а эти только пыль копят. Со тащит за собой чемодан. Небольшой, но в нем лежат все необходимые ему вещи: щетка, полотенца, пару штанов, шорт и футболок вместе с неаккуратно сложенным нижним бельем, потому что «ну под одеждой невидно». Хотя вся остальная одежда тоже не была сложена по всем правилам, а была скомкана в рулоны и не для того, чтобы сэкономить место, а чтобы сократить время на их сборку, ведь «и так сойдет». Пыхтя и вытирая пот со лба он все же остановился у ворот и выдохнул, глядя на замысловатые узоры, выкованные и правда искусным мастером. Старые ворота скрипят, сообщая о госте и Чанбин морщится, вытаскивая колесико чемодана из ямки в дорожке, выложенной каменной мозаикой. На пороге уже стоит тетя и пыхтит, глядя на гостя, которого правда ждала, только для вида показывала, как ей не хочется возиться с шумным племянником. А парень именно таким и был, особенно, когда приходил с улицы голодный, но счастливый. Радости было больше, когда он видел на столе пылающую еще жаром ароматную курочку в медовом горько-сладком соусе. Бин замечает легкую улыбку на покрывшемся морщинами лице тети и улыбается сам. Ждала. Правда ждала. Хоть и ругала его за все подряд. Со временем ее лицо ничуть не стало хуже. Все та же сдержанная улыбка и глаза, холодные, но все же такие родные и по-особенному красивые. Только пара складок у глаз и волосы, которые тронула благородная седина. Чан вздыхает, понимая, что время никого не щадит, даже он поменялся, хотя был уверен, что с ним не произойдет ничего такого кардинального. — Бин, мальчик мой, неужто ты кушать стал хорошо? — тетушка любовно потрепала его по выкрашенной в зеленый цвет челки и тихо цыкнула, убрав руку, но ничего не сказала по поводу эксперимента с волосами. Родители это сделали за нее еще в городе. — Угум, — угрюмо кивает темноволосый, затаскивая по ступенькам сумку, — а это…покушать ничего не найдеться? — Найдется. Только руками ничего не трогай Ужин прошел тихо, как и всегда. Они обменивались какими-то отстраненными темами, не касаясь отношений и политики. Незачем. Тетя только рассказала, как урвала какой-то старый ненужный шкаф, который был сделан в каком-то бородатом году, на что Чанбин посмеялся, сказав, что тетушке некуда девать ее деньги, отдала бы ему, на что Со получил полотенцем по шее и засмеялся. Темноволосый топал по дому к своей комнате и смотрел по сторонам. Ничего не изменилось, только пыли стало больше, но от этого дом не стал казаться хуже, в нем была своя атмосфера. Особая. Чанбин не был особо любопытным, но поглядеть на чудо-юдо шкаф все же захотелось, поэтому закинув сумки он пошел на поиски. Это заняло немного времени, потому что единственная пустая комната была в конце коридора. И она правда была пустой, не считая новой вещицы – старого шкафа с резными дверцами, на которых было изображено большое дерево. В деревянных, обшарпанных от времени листочках, застоялась вековая пыль, лак и краска облупились и Чанбин поковырял ее, огорчаясь тому, что такое вообще еще есть. Он бы выкинул его и поставил на его место какой-нибудь новый шкаф купе с огромным чистым зеркалом, а не вот это вот все. И что, что такие больше никто не делает? И слава всем богам! Парень осмотрел его со всех сторон и открыл скрипучую дверцу. Сначала ничего не было, только старые куртки и шубы, висящие на хлипеньких вешалках. Он покрутил их из стороны в сторону и одна, видимо, не самая крепкая, упала ему прямо на голову: — вот же…— он скинул упавшую шубу и замер. В глубине шкафа был холодный свет. Да даже, показалось, наверно все же показалось, но подул свежий ветер. Бин мотнул головой и сощурился, залезая в шкаф. Что им двигало? Явно не чистый и светлый ум. Он все же надышался застоялым воздухом и ему хотелось узнать, что там, в глубине этого загадочного шкафа. Молодой человек все шел и шел в глубь и не мог понять, почему не видит конца… Закончить мысль не дало то, что он споткнулся на ровном месте и упал в сугроб. Сугроб. В начале лета… Темноволосый бодро подорвался с места и отряхнулся, глядя по сторонам. Заснеженная полянка с голыми деревьями на которых были только пушистые снежные шубки. Снежинки падали с серого неба прямо, как в мечтах под Рождество, но каких не было в реальной жизни. Большой старый фонарь, который, наверное, был сломан, потому что кому за ним тут следить в лесу. К тому же за одним единственным. Покажите того отбитого, кто это будет делать, Чанбин самолично памятник тому герою поставит. Он оглядел старую краску на столбе и увидел следы, что были уже присыпаны свежими снежинками. Следы вели в сторону деревьев и парень проследил за ними, увидев светлую макушку, что скрылась за толстым стволом дерева. — Я видел, что ты там. Выходи, — нахмурился он и сделал шаг в сторону убегающего. Долго просить не пришлось. На него снова вытаращилась светлая макушка и парень замер, видя огромные карие глаза и россыпь ярких веснушек на покрасневших от мороза щечках. Он и не сразу заметил остроконечные уши, потому что Макушка испуганно посмотрела куда-то в лес и убежала, скрываясь в пелене из упавшего снега. И Бин понял, почему незнакомец убежал. Из леса послышался звук горна…