Погружаясь в бездну

      — Интересно, когда закончиться наше путешествие?       Люмин распахнула глаза. Под ногами было много горячего песка, яркое солнце приятно обжигало плечи, а синее море в нескольких метрах от неё блестело, искрилось и манило к себе. Странница вытащила руки из неглубокой ямки, которую зачем-то вырыла и брезгливо отряхнула свои ладони от мокрого песка.       — О, с возвращением! — радостно произнёс кто-то рядом. — Ты слегка задремала…       Знакомый голос заставил Люмин повернуть голову в сторону звука и округлить глаза от удивления. Перед ней сидел Итер. В голове всё было как в тумане, смешанные чувства терзали сердце путешественницы. Она несколько секунд осматривала брата с ног до головы и только после этого смогла немного к нему пододвинуться.       Он был тем самым. Приятные воспоминания их совместного детства грели душу девушки, позволяя хоть немного расслабиться. Люмин хотела что-то спросить, она взглянула на синее море и что-то в её голове щёлкнуло.       — Люмин? — встревожено окликнул её Итер. — Люмин? Что случилось?       — Скажи, что мы здесь делаем? — она набрала небольшую горсть песка в свою ладонь и приподняв её в воздух, позволила ему просочиться сквозь свои пальцы. — А хотя, ничего, это не важно.       Путешественница поднялась на ноги и зашагала к синему морю по горячему песку. На ней было странное платье, которое неудобно сжимало плечи, зайдя в воду по колено, Люмин попыталась снять его с себя. Тугая шнуровка на пояснице с трудом поддавалась и когда девушке удалось её развязать, она потянула платье вверх и сняла через голову.       Пейзаж вокруг поменялся. Вода стала безумно холодной, а яркое солнце уже заходило за горизонт, оставляя после себя одинокий закат. Люмин непроизвольно обернулась в сторону Итера, который сидел на поваленном дереве и лениво разводил костёр.       На душе стало тревожно. Девушка отпустила платье и позволила ему уплыть как можно дальше за горизонт. Она зашла немного глубже и нырнула под воду с головой. Было холодно, Люмин открыла глаза, вода вокруг неё начало образовывать легкий силуэт чьих-то рук. И когда эти руки дотронулись до её плеч, по телу пробежала волна мурашек, перед глазами промелькнули забытые моменты недавних событий, которые девушка всё никак не могла вспомнить.       Она вынырнула. Итер всё также сидел у костра и заметив сестру, радостно замахал рукой. Люмин поплыла к берегу. Песок стал холодным, её ноги покрылись мурашками, как будто она ступала по глубоким сугробам Снежной.       

Снежная? Где это?

      Она не помнила, странные картины мельтешили перед глазами. Она видела много снега, много крови и прекрасные рыжие волосы, от вида которых щёки Люмин покрывались румянцем. Итер смотрел на неё глазами полными грусти, прекрасно понимая, что в душе его сестры происходит ураган. Он слегка подвинулся и позволил блондинке присесть возле себя.       — Когда мы пойдём домой? — глаза непроизвольно начали наполняться слезами. — Я чувствую себя странно. Итер, что со мной?       Люмин чувствовала, что ей стоит продолжить расспросы. На самом деле, какая-то часть неё знала, что ей ответит Итер. Она была слишком напугана.       — Моё лицо напугало тебя? — близнец продолжал смотреть на неё удивленными глазами. — Не переживай, я просто … просто чувствую себя очень странно.       — Люмин, расскажи мне, ты же знаешь, мне можно доверить все свои тайны.       Итер положил свою ладонь поверх её руки. По телу пробежало множество мурашек, будто бы тысячи маленьких электрических разрядов прошлись по её руке. Блондинка отдернула руку и прижала её к своей груди.       — У меня такое чувство, будто мы отдаляемся. Почему мы путешествуем? — спросила она. — Я кое-что вспомнила…       — Эй, Люмин!       Она обернулась. Такой знакомый и приятный нежный голос окликнул путешественницу. Девушка начала искать глазами этот прекрасный голос, она смотрела на горизонт, на уходящий закат, на холодный песок и как только она посмотрела куда-то в сторону, то заметила в далеке его. Голубые глаза и мягкие рыжие волосы словно магнитом тянули к себе путешественницу.       Люмин соскочила с места. Она сделала несколько неуверенных шагов навстречу голубым глазам.       Итер продолжал смотреть на костёр. Слегка кашлянув себе в кулак, он заставил девушку обратить на себя внимание. Она остановилась…       — Извини, такое чувство, будто бы ты не мой брат. — виновато произнесла девушка. — Я кое-что вспомнила и хотела спросить. Мы ведь правда не отсюда? Нашего дома давно нет?       — Люмин, если ты хочешь, то можешь остаться здесь, мы сможем создать свой дом заново.       Итер подошёл к своей сестре и протянул ей свою ладонь. Их янтарные глаза смотрели друг на друга, внешне они были так похожи, но в душе каждый из них шёл совсем другой дорогой. Люмин обернулась к голубым глазам, которые всё так же манили и приятно грели её сердце.       Странница протянула свою руку к щеке своего такого родного брата. Она была холодная, будто бы внутри него была пустота. Маленькие слезинки покатились вниз по щекам девушки.       — Я понимаю, Итер, всё, что ты делал, это было только ради меня, но теперь… — она отпустила его и отошла слегка в сторону. — Итер, это конец нашего путешествия.       — Постой, Люмин.       — У нас больше нет общей цели. Я устала… Прошу, не мешай мне.       Она ушла. Итер упал на колени. Люмин отдалялась от него. С каждым его шагом, что-то в душе ломалось на несколько осколков, которые больно царапались внутри. Она ушла, не оставила шанса, позволила себе идти по собственному пути. Её силуэт растворялся где-то на горизонте. Глаза больно защипали. Итер смотрел вслед своей сестре, которая шла под руку с каким-то рыжим силуэтом, который уводил девушку как можно дальше от него. Солнце зашло, и близнец остался один в полной темноте…       Люмин медленно открыла глаза. Она лежала на больничной койке в одной из разрушенных комнат Заполярного Дворца. Вокруг было много людей, медсестры помогали раненым фатуи, залечивали их раны, каждый старался помочь друг другу.       Путешественница смотрела в потолок. Такой приятный и тёплый сон не покидал её мысли. Перед глазами был Итер, она помнила его таким. Люмин тяжело выдохнула и попыталась подняться с кровати. Рана ниже её груди больно заныла, от чего девушка тихонько выругалась. Было больно. Она отодвинула одеяло и посмотрела на свой перебинтованный живот.       

От такого точно останется уродливый шрам

      Рядом с кроватью стоял стул, на спинке которого висел такой знакомый и мягкий красный шарф. Рядом пробегавшая девушка заметила Люмин. Она выронила из рук поднос с лекарствами и, не замечая разбросанные препараты, помчалась к путешественнице. Девушка уложила Люмин на кровать и, накрыв одеяло дрожащими руками, присела перед ней на стул. Неловкая пауза заставила странницу занервничать. Она ещё раз посмотрела на красный шарф и наконец решила задать вопрос.       — Где Тарталья? — казалось, что сейчас Люмин интересовало только это.       — Господин ушёл несколько часов назад, — девушка перебирала пальцы. — Мы думали, что Вы уже не очнетесь.       — Почему? Разве меня сильно ранили?       Девушка удивленно посмотрела на путешественницу и пододвинулась поближе.       — Вы не просыпались около недели… — Люмин сильно удивилась этой новости. — Нам удалось перелить Вам кровь, зашить рану, но Ваше сердце словно отказывалось работать.       Странница тихонько улыбнулась. Она вспомнила свой сон, вспомнила Итера и голубые глаза, которые так яростно манили следом за собой.       — Нам повезло, что у Господина такая же группа крови, как и у Вас. Он пожертвовал так много, просил нас забрать всю свою кровь ради Вас, — девушка тихонько хихикнула, а сердце в груди Люмин сделало тройное сальто. — Я впервые видела, чтобы Предвестник так сильно заботился о ком-то, он всю неделю не отходил от Вас, держал Вашу руку, гладил волосы, а ещё…       — Я поняла.       Перебила её Люмин, щёки девушки пылали. Она приложила ладонь к своей груди. Это было так странно. По её венам текла его кровь. Путешественница не понимала, благодарить его за это или ругать, но она точно знала, что после такого обязана ему жизнью.       

Пару часов назад

      Тарталья не мог уснуть уже несколько ночей подряд. После того как он принёс раненую путешественницу ко дворцу, то больше не отходил от неё ни на шаг. Каждый раз, когда его клонило в сон, он аккуратно прикладывал свою голову на её подушку и старался заснуть, но буквально через несколько минут соскакивал, чтобы проверить, дышит ли она, бьется ли её сердце. Предвестник боялся уснуть, а на утро обнаружить Люмин мертвой.       Все эти дни он винил себя в случившемся. Он желал умереть вместе с ней, и когда врачи предложили ему пожертвовать своей крови, то Тарталья без раздумий согласился.       Война остановилась. Солдаты приходили к Предвестнику с докладами каждый вечер и каждый день видели, как отчаяние и скорбь наполняли его глаза.       Итер перестал чувствовать Люмин. Их связь оборвалась, и близнец задумался о смерти своей сестры. Он отозвал монстров через сутки, позволяя Царице обдумать дальнейшие действия.       Она приходила. Просила Чайлда отпустить Люмин, просила его подождать. Надежды было мало. Маленькое сердце путешественницы иногда останавливалось, но после нескольких ударов током снова начинало тихонько биться. Тарталья не раз использовал глаз порчи за эти дни. При малейшей остановки сердца, он в панике активировал электростихию и прикладывал свою ладонь к груди путешественницы.       Через пару дней пришли врачи. Они не давали надежд, просили Тарталью больше не заводить её сердце, просили дать ей спокойно умереть.       Время шло и Предвестника поглотило отчаяние. Он схватил похолодевшую руку девушки, которая изменила его, которая подарила ему любовь, показала ему, что даже такого как он можно полюбить. Тарталья приложил свои губы к её руке. Сердце разрывалось на части. Время пришло. Предвестник поднялся с места и неохотно отпустил руку Люмин.       Даже если он и продолжит жить, то точно не сможет забыть эту прекрасную путешественницу ещё очень долго. Месть. Тарталья желал мести. Перед тем как умереть, он желал защитить свою родину, сделать это вместо Люмин, закончить начатое, уничтожить Итера.       Перед тем как уйти из лазарета, он ещё раз посмотрел на Люмин. Такая холодная и бледная, она продолжала неподвижно лежать и из далека ещё больше напоминала фарфоровую куклу.       Ноги сами по себе поплелись к выходу. Хотелось рыдать.       Тарталья бродил по лесу около часа, возвращался на то место, куда притащил Итер свою сестру, подходил к месту, где раньше был открыт портал в бездну. Рядом с ним стояло дерево, под которым ещё оставались пятна крови Люмин. Тарталья несколько раз представлял в голове момент её смерти, представлял, как Итер вонзает свой меч в её живот, и каждый раз он хотел разрубить это чудовище на кусочки.       Сделав ещё несколько кругов, перед Предвестником наконец-то открылся фиолетовый портал. Тарталья приготовил свои клинки. Из портала вышел Итер с поднятыми руками.       Злость и обида пылала внутри, но Чайлд старался не поддаваться своим желаниям. Принц Бездны был безоружен и, кажется, совсем не собирался сражаться.       Как только он вышел из портала, фиолетовая дымка тут же исчезла. Он опустил свои руки и подошёл поближе к Тарталье.       — Она умерла?       Предвестник молчал. Разве он мог дать положительный ответ? Сердце болело. Нехорошие мысли снова полезли в голову. Вдруг она умерла, пока он пошёл следом за местью?       — Я больше не чувствую её энергию, — продолжил Итер. — Я правда не думал, что так выйдет. Моя сестра не должна была умереть. Мы жили с ней так долго, видели столько мест, столько людей…       — Зачем ты пришёл? — Тарталья непроизвольно сжал кулаки. — Если она умерла, то ты тоже не жилец.       — Ты думаешь, что сейчас самое время для мести? Ты думал, где похоронишь её?       — Прекрати говорить об этом! — мысли о её смерти пожирали Тарталью изнутри. — Она ещё не умерла! Она выживет, ты понял?       — Зачем вы собираете сердца богов?       — Я не владею такой информацией.       — Как мне известно, Царице осталось добыть последнее сердце бога. — Итер скрестил руки на груди и облокотился на дерево — Интересно, что она собирается с ними делать?       — Можешь больше не думать об этом.       Тарталья покрепче сжал свои клинки и набросился на Итера. Близнец не шевелился, ухмылка на его лице ещё сильнее разозлила Предвестника. В руке появился меч. Итер успел отбить его атаку в пару сантиметрах от своей головы.       Они продолжали кружиться в танце смерти, каждый умело уклоняясь от ударов и атакуя соперника. Тарталья, известный своей силой и мастерством владения клинками, был уверен в своей победе. Но Итер, обладающий необычными способностями и блестящим интуитивным реагированием, оказался не так прост для победы.       — Мы с твоей Царицей так похожи, почему ты не понимаешь моих целей? — отражая очередную атаку спросил Итер. — Все мои действия связаны с тем, чтобы защитить свой народ.       — И поэтому ты забыл о своей семье?       — Я никогда не забывал Люмин, если бы не ты, то она бы прошла тот путь, который ей положен, и примкнула бы ко мне.       Тарталья вынужденно поднял глаза на своего противника и, отбив последнюю атаку, сделал пару шагов назад.       — Какой теперь смысл? — Тарталья усмехнулся. — Может быть, тебе после такого отпустить её? Если она и выживет, то пойдёт по своему пути вместе со мной.       Итер был поражен его словами. Он никогда не думал, что его родная сестра сможет так сильно кому-то доверять. И он прекрасно понимал, что на этот раз она точно его не выберет.       Внезапный щелчок в голове близнеца заставил его резко поднять голову и шокировано посмотреть на Тарталью. Меч выпал из его руки, а ладони на секунду вспотели. Внезапная улыбка и громкий смех поразили Предвестника. Итер напоминал безумца, который впал в отчаяние.       — Она очнулась! — крикнул он. — Люмин такое же чудовище, как и я, даже после такого ранения она смогла выжить.       Тарталья замер. Его сердце облилось кровью, и на душе мгновенно стало тепло. Он решил поверить своему врагу, который тут же растворился в фиолетовой дымке прямо у него на глазах.       

____________________________

      Заполярный дворец. Это разваленное место стало хорошим укрытием для раненых солдат. Хоть битва и прекратилась, многие из фатуи всё так же продолжали держать оборону.       Все были на взводе, когда во дворце появился неожиданный гость, который направлялся к тронному залу в сопровождении Паймон.       После того, что случилось, фею тут же накрыла паника. Она решила направиться к тому, кто точно смог бы им помочь, который точно знал, что делать.       По ледяным ступеням, постукивая туфлями, шёл Чжун Ли. Эта короткая битва не осталась незамеченной. Все остальные регионы были напуганы, ведь читая новостные газеты и выслушивая разные слухи, можно надумать себе много чего страшного.       Когда Паймон появилась перед гео Архонтом вся в слезах, то тот сразу понял, что с путешественницей что-то случилось. Мимолетный рассказ феи, пару потраченных дней в дороге, и Чжун Ли оказался в Снежной.       Царица неохотно встретила старого друга, её взгляд был наполнен грустью и мольбой о помощи.       Разговор затянулся. Царица рассказала всё, что лежало у неё на душе. Чжун Ли задумчиво потирал подбородок и тяжело вздыхал, а после очередной чашки чая попросил встретиться с путешественницей.       Люмин, узнав, что Архонт прибыл в Снежную, была в предвкушении, ведь это был человек, которому она могла полностью доверять, после Тартальи, конечно же.       Девушка пыталась встать, пыталась дойти до тронного зала самостоятельно, но заботливые медсестры каждый раз возвращали её обратно в кровать.       После нескольких часов Чжун Ли сам явился к ней в палату. Радость в глазах путешественницы заставляла её сиять, что уж точно нельзя сказать о Чжун Ли. Он присел на стул и взял её руку в свою. Это было странно. Девушка начала волноваться. Архонт слегка наклонился и тихонько прошептал.       — Ты не сможешь покинуть Снежную, точно не сейчас.       Она знала. Прекрасно понимала из-за чего она должна быть прикована к этому региону. Маленькая путешественница представляет огромную опасность для Тейвата, и её выживание точно не делает ситуацию лучше.       — Я знаю, — улыбаясь произнесла она. — Я хочу остаться здесь, вместе с Чайлдом, когда мы сможем победить моего брата, то точно отправимся путешествовать…       Чжун Ли улыбался. Он бы так хотел, чтобы все её мечты на самом деле могли сбыться. То, что они обсуждали с Царицей, напрямую было связано с проживанием Люмин в Тейвате.       — Я надеюсь, ты скоро поправишься. А пока ты будешь восстанавливать силы, то я, Паймон и Тарталья будем заботиться о тебе.       Что-то смущало Люмин. Девушка чувствовала, что что-то происходит у неё за спиной, и этот момент нужно было срочно узнать.       — Ты что-то скрываешь? — с ходу спросила она.       — Нет. Я могу сказать, что мы придумали как решить проблему с Итером и последний компонент уже получен.       — О чём ты говоришь?       Дверь в лазарет открылась и на пороге появился запыхавшийся Тарталья. Он не мог поверить своим глазам. Перед ним всё такая же раненая, бледная, но живая сидела Люмин.       Предвестник подбежал к путешественнице, даже не замечая старого друга, и заключил её в свои крепкие объятия. Его руки были такие тёплые, он не мог поверить, что она жива. Люмин обвила его шею руками и зарылась носом в рыжие волосы.       Следом за ним влетела Паймон, которая была напугана состоянием своего компаньона. Рядом с ней находились самые близкие и дорогие её сердцу люди. Чайлд не отпускал её, да и сама Люмин вряд ли хотела высвобождаться из его крепких рук, но находившиеся рядом друзья вгоняли девушку в краску.       Когда он отпустил её, то она мгновенно почувствовала пустоту, так сильно ей его не хватало. Чжун Ли улыбался. Все были рады, что Люмин к ним вернулась.       На улице стемнело. Предвестник зажёг несколько свечей возле её кровати, а Чжун Ли заварил чай, который наполнил своим ароматом весь лазарет. Вечер прошёл за приятными разговорами и смешными шутками.       Тревога не покидала сердце Люмин. Она хотела услышать продолжение слов Архонта, но приятная атмосфера, которая грела душу, не позволяла девушке разрушить такой прекрасный момент.       Весь вечер её глаза смотрели на него. Тарталья ловил на себе её взгляды, мило улыбался и иногда слегка приобнимал свою любимую странницу. Если бы она могла, то остановила бы время и осталась в его объятиях навсегда.