Погружаясь в бездну

      За окном бушевала метель, а снег не прекращая покрывал и так заснеженные поля. Прошла целая неделя с момента, как Люмин покинула Тейват.       Тарталья, сидя в своём кабинете, не отрываясь смотрел на черный куб, за которым, к сожалению, пришлось вернуться. Тоска и боль в его сердце никуда не ушла. Взяв небольшой отпуск, Предвестник решил закрыться в своей комнате и забыться в алкоголе.       Паймон была с ним. Узнав о случившемся, малышка очень громко рыдала и первые дни совсем не отходила от Тартальи. Фея не могла найти себе места, её душа до сих пор тосковала по своей подруге.       В дверь раздался решительный стук. Предвестник выпил очередную рюмку огненной воды и, обратившись к человеку за дверью, разрешил ему войти. Увидев вошедшего, Предвестник закатил глаза и, положив руку на стол, опустил на неё голову.       Гео Архонт закрыл за собой дверь и, пройдясь глазами по товарищу, который изрядно напился, подошёл к окну в надежде впустить немного свежего воздуха.       — Ты решил просидеть весь свой отпуск в обнимку с бутылкой? — слегка иронично спросил Чжун Ли.       — Ты разве не чувствуешь, как мне плохо? — пробурчал себе под нос Тарталья. — Моя жизнь кончена.       — Мне правда очень жаль, но ты ведь прекрасно понимал, что рано или поздно это должно было произойти.       В дверь снова постучали, и Тарталья недовольно цыкнул. Видеть кого-то ещё ему сегодня не хотелось. Чжун Ли снова прошёлся взглядом по Предвестнику и решил сам встретить гостя.       На пороге стоял посыльный, который протягивал Архонту письмо. Чжун Ли удивленно поблагодарил человека и, приняв белоснежный конверт, вежливо попрощался с посыльным.       — Смотри, кажется, это тебе, — крутя конверт в разные стороны заявил Чжун Ли. — Не хочешь прочесть?       — Нет, я сейчас ни о чём не хочу думать.       Тарталья взял в руки чёрный куб, в котором, по его мнению, была запечатана путешественница и небрежно принялся что-то на нём выковыривать.       — Тогда я прочитаю, раз ты не против.       Чжун Ли раскрыл белоснежный конверт и принялся читать послание вслух. С каждым его словом, голос становился всё тише, а вчитываться в слова мужчина стал более внимательно. На последних его словах, Тарталья поднял голову и сделал вид будто бы протрезвел.

      » Дорогой Одиннадцатый Предвестник.

      Я пишу Вам это письмо в надежде, что однажды Вы сможете его прочитать. Во избежание того, что информация может попасть не в те руки, я не буду раскрывать свою личность. У меня для Вас есть важные новости, которые смогут Вас обрадовать. Если моё предложение Вас заинтересовало, то буду ждать нашей встречи в Ли Юэ на горе Тяньхэн в начале полуночи»

      Чжун Ли ещё раз прочитал письмо, а затем, посмотрев на Предвестника, задал ему вопрос.       — Интересно, у тебя есть догадки? А это отличный повод развеяться, — Архонт аккуратно убрал письмо в конверт и положил его на стол. — Мне как раз уже пора возвращаться в Ли Юэ, и я бы хотел, чтобы ты вернулся со мной.       — У меня отпуск, я сейчас не в настроение заниматься банком.       — Я всего лишь прошу тебя составить мне компанию, никто не заставляет тебя работать, заодно сможешь встретиться с автором данного послания.       Тарталья промолчал. Чжун Ли постоял в его кабинете ещё пару минут, а затем ушёл, надеясь на то, что Предвестник примет его предложение. Взяв письмо в руки, Тарталья вчитался в текст ещё раз. Мысли о том, что автором данного письма может быть Люмин, не покидали его.       На следующий день, встретившись с Паймон, Предвестник предложил маленькой феи сопроводить её до гавани. Он прекрасно понимал, что теперь летающему компаньону нечего делать в Снежной и оставаться возле него теперь нет никакого смысла. Смотря на Паймон, Тарталья вспоминал Люмин и от этого хотелось быстрее избавиться от феи.       Все эти дни она не находила себе место. После того, как она получила новости о исчезновении путешественницы, то впала в ступор. Несколько дней фея находилась у семьи Предвестника, а затем сам Чайльд вернулся за ней. Возвращать её в Заполярный Дворец не хотелось, но и оставлять фею у своей семьи тоже было неправильно.       Паймон задавала много вопросов, пыталась найти причины такого скорого исчезновения. Она надеялась, что Люмин возьмёт её с собой.       Мысль о возвращении в Ли Юэ слегка разрядила обстановку. Паймон непременно согласилась. Фея уже предвкушала встречу с Сян Лин, которая накормит её вкусной едой.       Бездна исчезла. Артерии земли, которые в последнее время бушевали, принялись покидать земли Тейвата. Порталы закрылись, а чудовища, которые не прекращая атаковали деревни, внезапно испарились в воздухе. Царица отдала приказ своим солдатам исследовать территории и уничтожать оставшихся монстров.       Мир вернулся к порядку, и Царица с облегчением выдохнула. И лишь один вопрос мучал крио Архонта. Как вернуть гнозисы в исходное положение?       Из размышлений её вырвал вошедший Тарталья. Держа в руках чёрный куб, он подошёл к столу, за которым сидела Царица, и громко поставил его на деревянную поверхность.       — Он мне больше не нужен, — с нотками грусти произнёс Предвестник. — Смотря на него, я чувствую себя ужасно.       — Я слышала, что Чжун Ли возвращается в Ли Юэ, — она достала из-под стола какие-то бумаги. — Нин Гуан и Цисин наконец успокоились и готовы к твоему возвращению. Так забавно, что они не нашли никого лучше тебя, кто смог бы справиться с банком нашего королевства. Только, пожалуйста, ты должен быть мирным, послушным и дипломатичным.       — Это и к лучшему, — вопросы решились сами собой. — Сегодня вечером я покину Снежную, фея будет со мной, уверен, она не доставит Вам проблем.       Царица довольно кивнула и, передав своему подчинённому нужные документы, пожелала ему счастливого пути и светлого неба над головой.       Ближе к вечеру гео Архонт, Одиннадцатый Предвестник и Паймон взошли на борт. Тарталья не смог попрощаться со своей семьёй. Он прекрасно знал, что мать начнёт расспрашивать его о Люмин, а сейчас рассказывать об этом он был не готов. Его сердце до сих пор болело и ныло от разлуки.       Закрывшись в своей каюте, он решил не покидать её до самого прибытия. Чжун Ли иногда заходил к нему, беседовал о будущем, пытался привести Тарталью в нормальное состояние. Архонт даже стал чувствовать себя виноватым.       — Я прекрасно понимаю твои чувства, — хлопая по плечу товарища, проговорил Чжун Ли. — Я однажды так же как и ты потерял женщину навсегда, но поверь, со временем тебе станет легче.       — Если ты пытаешься утешить меня, то у тебя ничего не выйдет.       — Советую тебе встретиться с автором письма, может быть, там будет правда что-то важное.       — Ты что-то знаешь? — отрывая голову от подушки, спросил Предвестник.       — Нет, на самом деле мне ничего не известно, я просто стараюсь вернуть тебя к жизни.       Предвестник лишь усмехнулся и снова положил голову на подушку. Любопытство и сомнение мучили его.       Через два дня корабль наконец прибыл в Ли Юэ. Архонта встречала Кэ Цин, которая с презрением смотрела на сопровождавшего его Предвестника. Новости о том, что Люмин пожертвовала собой и покинула Тейват разлетелись, как горячие пирожки.       Госпожа Нефритовое Равновесие подошла к гео Архонту и благородно поклонилась.       — Рады Вас встретить, мы очень ждали Вашего возвращения, — она перевела взгляд на Тарталью и недовольно скрестила руки на груди.       С кем с кем, но с Кэ Цин Тарталья точно не сможет так быстро наладить хорошие отношения.       Попрощавшись с Архонтом, Предвестник решил отправиться в банк Северного королевства. Поднимаясь по знакомой лестнице, на него нахлынули воспоминая о храброй путешественнице, которая будто бы вчера блуждала по светлым улицам.       Надя как всегда была доброй и улыбчивой. Встретив своего начальника, она радостно его поприветствовала и, открыв дверь, пропустила вперед.       Всё было как обычно. Сотрудники банка, завидев Тарталью, окружили его. Никто не ожидал, что их начальники так скоро вернётся к своим обязанностям.       — Можете не переживать и вести себя как обычно, я вернусь на свою должность через неделю.       Тарталья прошёл через толпу и направился к своему кабинету на втором этаже. Ничего не изменилось. На столе была гора документов, которую время от времени разбирала его секретарша. Всё должно было вернуться на круги своя.       Время близилось к полуночи. Доставая из кармана конверт с загадочным содержанием, Тарталья уселся за свой стол. Через пару минут в кабинет влетела запыхавшаяся Паймон. Предвестник недовольно прошёлся по ней с ног до головы и закатил глаза.       — Ты что-то хотела? Думал ты уже давно ужинаешь со своими друзьями.       — Я не могу идти к ним на встречу, — слегка отдышавшись, сказала она. — Они будут спрашивать меня о Люмин. Я совсем не хочу говорить об этом.       — Я скоро отправлюсь кое-куда, если хочешь, то можешь пойти со мной, — не раздумывая, предложил Предвестник.       Фея согласилась. Ведь кроме как следовать за кем-то она больше ничего не умела.       Время пришло. Покинув место своей работы, Тарталья и Паймон направились в назначенное место.       — И долго нам ещё идти? — волнующе спросила фея.       — Ещё немного, — Тарталья достал письмо и протянул его Паймон. — Не знаю почему, но у меня такое чувство, будто бы это написала Люмин. Как думаешь?       Фея приняла послание и, медленно прочитав текст, почесала подбородок.       — Не думаю, Люмин никогда бы не написала так официально, она не любит загадки.       — Разве? А мне кажется, что Люмин и есть одна большая загадка.       Пробравшись через заросшие деревья. Компаньоны наконец-то добрались до назначенного места. На вершине холма, на поваленном дереве как ни в чём не бывало сидел человек, облачённый в тёмный балахон. Глядя на луну, которая медной монетой висело на небе, незнакомец снял с себя капюшон и вдохнул прохладный воздух.       Сердце Предвестника остановилось и будто бы снова забилось с новой силой. Блондинистые волосы, украшенные цветком интейвата с нежностью, разлетались на ветру.       Он не мог найти слов и поверить своим глазам. Сейчас бы следовало окликнуть сидевшего перед ним человека, но мысли о том, что кто-то просто решил пошутить над Предвестником, не позволяли этого сделать.       Паймон, находясь за спиной Тартальи, не сразу заметила загадочного человека. Фея схватилась рукой за ближайшую ветку, пытаясь выглянуть из-за его широкой спины, неосторожно обломала хрупкую древесину.       Сидевший перед ними человек обернулся на звук. Янтарные глаза заблестели, а сердце забилось в тысячу раз быстрее.       Это была она. Путешественница как ни в чём не бывало находилась прямо перед Предвестником и ни один из них не мог сдвинуться с места. Дрожащими ногами, Люмин поднялась с поваленного дерева и,расстегнув тёмный балахон, скинула его на землю. Белоснежное платье и такие же белоснежные сапоги напоминали Тарталье о их первой встрече.       Паймон радостно воскликнула и со всей скоростью влетела в путешественницу. Тарталья не отставал. Ускорив шаг, он подошёл к Люмин и заключил её в крепкие объятия.       Она потянула руки вверх, обхватила его и уткнулась холодным носом в шею своего Предвестника. В девушке было много непонятных чувств, так сильно она желала этой встречи.       Тишина, которая их окружила с теплотой согревала сердце. Они не могли оторваться друг от друга.       — Это правда ты? — до сих пор не веря спросил Тарталья.       Люмин слегка отодвинулась и посмотрела в такие родные голубые глаза. Она нежно улыбнулась и кивнула головой.       — Да, это правда я.       — Почему ты не сказала на прямую?       — Я очень хотела, чтобы ты первым узнал о моём возвращение, а ещё … — она повернула голову на Паймон. — Наше путешествие закончилось. Мы наконец-то смогли найти свой дом.       — Так значит, мы останемся все вместе навсегда? — фея радостно захлопала в ладоши.       — Да, мы останемся здесь навсегда, Паймон, и теперь мы с тобой будем жить совершенно по-другому, — маленькая слезинка скатилась по её щеке. — Я так привыкла путешествовать, что даже не представляю свою жизнь без приключений.       Хоть Люмин и было тоскливо, но она точно не жалела о своём выборе. Она до сих пор помнила об Итере, которого она наконец-то смогла одолеть, в её голове она верила, что он жив, что он просто погрузился в очередную бездну и теперь пытается найти выход из неё.       Смотря в голубые глаза, которые заполняли её мысли, она понимала, что наконец-то нашла успокоение.       — Я смогла одолеть Итера, — внезапно сказала она. — Царица была права, он оказался там вместе со мной.        — Как ты вернулась? — этот вопрос до жути интересовал Паймон.       — Богиня Асмодей вернула меня, — услышав это имя фея слегка вздрогнула. — Но теперь я обычная, совсем непримечательная путешественница.       Тарталья посадил Люмин на поваленное дерево, присев рядом с ней, и покрепче сжал её ладонь.       — Я так счастлив, что ты вернулась ко мне. Ты самая замечательная девушка во всей вселенной, Люмин. Я так сильно тебя люблю.       Не обращая внимание на Паймон, Предвестник приблизился к губам путешественницы.       — Эй, подожди, — фея легонько толкнула Тарталью в плечо. — Пусть она договорит.       Люмин тихонько засмеялась, а затем продолжила рассказ.       — Для того, чтобы вернуться, Асмодей поставила мне условия, — девушка раскрыла свою ладонь. — Она поставила на мне метку сошедшей, которая будет позволять записывать мою историю в данные Ирминсуля в Сумеру. Таким образом она сможет следить за мной.       — Но зачем ей следить за тобой? — спросила Паймон.       — Она думает, что я продолжу действия Итера, хоть я уничтожила его своими руками. Даже если бездна исчезла, Каэнри’ах до сих пор разрушен и проклятие, наложенное на его жителей, никуда не исчезло.       Люмин приложила ладонь к своему сердцу и отрицательно замотала головой.       — Но я не собираюсь повторять за своим братом. Богиня забрала у меня способность управлять элементами. Пройдя через портал, который открыла для меня Асмодей, я почувствовала невероятную боль в своём сердце, будто бы тысячу людей одновременно рассказывали о своих переживаниях. Возможно, это были люди Каэнри’аха, которые превратились в хиличурлов. Снова открыв глаза, я оказалась на берегу моря, возле Мондштата, на том же самом месте, где началось моё путешествие.       Люмин обняла Тарталью, уткнувшись ему в шею. Она выговорилась, и от этого на сердце стало гораздо легче. Если бы она могла, то с радостью бы начала жизнь с чистого листа.       — Прости, если моё письмо напугало тебя, но я бы не смогла дойти до Снежной одна.       — Не забывай, ведь однажды я сделал тоже самое, спасибо, что пришла тогда за мной, — Тарталья улыбаясь потрепал её по голове. — И какой бы глаз бога ты хотела получить?       Люмин слегка задумалась. Неужели она однажды сможет заполучить глаз бога?       — Наверное тот, который будет идеально сочетаться с гидро стихией. Только, пожалуйста, не заставляй меня становиться фатуи.       Все троя рассмеялись и снова прижались друг к другу, сплетаясь в объятиях. Неизвестно, что ещё беспокоило Люмин, сейчас она об этом не могла вспомнить, но она была счастлива, что всё вновь приходит в норму. Только теперь Тарталья был намерен касаться ее губ гораздо-гораздо чаще, и на этот раз он точно её никуда не отпустит.