Весна тому свидетель

      Тихо. Здесь было достаточно тихо, чтобы ранее громкое чириканье птиц сменилось мерным стуком её собственного сердца. Здесь было красиво, и так до безумия хотелось, чтобы эта красота осталась навечно, запечаталась в этом месте и оставила лёгкий след на сердце каждого, кто её видел.       Вики глубоко вздохнула, осторожно ступая по зеленеющим коротеньким травинкам, ярко поблёскивающим от крупных капель росы, что скопились на их тельцах. Она вновь окинула взглядом обрыв, на вершине которого находилась: начавшие покрываться листочками, почками и даже кое-где уже распустившимися цветами деревья здесь редели, уступая дорогу коротеньким кустарникам, пока ещё сухим и полуголым, но уже набирающимся новых сил. Однако одно стоявшее прямо у самого края обрыва дерево, тихо качнув ветвями от нового порыва всё ещё прохладного ветра, не позволило занять своё место, в котором оно могло наслаждаться мягкими лучами предрассветного оранжевого солнца. Летающие вдали, среди облаков, разного размера островки подлетали слишком близко к краю, но не спешили коснуться самого дерева; они покачивались, то отдаляясь, то приближаясь, будто человек, увлечённый собственным рассказом, возбуждённо ходил туда-сюда, яро жестикулируя и выражая сотню эмоций. Вики усмехнулась такому сравнению, ведь землистые и каменные островки не были живыми и никоим образом не могли проявлять своих эмоций — иногда только слабо дрожали от перетаскивающего их усиливающегося ветра.       Она сделала ещё один аккуратный шаг и недовольно поморщилась, кинув взгляд на свои неудобные туфли. Потянувшись вниз, Вики быстро сняла их с себя и бросила неподалёку, теперь босыми ногами шагая по влажной траве и не обращая внимания на то, что подол её длинного нежно-розового платья, касавшись земли, в некоторых местах становился грязным. Добравшись до самого края, Вики закрыла глаза и резко расправила крылья, позволяя нескольким перьям оторваться от её плоти и вихрем спуститься вниз с обрыва. Растянув по бокам руки, она представила, что летит, хотя и без проблем могла бы по-настоящему сделать это. Но именно сейчас и именно так всё чувствовалось иначе: всё вновь стало похожим на то время, когда она была самым обычным человеком, не обладающим чьим-то даром, не хранящим секреты и не знающим наперёд свою судьбу.       Она сделала глубокий вдох, вспоминая, как однажды они с отцом устраивали пикник на низеньком холме, расположившимся не столь далеко от их дома. Вики вспомнила, как он тогда, запыхавшись, едва взобрался на этот холм; как сияли его глаза, когда он увидел её, когда заметил аккуратно расстеленный на земле старенький плед и маленькую плетённую корзинку. Вики очень отчётливо помнила, как сильно он её тогда обнял и как ярко улыбнулся, выудив из своей сумки парочку чуррос, которые она до жути сильно обожала, но в последние дни никак не успевала купить, с утра и до ночи работая над своей курсовой. Вики никогда не забудет, как звонко они смеялись в тот день, наблюдая за звёздами и поедая бутерброды с джемом и чуррос; как сильно она ощущала своего отца живым и счастливым, чего не понимала, пока не умерла...       Открыв глаза, она тут же устремила взгляд вниз: туда, где высокие и заострённые от вечно бушующего моря скалы так контрастно сливались воедино с синевой воды, что это просто завораживало и заставляло не дышать. Тихий шум воды — и тишина вокруг. Вики это нравилось: это вызывало спокойствие.       Подняв лицо к небу, она уже хотела было взлететь, доверившись затем ласковым ладоням бунтующего ветра, который направлял бы её и не дал разбиться, как услышала позади шум, напоминающий мощный взмах крыльями. Вики обернулась, тут же встретившись взглядом с чёрными глазами напротив, которые с интересом наблюдали за ней. Улыбка коснулась её губ, когда она заметила, как бордовое перо, вырвавшееся из крыла во время приземления, закружившись, грациозно падало вниз, пока наконец не приземлилось прямо на чёрные волосы его прошлого обладателя. Она тихо хихикнула и, развернувшись, собиралась подойти к нему, как Мальбонте опередил её, первым направившись к ней. Вики окинула его завороженным взглядом, вбирая в себя каждую его частичку, каждую фантомную царапинку, которую он мог получить, каждый удар, что вылечил, и каждый свой отпечаток, что она оставила на его теле. Затем пробежалась взглядом по его скульптурному лицу: с теми острыми скулами, которые она обхватывала, когда собиралась поцеловать его; с губами, часто так ярко имеющими вкус горького шоколада, который он полюбил после того, как Вики по семейному рецепту сделала ему несколько плиток; и с глазами, такими выразительными, живыми и настолько сильно сквозящими доверием, которое она никогда не посмела бы сломать, что от одного лишь их взгляда на душе одновременно становилось больно и так тепло. Его так часто предавали, что каждая отметина, каждое воспоминание об этом приносили одну лишь боль. Но он доверился ей и смотрел на неё так, будто бы она была его единственным миром, который остался после всего произошедшего побоища, — как, впрочем, и было.       Она опустила взгляд ниже, прямо на его шею, и вспомнила, как испугалась, когда Мальбонте закрыл собой маленького ребёнка ангела и демона, которого собирался убить сумасшедший последователь идей Шепфа и прошлого мира, из-за чего острый клинок рассёк его бледную кожу, вскоре покрывшуюся алыми каплями крови. Глаза Вики расширились, когда подсознание вновь подкинуло воспоминания о том, как громко она тогда закричала и с каким беспокойством посмотрел на неё Мальбонте, прежде чем ангел, бежавший прямо в её сторону, взорвался от оглушительного щелчка нового повелителя Небес и Ада, покрыв при этом своей кровью стоявших слишком близко к нему бессмертных...       Несколько шагов, и Мальбонте оказался рядом с Вики, прикоснулся своими шершавыми пальцами к нежной коже её щеки. Вики закрыла глаза, прильнув к его руке, и растянула губы в кроткой улыбке.       — Ты грустишь, — разорвал тишину Мальбонте, рассматривая уставшее лицо Вики.       — Да. — Она открыла глаза, тут же поймав его взгляд. — Но теперь ты пришёл. — Протянув руку, Вики осторожно выпутала перо из его волос и, озорно подмигнув, провела его кончиком по носу Мальбонте.       — Вижу, — улыбнулся он, другой рукой отодвигая перо подальше от своего лица, пока Вики не отпустила его, позволив парить в воздухе. — Красиво? — спросил, не сводя с неё глаз.       — Прекрасно.       — У меня есть для тебя подарок, — отстранился от неё Мальбонте и любопытно склонил голову набок.       Вики задумчиво нахмурилась, окидывая полукровку заинтересованным взглядом. Мальбонте усмехнулся и щёлкнул пальцами, затем обернувшись через плечо. Вики проследила за его взглядом, удивлённо ахнув, когда заметила висячие качели, закреплённые к одному из толстых ветвей стоящего на краю дерева.       — Когда ты успел?       — Боюсь, ты будешь смеяться, если я тебе расскажу. — Позволив не спадающей с его лица улыбке мягко приподнять уголки губ, он развернулся, направившись прямо к качелям. — Я заставил Зигзу и ещё некоторых своих подчинённых их сделать.       — О боже, — удивлённо воскликнула Вики и звонко рассмеялась. — Ты сейчас серьёзно?       — Да.       — А остальных за что?       — Когда-то они неуважительно отнеслись к тебе, Несущая Равновесие, — совершенно невозмутимо ответил Маль, хоть Вики и была уверена, что он едва мог сдерживать рвущуюся наружу маленькую ухмылочку.       — Ты невыносим. — Довольно улыбнувшись, она пошла за ним.       Остановившись рядом с Мальбонте, Вики окинула его заинтересованным взглядом, в котором промелькнуло несколько искр от ярко горящего внутри неё костра. Затем пожелала сесть на качели, но Маль остановил её, практически невесомо взяв за руку и потянув на себя.       — Что? — Оказавшись слишком близко к Мальбонте, Вики протянула вперёд руки, кладя их тому на грудь, и высоко задрала голову, чтобы смотреть ему прямо в глаза.       Мальбонте едва слышно хмыкнул и поднял руку, несильно сжатую в кулак. Вики вопросительно покосилась на него.       — Хотел ещё кое-что тебе показать, — ласково произнёс он, разжав кулак, в котором держал хрупкий и такой красивый цветок.       — Фиалки? Сейчас? — В замешательстве нахмурив брови, она разглядывала маленькие листья двухцветного растения. Вики усмехнулась, осторожно проводя пальцами по двум белым лепесткам, которые затем редеющими полосками окрашивали остальные три фиолетовых лепесточка. — Они ведь цветут в апреле.       — Я немного ему помог, — улыбнулся Мальбонте и, мягко коснувшись уха Вики, сначала провёл вдоль него пальцем, а затем медленно заправил за ухо цветок. — Так он выглядит красивее.       Вики мелодично рассмеялась, покачав головой. Ей безумно понравилось, что Мальбонте не сомневался в её красоте и считал, что это она украшает всё остальное, а не наоборот. Её щёки слегка порозовели, когда она коснулась цветка в своих волосах, при этом задев пальцами руку Мальбонте. Она прикусила губу, опустив взгляд на его губы. Он самодовольно растянул их в широкой улыбке и пригнулся, накрывая губы Вики своими. Она закрыла глаза, прильнув к нему, и обхватила руками его лицо, вновь поглаживая большим пальцем скулы. Мальбонте хмыкнул, уже привыкший к её этой странной привычке, без которой он теперь просто не мог жить, и обнял её за талию, углубив поцелуй.       Это было иронично: то, что раньше они могли убить друг друга, а сейчас не представляли, как и существовать иначе, врозь, далеко друг от друга. В ней была его сила, но это не было тем, что заставляло его держаться ближе к ней, наслаждаться её улыбками, знакомым запахом персикового шампуня и извечно сладким от любимых чуррос вкусом её пухлых губ. Ночью он любил касаться её руки, затем сплетая их пальцы, и наблюдать за её сияющим взглядом, разглядывающим его лицо. Нет, он был с ней не из-за силы... Он был с Вики, потому что именно она нужна была ему. И Вики это знала — знала и дорожила этим.       Пальцы Мальбонте не спеша пробежались по её спине, остановившись на крыльях, но Вики даже не вздрогнула, понимая, что он не сделает ей больно — не сумеет. Вики опустила руку ему на шею, чтобы прижаться ещё ближе, но Мальбонте отстранился, накрыв своей ладонью её тонкую ручку.       — Попробуй, — улыбнулся он, кивая в сторону качелей, пока Вики не сводила глаз с его тёплой руки, накрывшей её кожу.       Вики кивнула и, отстранившись, села на качели. Смущённо закусив губу, обернулась к Мальбонте.       — Поможешь?       Он покачал головой, спрятав желающую вырваться на лицо улыбку, и подошёл ближе. Взявшись за толстые верёвки, толкнул качели вперёд, а затем ещё раз и ещё...       Вики засмеялась, подставив лицо громкому ветру. Её волосы растрепались и попадали ей в глаза, рот, били по лицу, но не позволяли обыкновенному цветку, что теперь стал для неё сокровенным подарком, упасть. Она едва слышно взвизгнула, когда качели пошатнулись, но Мальбонте успел поймать верёвки, выровняв их.       — Не отпускай, — тихо, искреннее, сокровенно попросила Вики.       — Никогда, — честно ответил он.       И они оба знали, что это было сказано не про сейчас и не про конкретный момент. Она просила его остаться, никогда не бросать её, никогда не отпускать... И он согласился. А маленький цветок в её волосах, деревья, ветер и трава слышали их. И весна была тому свидетелем.

***

      Вики тяжело вздохнула, спрятав лицо в ладонях. Её тело болело, а крылья без конца ныли и дёргались, желая полностью раскрыться, вновь суметь полетать, вновь ощутить тот бурный ветер, что подхватит их и позволит улететь как можно дальше отсюда — туда, где меньше боли, где меньше пыток и самого настоящего ужаса... Вновь вздохнув, она опустила руки, взглянув на шрамы на запястьях, которые не вызывали ничего, кроме ироничной улыбки и воспоминаний о том, что Мальбонте тогда был рядом и, хоть и на мгновение, но придал ей сил, помог надежде малюсенькими угольками вспыхнуть в её сердце, постепенно зажигая его, заставляя биться сильнее и по-настоящему.       Она оторвала взгляд от новых уродливых синяков на своих коленях, оставшихся после того, как Чума с силой уронила её на пол, и посмотрела вперёд — туда, где лежал израненный и случайно потоптанный ею цветок. Тот самый, что она когда-то полюбила и сделала своим сокровищем. Вики внимательно смотрела на него, сдерживая рвущиеся наружу слёзы, пока не услышала оглушающий взмах крыльями.       Повернув голову в сторону источника звука, она неожиданно вздрогнула, увидев там Мальбонте. Но испугалась не его самого, а того выражения его лица, с которым он теперь на неё смотрел, — хладнокровно, безразлично. И если раньше Вики не понимала, почему безразличию он предпочёл бы смерть, то теперь же была полностью с ним согласна.       Может быть, это и было маской, но ей было невыносимо больно видеть его таким. Вики отвела взгляд, не сумев выдержать того огня в его глазах, что собирался спалить её дотла.       Она задержала дыхание, когда услышала звук направляющихся прямо к ней шагов. Мальбонте оказался рядом, свысока смотря на рассевшуюся прямо на сырой и грязной земле Вики. Он плотно сжал губы, заметив фиолетовые отметины на её теле, и опустился на корточки рядом с ней. Протянув руку, коснулся умирающего цветка и позволил своей тьме языками чёрного пламени лизнуть его погнутые, сломленные листья. Вики повернулась, завороженно наблюдая за тем, как медленно поднимался увядающий ранее цветок, теперь наполняясь новой жизнью. Когда же расправился последний лепесток, Мальбонте неуверенно провёл по нему пальцами, прежде чем наконец позволил себе убрать руку от крошечного, но такого бойкого и цепляющегося за жизнь цветка.       Но, случайно поймав недоумённый взгляд Вики, он тут же поднялся, отряхиваясь от невидимых пылинок, и прокашлялся, затем грозно произнеся:       — Чума ждёт тебя.       Вики задрожала от одного упоминания её имени, сжавшись от фантомной боли, которую она всё ещё ощущала после сильного удара по рёбрам. Тогда Мальбонте протянул ей руку, чтобы помочь встать. И, несколько секунд разглядывая её, Вики вложила свою маленькую холодную ладошку в его тёплую ладонь и аккуратно поднялась, заскрипев зубами от боли в коленях.       — Пойдём. — Окинув её взглядом, Мальбонте пошёл вперёд.        Вики грустно усмехнулась, разбито проговорив:       — Спасибо, Бонт, — и направилась за ним.       Возможно, это был сложный период, это было тем, что нельзя пережить, испытывая эмоции, но Вики знала, что никуда они не делись. Она знала, что его помощь и этот цветок — его обещание того, что он всегда будет рядом. Это его напоминание о том, что он никогда её не отпустит. И Вики этого хватало, пока этот цветок, она и весна были тому свидетелями.