Урок

      Звонок с урока прозвенел аж на целых десять секунд раньше. Внимательные ученики последние несколько минут следили не за тем, как молодой учитель объясняет новую тему и рассказывает о том, какие виды искусства и жанры литературы брали популярность в девятнадцатом веке в Америке, а за длинной стрелкой настенных круглых часов, отсчитывая каждую пройденную секунду, словно от этого подсчёта времени зависели их дальнейшие судьбы. И как только по всей школе раздался последний за рабочий для первой смены день звонок, говорящий о том, что все мучения для подростков на сегодня уже окончены, ученики, радостные, пулей выбегали из душного кабинета, толпясь возле выхода, пихая друг друга в спину, лишь бы поскорее уйти из ненавистного им всем места. До учителя уже никому далеко не было дела.       Кто-то ещё копошился, стоя за своей партой, а кто-то наоборот — подгонял своего друга, чтобы тот собирал свои вещи быстрее. Уже в скором времени в кабинете, где катастрофически не хватало свежего воздуха, остался всего лишь один ученик — среднего роста неопрятно одетый юноша с короткими тёмными взлохмаченными волосами, прядки которых торчали в разные стороны. Рубашка наполовину небрежно вправлена в чёрные школьные брюки с кожаным ремнём. На ногах стандартные туфли, внимание, однако, привлекали яркие жёлтые носки с непристойной надписью на английском.       Обито совершенно не спешил собирать свои вещи и уходить из кабинета, потому как за сегодняшний урок истории он уже был пять раз предупреждён его обожаемым учителем и в итоге был оставлен после уроков в качестве наказания за своё безобразное поведение. На уроке он не отвечал домашний параграф, поэтому сейчас Дейдара — наилюбимейший учитель Обито из всех возможных — был готов выслушать своего непослушного ученика и оценить его знания в таком замечательном школьном предмете, как история. — Обито, — внезапно раздался несколько раздражённый из-за трудного и выматывающего дня голос молодого учителя, что сидел за своим рабочим столом и тщательно перепроверял тетради и папки, ища что-то среди них, что могло ему понадобиться, — открой окна, иначе такими темпами мы с тобой тут совсем в лужицы превратимся, гм. «Я бы и сам мог превратить тебя в лужицу прямо сейчас…» — промелькнула достаточно непристойная мысль в голове уже ехидно ухмыляющегося Обито.       Дейдара лишь бросил на него короткий непонимающий взгляд, мол, чего он до сих пор не поднял свою пятую точку со стула и не принялся выполнять просьбу. Совсем распоясался уже. В итоге ученик наконец поднялся, преодолевая небольшое расстояние до окон с плотно задёрнутыми жалюзями — единственным, что кое-как спасало от лучей палящего солнца, что так и норовило просунуть свои светлые лучи в окна и осветить помещение. Немного помучавшись с жалюзями, Обито наконец удалось открыть несколько окон на форточку, пропуская свежий поток прохладного ветра в кабинет, пару минут ещё стоя возле одного из окон. — присаживайся на место, я дам тебе пару минут, чтобы повторить параграф, после чего я буду спрашивать у тебя его весь, — Дейдара вновь бросил на своего ученика взгляд, встретив очередную хитрую улыбку до ушей.       Обито прямо светился от счастья и неизвестно, радовался он тому, что будет рассказывать параграф, или тому, что проведёт несколько часов в компании своего учителя. Ответ был очевиден. Дейдара и сам его знал, от того и на его собственном лице появилась слабая улыбка, которую он поспешил стереть, коротко откашлявшись.       Всё-таки они находились в школе. А потому и всяких непристойностей себе здесь позволить не мог никто из них. Но если же Дейдара и придерживался этого правила, то Обито было глубоко плевать на него с высокой колокольни. Ему, в силу своего ещё чересчур молодого возраста, не хватало острых и, местами, экстремальных ощущений и в свои бредовые идеи он всякий раз впутывал и Дейдару заодно. Однако сейчас этот подросток с просто гигантским запасом энергии, которую требовалось куда-то выпускать и шилом в одном месте, спокойно сидел за своей партой и, Дейдара до сих пор не мог поверить своим глазам, держал в руках книгу и читал её. Прямо-таки читал, да ещё и, скорее всего, пытался вникнуть в суть написанного в учебнике текста, потому как это было видно по его серьёзному и сосредоточенному лицу: слегка сведённые к переносице тёмные брови, немного прищуренный взгляд и абсолютное спокойствие, которое он умело сохранял. Дейдаре даже начинало казаться, что он вполне уравновешенный и сейчас перед ним сидит не тот Обито, которого он привык видеть, а совсем другой человек, словно его подменили. Но так ли это было на самом деле, или ученик просто умело играл новую роль, которую создал сам же, чтобы показать своему учителю, мол, вот каким я могу быть, обрати же на меня своё внимание и полюбуйся, а ещё лучше — похвали.       Но Дейдара, вопреки всем ожиданиям, на этот небольшой спектакль ничего не ответил. Кажется, он догадался, что его любимый ученик просто умело дурачит его. На самом деле, домашний параграф и текст в общем его совсем не интересовал. Но он ожидал, что учитель обратит на это должное внимание и что-нибудь ему скажет. А подняв на него свой взгляд, Обито удивился — почему это его игнорируют? Или ему и впрямь придётся читать параграф? Ну уж нет, в школу он не для этого ходит. — послушай… — вдруг обратился к своему ученику Дейдара, увидев в чёрных омутах искру и надежду, — я сейчас немного занят, мне нужно проверить ещё стопку тетрадей, поэтому я, так и быть, дам тебе немного больше времени и, я уверен, его тебе будет достаточно, чтобы вызубрить этот параграф, хм. Потому что работы действительно предстоит многовато. Но я уверен, что ты не против посидеть лишние пятнадцать минут со мной, не так ли, Обито?       Обито послушно закивал. На его лице светилась лучезарная улыбка, вызванная приятной новостью: он проведёт ещё больше времени с учителем, чем планировалось с самого начала. Но теперь какое-либо желание читать домашний параграф вовсе отпало, а что делать вместо этого — Обито не знал, поэтому погрузился в свои глубокие размышления. Дейдара полностью был сосредоточен на своей задаче. Сейчас его ничто не должно было отвлекать, чтобы он случайно не наделал ошибок в тетрадях учеников, пока проверяет написанные ими тесты. Хотя, даже если он и сделает несколько незначительных ошибок при проверке — это не сильно усугубит положение учеников, ведь собственных ошибок у них было предостаточно.       Время тянулось болезненно медленно, в особенности для Обито. И хотя в кабинете больше не было так жарко, ему всё равно было некомфортно сидеть на одном месте и ничего не делать. За это время он успел вдоволь налюбоваться своим учителем, но его грызла мысль, что он не может сейчас сблизиться с ним. Хотя, почему это не может? Возмутившись от такого вопроса, адресованного самому себе в мыслях, он поднялся со стула, громко захлопнув учебник, чтобы Дейдара услышал это и поднял свой взгляд на Обито, в то время как последний лёгкой походкой прошёл к учительскому столу, становясь напротив и склоняясь вперёд. Сейчас его лицо было предельно близко с лицом блондина и его это радовало. — я могу вам помочь, Дейдара? Уверен, работа трудноватая, но по большей части изматывающая, почему бы вам не передохнуть? Я мо-…       Договорить ему не дали, точнее, он замолчал сам, как только его встретил убийственный взгляд двух голубых очей, в которых Обито прямо так и хотел утонуть, лишь бы смотреть в них вечно. Лишь бы они смотрели на него в ответ. — перестань надоедать мне. Не сейчас, Обито. Я занят и не могу в данный момент отвлечься на тебя, гм, — с прежней ноткой недовольства протянул светловолосый, смотря на Обито сквозь прищуренные глаза. — ладно, как скажете, но знайте — вы сами отказались и я не стану вас переубеждать. Я могу тогда просто посидеть рядом? — делай, что хочешь, хм. — я запомню.       Дейдара не воспринял слова Обито всерьёз, мысленно уже вздохнув с облегчением. Вот только он ещё не знал, что будет ждать его впереди и что всю огромную стопку тетрадей сегодня ему проверить не суждено. Обито уже успел поставить ещё один стул к учительскому столу, теперь сидя рядом с Дейдарой, следя за каждым его движением, иногда бросая взгляд на светлые мягкие локоны волос, что были неосторожно убраны в низкий хвост и добрая половина из них уже давно выбилась из общей кучи и свисала ему на лицо, явно мешая тем самым. Иногда взгляд Обито спускался чуть ниже, к оголённой нежной шее и выпирающим ключицам, на которых, если присмотреться, можно было увидеть почти полностью прошедшие бордовые следы, уже понятно кем оставленные. И этот кто-то сейчас, довольный, сидел рядом и давил лыбу. Подозрительно хорошее настроение на сегодня, но оно не могло быть другим, ведь Обито сейчас рядом с его предметом обожания, которому он готов целовать ноги, поклоняться, как самый преданный последователь своего божества.       И даже сейчас он готов встать на колени. Обито именно это и сделал, уже вскоре пропадая из виду, скрываясь под столом. Разместившись там поудобнее, как можно ближе к Дейдаре, он осторожно, как бы невзначай провёл рукой по чужому колену. Именно тогда привычно недовольный взгляд уставился на него сверху вниз, а светлая бровь изогнулась в недоумении. — Обито, чёрт тебя дери, только попробуй именно сейчас… Я влеплю тебе двойку за ужасное поведение, хм! — хорошо, Дейдара, я готов получить двойку, если после этого я смогу совершить задуманное, — с прежней улыбкой ласково проворковал Обито, потираясь своей щекой о ляжку светловолосого, постепенно поднимаясь всё выше, в то время как его шаловливые ручонки то и дело скользили вдоль голеней блондина. — клянусь, Обито, тебе не поздоровится после этого, если я вдруг случайно сделаю что-то не так или отвлекусь на тебя… — так ты не отвлекайся, я тут просто посижу, — слова Обито совсем не вызвали у Дейдары доверия, однако с его стороны послышался тяжёлый вздох, говорящий о том, что он уже сдался, принял правила этой игры. Он, недолго думая, поспешил отвести свой взгляд обратно на рабочий стол, перебивая желание обратить сейчас всё своё внимание на Обито, ответить на его приятные ласки, продолжив начатую работу.       Обито зря времени не терял. Успешно жамкал мягкие ляжки через ткань чёрных свободных брюк Дейдары, позволяя себе в скором времени медленно развести чужие колени в стороны. Открытого сопротивления он не встретил, чему даже улыбнулся, понимая, что Дейдара совсем и не против оказывается. Конечно он будет не против.       Продолжая поглаживать стройные ноги светловолосого одной рукой, вторую Обито уверенно протянул к ширинке брюк, оглаживая через ткань видневшийся стояк. Дейдара слишком легко возбуждается даже от простых прикосновений к себе. Уже сейчас все его мысли были забиты всем, кроме работы, о которой он теперь не мог спокойно думать и также спокойно проверять тетради. Рука, в которой он держал красную ручку, слегка дрожала, однако юноша старался сосредоточиться. Старался изо всех сил, но прикосновения чужих горячих рук к себе всякий раз заставляли его сбиваться с мыслей.       Но когда он почувствовал, как ловкие сильные руки начали мучительно медленно расстёгивать ширинку, невольно подался ласкам, слегка приподнимаясь, чтобы Обито вскоре стянул с него штаны вместе с нижним бельём до самых щиколоток. Обито не спешил со своими действиями, растягивая удовольствие на подольше. Продолжая тереться своей щекой об уже оголённую ногу блондина, ладонями скользил уже чуть выше, оглаживая чужие бёдра, слегка задирая белую рубашку повыше, чтобы не мешала, иногда щипая за бока, на что в ответ Дейдара лишь тихо ойкал, выгибался, стараясь отстраниться от рук, но крепкая хватка не давала ему этого сделать, как бы он ни старался.       Обито осторожно покусывал, целовал, оставлял следы на ляжках, постепенно поднимаясь всё выше и когда его влажные губы коснулись бордовой головки, Дейдару так и прошибло током. Он резко выпрямился, словно по струнке, прикрывая свой рот тыльной стороной ладони. О какой проверке тестов здесь может идти речь, когда ему сейчас собираются сделать минет прямо здесь, в кабинете!       От подобных мыслей его щёки всё больше наливались пунцовым румянцем, в то время как рассеянный взгляд бегал по всему кабинету, пытаясь найти хоть что-нибудь, на чем Дейдара смог бы остановить своё внимание, на что смог бы немного отвлечься.       Блаженный стон сорвался с его уст, когда Обито взял его орган в рот, принимаясь посасывать, руками не переставая ласкать чувствительную, нежную кожу с внутренней стороны бёдер и сами бёдра, слегка сжимая их. Чёрт, как же сейчас было в помещении жарко, несмотря на открытые окна. Тело Дейдары в какой-то момент начало гореть, а всё из-за жаркой страсти Обито, который не позволял этой страсти потушиться.       И хотя его опыт в минете почти совсем отсутствовал, к слову, он уже однажды пытался сделать Дейдаре приятно таким образом, но та попытка закончилась весьма плачевно и после этого Дейдара ещё долго дулся на него, в этот раз Обито сможет овладеть новым навыком.       Он старался сделать как можно приятнее своему любовнику и судя по его сладким стонам, ему это нравилось и сам Обито тоже оставался довольным. Его слух ласкал каждый звук, издаваемый Дейдарой и это придавало мотивации действовать и дальше, хотя он и не думал прекращать.       Там, где Обито не доставал ртом, помогал себе руками, облизывая напряжённый сочащийся белой смазкой член, уделяя большое внимание наиболее чувствительной головке, чувствуя сильное возбуждение от этого. Дейдара в буквальном смысле готов был взорваться, настолько ему сейчас было хорошо.       И когда терпение полностью лопнуло, он запустил под стол свою дрожащую руку, поспешно вплетая тонкие пальцы в тёмные жёсткие локоны волос, массируя подушечками затылок, иногда слегка надавливая, призывая действовать чуть быстрее. Обито всё устраивало. Он был рад, что Дейдара наконец коснулся его сам.       Они оба притихли, когда вдруг вдалеке послышался звук приближающихся шагов. И Дейдара готов был провалиться под землю, когда ручка двери в кабинет вдруг дёрнулась. Обито хотел бы убить вошедшего в кабинет незваного гостя, однако продолжал бездействовать, напрягая свой слух получше, так и не выпуская член изо рта. К счастью, дверь в кабинет находилась далеко от учительского стола, почти в самом конце и под закрытым с трёх сторон деревянным столом Обито не было видно. Зато было прекрасно видно раскрасневшегося непонятно из-за чего Дейдару, с запущенной вниз, под стол, одной рукой и с совершенно растерянным видом.       Зайди в кабинет кто другой, сразу бы подумал что-нибудь не то и Дейдара бы сразу вылетел из работы, лишившись работы. Однако это оказался всего-навсего Сасори — учитель, преподающий искусство. Кажется, ему что-то потребовалось от Дейдары. Но он же мог просто ему написать сообщение, ведь всё-таки он его коллега и по совместительству друг, с которым они прекрасно общались и в школе и за её пределами. — мне сказали, что ты остался после уроков и решил спросить, нужно ли мне тебя ждать, Набоков, — кажется, Сасори и сам не мог сразу собраться с мыслями при виде такого Дейдары, однако подобные картины бедному Акасуне приходилось видеть, увы, уже не в первой. Он выглядел несколько раздражённым. Стоял возле двери со скрещёнными руками и прожигал в Дейдаре дыру. Если кто-то другой вдруг случайно увидит его в таком состоянии в подобных обстоятельствах, то Сасори на этот раз не станет прикрывать его зад. Наверное.       Дейдара тихо вздохнул, не найдясь подходящими словами, вместо этого бросая короткий взгляд на Обито, почти сразу переводя его обратно на Сасори. И только рукой он слегка надавил на затылок до сих пор мешкающего ученика, чтобы он продолжил. Обито лишь коротко бесшумно усмехнулся, вскоре продолжая начатое, чувствуя, как на его плечо Дейдара закинул одну свою ногу, полностью высвободив её из одежды, тем самым только больше притягивая к себе. — в конце концов, ты ведь мог написать мне, а не почтить меня своим визитом, хм. — я писал, ты не отвечал. — правда?.. — блондин бросил внимание на свой лежащий на столе мобильный телефон, на котором высвечивалось как минимум штук десять сообщений от Сасори. Тогда он лишь виновато почесал свой затылок. — думаю, сегодня могу тебя не ждать. Я убью тебя, Дейдара, если ты вдруг потом опять прибежишь ко мне с просьбой прикрыть тебя. Старайтесь не шуметь, — последнее, что бросил Сасори перед тем, как выйти из кабинета, захлопнув за собой дверь.       Дейдара с облегчением вздохнул, откидываясь назад на спинку стула, не прекращая рукой шишиться в прядях волос Обито, стараясь расставить свои колени как можно шире. О Сасори можно не волноваться. Он не станет возвращаться, а насчёт кого-то постороннего Дейдара не волновался. Никому нет дела до этого кабинета на второй смене.       Обито начал сосать быстрее, насколько это было возможно и продержаться дольше Дейдара не мог. Колени крупно дрожали, Обито успокаивающе их гладил, готовый принять сперму в свой рот. Всё закончилось, когда он сделал последние несколько движений и Дейдара, чуть не подскочив, излился прямо в рот любовнику. Обито проглотил всё, отстраняясь от обмякшего и тяжело дышащего блондина, стирая с подбородка стёкшие несколько белых капелек. Он наконец вылез из-под стола, вновь скалящий своей добыче белоснежные зубы зверь, прижимаясь и прижимая Дейдару, в момент подхватывая его на руке и сажая на стол. — я хороший мальчик, Дейдара? Я заслужил вознаграждение? — в наглую целуя своего учителя в открытые нежные участки тела, вдруг спросил Обито, заставляя того на мгновение прийти в себя. — ты идиот, м… Иди закрой дверь, — блондин опёрся одной свободной рукой о поверхность стола, чуть отстраняясь от Обито, который лишь послушно ему кивнул и пулей отправился к двери, вскоре закрывая её на замок. Дейдара проводил его ехидным взглядом, предвкушая, как он вновь нависнет над ним, как вновь начнёт ласкать. Из одежды на нём всё ещё оставалась мятая рубашка с чёрным галстуком, от которой Обито обязательно избавится.       Так и случилось. Только он прошёл обратно к столу, занимая наиболее удобное положение меж разведённых в стороны ног, подхватывая их под коленом, закидывая к себе на бёдра, следом тут же срывая с Дейдары оставшуюся одежду. — хороший, м…       Обито и так знал, что он хороший, поэтому в ответе не нуждался. Два разгорячённых тела слились между собой в жарком пылающем танце, даря друг другу море приятных ощущений и ещё большего возбуждения. Самый любимый предмет у Обито — история. И это не потому, что он так хорошо её знает…