Момент из жизни

28.02.2023 19:49 Я шла на тренировку, уткнувшись в телефон в переписку с тобой, и ничего не замечала вокруг. Очередной тревожный диалог на тяжелую тему: кажется, я тогда убеждала тебя, что всё обязательно к лучшему. Это случилось около стройки метро (как ты помнишь, на Тухачевского): там, где стоят технические фонари с ослепляюще ярким белым светом. И вот под одним из тех фонарей, там, где свет падает почти вертикально, меня резко окликнула женщина, шедшая навстречу. Я даже среагировала не сразу: еще пару шагов прошла вперед, оставив ее за своей спиной. Подумала, что мне послышалось, но решила проверить: я вынула наушник и обернулась. Оказалось, меня действительно позвали. Женщина стояла прямо посреди тротуара, повернутая ко мне всем телом. Она была в зеленом пуховике, немного полная, со светлыми короткими волосами и уставшим от времени лицом. — Ты посмотри!.. Она взглянула мне в глаза, но это был другой взгляд: она смотрела не на меня. Сложно описать. В тот момент перед ней стоял кто-то из бережно хранимого ею прошлого. Так с улыбкой на своих взрослых детей смотрят больные деменцией старики, когда в полусонном бреду им видятся не тревожные глаза уставшей дочери и не угасание их собственной жизни, а её рассвет: ещё живые родители и беззаботное детство под их опекой, счастье первой влюбленности и разговоры с близким другом, связь с которым еще крепка и кажется нерушимой. Они смотрят на детей (по крайней мере, дети сами так думают), а на самом деле — туда, в прошлое. Я не знаю как передать этот взгляд словами. Кажется, его невозможно описать. Она глядела в мою сторону, секундная задержка, которая позволила мне рассмотреть её на этом расстоянии, а потом подняла голову к фонарю. — А завтра уже весна. Представляешь? — её голос был отчетливо мне слышен, хотя говорила она уже куда-то вверх, не повышая тона и не задумываясь о повторении, если бы я вдруг не разобрала её слова. — Ведь 1-ое марта... Хлопья снега, отчетливо различимые при таком освещении, казались какими-то ненатурально гигантскими, словно это и не снег вовсе, а что-то искусственное, созданное рукой человека. Я стушевалась: сама ведь часто стою так посреди улицы, думая где-то в глубине души: почему некоторые предпочитают смотреть лишь под ноги, не замечая, например, вот этого странного кадра? Или вон того... Приятно это — замечать. А тут — поймана за руку. Оказалась такой же, как и те сотни людей, выходящих из Курского вокзала с совершенно безжизненным лицом. (Ныне, когда я хожу там по утрам два раза в неделю, этот поток меня иногда приводит в настоящий ужас) Я растерялась и, не найдя, как достойно ей ответить, пробормотала что-то про смену времен года и красоту этого снегопада. Остро ощутила, насколько же несвоевременными были эти слова на тот момент. Часть суматошной толпы, да. Не замечающая и не глядящая. Она ничего мне не ответила. Смотрела на снежинки, улыбалась, но молчала. А потом развернулась и, сделав пару шагов, быстро исчезла в темноте: дальше по дороге фонари кончались. Поняв, что теперь стою тут в полном одиночестве, я еще раз глянула наверх. Звенящая, но добрая тишина. Спокойствие — посреди долгой и такой спешащей тревожности. — И правда, а ведь завтра уже весна.