Когда я встретил мальчика с зелёными глазами

Я помню этот момент его глазами. Гарри боится, но надеется, что я этого не сделаю. Палочка, в моих трясущихся руках, медленно опускается, и он неслышно выдыхает. Я просто… не убийца. Не знаю, почему Волдеморт подумал, что я справлюсь с одним из сильнейших волшебников. В любом случае, сейчас я осознал, что не хочу и пытаться. Чёртов Поттер. Мы расстались в конце позапрошлого года. Нет, не так, мы оборвали все связи с друг другом, но не перестали наблюдать, следить, переживать. Когда умер Сириус, я изводил себя как мог, лишь бы не кинуться Гарри в объятия, пытаясь хоть немного утешить, помочь пережить эту боль. Помогло небольшое, скрытое от всех письмо, лето, а потом Тёмный Лорд и его жестокая насмешка в виде неисполнимого задания. Гарри выхватил меня после зальеварения неделю назад, в тишине отвёл под ближайшую нишу. — Как ты? — Нормально, — очевидно для нас обоих солгал я. Я вздрогнул, когда он взял меня выше запястья и вложил немного потрёпанный блокнот в руку. — Не знаю, что у тебя сейчас на уме, но это то, что я вижу. И то, что видел раньше… Гарри сжал мою руку и вышел. Я перелистывал страницу за страницей, на каждой виднелось моё лицо. Неужели Гарри умеет рисовать? Вот рисунок нашей первой встречи — я обернулся и вгляделся в его глаза, по щекам катятся слёзы, но при этом я не выгляжу грустным. А потом ещё один такой же… и ещё… больше деталей, больше эмоций… Я вспомнил, как Гарри спросил меня на втором курсе, не ошибся ли он, подумав, что это меня он встретил на концерте несколько лет назад. Как же он лгал… тут ошибиться невозможно. Потом несколько рисунков на первом курсе, немного на втором, третий… куча моих улыбок и светящихся глаз на чертвёртом, затем серая маска, тусклая кожа… Я захлопнул альбом и приложил его к груди. — Чёртов Поттер, — думал я, пока предупреждал директора о надвигающихся Пожирателях. Я отошёл к стене, переживая о последствиях своих действий. Что теперь будет с родителями? Волдеморт не прощает ошибок и предательств. — Они будут в порядке, я знаю. Я вскинул голову в сторону голоса. — Ты знаешь? — Луна сказала. — Авторитетно, — я усмехнулся, позволив себе забыть о проблемах. — А если серьёзно, она правда… м-м-м провидица или…? — Я же говорил тебе, что вы… — Звучим похоже, я помню, — глаза поневоле закатились. — Ты иногда такой рейвенковец, загадочный рейвенковец, — добавив голосу таинственности, произнёс я. Гарри, вздохнув, продолжил, — Конечно, у тебя есть выбор, даже сейчас, но я хочу, чтобы ты был рядом, — он подошёл ближе. — Между прочим, я очень скучаю. — Я тоже, — признание далось легко, ведь вряд ли это осталось в секрете.

·: *¨༺ ♱▕♱ ༻¨*: ·

— Как думаете, я сегодня умру? Во мне боролись два желания — ударить его или обнять. Вместо этого из глаз потекли слёзы, и я растерянно взглянул на стоявшую рядом Луну. Нам потребовался год, чтобы найти все крестражи Волдеморта, после того, как Дамблдор неожиданно (для нас) умер от неизвестного проклятья. Мне хотелось воскресить и убить его ещё раз, ведь если бы я знал, что директор не продержится и нескольких месяцев… не стал бы рисковать семьёй. Тем не менее, осенью началась настоящая война. Я, Гарри и Гермиона отправились в бега, а остальные наши друзья следили за ситуацией в школе. Гарри еле удержал меня на месте, когда мы узнали, что этот безносый ублюдок держит Луну в темницах моего собственного дома. Пришлось на скорую руку придумывать план по её вызволению. Наверное, кто-то свыше всё-таки благословил нас, ведь «операция» прошла без потерь. Недавно мы уничтожили адским пламенем последний не-живой крестраж, осталась лишь Нагайна. Гарри хочет отправиться к Волдеморту, чтобы уничтожить его до того момента, когда он доберётся в Хогвартс. Мне хочется кричать от осознания, что его никак не уговорить оставить эту глупую идею. Но это, к сожалению, ничем не поможет. — Хэй, — Гарри нежно провёл рукой по моей щеке, — не могу смотреть на то, как ты плачешь. — Но тебе нравится, как я плачу. — От счастья, — Гарри притянул меня для быстрого поцелуя. — Просто уничтожьте змею. Мы кивнули и Гарри ушёл. За секунду до того, как это случилось, мы с Луной в панике переглянулись. «Авада Кедавра» одновременно прозвучало в наших ушах, и я рухнул на колени. Луна видела произошедшее со стороны, но я буквально чувствовал, как зелёный луч ударил мне в грудь. Видение тут же прекратилось, и я зашептал: — Нет, нет, нет… Я задыхался, будто кто-то в миг сжёг весь кислород вокруг. Он обманул нас. Он не защищался. — Драко… — Ты знала? — Я… — Чёрт! — по её лицу и так всё было ясно, Луна, блять, не удивлена произошедшему. Я встал. — Пошли за змеёй. Не знаю, почему шляпа посчитала меня гриффиндорцем, но меч, выпавший из неё, очень хорошо отрубает головы вредным хладнокровным. Я откинул оружие в сторону и, развернувшись, побрёл к выходу, встречать дорогого гостя. Луна молчаливо шла за мной. — Гарри Поттер мёртв! — Волдеморт противно засмеялся. Я смотрел на тело в руках Хагрида и не мог перестать дрожать. Что, если я сейчас кину Аваду Лорду прямо в лицо? Подошедшая Гермиона схватила меня за руку. — Это… — Да. — Гарри… — она в ужасе закрыла рот рукой и отшатнулась назад. Невилл толкал длинную душещипательную речь, а я думал, что же нам теперь делать. Неужели всё было зря? Вдруг, казалось бы безжизненное, тело спрыгивает с рук Хагрида и я, больше повинуясь инстинктам, чем осознавая реальность, с криком кидаю свою палочку вперёд. Я уверен, что у него в руках она будет слушаться так же, как и в моих. Гермиона облегчённо смеётся, а я снова оседаю на землю и в неверии слежу за разворачивающейся битвой. То, что мы победили, не оставляет сомнений. Что Гарри победил… Я влетаю в объятия родителей и в суматохе увожу их в глубь Хогвартса. Пожиратели неожиданно начинают падать без сознания, я в панике смотрю на родителей, но с ними всё хорошо. — Из них будто высосали всю жизнь… — с шоком в голосе произносит кто-то из толпы. А я вспоминаю Василиска на втором курсе, и моё так и не успокоевшееся сердце в догадке ускоривает свой ритм. Божечки… магия зова? Гарри возвращается через десять минут. Он обессилен, весь в грязи, но живой.

·: *¨༺ ♱ﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـ♱ ༻¨*: ·

— Драко, не шевелись! — Гарри улыбается. — Боже, ты выглядишь как ангел. — Так нарисуй мне нимб и крылья, — лукаво отвечаю я, вытягиваясь на кровати ещё больше. В меня тут же прилетает кисточка. Из окна светил яркий солнечный свет, который бывает только весной. Зайчики радугой разбегались по комнате, прозрачная занавеска раздувалась тёплым ветром в разные стороны, и всё, что я хотел — это навсегда остаться в этом моменте. До моей груди ласково дотронулась рука, и я приоткрыл глаза. — Дорисую позже. Вот теперь всё точно идеально. — Волшебно, — шепнул Гарри, прежде чем поцеловать.