Амнезия

    Ночь. На улице ни души. Дорога пуста. Я еду с очередной миссии. До дома осталось каких-то 15 километров. Совершенно ничего не предвещает беды. Но тут на дорогу резко выбегает кошка. В попытке обогнуть её мой мотоцикл заносит, и он врезается прямо в фонарь.         Где это я? Что тут делает мотоцикл? Это я на нём ехал? Что вообще вчера было? Столько вопросов и такая жуткая головная боль. Ничего не помню.     — Ох, надо же, какая встреча. Привет, Чуя!      Мимо меня проходит парень примерно моего возраста, кареглазый шатен, и, улыбаясь, здоровается со мной. Но кто он? И откуда знает моё имя?     — Даже не поздороваешься? Как грубо с твоей стороны, — он отвернулся, но не ушёл.     — Кто вы? — еле выдавил я из себя. Я ничего не помню и тем более не понимаю.     — Ты чего это? Я, конечно, всё понимаю, но не нужно настолько грубо реагировать на встречу со мной, — он подходит ближе, и я  отскакиваю в сторону. В его глазах проскакивает волнение. — Что с тобой? Чуя, ты правда не помнишь меня?     — Н-нет, — заикаясь, говорю я.     — А что вчера было, ты тоже не помнишь? — присев и немного наклонив голову набок, спросил он. Я помотал головой. Я знаком с ним? Или нет? Не знаю. Может, мы друзья? А может... Нет! Чуя, о чём ты вообще думаешь! Такого точно не может быть!     — Тебе нужно в больницу, — решительно произнёс шатен. Он встает и помагает встать мне. Конечно, я бы не стал ему доверять, но он меня знает, и это мой единственный шанс всё вспомнить, который я упускать не собираюсь.         — Ну что сказать, у вас амнезия, — после долгого осмотра наконец сказала мне врач, — Но вы не переживайте, воспоминания вернутся примерно месяца через три, может немного больше.     — А ускорить это никак не получится? — спросил шатен. Он так и не назвал мне своего имени.    — Да, вы можете рассказывать то, что пережили вместе. А кто он вам, кстати?     — Бывший коллега.     Бывший коллега, значит. Хорошо. Осталось выяснить, как его зовут, и почему он хочет мне помочь.         Мы вышли из больницы и направились в неизвестном мне направлении. Царит молчание, и я решаю прервать его.     — А как тебя зовут? Ты так и не назвал своего имени.     — Меня зовут Дазай Осаму.     Дазай Осаму. Почему этот человек решил помочь мне? Ведь я всего лишь его бывший коллега, а за них обычно не переживают.     — Куда мы идём?     — Ты голоден?     — Эээ да.     — Значит, в кафе.     — Но ведь мы возвращаемся к мотоциклу.     — На нём всего пара вмятин, так что он работает. Доедем на нём. Ты помнишь как водить его?     — Ты сейчас серьёзно?!     — Ну да.     — То есть ты хочешь, чтобы я с амнезией, о которой буквально только что узнал, довёз нас до кафе на том, из-за чего я эту амнезию и получил?!     — Именно. Я то его водить не умею, а если мы оставим твой мотоцикл тут, то есть вероятность, что его угонят.     Да он издевается! Я пострадал из-за этой штуки и сейчас должен сесть за её руль. Прекрасно! Стоп! А почему он вообще меня бесит?     — Чуя! — Дазай окликнул меня, и я вздрогнул. В этот момент он запрыгнул на мотоцикл и протянул мне руку, — Я пошутил. Я знаю как водить его. Садись и держись крепче.     — Ещё одна такая шутка, и я за себя не ручаюсь, — процедил я сквозь зубы в надежде на то, что это сработает. И это, кажется, сработало.     — Оу-оу-оу, полегче, Чуя, не горячись. Больше никаких шуток.     Мы трогаемся и молча едем примерно минут пять. Почему он хочет мне помочь? Почему...     — О чём задумался? — резко спросил Дазай.     — А? Да так, ни о чём.     Мы обмолвись ещё парой фраз и дальше ехали молча.         Спустя какое-то время мы остановились возле ресторана.     — Ты же сказал, что мы едем в кафе. Что мы забыли в ресторане?     — У моих коллег возникнут вопросы, если они увидят нас вместе в кафе.     — Как будто у меня есть деньги на ресторан.     — Не проблема. Я всё оплачу. — С чего вдруг такая щедрость? И вообще, почему ты решил мне помочь?     — Я тебе как-нибудь потом отвечу на этот вопрос.     — А почему не сейчас?     — Задавай меньше вопросов и иди быстрее! — Дазай уже стоял у входа в ресторан. Что ж, на вопрос не ответит, зато хоть счёт оплатит.     — Слушай, Чуя, а что ты вообще помнишь? — спросил Дазай, когда мы приступили к трапезе.     Это было настолько неожиданно, что я даже подавился, а Дазай спокойно встал и заботливо постучал мне по спине.     — Я не просил тебя об этом, — буркнул я.     — А где "спасибо"? Ты же мог помереть!     — Спасибо. Кхе.     Его спокойствие меня раздражает. Почему-то.     — Так что ты помнишь? — вновь пристал ко мне с вопросом Дазай.     — Да чё ты прикопался? Дай поесть спокойно!     Дазай ничего не ответил. Он сложил руки в замок и стал смотреть в окно, изредка поглядывая на меня.     — Когда я очнулся, я помнил только своё имя и дар, — сказал я после того, как Дазай попросил у официантки счёт, — Я ответил на твой вопрос. Тепепь ты ответь на мой. Почему решил помочь мне?     — Ваш счёт. Оплачивать будете картой или наличными? — нас прервала официантка. И почему всё так невовремя...     — Девушка, ваша красота словно мимолётное цветение лотоса. Не хотите ли вы совершить со мной двойное самоубийство?     — Молодой человек, оплатите счёт, — спокойно ответила официантка. Мне бы такое спокойствие.     — Эх, хорошо. Куда прикладывать карту?     Мы вышли из ресторана, и у Дазая зазвонил телефон. Оттуда орал мужской голос: "Дазай, чёртов ты упырь, объясни мне, откуда у тебя моя карта и почему оттуда списалось пять тысяч ен?!"     — Эээ... Я был в кафе, — сказал Дазай и сбросил.     — Кто это был?     — Это Куникида — мой напарник.     — Ясно. И ещё вопрос. Ты маньяк-суицидник?     — О, а к тебе уже начинает возвращаться память! Это хорошо.     Серьёзно?! И вот он был моим напарником?! Так, ладно, Чуя, успокойся, вдох, выдох. Сейчас надо выяснить кое-что другое.     — А где я живу, ты знаешь?     — Где твоя старая квартира, я знаю, новый адрес - нет.     — Ну так поехали в старую.     — К сожалению, мы не можем. Она сгорела.     — А кто знает новый адрес? — спросил я, и в моём кармане раздалась вибрация. Мне звонил какой-то Мори.     — Он знает.     — Ало. А кто это? — я ответил на звонок и на всякий случай поставил на громкую связь.     — Чуя, тебе что, память отшибло? — раздался голос из телефона.     — Ну вообще-то да, — вдруг встрял Дазай, хотя я его об этом не просил, взял у меня телефон и отключил громкую связь, — Мы недавно вышли из больницы, у Чуи амнезия. Будь добр, назови его адрес.     Дальше я слышал от Дазая только "да", "ага", "угу" и в конце "нет, я не вернусь в портовую мафию".     — Портовая мафия - это место, где я работаю? — спросил я, и Дазай вернул мне телефон и кивнул, — А Мори..     — Твой босс, — перебил Осаму, — И пока ты не успел спросить, поясню. Мы с тобой были напарниками. Нас прозвали "двойной чёрный". Мы были... Хорошей командой, но несколько лет назад после смерти важного для меня человека я перешёл в другую организацию, — он отвернулся и тяжело вздохнул.     И этот человек решил помочь мне. Как я вообще согласился? Но ведь главный вопрос это то, почему он помогает мне. Почему? Почему? Почему...     — Чуя! Хватит уже ворон считать, садись! — Дазай уже был за рулём мотоцикла, — И ещё кое-что. Тебе придётся обхватить меня за талию, так как когда ты держался за мои плечи, то чуть не упал. Ты ведь не хочешь себе что-нибудь сломать?      — Чего?! Ты совсем из ума выжил?! Ни за что!     — Хорошо, тогда садись за руль ты, а я, так уж и быть, обхвачюсь за твою талию, — Дазай наиграно закатил глаза.     — Что!? Ну уж нет! Я не позволю лапать себя не пойми кому! Даже если это мой бывший напарник!     — Нууу ладно, — протянул Осаму с неким сожалением. Мы ехали молча, и, слава Богу, я держался за плечи Дазая. Но тут он резко поворачивает, от чего я чуть не падаю и, сам того не замечая, быстро перемещаю руки на талию Осаму.     — Ты же не собирался делать этого, — слегка обернувшись на меня удивлённо произнёс шатен.     — Заткнись и следи за дорогой.     Мы ехали настолько долго что я уснул, случайно положив голову на плечо Дазая.     — Эй, спящая красавица, вставай. Мы приехали, — прошептал детектив.     — Уже? — сонно произнёс я, — Стоп. А ты кого спящей красавицей назвал, а!?     — Прости, Чуя. Идём, — он встал, и я упал с мотоцикла и ударился локтем об асфальт. Дазай засмеялся.     — Чё ржёшь? Вали давай отс... — но договорить я не успел, так как у Дазая зазвонил телефон, и, судя по голосу, это был Куникида: "Дазай, чёртов упырь, как ты посмел затопить меня?! Тебе не жить! Вот придёшь ты домой, и й..."     — Зануда, — холодно буркнул Осаму после чего с дружеской улыбкой обратился ко мне, — Чуенька, дружище, а можно я у тебя переночую?     — Что?! Нет!     — Но ведь Куникида убьёт меня, когда я вернусь.     — Так ты же сам хотел умереть? Передумал?     — В адских муках я помирать не собираюсь. Да и к тому же, мне не на чем добраться до дома. А пешком идти слишком далеко и слишком долго.     — Ааа ладно, только не беси меня!         Я открыл ворота и припарковал мотоцикл. Перед нами предстал двухэтажный особняк в английском стиле.     — Ого! Ну и харомы же у тебя, Чуя!     — Сам в шоке.     Мы стояли и смотрели на дом примерно минуту.     — Мы так и будем тут стоять? Между прочим, уже стемнело, — Дазай неожиданно прервал молчание, — Надеюсь, ты не потерял ключи? — с ехидной улыбкой добавил он.     — Очень смешно, — я закатил глаза, достал ключи из кармана и провернул их в замочной скважине. Но дверь не открылась.     — По-моему тебе ещё нужно отсканировать отпечаток пальца, — Осаму показал на сканер справа от двери. Я приложил туда палец, и  теперь мы смогли попасть в дом.     — Спать будешь на полу, — холодно сказал я, повесил плащ и отправился на поиски кухни.     — Я надеялся на диван. Чуя, где твоё гостеприимство?     — Я не собирался принимать гостей. Это во-первых. А во-вторых, ты сам напросился ночевать. Так что довольствуйся хотя бы тем, что спишь не на улице.        Примерно минут 20 мы осматривались. А если точнее, то осматривался я, а Дазай ходил за мной по пятам.     — Зачем ты за мной ходишь!?     — Ну а вдруг ты ударишься головой и снова всё забудешь?     — Это бесит.     — Хи-хи.     — Ещё слово и спать будешь на коврике в прихожей.     Ночь прошла спокойно, и к моему удивлению когда я спустился в гостунную, Дазая в ней не оказалось, как, в прочем, и во всём доме. Зато я нашёл записку на зеркале прихожей: "Доброе утро, Чуя! Надеюсь, ты спал хорошо. Я встал пораньше, чтобы не беспокоить тебя своими сборами и найти автобусную остановку. На кухне я оставил тебе завтрак."     На кухне меня ждали яичница и кофе. Мило с его стороны.        Следующим моим шагом после завтрака был звонок Мори, так как мне нужно было узнать адрес мафии, но тот сказал, чтобы я не являлся на работу, пока ко мне не вернётся память. Ладно, надо получше осмотреть дом. Вчера я заметил дверь под лестницей. Интересно, это подсобка или подвал? Что ж, сейчас я это узнаю. Я спускаюсь, и, оказывается, это подвал. Передо мной предстаёт множество стилажей с вином. Выходит, я коллекционер. Круто. Вина пятидесятых, шестидесятых, семидесятых, восьмидесятых годов. Стоп, а это что? В самом углу подвала лежит маленький предмет, накрытый тканью. Я подхожу ближе и снимаю её. Это фотография. Наша с Дазаем фотография. На ней я тяну руку к шляпе, которую он забрал у меня. Это не всё. На обороте фото я обнаружил надпись, которую, судя по почерку, написал Дазай: "Помни меня". Но тут есть ещё что-то. Оно размыто, но я точно понял, что это дата. Но какая конкретно, увидеть не получается. Здесь слишком слабый свет. Нужно подняться наверх. Я возвращаюсь из подвала, сажусь на диван в гостиной и пытаюсь разглядеть дату. Она очень сильно размыта. Это какой-то год. Хм... На обороте фото написано: "Помни меня", а Осаму упоминал, что ушёл из мафии несколько лет назад. Если подумать логически, то смею предположить, что он оставил снимок как раз в тот год, когда перестал быть мафиози. Но я всё равно не понимаю одну вещь. Почему вчера утром я увидел волнение в его глазах, когда тот узнал, что я забыл его? Весь оставшийся день я ходил по особняку и размышлял над этим вопросом. Солнце уже зашло, на небе была полная луна. Вдруг раздался телефонный звонок. Мне звонит... "Скумбрия"? Кто это? Кого я мог так записать? — Алло, это кто? — Чуя, ты что, опять головой ударился? — из телефона звучал голос Дазая. — Фуух, это ты. Почему ты записан у меня как "Скумбрия"? — Ну вообще, ты сам дал мне такое прозвище. Но я не знал, что так записан у тебя. — Ты что-то хотел? Если да, то говори быстрей! — Да, я хотел позвать тебя в парк. — С чего вдруг? — Поговорить. — А так что, нельзя? — Нет. В общем, через полтора часа за тобой приедет таксти. Я буду ждать тебя в парке. — А моё мнение на этот счёт тебя не интересует? — Через полтора часа в парке, — Дазай сбросил. Серьёзно?! Вот он сейчас серьёзно?! И нахера я ему ответил?! Нахера я вообще с ним связался?! О чём я думал вчера утром, когда согласился пойти с ним в больницу?! Что ж, думать об этом уже поздно, теперь не отвертеться. Придётся идти. Как и говорил Дазай, через полтора часа к воротам моего особняка подъехала машина. Ээмм... Бизнескласс? Откуда у Осаму деньги на него? Хотя, скоро я уже ничему не удивлюсь. Спустя полчаса я уже был на месте встречи. Но где Дазай? Я долго бродил по парку в поисках Осаму и уже собирался уходить, как вдруг за моей спиной послышались шаги: — Эй, Чуя! Не меня случайно ищешь? — это был Дазай. — Скумбрия, блять! Где ты был?! — Я был у северного входа и ждал тебя. — Здесь что, два входа?! — Ну да. — А хуйли ты не предупредил меня об этом?! — А я разве не предупреждал? — Осаму удивился. — Агх, не беси меня, скумбрия! — Прости, Чу. Я правда думал, что сказал тебе. Он не придуривался? А я то думал, что уже ничему не удивлюсь. — О чём ты хотел поговорить? — Ну, во-первых, я хотел сообщить, что буду помогать тебе с возвращением памяти, если ты не против. Его интересует моё мнение? Что ж, моё любопыство взяло верх. — Допустим, я не против. А что во-вторых? — А во-вторых, раз уж ты согласился, то предлагаю поговорить о тебе. Что тебя интересует? — Расскажи мне поподробнее про "двойной чёрный". Около двух часов мы ходили по парку, и Осаму рассказывал про наши с ним совместные миссии. После несмотря на мои протесты он снова вызвал мне бизнескласс и я отправился домой. Мы с Дазаем переодически встречались в кафе или парке, он рассказывал о нашей напарнической жизни, и уже через месяц ко мне вернулась память.