Отец Злодея-Подонка?!

      Шэнь Цзю помнил как заснул в тёмном лесу, защищённый тёплым телом, с вернувшимся вокруг него, словно пряча. И открыв глаза, он не увидел высокие кроны деревьев, тянующиеся к небу, пгеред ним был только серый мех. В тот же момент, словно вернувшись домой, он закрыл глаза и зарылся носом в мех, желая скрыться от всего мира и навсегда остаться под тёплым боком. Пускай мех уже был не таким шёлковым и приятным на ощупь. Это было что-то знакомое, родное. Даже если дома не было грязи, колтунов и запекшихся пятен крови, Шэнь Цзю глубоко вдохнул и ощутил знакомый, уже выветрившийся запах благовоний и чернил. От внутреннего тепла, разлившегося по его телу, ему снова захотелось поспать.       И уже видя тёмную пустоту, его разбудил чужой, явно не человеческий нос, зарывшийся в его волосы. А после его аккуратно стали вылизывать. Волосы тут же становились влажными, а затем грязь исчезала как по волшебству.       От столь активных движений, требующих пробуждения, Шэнь Цзю встретился с немигающим взглядом бледных глаз. Клыки осторожно укусили его за руку, заставляя оторваться от тёплого бока и наконец сесть. По его ощущениям прошло не больше минуты со вчерашнего вечера, но судя по холоду, который прорывался сквозь его потертое ханьфу, уже было ранее утро. Что подтвердил заурчавший живот.       Шэнь Цзю поморщился, услышав звук. Ему не нравилась мысль, что он так сильно хотел есть. Хотя должен был привыкнуть к голоду. И все потому что в его жизнь вернулся взрослый, который обеспечит тебя всем необходимым и никогда не обманет.       Столь знакомые глаза лишь молча смотрели на него, не прерывая мысли и размышления, пока что позволяя ему думать о чем хочется. А хочется многого. От убийства всех тех ублюдков, до встречи в ЦанЦюн.       Повернув голову, Шэнь Цзю смотрел на грязную морду лиса, что уже смотрел на него своими тусклыми глазами.        - Дада? Мы сейчас идем на охоту?       По его волосам ещё раз прошелся язык, зачесав их назад и растрепав всю косу, которую он недавно заплел. Но возмущение от этого не появилось, только тихое, нарастающее раздражение, смешанное с обожаением.       В тот момент когда он сбежал из того поместья, похожего на Диюй, это раздражение тихо шипело, заставляя его иногда огрызаться на отца. Один раз он даже замахнулся на него. Он не ожидал этого, и потом долго молчал, свернувшись в клубок.       - Ещё поздно а-Цзю, люди скоро выйдут из домов. Надо найти место, где можно тебя спрятать. – Лис наклонился к нему и начал вылизывать лицо, стараясь убрать грязь. - А я сам схожу на охоту, не переживай.       Шэнь Цзю с гримасой, но принимал от своего отца вылизывания. Шершавый язык стирал с его лица грязь. Ощутив в последний раз мокрый след, Шэнь Цзю встал с земли и оперся о дерево, под которым спал.       Услышав же что его не берут с собой, Шэнь Цзю тихо фыркнул, показывая насколько ему все равно.       - Тогда пошли.       Лис встал с земли, его пушистый хвост гладил мальчика по спине. Острый нос смотрел в сторону города, но чувствуя знакомое гудение, он посмотрел вглубь леса. Туда, где мог стоять его храм. Конечно это был не тот, на котором они жили, и скорее всего даже не целый, но он может оставить там Шэнь Цзю и сходить на охоту. Главное чтобы с Шэнь Цзю ничего не случилось.       Его спину аккуратно сжал один кулак, боясь отстать от него и остаться одному. Хвост обвил детскую спину, как только они стали подниматься в гору.

***

      Маленькая фигура с хмурым видом шла вперёд, заставляя себя не бояться тёмного леса. От резкого звука, который казалось, прозвучал далеко в темноте, Шэнь Цзю сильнее сжал мех отца, почти вырывая клочок шерсти, заставив клыки тихо щелкнуть рядом с рукой. Внезапная злость, которая исчезла в тот же миг, заставила Шэнь Цзю почувствовать себя неуютно.       - Прости… - Кулак тут же разжался, а рука повисла вдоль тела.       Лис еще несколько секунд молча смотрел на него, не двигаясь и даже не моргая, только ухо нервно дернулось (так делают только агресивные лисы). Лишь спустя один вздох, прозрачные глаза перестали прожигать в нем дыру и с тихим шорохом хвоста, они сдвинулись с места.       Впервые Шэнь Цзю ощутил тяжёлую и тягучую ци, которая перестала казаться ему такой знакомой.

***

      Этот храм совсем не походил на тот, в котором жили они. Их стоял на высокой горе, почти рядом с обрывом, его окружал лес и другие мелкие скалы. Этот же стоял на опушке леса.       А лестница, которая вела на гору?Некоторые ступеньки были покрыты мхом или вообще отсутствовали. Не то что их. Та была большой и длинной, будто бы вела в Небесное царство Небожителей. А как скрывалась в горах, когда ты стоял в самом внизу и смотрел вверх.       Пока Шэнь Цзю осматривал храм, Шэнь Цзюньпень с недовольством ощущал, насколько сильно было потрепано это здание. Хотя у алтаря были совсем недавно зажженные благовония, придающие этому месту каплю силы. В неудовольствие оскалившись, он пошёл дальше, внутрь.       - Останься пока тут, и спрячься где-нибудь. Я сам тебя найду. – Лис повернулся к сыну и потёрся мордой о детское лицо. – Не выходи, понял, А-Цзю? Только если храм внезапно не загорится.       Из лисьего тела вышел протяжный и слегка неприятный смех.       Шэнь Цзю смотрел на своего отца и не мог не напрячься. Его всегда пробирало до дрожи, когда отец издавал этот смех.       Нахмурившись, он ответил что спрячется и с напряжением скрылся где-то в глубине храма.

***

      Шэнь Цзюньпень рысью бежал назад, крепко держа в зубах тушку зайца. Дурманящая кровь заставляла его иногда останавливаться и вкусить сырое мясо зверя. Но вспоминая оставленного сына, спрятавшегося где-то в заброшенном здании, он останавливал себя и рысью бежал к нему.       Пока перед входом не встала незнакомая ему лисица. Явно не смертная, а уже имеющая ядро. Она наверняка уже умела обращаться в человека.       Остановившись, он выпустил из своей пасти зайчатину и уставился на лисицу, уже принимая оборонительную позу, чтобы в случае чего тут же наброситься на не прошеную гостью и перегрызть ей глотку, а после полакомится свежим мясом и тёплой кровью.       - Нинлао Шэнь. – Гостья сощурила свои глаза и медленно приближалась к нему. – У меня есть для вас интересная сделка.       В отличие от лиса, она прекрасно всё видела. Поэтому от неё не скрылся хищный оскал, слегка голодный и животный, отразившийся на морде старого лиса.       - Я должен слушать тебя? – Он тихо фыркнул, слегка сщуря глаза и лениво виляя хвостом. Его зубы обнажались и это походило на кривую улыбку, что выглядело на лисьем лице очень неоднородно. Лисице это явно не понравилось, она недовольно виляла хвостами, тоже обнажая на него зубы. Раздражение, которое она теперь испытывала всегда, резко поднялось в ней, поглащая ее и не давая заставив зарычать и сказать то, что она даже не планировала.       - Иначе....я съем твоего детеныша~. - В тот же момент как она сказала это, клыки Шэнь Цзюньпеня обнажились, хвост встал торчком и теперь он скорее скалился, чем улыбался.       -«Ха....Всё же его слабость - это обычные, смертные дети?» - С тихим злорадством подумала она, медленно виляла хвостом и почти что облизываясь. Видеть великого Небожителя таким взвинчевым, доставляло ей безграничного удовольствие, ещё не подозревая к чему этот неуместный комментарий приведет.       Тишина, образовавшаяся вокруг них, была прервана резким хрустом веток под лапами и щелчком закрывшейся пасти, которая не успела сжать между клыками чужую шею.       Даже если Шэнь Цзюньпень был слеп, он всё ещё мог прекрасно видеть. Не мог видеть цветов, но образ ци был ясен как никогда.       В один прыжок он преодолел расстояния между ними и уже старался вцепиться пастью в чужую шею. Он хотел разгрызть её и почувствовать теплую кровь, которая бы стекала ему в горло. А потом он бы подумал над тем, чтобы съесть и остальные части этой нахалки. Желание убить и сожрать её было больше из простого желания причинить кому-то боль, которое он прикрывал защитой Шэнь Цзю.       И хоть она успела отскочить от него, он всё же смог зацепиться зубами о лапу, на которой образовывались три тонкие раны. Но даже это заставило его улыбнуться, чувствуя маленькую каплю крови, которую тут же с лизал красный язык. А его глаза сощурились от наслаждения.       Лисица же прижимала раненую лапу к своему телу и шокировано смотрела на него, словно забыв что это она спровоцировала его. Но даже если она и сделала это, Шэнь Цзюньпень по слухам был добрым, мягким и всепорящяющим! Как он мог напасть на неё из-за одного комментария об этом сопляке! Это же...это был даже не комментарий, а просто шутка! Не разум стал работать быстрее, стараясь найти выход из ситуации в которую она сама себя загнала, забывшись в порыве раздражения.       В её планах всё было просто, она должна была убедить Небожителя помочь ей, что было легко сделать, если верить легендам. Просто чуть преувеличить события и даже предложить один сомнительный план. Но когда на неё набросились, как только она упомянула этого ребенка, было слишком шокирующим и выбивающимся из представления смертных и других Небожителей о нём.       Хотя конечно, она сморозила глупость, угрожая этому жалкому ребёнку.       - Вы разве не хотите найти своего второго ребенка? - Если это не заставит его просить ее глупость, тогда она не знает что делать дальше. Его второй ребёнок был лишь жалким планом. Ей нужна любая помощь, даже если Шэнь Цзюньпень ослаб. В его силах осудить всех этих никчемных Небожителей, лицемеры, притворяющиеся добрыми Богами! Но, Шэнь Цзюньпень был таким же, (пусть и она его довела). - Я могу помочь вам найти его и присматривать.       Она старалась показаться как можно менее угрожающей, бы старый лис снова не напал на неё, а наоборот помог. Хотя после её угрозы это была тщетная попытка. Поэтому она сделала то, чего больше всего ненавидела - прижалась к земле, успокаивая свои хвосты от нервного метания по земле.       - Если вы согласитесь помочь мне.       Ведь больше не было Богов, к которым она смогла бы обратиться за помощью. Си-хэ, которая всегда была на колеснице со своими сыновьями, было невозможно встретить. Да и добраться до их дворца она бы никогда не смогла. Ей было бы слишком трудно бежать до Восточного моря и уже там искать солнечное дерево фусан. Чан-и и её дочери находились слишком высоко в небе. До них доберутся только небесные драконы, которых сейчас нигде не отыскать. К Янвангу, можно попасть только после собственной смерти, и даже если она каким-то образом попадёт в его царство, он ведь не будет помогать. Постоянство смертей, которое хочет прекратить её принц для собственного народа не входит в планы божества. И только Фагуэн-линвсегда был на небесах или на земле, воспитывая нескольких смертных людей. Да и был он известен своим мягким характером, который оказался ложью.       Ах, ей все же стоило поверить и тем легендам, где этот старый лис был демоном из Бездны.       - Помочь тебе? После того, как ты угрожала съесть моего сына? - Шэнь Цзюньпень, если бы был в человеческом обличье, а не в лисьем, удивленно поднял бы брови, с неверием смотря на неё. Но сейчас он только насмешливо фыркнул и всё ещё напряженно стоял, готовый снова напасть. - И как я должен доверить тебе две жизни? Я то думал, хули-цзин стали ещё хитрее и изощрённые в своих обманах, но вы наоборот, перестали это делать?       От слов, которые сказал Шэнь Цзюньпень, она снова пришла в раздражение, но старалась расслабиться и думать о другом. Однако колкие слова так вырывались наружу.       - Эта была шутка.- Она раставляла каждое слово точкой, а её хвосты снова помахивали за спиной, как будто тоже были раздраженны. Она пыталась быть вежливой и казаться безобидной, пыталась, но это было уже невозможно! - Говоришь так, будто ты сам не хули-цзин.       Она тихо посмеивалась. Смех вырывался рывками, надрывным и хриплым голосом, затихая под конец. Как только последний смешок затих, она посмотрела на него со сдерживаемой злостью, и слова вырывались сквозь клыки.       -Ах, точно, я совсем забыла. - Голос был сладким, пусть и был с отвратительной интонацией, а слова вырывались из-за клыков. - Ты намного опаснее нас...Ты ведь ужасное животное...прямо из Бездны. Но даже тебя моя сделка заинтересует. У тебя разве нет желания убить этих жалких, отвратительных Божков?

***

      В далеке послышался крик женщины, который заставил Си Му обернуться и всматриваться в темноту леса. Он не совсем понимал откуда это исходило, но судя по всему ему это послышалось? Потому что ни Же А, ни Шэнь Юань никак не отреагировали на крик. Но возможно, Шэнь Юань опять ушёл в свой мир. Но чтобы ученик Байчжаня не заметил крик?       Си Му нахмурился, но больше не смотрел в сторону крика, который больше не повторился. Ему нужно будет проверить хотя бы откуда он исходил. Хотя он довольно похож на крик лисицы, которые он часто слышал во времена жизни в храме. В детстве ему было страшно слышать как они кричат, особенно во время их брачного сезона. Он часто забирался в кровать своего учителя и прижимался к нему, зарываясь лицом в одежду Шэнь Цзюньпеня.       Вздыхая и скучая по старым денькам, Си Му повернулся, чтобы посмотреть что там делают два его шиди. Его пальцы в последний раз прикрепили талисман, запачкавшись в чем-то вязком. Он хмуро смотрел как его пальцы слипаются между собой. Видимо он прикоснулся к древесной смоле. Подойдя ближе к шиди, он заметил что Же А, почти склонился у плеча Шэнь Юаня, что-то спрашивая.       - Шиди, как ты думаешь, что это за зверь?       Же А, явно был заинтересован в этом чудище, о котором он не знал. Слонялся без дела, в то время как Си Му обходил территорию рядом и прикреплял к деревьям сигнальный талисман.       - Я прикрепил талисман, на случай если тут снова появится чудовище. - Он сморщился от отвращения, пытаясь убрать эту вязкую чёрную субстанцию на своих пальцах. В этом лесу слишком много, деревьев из которых течёт смола.       Шэнь Юань нахмурил брови, когда увидел сухую траву и кусты рядом с собой. Листья скрутились в спираль и на них были капли, похожие на росу, но как только он прикасался к одной капле, на его пальце оставалсяя красный, сухой след. А не ощущение влаги.       Шэнь Юань не слышал разговоров вокруг себя. Он лишь вспоминал что им говорил глава ордена и старейшины. Что они видели следы оленей. Причём их было два. Как будто эта была пара из оленя и оленихи. А потом жители города и их адепты заболевали. Сначала у них был озноб, а зрачки расширены. На следующий день у них поднималась температура, которую они еще ни разу не смогли сбить. Больные несли бред, говорили что слышат чьи-то шаги, звуки леса. Хотя они находились далеко от него. А еще аномально сильно хотели пить. На третий день больной перестает разговаривать, двигаться, возникает паралич. А вены слегка светятся. Медик решив что дело в крови, решил выпустить её из апунктурных точек больного. Но как только кровь вытекает из раны, она тут же с шипением растворяется. На четвёртый день человек мёртв. Тех людей которых они не успели похоронить, они обнаружили что из их рта вырастают тонкие белые стебли с чёрными цветами. А труп не разлагается. И конечно же нужно для погребения привести труп в более менее опрятный вид. Потому было принято решение вырвать стебли, которые через секунду после отделения трупа взорвались в руках образовав странную пыльцу. Что удивительно, на следующий день с симптомами слег тот, кто вырвал цветы.       Присев на корточки рядом с одним из следов, обнаруженных Же А при его обходе, Шэнь Юань заметил что там было два следа. Они походили на олений. Первый был большим, а в его центре был такой же, только намного меньше. Точно те, о которых говорил староста деревни Но их как будто бы пытались стереть. И выходило это очень плохо. Вокруг следов были резкие и тонкие линии, как от плети. Или как от тонкого и длинного хвоста.       Вставая с колен, Шэнь Юань стряхнул с одежды пыль и прилипшие веточки. Его сейчас не волновало состояние его одежды, а только то, как им победить такого сильного зверя. Он был хмур и сосредоточен.       - Если честно, о них я читал только в книгах и сказаниях от народа пустынь. Возможно это Кровавые близнецы из пустыни, их редко видят даже в ближайших джунглях, поэтому я не понимаю почему они оказались тут, когда границы с Цин Хэ Цзюй разделены рекой.       Шэнь Юань вспомнил как читал об этом звере. Он упоминался в концовке "Слепой Судья ", когда Ло Бинхе захотел посетить страну своего единственного мужа, ведь услышал что там водятся неизвестные ему звери. Части которых - редкие ингредиенты для снадобий, талисманов и других заклинательских вещей. Кто-то был удивлен этому? Ни капли.       Прибыв туда, он даже не разозлился, когда понял что его власть тут не признавалась народом, даже если эти территории стали его. Он слишком сильно «любил» своего мужа. Восстаний же не было из-за кровяных паразитов в крови Небожителя, заставляющих его подавлять и казнить всех повстанцев.       В том путешествие Шэнь Цзюньпень впервые показал свою животную форму.       В отчаянии от смерти сыновей, он хотел убить себя, съев этого зверя, отвлекая главного героя своей «благородной жертвой». Желание умереть, преодолело желание убить. И быстро сменив тактику боя, Шэнь Цзюньпень почти с ожиданием ждал, когда рога пронзят его тело, отравят ядом. И он наконец сможет воссоединиться с ними, со воими любимыми детьми. Но у него ничего не вышло. Ло Бинхэ вовремя прибыл к нему, излечил своей кровью и конечно же двойным совершенствованием. Самолёт даже сюда это впихнул. После этого Шэнь Цзюньпеня заставили «учить» Ло Бинхе, рассказывая о зверях и их слабостях. То, что ему потом подарили шпильки, халаты, серьги и браслеты, созданные из частей животных, не было удивительным. .       После прочтения, его пробрала дрожь. Это была первая глава, с вернувшимся сюжетом, который и заинтересовал его начать читать этот роман! И даже это чёртово двойное самосовершенствование не испортило это. Но сейчас ему нужно вспомнить из дополнительных, платных глав, как боролись с этими Близнецами народ пустынь.       Делая паузу чтобы вздохнуть, Шэнь Юань пытается придумать что им делать. Часть его хочет увидеть этих зверей поближе, зарисовать в бестиарий, ведь все рисунки были сделаны охотниками из пустыни и почти не отличались детализацией. Но другая его часть, не позволяла ему этого. Осознание что пыльца легко может попасть в его тело, если уже не попала. Его передергвает только от мысли что через три часа он может почувствовать первые признаки его смерти.       - С ними обычно сражаются охотники из пустыни или если все совсем плохо, приходит отряд судьи. Но что делать нам....я не знаю.