Хорошее и не очень

Встретились как-то в пустой апрель Две Истории одного Автора. И ревела кричащей белугой капель, Вырываясь из недр альма-матера. История первая меланхолична, Открытый финал, интригующий нас, Вторая История столь неэтична, Что Автор создал её только смеясь. Цитадель содрогнулась, посыпались перья, Возвысилась Первая над Второй, "Ничтожна ты, юмор", - кричит она зверью, Хоть видеть её той случилось впервой. Кричит она, Первая, столь драматично, Что окна дрожат, разбивая стекло. "Ты поймана, юмор, совсем и с поличным", - Ей лишь, или Автору только назло. Вторая встаёт, отряхнув сарафан свой, Не лыком ведь шита, пусть не элегантна, "Ну что, моя грусть, начала, так не стой, Для всех, но не мне уже ты импозантна". Истории вихрем зашлись в Цитадели, Нарушив столь хрупкий авторский сон. Они успокоиться всё ж не умели, Проснулся их Автор. Разгневался он. Он вышел, разбил он чернильницу об пол, И напополам разорвал свитка лист. "Я спал. Ждал июля, заснув в центре марта, А каждый, кто сон мой нарушил, нечист". Истории вдрогнули. Первая винит Вторую. Вторая молчит, будто страшно сказать что-то ей. А Автор не хочет наказывать. В целом. Любую. И просит спокойно молчать до конца ночей. Уходит. Уносит с собой он поутру трель. И Истории тихо уходят, балуются картами. Я напомню, что встретились как-то в апрель, Две Истории одного Автора.