Красная Камелия

Камелия стояла перед столом с котлом где закипала вода. Экзамен по зельеварению был одним из самых ответственных, ведь несмотря на то, что девушка идеально знала теорию, да и на практике обычно не плошала, хватило бы одного неправильного взмаха палочки, чтобы превратить зелье в непригодную для использования жижу. Еще вчера семикурсники выбравшие для сдачи ЖАБА зельеварение написали тест, а сегодня они перед комиссией профессоров и Слизнортом должны были приготовить зелье, которое им выпало на жеребьевке. Камелии попалось «противоядие от любовных зелий». Она как-то готовила его в конце пятого курса, когда какая-то девчонка решила приворожить Крауча, но волноваться от этого девушка не переставала. Дождавшись, когда зелье после добавления волшебной рябины станет оранжевым, Лестрейндж добавила в котел ровно семь капель касторового масла. Оно посинело и она принялась помешивать, ожидая фиолетового оттенка. Ее взгляд сам собой пробежался по студентам, зацепившись за макушку Римуса. По ингредиентам на его столе, девушка догадалась, что он готовит «настойку растопырника» и жутко нервничает. — Осталось сорок пять минут. — Объявил один из профессоров, наблюдающий за экзаменом. Камелия осторожно срезала макушку лирного корня и принялась давить сок, дожидаясь пока зелье покраснеет. Затем забросила три веточки волшебной рябины, еще немного экстракта лирного корня и накрыла котел крышкой доводя варево для кипения. Между столов прошел Слизнорт, ободряюще улыбаясь студентам. Это был последний из всех экзаменов. Камелия сдала травологию, трансфигурацию, заклинания и ЗОТИ. Проверять защиту от темных искусств приехал лично Скримджер и Лестрейндж была искренне довольна тем фактом, что он увидел ее в деле. Мужчина кажется тоже остался доволен и понял, почему Грюм и Магвайр так пытаются протолкнуть Слизеринку вперед. Он остановил ее в коридоре после экзамена. — Я буду рад видеть тебя в аврорате летом. — Сказал он тогда. И наконец настала очередь последнего экзамена, после которого семикурсники в последний раз соберутся на матче по квиддичу, соберут вещи и отправятся во взрослую жизнь. Еще недавно эта «взрослая жизнь» казалась такой далекой, но вот семикурсники сдают экзамены и готовятся к выпускному. Семь лет пролетели слишком быстро. — Осталось пятнадцать минут. Камелия заглянула в котел. Зелье стало оранжевым и она забросила в него еще семь веток волшебной рябины, провела над ним палочкой и оставила кипятиться. Если все было сделано правильно, через пятнадцать минут зелье должно стать полностью прозрачным. Лестрейндж незаметно скрестила пальцы рук и опустилась на стул, стерев со лба невидимые капельки пота. Она снова принялась разглядывать студентов. Северус, которому достался «животворящий эликсир» уже закончил и скучающим взглядом обводил кабинет. Они встретились глазами. Камелия едва заметно приподняла уголки губ и юный зельевар поступил точно так-же. Их занятия продолжались и перед выпускным ребята стали заниматься в два, а то и три раза больше. Конечно не обошлось и без проблем. Джеймс заметил, что его девушка все больше времени проводит в компании Слизеринца, но Камелии удалось его убедить в том, что между ними ничего такого не происходит. Он сжал зубы, но согласился. — Закончили! — Бросил профессор и перед каждым из студентов появился маленький флакончик. — Перелейте свои зелья в склянки и сдайте для дальнейшей проверки. Камелия так и поступила. Ее «противоядие от любовных зелий» выглядело точно так-же, как и должно. Прозрачное, с едва уловимым ароматом рябины и клещевины. Она отдала его на проверку и вздохнула с облегчением, когда покинула кабинет. Рядом с ней появился Северус с каким-то обеспокоенным выражением лица. — Все нормально? — Мягко спросила девушка, сворачивая во внутренний дворик. Снейп продолжал следовать за ней. — Северус? — Да... я просто подумал, как мы будем поддерживать связь за пределами Хогвартса? У нас общее дело, а на последней собрании... — Он понизил голос, оглядываясь. — Ты сама знаешь кто, сказал о том, что сов перехватывают. Камелия поджала губы. — Может использовать заклинание Патронуса. — Она закурила. — Мы что-нибудь придумаем, ну или ты можешь трансгрессировать ко мне. Адрес ты знаешь. — Не хочу получить Авадой в лоб, если меня вдруг увидит Поттер. Девушка не сдержалась и прыснула. С вероятность в сто один процент так бы оно и было, если бы Поттер заметил, что Снейп трансгрессировал на заднем дворе поместья Монморанси. Джеймс конечно пытался доверять Камелии, но такое даже она не смогла объяснить... — Тогда Патронус. Северус кивнул и выудил из сумки какую-то книгу. — Ты теперь знаешь основы, можешь закрывать вход в свои мысли, но с подменой воспоминаний у тебя все еще проблема. — Он протянул девушке книгу. — Этим ты сможешь заняться и без моей помощи. В книге все описано и там мои личные заметки. — Спасибо, Северус. — Хэй, вот ты где! — Послышался крик Поттера на весь внутренний дворик. Он подбежал к парочке, внимательно смотря на Слизеринца. — Снейп. — Поттер. — Сдержанно поздоровался парень. Он повернулся к Лестрейндж. — Я пойду, увидимся еще. Северус стремительно ушел, скрывшись за поворотом. Камелия с улыбкой шагнула навстречу Джеймсу и осторожно обняла его за шею, чувствуя напряжение Гриффиндорца. Он искренне старался перестать ревновать девушку ко всему движущемуся и Камелия это ценила, но еще она знала, как для него это сложно. Джеймс один из самых ревнивых парней, которых ей удавалось встречать. И Камелия знала с чем это связано. Она помнила боггарта Поттера. Одиночество. Он боялся одиночества и вероятно это играло ключевую роль в его собственническом характере. Но ради любимой он менялся и Лестрейндж все больше и больше влюблялась в своего Гриффиндорца. — Выдохни, Джеймс. — Прошептала она ему на ухо. — Мы говорили о экзамене. Тебе не о чем волноваться. — Я знаю. — Он крепче прижал девушку к себе, целуя ее в макушку. — Просто Нюн... Снейп не внушает мне доверия. Камелия понимала и это. Мрачный Слизеринец, он всегда ходил во всем черном, не с кем толком не общался и смотрел на людей свысока. Лестрейндж и сама бы ему не доверилась, если бы не обстоятельства, но честно говоря, сейчас она не жалела о своем выборе. Снейп действительно здорово помог ей с крестражами, да и выбраться он искренне хотел. Они не стали друзьями, нет. Но они были прекрасными напарниками. — Давай лучше поговорим о выпускном. — Предложила Лестрейндж. — С кем ты пойдешь? Меня позвал Люциус и еще несколько ребят со Слизерина. Остальных тебе удалось запугать. Джеймс подавился собственной слюной, широко раскрытыми глазами уставившись на девушку. Камелия на секунду подумала, что у нее выросла вторая голова, потому-что Поттер смотрел на нее именно так. — Я вот думаю с кем лучше пойти с Люциусом или с Ноттом? — Продолжила девушка, закуривая вторую сигарету. — А ты как думаешь? — Любовь моя, ты ничего не перепутала? — Его голос звучал обманчиво нежно, а вот в глазах силилось желание убивать. — С кем ты собралась на выпускной? — Я же говорю, либо с Люциусом, либо с Финном. Джеймс сжал подбородок девушки и приподнял ее лицо, а затем просто взял и поцеловал. Нагло, развязно, даже грязно. Он затеял какую-то только известную ему игру с ее языком, словно пытаясь что-то доказать. Камелия усмехнулась в губы Гриффиндорца, как почувствовала металлический привкус во рту. — Никто. — Прорычал он ей в губы. — Никто, кроме меня. — Ну не знаю. — Лестрейндж пожала плечами. — Ты же меня на бал не зовешь. В глазах Джеймса вспыхнул огонек, который девушка не смогла понять. Было в нем что-то такое знакомое, неприкрытое, но... Камелия затянулась и выдохнула сигаретный дым в лицо Гриффиндорца, ожидая его следующего шага. Он подался вперед и немного наклонился, опаляя горячим дыханием ухо девушки. — Я тоже думаю. — Прошептал он. — Выбираю между Энджи с Когтеврана и Одри. И после этих слов, Поттер развернулся и пошел обратно в замок. — Засранец! — Смеясь, прокричала ему вслед Лестрейндж. Его губы растянулись в плутовской ухмылке. — Твой любимый засранец! — И послал воздушный поцелуй. * * * Последняя игра сезона. За первое место боролись Гриффиндор и Пуффендуй. Слизеринцы проиграли в игре с Когтевраном, заняв третье место, чему особенно был недоволен Нотт. Орлы оказались на четвертом месте, а вот бурундуки впервые за кажется последние четыре года вышли вперед. Камелия сидела на трибуне львов, раскрашенная в цвета факультета Гриффиндора. По бокам от нее сидели Сириус и Римус так-же не поскупившиеся на краску и атрибутику своего факультета, Питер расположился на два ряда выше вместе с миловидной Гриффиндоркой с пятого курса, которую обнимал за плечи. — Кажется это твоя птичка. — Блэк показал куда-то наверх. Камелия проследила за его взглядом, увидев летящего через все поле Крока. Ястреб издал громогласное «К-и-и-и» и приземлился на плечо хозяйки, уже привычно клацнув ее клювом за мочку уха. Первокурсники сидящие рядом, с нескрываемым любопытством разглядывали необычного почтальона. Лестрейндж отвязала от лапки ястреба письмо. «От Андромеды...» — Это ястреб? — Воскликнула маленькая девочка. — Он такой красивый и большой. — Это хищная птица, он опасен. — С укором смотря на по всей видимости однокурсницу, ответил мальчик. — Папа говорит, хищных животных нельзя приручить. — У животных есть верность и преданность. — Сказала первокурсникам Камелия. — Они никогда не нападут на своего человека. Я нашла Крока совсем маленьким, ему было месяца два и его кто-то подстрелил. Я вырастила и выкормила его, а потом он не захотел улетать. Теперь мы лучшие друзья. — Вау. — Восхитилась та девочка. — А можно его погладить? — Попробуй. Камелия посмотрела на Крока и тот перелетел с ее плеча на скамейку рядом с девочкой, сразу оказавшись в центре всеобщего внимания. Все первокурсники столпились вокруг ястреба, а тот гордо выпятив грудь позволил им себя погладить. Отовсюду слышались восхищенные ахи и охи, а Крок лишь важно расхаживал между детьми. — Показушник. — Под нос фыркнула девушка. Пока дети были заняты птицей, Камелия взглянула на письмо. «Привет, подруга. Я если честно в полном шоке, Тед мне все рассказал. Я ожидала от кого угодно, но точно не от Барти... как он мог так поступить с нами? Я не могу поверить и до сих пор не пришла в себя. Даже боюсь представить какого тебе, ведь вы всегда были ближе друг-другу... Жаль конечно, что ты мне с самого начала все не рассказала, но я понимаю, что ты хотела уберечь меня от стресса и благодарна тебе. Приезжай в гости, как сдашь все экзамены, я буду тебя ждать, нам о многом надо поговорить. С любовью, твоя навеки лучшая подруга. P.S Нимфадора и Тед передают пламенный привет!» Камелия сжала в руке пергамент и сожгла его простым «Инсендио». Пепел подхваченных ветром понесся куда-то в сторону поля, где под объявления комментатора выходили команды Пуффендуя и Гриффиндора. Девушка натянула на лицо улыбку заметив внимательный взгляд Джеймса и помахала ему рукой. Тот ответил сдержанным кивком. — Ты в порядке? — Наклонился к ней Сириус. — Конечно, с чего такие вопросы? — У тебя на лице все написано. Вперед, Сохатый! — Он вернулся в исходное положение. — Ты после прочтения письма вся побледнела. — Я в порядке. — Повторила девушка. Она не была в порядке. Предательство Барти все еще сильной болью отзывалось в сердце и Камелия частенько ночуя в своей комнате, часами глядела в потолок думая в какой момент все пошло не так? Она искала причины даже в себе... не понимала, как Барти, ее лучший друг мог так обойтись с их дружбой, как он мог сказать, что убил бы Теда, будь таким приказ. Она тщетно старалась запихать все эти мысли и чувства подальше, но это было практически невозможно сделать в Хогвартсе. Девушка ложилась на кровать и вспоминала как засыпала в ней в объятиях Барти, садилась за стол в Большом Зале и сразу вспоминала как они дурачились на первом курсе, сидела в гостиной и чувствовала, что чего-то не хватает. Камелия понимала, что не должна скучать по Барти. Но она все равно продолжала это делать. — ДААА! Из мыслей девушку вырвал оглушительный крик с трибун Гриффиндора. Лестрейндж невольно вздрогнула и кинула взгляд на табло. 40:10 в пользу львов. Ее губы растянулись в торжествующей улыбке и она вскочила на ноги, хлопая вместе со всеми. Джеймс пролетая мимо быстро чмокнул девушку в щеку под радостный крик зрителей. Близнецы паря над полем помахали подруге. Она помахала в ответ. «Все будет хорошо. Обязательно будет.» — мысленно пообещала себе Камелия. Игра длилась еще полтора часа. Счет был 180:120, когда Фрэнк Долгопупс опередив ловца противников поймал снитч принеся команде решающие 150 очков. Трибуны радостно взревели, а Джеймс буквально выхвативший кубок квиддича из рук мадам Трюк перелетел к профессорской башне и забрал микрофон у Фоули. — Эту победу я посвящаю самой прекрасной, удивительной, наглой, упрямой, иногда раздражающей, немного ебанутой... — Мистер Поттер! — Осадила студента Макгонагалл. Камелия усмехнулась в кулак, чувствуя как начинает гореть лицо. — Простите, профессор. — Джеймс снял несуществующую шляпу и снова вернул все внимание покрасневшей девушке. — Так о чем это я? А да... я посвящаю эту победу тебе, огонек, я тебя люблю и хочу спросить, не соблаговолите ли вы, мисс Лестрейндж, пойти со мной на выпускной бал? Каждый из студентов теперь смотрел на Камелию. Многие не знали о романе между Гриффиндорцем и Слизеринкой, поэтому по трибунам прокатилась волна искреннего изумления. Лестрейндж пробралась к преподавательской башне и с помощью двух крепких студентов перелезла через перила, встав напротив Поттера. — Я люблю тебя, олень. — Она обняла его за шею. — И я так уж и быть, соблаговолю пойти с тобой на выпускной бал. Джеймс ухмыльнулся и притянув девушку к себе за талию, поцеловал ее на глазах всех присутствующих. Трибуны радостно взревели, даже профессора, которые обязались прерывать такое ярое проявление чувств на публики хлопали. Он отстранился через несколько минут. — И еще кое-что... — Джеймс снова поднес микрофон к губам. — Малфой! — Он нашел на трибунах Слизеринца. — Еще раз подкатишь к моей девушке, я тебе ноги с руками местами поменяю.